1995 год. B заливе со странным для США названием Линбарк-фьорд одна за другой исчезают шесть небольших лодок вместе с людьми. Обнаруженные обломки лодок выглядят словно их перекусило пополам огромное водяное чудовище. Власти округа Линбарк списывают гибель лодок на "естественные" кораблекрушения, хотя погода была относительно тихая... все, за исключением шерифа округа Брины Элден.
Огненная защитница (так её имя и фамилия переводятся с норвежского) поднимает тревогу... причём настолько громко, что привлекает внимание Отдела особых расследований ФБР. На место выезжает лично начальник отдела Хорст Людвиг Энке (он же Эндрю Хортон), которому осточертела столица.
Его предварительное расследование вроде бы подтверждает версию о естественных причинах гибели лодок и отсутствии события преступления... если бы не одна деталь. На границе округа находится заброшенная в последние годы Холодной войны исследовательская лаборатория ВМС США...
Которой официально не существует - и никогда не существовало...
Меня зовут Надежда Крылова. Надежда Андреевна Крылова, если полностью. Я официальный биограф Общества Чёрного Солнца… Кроме моей основной работы, которая мне тоже очень нравится) вот уже более восьмидесяти лет занимаюсь тем, чем хотела заниматься всегда. Ещё когда училась на историческом факультет МГУ, который закончила…
Только что осознала, что я закончила истфак МГУ ровно сто лет назад – весной 1927 года. Как быстро летит время… а кажется, что это было вчера. Впрочем, это опять неважно… важно лишь, что я всегда хотела писать… точнее, записывать биографии великих, знаменитых или просто известных людей.
Сразу же после окончания МГУ я начала работать над первой такой биографией – Аркадия Францевича Кошко. Великого российского сыщика, начальника Московской сыскной полиции, позднее начальника отдела Департамента полиции Российской империи. Даже успела съездить для сбора материалов в Новгородскую область, Киев, Винницу, Одессу и Севастополь… правда, до Риги, Стамбула и Парижа не добралась.
Впрочем, мне это не помогло – по не зависящим меня обстоятельствам мне пришлось отложить любимое дело… да практически на двадцать лет. Зато потом… потом начался самый настоящий (и очень приятный для меня) конвейер.
Конвейер биографий из серии (как совершенно серьёзно её нарекла моя работодательница – и просто хорошая подруга – баронесса Элина Ванадис фон Энгельгардт) Жизнь замечательных люденов. Не-совсем-людей.
Барона Людвига фон Людендорфа (первого «официального» людена); графа Антуана де Сен Жермена; Марии Орсич/Марты Эрлих; доктора Кристиана Кронбергера; Владимира Николаевича Свиридова; Ирмы Бауэр; Ванды Бергманн; Лидии Крамер; Хельги Лауэри.
Генриха Гиммлера; Одило Глобочника; Эрвина Роммеля; Генриха Мюллера; Ханса Каммлера; Германа Геринга (это, правда, особый случай); Отто Раша (аналогично); Ханса Остера; Рауля Валленберга; Йозефа Менгеле – Белого Ангела; Лаврентия Берии (с последним ох и долго пришлось возиться) …
Написала даже биографию целого города – Харона – в Государстве Израиль. Города-призрака, который вроде бы и есть, но (по ряду причин) в стране практически все делают вид, что его как бы и нет вовсе.
Поэтому меня не особо удивило, когда Лилит (Баронесса предпочитает, чтобы к ней обращались по имени, данному ей при сотворении) попросила меня – она никогда не приказывает, только просит – написать биографию… Группы Омега.
Она же Новая Инквизиция. Группа была создана в 1949 году на основе британского совершенно секретного отдела по борьбе с паранормальным противником, подчинённого непосредственно наследнице престола принцессе Элизабет, герцогине Йоркской.
В 1952 году штаб-квартира группы была переведена в Рим, где произошло её слияние с Тайной Инквизицией. Группу (ещё с времён совершенно секретного отдела IV-H – впоследствии IX управления - РСХА) возглавил Михаил Евдокимович Колокольцев. Мой муж.
Известный в разное время как Роланд фон Таубе, Эрих Хаген, Максим Котов, Митчелл Феррет, Мартин Коллинз, Ариэль Леви, Рене де Лион, Карлос Льоренте… а в своей ипостаси префекта Новой Инквизиции кардинал Роберт Малкольм Эш.
Кардинал ещё с октября 1941 года - в соответствии с Каноном Михаила Архангела. Совершенно секретным приложением к Кодексу Канонического Права Святой Римско-Католической Церкви.
Немного подумав, я решила начать этот, без сомнения, грандиозный труд с нескольких наиболее ярких дел Группы Омега. Самым ярким из которых является история, изложенная в первой книге из этой серии. История К.
Данная книга является второй в этой серии. Действие происходит в 1995 году в США – в небольшом городе Линбарк, штат Вирджиния; в столице Соединённых Штатах… и не только.
Позавчера, 18 августа, ко мне обратилась шериф округа Линбарк (штат Вирджиния) Брина Элден. Она утверждает, что в заливе Линбарк-фьорд одна за другой исчезли шесть небольших лодок вместе с людьми. Обнаруженные обломки лодок выглядят, словно их перекусило пополам огромное водяное чудовище.
Полиция штата Вирджиния провела (по словам шерифа Элден, весьма поверхностное) расследование и пришла к выводу, что имели место кораблекрушения по естественным причинам.
К такому же выводу пришла и комиссия Федеральной службы охраны рыбных ресурсов и диких животных. Власти округа придерживаются аналогичного мнения… тем не менее, шериф Элден не успокоилась и обратилась ко мне.
На мой естественный вопрос, почему она решила обратиться в ФБР, шериф ответила, что, хотя подразделение X-Files является вымышленным, она слышала, что подобное подразделение в ФБР действительно существует.
Внимательно ознакомившись с материалами, которые мне передала шериф Элден, я пришёл к выводу, что полностью исключить наличие события преступления пока не представляется возможным, хотя версия шерифа о гигантском морском чудовище представляется мне крайне маловероятной.
Мои подчинённые установили, что существенная часть земельных владений, прилегающих к Линбарк-фьорду, находится в собственности федерального правительства; кроме того, по другую сторону фьорда находится территория штата Мэриленд – поэтому, если событие преступления действительно имело место, оно вполне может быть в юрисдикции ФБР.
С уважением,
Дональд Батлер, начальник отделения ФБР в Ричмонде, штат Вирджиния
Артур Нагельсманн (он же Артур Небе) придерживался иного мнения насчёт версии шерифа, ибо ещё во время службы начальником V управления РСХА (Крипо) в Третьем рейхе сталкивался ещё и не с такими криптидами.
Поэтому он немедленно переправил сообщение начальнику Отдела особых расследований ФБР Эндрю Хортону. Для которого это был удобный предлог, чтобы хотя бы ненадолго вырваться из осточертевшей ему столицы США…
Дошедшие до шерифа Брины Элден слухи соответствовали действительности… причём скоро уже полстолетия как. Ибо Отдел особых расследований был создан в январе 1946 года совершенно секретным (как и сам отдел) приказом тогдашнего директора ФБР Гувера под названием Спецотдел К.
Хронологически это был четвёртый отдел по борьбе с паранормальным противником; первый (IV-Н) был создан в Главном управлении имперской безопасности Третьего рейха (РСХА) в октябре 1941 года. Его официально возглавил СС-оберштурмбанфюрер Роланд фон Таубе (он же Михаил Колокольцев), личный помощник рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера.
Второй (Спецотдел Х) был создан в марте 1943 года в Народном комиссариате государственной безопасности СССР. Его возглавила зондерфюрерин СС Ванда Бергманн… она же подполковник госбезопасности Ванда Яновна Мазур.
Третий (Отдел 135) был создан в Великобритании в мае 1945 года, через считанные дни после окончания Второй Великой войны. Его снова возглавил Михаил Колокольцев (в то время уже полковник армии Его Величества Митчелл Феррет) … а подчинялся отдел напрямую наследнице престола Елизавете.
В 1952 году было принято решение объединить эти отделы (а также созданные к тому времени аналогичные структуры в Дублине, Париже, Риме и Тель-Авиве) в единую организацию, получившую название Группа Омега – с штаб-квартирой в Лондоне. Однако уже в конце того же года Группа Омега объединилась с римской Тайной Инквизицией – и её штаб-квартира переместилась в Ватикан.
Возглавил Группу Омега (последнюю и высшую инстанцию в борьбе с паранормальным противником) … правильно, снова Михаил Колокольцев. Ныне кардинал Роберт Малкольм Эш.
После ряда «рокировок» Спецотдел К (к тому времени переименованный в Отдел особых расследований) возглавил – под именем Supervisory Special Agent Эндрю Хортона Хорст Людвиг Энке, уже имевший опыт борьбы с паранормальным противником в Берлине, Лондоне и Париже.
К нему присоединились его жена Ядвига Радванска, которая возглавила оперативный отдел в американском отделении, Лидия Крамер – в прошлом криминалькомиссарин гестапо… и Эрика Фосс (то же самое – только в Крипо).
А в 1980 году – подполковник армии США Джоан Лайтнинг.
Джоан Фелиция Лайтнинг родилась 11 апреля 1942 года (под огненным знаком Овна) в городе Норман – окружном центре округа Кливленд в штате Оклахома. В 1965 году она закончила UCLA – знаменитый Калифорнийский университет в Лос-Анжелесе – получив степень бакалавра психологии.
Ей прочили блестящее будущее на ниве преподавания и научной работы, однако она была из семьи потомственных (ещё с времён Гражданской войны) военных – её отец, участник Второй мировой (бомбил Берлин), Корейской и Вьетнамской войн, в то время был бригадным генералом ВВС США.
Поэтому Джоан закончила офицерские курсы – и в звании второго лейтенанта поступила на службу в кадровое управление армии США. В котором к 1980 году дослужилась до майора и начальника кадровой службы всей 4-й группы психологических операций (впрочем, поговаривали, что там она занималась не только и не столько решением кадровых вопросов).
Волею Судьбы (или Господа Бога – это уж кому как больше нравится), в начале июня 1980 года она познакомилась с Хорстом Людвигом Энке и внесла немалый вклад в раскрытие Истории К и ликвидации совсем уже нелегальной реинкарнации проекта МК-Ультра, и без того законопослушностью особо не отличавшегося.
После чего получила погоны подполковника и перешла на службу в совершенно секретный отдел Министерства обороны США, подчинявшийся непосредственно министру и занимавшийся примерно тем же самым, чем и Отдел специальных расследований ФБР, только в Вооружённых Силах США.
Через два года Энке её бесцеремонно забрал к себе – и, сразу после того, как она закончила легендарную Академию ФБР в Квантико (она обучалась по индивидуальной программе), сделал её своим заместителем.
И обеспечил всеми ресурсами, необходимыми ей для того, чтобы адекватно покарать подонка, который в 1979 году изнасиловал и убил её младшую сестру Клариссу. Убийца был захоронен живьём на одном из заброшенных кладбищ в штате Оклахома, где родились и выросли сёстры Лайтнинг.
Джоан вырыла могилу (на его глазах), столкнула его в яму и быстро засыпала землёй, после чего Стальная Волчица Лидия Крамер весьма профессионально замаскировала место захоронения (она освоила эти навыки ещё в гестапо).
Параллельно своей основной работе замом Энке, ныне уже подполковник Лайтнинг прошла переподготовку, после чего занялась выявлением и ликвидацией особо инфернальных преступников, которые по разным причинам сумели избежать официального правосудия.
Под влиянием своего в некотором роде ментора доктора психологии и психиатрии Вернера Блоха-Шварцкопфа Джоан получила докторскую степень на факультете психологии знаменитого Джорджтаунского университета в столице США (католического – он принадлежит ордену иезуитов).
Джорджтаунский университет является ведущим в мире университетом в области политических наук и дипломатии и потому кафедра психологии в нём… впечатляющая. Поэтому диплом доктора психологии этого заведения автоматически принёс Джоан полковничьи орлы на погоны.
Под некоторым давлением своего шефа она прошла Преображение и «застряла во времени» в биологическом возрасте тридцати восьми лет. Впрочем, она не особо упиралась – ибо для неё исполнилась сокровенная мечта каждой женщины. Вечная молодость.
Энке вызвал Джоан к себе в кабинет и будничным тоном проинформировал:
«Остаёшься за старшую. Я решил тряхнуть стариной и выбраться в поле…»
Обязательное требование для всех руководителей любого уровня в Группе Омега минимум раз в полгода… впрочем, обычно это случалось в разы чаще.
И вздохнул: «Впрочем, шансы на то, что это по нашему профилю один из тысячи»
Полковник Лайтнинг (обер-фюрер Die Neue SS Хорст Людвиг Энке был выше её по званию ровно на одну ступень) усмехнулась: «Который выпадает девять раз из десяти…». И ожидаемо осведомилась: «Куда именно?»
Энке пожал плечами: «Какая-то до того мне неизвестная дыра в Вирджинии… места, правда, красивые… по слухам». И добавил: «Линбарк-фьорд… в гости к шерифу одноимённого округа и города Брине Элден»
Джона неожиданно рассмеялась: «Тогда точно десять раз из десяти… то есть, со стопроцентной вероятностью…»
И объяснила изумлённому шефу: «Линбарк – американизированное Лингбакр»
Энке это ничего не говорило, поэтому он по-прежнему удивлённо смотрел на свою подчинённую. Она вздохнула и прочитала небольшую лекцию:
«Лингбакром исландцы в своих сагах и мифах называли легендарное огромное морское китоподобное чудовище. В исландских сагах утверждалось, что Лингбакр заманивал моряков, принимая облик покрытого вереском острова, а когда экипаж высаживался на его спине, он погружался в море, утопив всех…»
«Милая морская зверушка» - усмехнулся Энке. И предсказуемо осведомился: «А норвежцы тут причём?»
Ибо уже знал, что округ Линбарк был основан иммигрантами из Норвегии – в штате Вирджиния его иначе как «малой Норвегией» не называли.
Джоан объяснила: «Исландский язык – диалект норвежского… точнее, западно-норвежского…»
«Исландия была изначально заселена норвежцами?» - не столько спросил, сколько констатировал Энке. Его подчинённая кивнула:
«Открытие Исландии приписывают норвежцу Наддоду, хотя есть свидетельства, что за столетия до него остров посещали древние греки, древние римляне и ирландские монахи…»
Которые в своём миссионерском рвении куда только не добирались… впрочем, не только в миссионерском. Джоан уверенно продолжала:
«Ещё в эпоху раннего средневековья они начали искать пустынные места и удалённые острова, где они могли в уединении молиться Богу. В середине VII века они обнаружили Фарерские острова, где стали селиться и разводить овец. С Фарер они продвинулись дальше и во второй половине VIII века, возможно, достигли Исландии или Туле, как её именовали в это время…»
«Занятное совпадение… или не совпадение» - подумал Энке. Но промолчал.
Его подчинённая вдохновенно продолжала:
«Видимо, у монахов в Исландии что-то не сложилось – и они погибли…»
Обычная судьба переоценивших свои силы путешественников в те времена.
«В середине IX века Наддод достиг берегов нынешней Исландии, после того как сбился с пути из Норвегии на Фарерские острова. Он и его викинги высадились на восточном побережье Исландии. Желая изучить окрестности, они поднялись на высокую гору и стали осматриваться в поисках признаков человеческой жизни, однако ничего полезного заметить не смогли...»
«Следующим викингом, который добрался до нынешней Исландии, стал швед Гардар Сваварссон. Чтобы убедиться, что перед ним остров, он двинулся на своем корабле вдоль побережья и, в конце концов, его обогнул. Однако путешествие заняло много времени, и зимние месяцы Гардару и его людям пришлось пережидать в одном из заливов на северном побережье…»
«А потом вернулся в Швецию…» - задумчиво протянул Энке. Джоан пожала плечами: «Это точно не известно – его дальнейшая судьба осталась неизвестной. Некоторые историки считают, что он и его люди так и остались там навсегда…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Норвежский викинг Флоки Вильгердарсон был третьим скандинавом, добравшимся до Исландии. Он и его люди прошли вдоль южного берега, обогнули полуостров Рейкьянес, двигаясь дальше на север, пока не обнаружили фьорд, где земля была плодородной, а растительность — обильной…»
Энке был не силён в географии Исландии, поэтому промолчал. Полковник Лайтнинг продолжала: «Всё лето они занимались заготовкой запасов на зиму, но совершенно забыли о сене, и во время долгой зимы весь скот погиб от бескормицы. Весной Флоки поднялся на гору и увидел, что фьорд ещё покрыт льдом – и потому назвал страну Исландией...»
«Понятно» - усмехнулся Энке. Его зам продолжила: «Заселение Исландии произошло в IX веке в результате объединения Норвегии под властью короля Харальда I. Многие семьи, вступившие в конфликт с Харальдом, были вынуждены бежать в поисках безопасного места для жизни…»
Обычное дело в Средневековье… и не только. Джоан продолжала:
«Добравшиеся до Исландии норвежцы поначалу свободно занимали земли на побережье — море было источником не только пищи, но и дерева… точнее, плавника, поскольку лесов в Исландии практически не было и нет. Первопоселенцем считается знатный норвежец Ингольф Арнарсон, основавший на острове первые поселения в районе современного Рейкьявика…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила:
«По мере заселения в Исландии сформировалась государственная система. В каждой области был тинг – общее собрание, аналог древнерусского веча), на котором вершился суд и решались споры; для решения наиболее важных вопросов представители областей собирались в начале лета на альтинг под управлением особого лица — законоговорителя…»
Энке удивлённо посмотрел на Джоан. Она объяснила: «В современной терминологии – судья и председатель парламента в одном лице»
И продолжила: «Впервые альтинг был созван в 930 году, и именно с этой даты отсчитывается эпоха народовластия в Мсландии. Считается, что исландская демократия — древнейшая из сохранившихся в мире…»
Энке никогда не был поклонником демократии (и насмотрелся, и было с чем сравнивать), поэтому вздохнул: «Понятно, что эту систему пришельцы импортировали из Норвегии… как и мифологию…»
Джоан кивнула и продолжила: «Лингбакр – один из илхвели…»
Взглянула на удивлённого шефа и торжествующе улыбнулась (будучи типичным Овном, она обожала демонстрировать своё превосходство): «Илхвели - мифические китоподобные морские чудовища, обитающие в водах Норвежского моря. Агрессивны по отношению к людям. У исландцев было наложено табу на их названия, за их произнесение оставляли без пищи…»
Энке усмехнулся: «Считали, что если имя произнести, то они явятся и всем будет очень плохо – обычное табу на имена демонов у язычников и даже христиан…»
Его зам кивнула – и продолжила: «Так как исландцы и вообще скандинавы тесно связаны с морем, логично, что его обитатели вошли в их мифы и легенды. Они издревле записывали свой фольклор, поэтому сохранились в том числе легенды рыбаков о морских чудовищах...»
«Не они одни» - задумчиво констатировал Энке. Джоан продолжала: «По мнению скандинавов, существовали «злые» и «добрые» киты. Добрые киты спасают тонущих людей, терпящих крушение, а злые наоборот, сокрушают суда и пожирают утопающих…»
«Ангелы и демоны по-скандинавски» - усмехнулся Энке. Его зам продолжала:
«Добрыми китами называли финвалов и других китов-полосатиков, а их предводителем был синий кит; его убийство могло повлечь за собой проклятие. Злыми считались кашалот и нарвал, а также некоторые мифические киты…»
Энке кивнул: «Добрые – те, кто едят криль; хищники злые… логично»
Джоан продолжала: «Не все злые по характеру мифические киты относились к илхвели: например, злой тролльвал не относился к илхвели...»
«Тролльвал?» - удивился Энке. Полковник Лайтнинг объяснила:
«Тролльвал — гигантское морское чудовище, легенды о котором первоначально были распространены среди рыбаков и моряков Норвежского моря. Считается, что прообразом тролльвала были кашалоты и другие хищные киты, которым в легендах были приписаны опасность для людей, значительно превосходящая реальную, и — ошибочно — свирепость…»
«У страха глаза велики… очень» - усмехнулся Энке. Джоан продолжала:
«Слово тролльвал от слов тролль – это существо из скандинавской мифологии, в христианской традиции часто приравнивалось к дьяволу - и wal (кит)…»
Энке вздохнул: «Я знаю, кто такие тролли – имел с ними дело… пару раз»
Джоан эти жуткие истории были известны (их проходили в учебке Группы Омега), поэтому она просто продолжила:
«Таким образом, норвежское слово тролльвал можно перевести как «кит-тролль» или «дьявольский кит». Согласно легендам, тролльвал мог разбивать корабли, нападая на них… что обычные киты действительно могли сделать с небольшими рыболовными судами тех времён…»
«… или с лодками нашего времени» - мрачно подумал Энке. Это было уже очень интересно, ибо имело самое прямое отношение к «Делу Линбарк-фьорда». Однако ему было весьма интересно и другое.
«Откуда столь глубокие познания о малой Норвегии в штате Вирджиния и в скандинавской истории и мифологии?» - осведомился он.
Джоан усмехнулась: «От моего сослуживца в 4-й пси-группе капитана Гарольда Крейга. Мы с ним два года регулярно летали через обе Большие Лужи… а он просто фанат своей малой родины… и болтун, каких поискать…»
И объяснила несколько удивлённому шефу: «Гарольд родился и вырос в городке Эмерсон, штат Мэриленд. Это на противоположном берегу фьорда от Линбарка»
Энке кивнул… однако его ожидало ещё одно откровение. Ибо его подчинённая лукаво-загадочно улыбнулась и продолжила:
«Соседний с Линбарком округ – тоже на берегу фьорда - носит название Уктена…». Сделала многозначительную паузу – и объяснила: «Уктена или Рогатая Змея - божество воды и молний в мифологии многих племен индейцев»
«Всё интереснее и интереснее» - подумал Энке. Джоан вдохновенно продолжала:
«Уктену описывают как змею… рептилию невероятных размеров, обитающую в реках, пресных озерах и морских заливах. Ее тело покрыто чешуей, на голове большие рога, похожие на рога буйвола или оленя…»
Его зам продолжала: «Во рту крупные острые зубы; на лбу яркий сияющий гребень; чешуя, светится, как искры огня. Иногда Уктена вылезает на сушу, но большую часть своего времени она проводит в воде. Птица Грома управляет верхним миром, в то время как в загробном мире властвует Уктена…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Уктена недружелюбна к людям, но тех людей, которые были добры к ним, рогатые змеи уважали. Дыхание Уктены настолько пагубно, что ни одно живое существо не сможет выжить, если оно вдохнет малейшую частичку гнилостного воздуха, выдыхаемого Уктеной…»
Энке кивнул; поблагодарил подчинённую; Джоан покинула его кабинет, а он вызвал свою ассистентку Кристину ЛеБёф (агента ЛеБёф, если официально). И поручил ей заказать ему самый лучший номер в самой лучшей гостинице Линбарка (сотрудникам Группы Омега платили на уровне Уолл-стрита – ибо очень даже было за что).
А также (дабы не привлекать излишнего внимания) Форд Таурус – самое популярное авто в США - с номерами штата Вирджиния. Через час всё было готово; Энке добыл из шкафа дорожную сумку – и отправился на рандеву с шерифом округа Линбарк Бриной Элден.
По автотрассе от столицы США до Линбарка было ровно сто миль, которые можно было легко преодолеть за два часа. Энке нужно было пообщаться с шерифом без посторонних ушей, что означало непрошеный визит к ней домой.
После смерти отца-основателя ФБР Джона Эдгара Гувера в Бюро изменилось очень многое… но не всё. Практика сбора и анализа информации о лицах, представляющих интерес для ФБР, сохранилась… разве что стала несколько более законной, чем при Гувере.
В эту категорию входили все без исключения шерифы округов – по совершенно очевидной причине. Ибо никогда не знаешь, куда тебя занесёт расследование очередного федерального дела… и помощь какого шерифа тебе потребуется.
А поскольку шерифы обычно были сабжами непростыми (других на этой работе было исчезающе мало), нужно было собрать о них максимум информации, дабы облегчить достижение взаимоприемлемого соглашения.
Брина Мария Элден недавно отпраздновала сорок первый день рождения. Два года назад она овдовела – муж, который был на пятнадцать лет старше её, скоропостижно скончался от сердечного приступа.
Её 19-летняя дочь Астрид (единственный ребёнок) училась на втором курсе университета штата Вирджиния, основанного в 1819 году Томасом Джефферсоном (в состав правления университета входили ещё два президента США – Джеймс Мэдисон и Джеймс Монро – последний будучи действующим президентом).
Что любопытно, на инженерном факультете, на кафедре аэрокосмических технологий. Видимо, в какой-то степени под влиянием отца – Магнус Элден до самого последнего дня (он умер в классной комнате сразу после уроков) преподавал математику и физику в средней школе.
До исчезновения полудюжины лодок с туристами (они наслаждались потрясающими видами фьорда), в Линбарк-Тишландии не происходило почти ничего криминального, за исключением (и то нечастых) мелочей типа не особо кровавых драк в барах, мелкого подросткового хулиганства и домашнего рукоприкладства – даже двери дома мало кто запирал.
Поэтому шериф работала, как и любой другой госслужащий – с девяти утра до шести вечера с часовым перерывом… и почти исключительно по рабочим дням. Сегодня было воскресенье, однако Энке знал – ибо позвонил в офис шерифа – что Брина выехала на какое-то необычно сложное ДТП; скорее всего, провозится там целый день, после чего отправится домой, не заезжая в офис – точно не ранее семи часов вечера.
Что оставляло Энке ещё около двух часов времени, которое нужно было как-то использовать. Он решил использовать его в Ричмонде, переговорив с начальником отделения ФБР Дональдом Батлером.
Ибо и «визит вежливости» нужно было нанести (местные страсть как не любили, когда столичные шишки их игнорировали), и кое-какие важные распоряжения отдать … и узнать, что получится.
Получилось немного – Батлер (в территорию которого входил Линбарк) лично с Бриной ни разу не встречался; ничего интересного для ФБР в её округе ранее не происходило… слышал только, что она рулила своим персоналом как истинная женщина-викинг – железной рукой в бархатной перчатке и славилась уникальной интуицией… собственно, именно поэтому он и переслал её запрос в Вашингтон.
Брина Элден (Кристина ЛеБёф нашла справочник по норвежским именам и фамилиям и сообщила шефу, что в переводе с норвежского это означает Огненная Защитница) жила одна в симпатичном одноэтажном доме на расстоянии в пару миль от города в лесу. Что существенно облегчало задачу Энке, которому лишние глаза были совершенно ни к чему.
Проехав мимо её дома по просёлочной дороге, Энке заметил рядом с крыльцом ярко-алую Вольво 850 1994 года выпуска (кто бы сомневался), удовлетворённо отметил, что хозяйка дома, подъехал к дому, припарковался, поднялся на крыльцо и энергично постучал в дверь.
Тишландия Тишландией, но некоторые меры безопасности шериф всё же соблюдала. Ибо она подошла к двери и осведомилась, не открывая явно запертую на засов дверь: «Кто?»
«Тот, кто всерьёз воспринимает Вашу версию» - спокойно ответил Энке.
Шериф распахнула дверь… и у обер-фюрера Die Neue SS аж дух перехватило. Ибо на него смотрела самая настоящая скандинавская богиня. Высокого роста – минимум шесть футов; стройная, идеально сложенная; явно очень физически сильная (положение шерифа обязывало); золотисто-пшеничные волосы; светлая тонкая кожа с естественным румянцем… однако глаза не голубые, а светло-серые.
Которые были… нет, не зеркалом её души. А вратами, порталом в Вечность. Вечность скандинавских мифов и саг; Вальхаллы и Асгарда; Фрейи и Одина...
Богиня явно хотела что-то спросить, но Энке покачал головой и приложил палец к губам. Прошёл в прихожую, закрыл за собой дверь, положил на скамейку портфель, открыл, добыл из него инструмент…
Энке просканировал дом; жучков не обнаружил (что его не удивило совершенно); после чего отключил все телефонные аппараты в доме Брины от телефонной сети и проинформировал шерифа: «До завтрашнего дня Вам придётся пожить без наземной связи; завтра прибудут профи и осмотрят вашу линию на предмет прослушки. За домом не наблюдают – я проверил…»
«Вы думаете, что кому-то нужно меня прослушивать?» - изумилась богиня.
Энке вздохнул: «Я думаю, что всегда лучше перебдеть, чем недобдеть…»
И осведомился: «Где мы можем поговорить?». Брина не так чтобы уж неожиданно ответила вопросом на вопрос: «Я вижу, Вы с дороги… поужинать хотите?»
«Не откажусь» - улыбнулся Энке.
Брина провела его в столовую и удалилась на кухню. Через несколько минут вернулась с типичными норвежскими блюдами: знаменитый копчёный лосось на закуску; запечённый в духовке лосось с варёной картошкой в качестве основного блюда; в качестве хлеба предлагались тонкие традиционные жёсткие бездрожжевые хлебцы flatbrød.
Запивать всё это предлагалось явно домашним пивом (в некоторых населённых пунктах Норвегии пиво до сих пор варили почти в каждой семье). На десерт был вкуснейший клубнично-яблочный пирог и кофе (как ни странно, ныне самый популярный горячий напиток в Норвегии… впрочем, и в США тоже).
Хозяйка дома прокомментировала: «Пиво варит отец моего помощника – ничего вкуснее я никогда не пробовала…».
Энке вынужден был согласиться, хотя прожил в Германии не одно десятилетие – а там знали толк в приготовлении пива. Брина вздохнула:
«Я очень люблю готовить; когда Магнус умер, стала намного меньше… а когда Астрид уехала учиться в университет, вообще перестала. Так, иногда балую себя… сегодня как знала, приготовила ужин на скорую руку…»
И предсказуемо осведомилась: «Кому нужно меня прослушивать – у меня вообще нет врагов; здесь тихо… ни в какие игры на уровне штата, тем более, выше, я никогда не играла…»
Энке невозмутимо ответил: «Тем, кого категорически не устраивает Ваша версия… если она соответствует действительности… что мне пока непонятно…»
Открыл портфель, добыл из него стандартное обязательство о неразглашении на бланке Министерства юстиции США, частью которого было ФБР, и авторучку – и протянул Брине. Она без какого-либо удивления подписала и вернула ему.
Энке убрал документ и авторучку в портфель, после чего представился:
«Supervisory Special Agent ФБР Эндрю Хортон. Ваша знаменитая интуиция Вас не подвела – отдел, подобный X-Files, в ФБР действительно существует - и я имею честь его возглавлять…»
Сделал паузу - и продолжил: «До сегодняшнего дня мне не приходилось иметь дело с Лингбакром, тролльвалами, Уктенами и прочими илхвелями. Но с их сухопутными в некотором роде родственниками – пусть и существенно меньшего размера – мне сталкиваться приходилось. Поэтому я не могу исключить Вашу версию… хотя мне она и представляется не очень вероятной…»
«Это было очень страшно?» - неожиданно тихо, почти шёпотом спросила Брина.
Энке вздохнул, пожал плечами, добыл из потайного внутреннего кармана пиджака патрон 9х19 парабеллум и показал ей:
«Эта пуля отлита из самородного серебра. На любую инфернальную сухопутную гадость она действует как стакан цианида внутривенно на слона. Поэтому нет, не страшно… просто неприятно очень. Отвратительные они донельзя - вид у них совершенно тошнотворный…»
«Мне страшно» - ещё тише прошептала Брина. «Мне очень страшно…»
Запнулась, долго молчала, затем глубоко вздохнула и продолжила: «Я совсем не робкого десятка… пятнадцать лет в полиции Ричмонда прослужила… там чего только не было… но это…». Снова запнулась, затем покачала головой:
«Я понимаю, что это звучит ужасно неприлично… но без тебя рядом я просто сейчас развалюсь…». Энке это не удивило, ибо столкновение с инфернальным Злом – даже если это воздействие идёт только из тонкого мира (это он ощущал – и источник этого воздействия ему ещё предстояло определить) – может дать ещё и не такой эффект.
Он положил ладонь на ладонь Брины: «Я никуда не уйду. Я не оставлю тебя, пока не передам с рук на руки той, кто… в общем, за ней ты будешь как за каменной стеной. Её зовут Марго… её прозвище Морриган-800…»
«Почему 800?» - удивилась Брина. Она явно была в курсе, что Морриган – кельтская богиня войны… в том числе, и с инфернальным Злом.
Энке объяснил: «Это номер подразделения, в котором она воевала. Ближний Восток, Африка, Латинская Америка, Индокитай, Балканы, Средняя Азия… где она только не воевала…»
Брина благодарно кивнула: «Спасибо». И улыбнулась: «Пойдём на диван в гостиную…». Он кивнул.
В по-женски уютной гостиной Энке опустился на мягкий элегантный диван, а Брина предсказуемо добыла из дорожной сумки (такие дела обычно держат при себе 24/7) папку под предсказуемым названием Лингбакр и протянула гостю. И только после этого села на диван рядом с ним и прильнула к нему.
Когда он закончил изучение папки, шериф ожидаемо (и с нескрываемой надеждой) осведомилась: «И что ты обо всём этом думаешь?»
Энке откинулся на спинку дивана, глубоко вздохнул – и уверенно ответил:
«У меня нет ни малейшего сомнения, что где-то в этом районе поселилось инфернальное Зло…»
«Именно оно меня так напугало… и пугает?» - не столько спросила, сколько констатировала Огненная Защитница. Энке кивнул.
Брина вздохнула: «Рядом с тобой я чувствую себя даже не как за каменной стеной. А за железобетонной… точнее, как в бункере… который не пробить никому…»
Энке нежно погладил её по голове и пожал плечами: «Ничего удивительного – я эту гадость истребляю и от неё защищаю… да, собственно, всех уже не одно десятилетие… ты просто это чувствуешь…»
Она кивнула и не столь уж и неожиданно спросила: «Сколько тебе лет?»
Энке улыбнулся: «А ты как думаешь?». Она пожала плечами: «Я в этом не особо сильна… сорок два?». Он покачал головой: «Мне тридцать восемь… биологически». Брина удивлённо посмотрела на него.
Он спокойно ответил: «У каждого человека три возраста – хронологический, биологический и психологический». Она задумалась, немного подумала и кивнула: «Согласна». И осторожно спросила: «А хронологически?»
К её изумлению, её гость ответил на её вопрос совершенно неожиданным вопросом: «Ты ведь меня не отпустишь, пока не…»
Она глубоко вздохнула – и кивнула:
«Я никогда ничего так сильно не хотела, как секса с тобой… прямо здесь и сейчас. Что довольно странно, ибо секс для меня никогда не был на первом месте. Работа… точнее, служба; муж; дочь… и только потом постельные утехи…»
Глубоко вздохнула и продолжила: «Я никогда не употребляла… вещества; даже к алкоголю практически равнодушна… но с наркоманами дело имела в Ричмонде не раз и не два…». Сделала небольшую паузу и продолжила: «… поэтому хорошо знаю, насколько непреодолимым бывает желание… даже потребность в дозе…»
«Сейчас твой желание сильнее?» - улыбнулся Энке. Брина кивнула: «Несравнимо… я просто с ума схожу, как мне хочется…»
«У тебя есть объяснение, почему?». Она покачала головой: «Ни малейшего»
Энке вздохнул – и задал экзистенциальный вопрос: «Ты понимаешь, что после близости со мной тебе придётся навсегда покинуть твою службу, твой город, твой округ, твой штат… вообще весь свой мир…»
Она усмехнулась: «Не понимаю, но чувствую… точнее, знаю…». И не столько спросила, сколько констатировала: «Мне придётся уйти к тебе, в твой мир… мир не-совсем-людей…»
«Потому что бороться с этой инфернальной гадостью обычные люди не могут…»
И снова констатировала: «Мне придётся стать такой, как ты…». Он кивнул.
Она глубоко вздохнула – и кивнула: «Я согласна»
Энке улыбнулся, положил папку Лингбакр на журнальный столик, поднялся с дивана, поднял Брину, раздел её догола (её тело было ожидаемо сногсшибательно прекрасным), разделся сам, взял её на руки (она была на седьмом небе) и отнёс в ванную, где долго, нежно и ласково купал.
Потом тщательно вытер её и себя гигантскими махровыми полотенцами, снова взял на руки, отнёс в спальню и уложил на кровать. Когда он лёг рядом с ней, она лукаво улыбнулась: «Извини, но я буду сверху… обожаю позу наездницы…»
И устроила ему такой секс-марафон (видимо, за два года у неё никого не было, а интимная жизнь с мужем была… насыщенной), что ощутимо вымотала. Уже под утро, когда они кончили он уже сбился со счёта в который раз, она поднялась, села рядом с ним на кровать, покачала головой и уверенно констатировала:
«Ты действительно не человек… человек так не может…». Он улыбнулся:
«Двое нас». И торжественно заявил: «Поздравляю, фру Брина – исполнилась твоя самая сокровенная мечта…». И объяснил изумлённой женщине: «Теперь тебе всегда будет биологически сорок один. И через сто лет – и через двести…»
И ответил на её вопрос о его хронологическом возрасте:
«Моё настоящее имя – Хорст Людвиг Энке. Я родился десятого августа 1907 года в Катовице – тогда это был немецкий город…»
От изумления Огненная Защитница аж дар речи потеряла. А Энке рассмеялся: «Добро пожаловать в люден-клуб, фру Брина…»
«В смысле?» - удивилась шериф. Ибо такого поворота не ожидала совершенно.
Энке объяснил: «Ты права насчёт не-совсем-людей… мы называем себя людены»
«Откуда такое название?» - осведомилась Брина. Он пожал плечами:
«Понятия не имею. Говорят, что первым современным люденом был барон фон Людендорф… но его никто никогда не видел…». И сбросил бомбу:
«В сорок четвёртом… после того, как я прошёл Преображение… у мужчин это происходит по-другому, я через гестапо и СД попытался его найти… тщетно»
«Ты работал в гестапо?» - изумилась Брина. «Служил» - поправил он её. И продолжил: «В 1921 году мой родной город стал частью Польши… новые власти весьма жёстко прессовали немецкое меньшинство… пришлось репатриироваться»
Глубоко и грустно вздохнул – и продолжил: «Мы перебрались в Мюнхен, к дальним родственникам; в 1930 году я закончил юрфак Мюнхенского университета – и почти сразу же вступил в НСДАП и в СС…»
«Почему?» - искренне удивилась Брина. Энке спокойно ответил: «Потому что в жизни нам никогда не приходится выбирать наибольшее добро. А только и исключительно наименьшее Зло…»
Шериф задумалась, затем решительно кивнула: «Согласна… именно этим я и занимаюсь на службе вот уже четыре года…». Энке уверенно продолжал:
«… а иногда приходится выбирать наименьший Ад. В те годы Европа была, по сути, полем битвы между Адом красным… большевистским и Адом коричневым. Сначала в войне холодной – с семнадцатого по тридцать девятый годы – а затем и в горячей… очень горячей…»
«Красный Ад был хуже коричневого?» - удивилась Брина. Энке вздохнул – и прочитал ей краткую лекцию по истории первой половины сороковых годов. О Гражданской войне в России и Красном терроре.
О раскулачивании и расказачивании. О ГУЛАГе и Большом терроре. О Голодоморе и депортациях народов. О Коминтерне и Операции Гроза. О Советско-польской войне и Дне М. О Проекте Каракурт и Операции Анна.
О геноциде немцев после Второй мировой войны. О «художествах» коммунистов – тогда ещё сталинских лакеев – в Восточной Европе, Китае, Вьетнаме, Северной Корее и на Кубе. О совершенно инфернальных «красных кхмерах» в Камбодже.
И – для полноты картины – об огненных штормах, прилетевших на крыльях Дьявола (стратегических бомберов американских и британских ВВС) в Германию и Японию… ну, и об атомной бомбёжке Хиросимы и Нагасаки, конечно.
Не забыв рассказать и о «подвигах» других чертей в другом Аду. О Ночи длинных ножей и Хрустальной ночи. О рабочих лагерях СС и Акции Т4. Об акциях по умиротворению на оккупированных территориях. О приказе о заложниках и о приказе о комиссарах. О Пирчюписе, Хатыни и Орадуре.
И, конечно, о Холокосте. Об эйнзацгруппах СС и полицай-батальонах ОрПо. Об их «добровольных помощниках» в Прибалтике и на Украине. О Панеряй, Румбуле и IX форте. О гетто в Вильнюсе и Каунасе; Варшаве и Лодзи; Минске и Риге. О Хелмно и Аушвице. О Бельжеце и Собиборе. О Треблинке и Майданеке.
Брина внимательно выслушала его; долго молчала, переваривая услышанное… затем кивнула: «Я согласна с тобой – красный Ад был и кошмарнее, и опаснее для человечества… хотя и коричневый адский Ад, конечно…»
И предсказуемо спросила: «А в отдел по борьбе с паранормальным противником тебя как занесло?». Энке лукаво-загадочно улыбнулся и ответил совершенно неожиданно: «Во всём виновата женщина…»
И объяснил изумлённой Огненной Защитнице: «В 1932 году я поступил на работу в СД – службу внутренней разведки СС. В мае тридцать третьего перешёл на работу в только что созданное гестапо…»
Сделал небольшую паузу и продолжил:
«Я никогда не имел никакого отношения ни к каким массовым убийцам – моё подразделение - после создания РСХА это был отдел IV-A - занималось политическими противниками рейха – от монархистов до коммунистов… впрочем, приходилось заниматься и масонами, и педофилами в рясах… в то время Германия была единственной страной, которая серьёзно боролась с этим злом»
Глубоко вздохнул – и продолжил: «Я родился и вырос в нынешней Польше, знал и язык, и культуру, поэтому после капитуляции Польши, в октябре тридцать девятого меня перевели в варшавское гестапо… заниматься Сопротивлением. Хотя и педофилами-священниками тоже…»
«С упомянутой тобой женщиной ты в Варшаве познакомился?» - снова не столько спросила, сколько констатировала Брина. Энке кивнул: «Её звали… зовут Ядвига Радванска… ныне она Эмма Кинг…»
«Зовут?» - изумилась шериф. Энке спокойно ответил: «Ядвига моя жена и коллега. Возглавляет оперативный отдел… подробности позже узнаешь…»
И продолжил: «Мы познакомились весной сорокового… она была лучшей польской доминатриссой по прозвищу Пражская Фурия…»
«Доминатриссой?» - изумилась Брина… причём явно со знанием дела изумилась.
«Ты знакома с миром БДСМ?» - в свою очередь удивился Энке. Ибо эта… девиация обычно имеет место в крупных городах – но никак не в населённых пунктах в, по сути, сельской Вирджинии.
Шериф грустно усмехнулась: «Астрид в этом деле по самые уши – ещё со старших классов школы… ладно, не будем о грустном. Продолжай, мне очень интересно»
Энке продолжил: «В рейхе деятельность Ядвиги была уголовным преступлением… ну, а на оккупированных территориях вполне тянула на расстрельный список…»
«Но ты её отмазал…» - задумчиво произнесла Брина. Энке кивнул:
«Да, но не только…». Шериф удивлённо посмотрела на него. Он глубоко вздохнул и объяснил: «Когда ей было семнадцать лет, её изнасиловали четверо подонков. Она мне об этом рассказала…»
Брина изумлённо-восхищённо покачала головой: «… и ты, используя возможности гестапо, их нашёл… и адекватно покарал…»
Энке пожал плечами: «В рейхе женщина была достоянием нации, поэтому такое преступление вполне заслуживало смертной казни… вот я и подвёл двоих под акцию по умиротворению…»
И объяснил: «Их судьба оставалась неизвестной до 1992 года, когда были рассекречены списки жертв Катынского расстрела…»
Брина кивнула: «Моя однокурсница из семьи польских эмигрантов – для них это очень большая трагедия… так что я в курсе…». Энке продолжил:
«Списки неполные, но даже этой информации хватило…»
«Их расстреляло НКВД в Катыни?» - шериф изумлённо покачала головой. И добавила: «Карма, однако…». И улыбнулась: «И она в тебя влюбилась…»
Энке улыбнулся в ответ: «Она утверждает, что именно тогда, когда я покарал её насильников… мне тогда было не до неё совсем, да и к доминатриссам я относился с опаской – ибо сталкивался в Мюнхене… и в Берлине тоже… по службе…»
Глубоко вздохнул – и продолжил: «Мне пришлось разрушить весь её мир… это была неизбежная плата за спасение её жизни, её переклинило…»
«… и она двинула в Сопротивление… в Армию Крайову – так это называлось?» - закончила за него Брина.
Энке покачал головой:
«Тогда ещё нет. Армия Крайова была создана 14 февраля 1942 года приказом главкома польскими вооружёнными силами генерала Владислава Сикорского. В 1940 году эта подпольная организация называлась Союз вооружённой борьбы… впрочем, это неважно…»
Сделал небольшую паузу – и продолжил: «Важно, что Ядвига… мне тогда и в голову прийти не могло, что ещё в семнадцать лет она стала дочерью полка… в смысле, воспитанницей роты польского спецназа…»
Брина изумлённо покачала головой: «… и получила первоклассную военную подготовку…». Энке кивнул – и продолжил: «Настолько первоклассную, что через считанные недели стала создавать нам больше проблем, чем все остальные их боевики, вместе взятые в районе Варшавы…»
Шериф усмехнулась: «Почему Фурия, понятно… но почему Пражская?»
Энке объяснил: «Прага – район Варшавы на правом берегу Вислы, где Ядвига родилась, выросла и жила до нашей встречи…»
«Ты её ловил?» - улыбнулась Брина. Он покачал головой: «Ядвига сразу ушла в лес – а моя зона ответственности заканчивалась на границе Варшавы. Она была головной болью ягдкоманд жандармерии и СС до весны сорок третьего…»
«И что же случилось весной сорок третьего?» - в высшей степени заинтересованно осведомилась Огненная Защитница. Энке усмехнулся:
«Волею Судьбы… или Господа Бога, я так до конца и не разобрался, Ядвиге пришлось немного пострелять серебряными пулями из Вальтера РРК по оборотням-волколакам…»
И объяснил удивлённой норвежке: «Это милые зверушки два метра длиной, полтора в холке, абсолютно чёрные, с огненной пастью, янтарными глазами – волк размером с хорошего телёнка, короче…»
Сделал небольшую паузу – и продолжил: «Понятно, что после такого дороги обратно в Сопротивление у неё уже не было…»
«К тому времени в РСХА – Главном управлении имперской безопасности Германии – уже полтора года работал отдел по борьбе с паранормальным противником, куда она и пошла служить…»
«Она пошла служить к немцам???» - изумлению шерифа не было предела.
Энке пожал плечами: «В войне с инфернальным врагом мы все в одном окопе… или танке. Очень скоро ты узнаешь об операциях, в котором плечом к плечу сражались СС, НКВД, британские МИ-6 и Управление Специальных Операций; ирландская Гарда Шихана; французы, немцы, русские, англичане… и евреи…»
И с усмешкой добавил, процитировав генерала ГРУ: «Ибо если эта гадость развернётся в промышленных масштабах, то всех нас сожрёт с потрохами…»
«И как ты снова встретился с Ядвигой?» - заинтересованно осведомилась Брина.
«Ей замуж очень захотелось» - бесстрастно ответил Энке. От изумления Огненная Защитница чуть из кровати не вывалилась: «Что???»
Он объяснил: «Её начальник и я вместе работали с осени сорокового – вместе священников-педофилов ловили и отправляли в концлагеря СС… помимо много чего ещё… интересного».
Брина изумлённо-восхищенно захлопала в ладоши:
«Я её обожаю… она узнала, что ты в пределах досягаемости… и убедила начальника вытащить тебя…»
«В Берлин» - спокойно ответил Энке. «Она работала в штаб-квартире РСХА…»
И добавил: «Она может быть непреодолимо убедительна… когда очень хочет…»
«Не сомневаюсь» - фыркнула Брина. «Астрид меня познакомила с парочкой таких… фурий, так что я примерно представляю себе, что это за птица…»
Энке продолжил: «Несколько месяцев я проработал в том же отделе… мы поженились уже через две недели…». И сбросил бомбу:
«Нас обвенчал лично Его Святейшество Пий XII – это был нам с Ядвигой… тогда уже Эммой Кёниг свадебный подарок от её начальника, он хорошо знал Верховного Понтифика. В Ватикане, в папской часовне…»
Брина в очередной раз потеряла дар речи – а Энке невозмутимо продолжил:
«После войны инфернальная гадость никуда не делась – ей наплевать, кто кого победил, так что мы перебрались в Лондон, потом в Рим… потом в США…»
Шериф не без труда пришла в себя и задала давно ожидаемый вопрос:
«Я стала такой, как ты, потому что я с тобой трахнулась дюжину раз?»
Он покачал головой: «Не только поэтому. По этому варианту это обязательное условие – но недостаточное… ты стала такой потому, что мы с тобой вместе уже воюем с инфернальным Злом…»
И несколько обеспокоенно вздохнул: «Кстати, насчёт инфернального Зла… есть у меня нехорошее ощущение, что мы имеем дело с самым паскудным вариантом…»
