Дело авиаторов

[RolandVT]

30 марта 1941 года

Берлин, Великогерманский рейх

В силу специфики операции Blitzeinschlag-3, даже сам факт того, что личный помощник рейхсфюрера СС интересуется определёнными досье, гарантировал её провал… если бы информация об этом интересе утекла в Кремль.

Колокольцев не был контрразведчиком и к паранойе не был склонен совершенно – поэтому вовсе не был уверен (как через некоторое время выяснится, напрасно), что советская разведка внедрила своего «казачка» в разведотдел люфтваффе.

Однако ещё в учебке ИНО ОГПУ в него намертво вбили фундаментальный принцип всегда лучше перебдеть, чем недобдеть… а в ведомстве полковника Шмида царил такой бардак, что обращаться к нему за необходимыми Колокольцеву досье было бы… рискованно.

Да и вообще он предпочитал обращаться к первоисточникам, а не в передаточную инстанцию… и поэтому позвонил полковнику Хансу Остеру. Второму человеку в абвере, своему единственному другу… и руководителю антигитлеровского Сопротивления в Германии.

Ханс Пауль Остер родился под знаком Льва (кто бы сомневался) девятого августа 1887 года в Дрездене, в семье лютеранского пастора. После получения среднего образования, в 1907 году поступил на военную службу в кайзеровскую армию.

В качестве офицера Генерального штаба в чине гауптмана принимал участие в Первой мировой войне, после окончания которой остался служить в Рейхсвере (большая редкость после Версальского договора).

В 1929 году был произведён в майоры. В 1932 году из-за нарушения кодекса чести офицера (он переспал с женой своего товарища – это дело было его слабостью) был вынужден уйти в отставку.

В мае 1933 года Остер поступил на работу в исследовательское управление военной авиации (де-факто разведку люфтваффе), а с октября того же года перешёл на службу в абвер (в военную разведку уже всего рейхсвера).

Приход к власти Адольфа Гитлера и НСДАП он поначалу приветствовал (ибо большевиков и версальских бандитов ненавидел примерно одинаково), однако убийство нацистами его бывшего начальника, генерала Курта фон Шлейхера (во время Ночи длинных ножей) изменило его отношение на резко негативное.

В 1935 году новый начальник абвера адмирал Вильгельм Канарис вернул Остера на военную службу и пригласил его на должность начальника центрального отдела этой службы, ведавшего кадрами и финансами (фактически на должность своего заместителя); тогда же Остеру был присвоен чин подполковника. В 1939 году он был произведён в полковники.

Как и Канарис, придерживался национально-консервативных взглядов. В 1938 году, во время «судетского кризиса», был фактически руководителем военного заговора против Гитлера, потерпевшего неудачу из-за того, что Англия и Франция, проводившие политику «умиротворения», согласились на требования фюрера о передаче Судетской области нацистской Германии.

Это привело к такому росту популярности Гитлера внутри страны, что сделало невозможным военный переворот. Заговор потерпел неудачу из-за своевременного вмешательства Колокольцева, который прямо или через посредников убедил итальянцев, англичан и французов (именно в таком порядке), что отказ от совершенно справедливых требований Гитлера приведёт к европейской войне, результатом которой станет оккупация Европы Сталиным.

Мюнхенское соглашение (на все сто правильное и праведное, ибо отдавший Судеты Чехословакии Версальский договор был государственным бандитизмом) было пролоббировано папой Пием XI и Муссолини… с подачи Колокольцева и (опосредовано) Генриха Гиммлера.

Впрочем, об этом Ханс Остер так никогда и не узнал. Они с Колокольцевым подружились после того, как заключили (разумеется, устно) соглашение о стратегическом партнёрстве.

Согласно которому, сначала Остер поможет Колокольцеву ликвидировать (руками Гитлера) сталинскую экзистенциальную угрозы человечеству… а потом уже Колокольцев поможет Остеру покончить с режимом Гитлера.

Во время Второй мировой войны Остер продолжал участвовать в антинацистской деятельности – даже передал британцам информацию о предстоящем нападении Германии на Бельгию и Нидерланды. Что было чистой воды предательством и сильно осложнило Остеру его «параллельную жизнь». Ибо с предателями переговоры не ведут…

Будучи куратором кадровой политики абвера, он способствовал приёму на службу в этот орган многих противников нацистов, включая пастора Дитриха Бонхёффера (ещё большего идеалиста, чем Остер… хотя куда уж больше).

Из своих источников в гестапо (где правоверных нацистов было не более 20%) Остер регулярно получал информацию о планируемых преследованиях антифашистов и предупреждал их о готовящихся акциях.

Он организовывал тайные миссии Бонхёффера в Швейцарию и Швецию и адвоката Йозефа Мюллера в Ватикан — их участники, официально выступая в качестве сотрудников абвера, стремились установить контакт с британцами и американцами от имени антигитлеровской оппозиции. Неудачно – см. выше.

Колокольцева это не интересовало от слова совсем (не в последнюю очередь потому, что у него такие контакты были). Причём на уровне главы МИ-6 – внешней разведки Великобритании.

Личным помощником директора которой – полковника Стюарта Мензиса – была Сара Бернштейн (она же Абигайль Дойл). Которую – и её дочь Анну – Колокольцев спас от жуткой смерти во время ноябрьского еврейского погрома в Берлине в 1938 году, а затем переправил в Лондон через Дублин.

Его интересовали досье на высший комсостав ВВС РККА, заботливо собранный абвером… из совершенно открытых источников. Ибо некоторое время назад Сталин принял решение о серийном производстве Героев Советского Союза – и официально (с вручением ордена Ленина и медали Золотая Звезда) … и в общественном сознании.

В результате в ВВС РККА было засекречено всё… кроме биографий ключевых руководителей. Героев Испании, Китая, Халхин-Гола и Финской войны. Которые… да где только не публиковались.

Колокольцев был чуть ли не единственным из Героев Советского Союза, указ о награждении которого имел наивысший гриф секретности в СССР – Особой важности. Ибо получил он это высокое звание… за операцию Blitzeinschlag-2.

С точки зрения Сталина (и Берии) за раскрытие «заговора генералов и маршалов», имевшего целью свержения сталинского режима и физической ликвидации Красного Тамерлана.

Кроме того, Колокольцев (майор госбезопасности СССР, что соответствовало армейскому полковнику), был награждён орденом Ленина ещё аж трижды. За содействие приходу к власти Адольфа Гитлера (Операция Анна); и за ликвидацию молохан в Москве в 1938 и 1939 годах (во втором случае ещё и в Свердловске).

А также орденом Красного Знамени – за разгадку (в 1940 году) тайны Свердловских монстров и исчезнувшего золота адмирала Колчака. Во втором случае, более, чем разгадку – в «закрома Родины» вернулись почти две с половиной тонны золота (столько же ушло в подвалы Рейхсбанка).

Колокольцев позвонил в штаб-квартиру абвера на Тирпиц-уфер и совершенно без удивления обнаружил, что Остер ещё на рабочем месте (тот работал чуть ли не круглосуточно, помогая фюреру вести войну и параллельно готовя его свержение).

Просьба друга (Ханс Пауль Остер был человеком безукоризненной чести) имела для него наивысший приоритет… в результате уже через час Колокольцев приступил к знакомству с досье абвера на высший комсостав ВВС РККА.

А ещё через два часа он покинул штаб-квартиру абвера, унося с собой (разумеется, в голове - не на бумаге, Боже упаси) полный банк целей операции Blitzeinschlag-3.

[RolandVT]

C кочки зрения Колокольцева, Яков Владимирович (Вульфович) Смушкевич был просто идеальной кандидатурой на роль руководителя «заговора авиаторов» в ВВС РККА. Даже более идеальной, чем Тухачевский на роль руководителя «заговора генералов и маршалов» в РККА в 1937 году.
Яков Смушкевич родился 14 апреля 1902 года под знаком Овна (кто бы сомневался) в местечке Ракишки Новоалександровского уезда Ковенской губернии (ныне город Рокишкис на северо-востоке Литвы, административный центр Рокишкского района в Паневежском уезде).

Смушкевич был евреем, что (в силу лютого антисемитизма Красного Тамерлана) делало его ещё более идеальным кандидатом. Тем более, что он некоторое время посещал начальную еврейскую школу (хедер).

Уже в 16-летнем возрасте (не редкость в те лихие времена) он вступил в РККА – вскоре после создания последней - и в том же году был принят в ВКП(б). После чего назначен на должность… комиссара в 1-м Минском коммунистическом батальоне, который вошёл в состав Западной армии. Не так чтобы уж очень удивительно – в Гражданскую 15-летние командовали полками…

В боях на Западном фронте Смушкевич был ранен в руку, однако обошлось. Не обошлось во время Советско-польской войны – почти сразу же после её начала в конце января 1919 году он получил сабельное ранение ноги и был взят в плен польскими войсками.

И тут началось едва ли не самое интересное в биографии всё ещё юного Смушкевича. С ним начала работать знаменитая дефензива – военная контрразведка Второго отдела Генерального штаба Войска Польского (польского аналога германского абвера).

Согласно официальной биографии Смушкевича, для работы с ним его перевели в печально знаменитую тюрьму Лукишки в Вильнюсе. Через год ему якобы удалось бежать … только вот выросший в Польше Колокольцев в этом очень сильно сомневался.

Ибо точно знал – от весьма информированных знакомых – что бежать из этой тюрьмы было точно не легче, чем из знаменитого Алькатраса в Сан-Франциско (последнее ещё никому не удавалось).

Тем более, что способ, которым Смушкевич якобы выбрался из тюрьмы (спрятавшись в прачечной среди бельевых корзин, он был вывезен с территории тюрьмы) существовал только в худлите – в реальности в любой тюрьме и прачечная, и корзины тщательно проверялись.

Поэтому он не сомневался, что Смушкевич пошёл на сотрудничество с поляками, которые и организовали ему этот побег. Экзистенциальный вопрос: зачем и что они от него хотели. Колокольцев решил это выяснить немедленно.

Когда Ханс Остер ответил (Колокольцев решительно не понимал, когда тот спал и спал ли вообще, хотя люденом не был, насколько ему было известно - полковник и не подозревал о существовании этих не-совсем-людей), Колокольцев отдал другу боевой приказ (де-факто он имел такое право):

«Подними захваченные архивы дефензивы. Найди всё, что у них есть на Якова Вульфовича Смушкевича, 1902 года рождения, красного комиссара, взятого в плен 31 января 1919 года…»

Вообще-то абвер уже давно должен был это и сам раскопать, но по неясным причинам не смог. Почему не смог, Колокольцев узнал через минуту.

Ибо обладавший идеальной памятью Остер вздохнул: «Ничего. Ничего кроме записи о его пленении и помещении в лазарет, затем в лагерь военнопленных и в тюрьму Лукишки – по требованию дефензивы…»

«Как думаешь, почему ничего?». Полковник снова вздохнул: «Либо документы погибли во время нашего вторжения… что вполне возможно, хотя и маловероятно, ибо запись сохранилась…»

«… либо операция была настолько секретной, что на бумаге ничего не фиксировалось…» - продолжил за него Колокольцев.

«… либо дело было настолько важным, что все документы хранились в сейфах очень высокого начальства, с которым перебрались в Лондон» - закончил за него Остер. Колокольцев поблагодарил друга и повесил трубку.

Ему было кого попросить добыть польское досье Смушкевича, если оно действительно находилось в Лондоне… однако пока это было не актуально. Он продолжил чтение досье германского.

Вернувшись в расположение частей Красной армии, Смушкевич был зачислен рядовым бойцом в 144-й стрелковый полк (радикальное понижение в должности). Что странно весьма – уже в те годы к бежавшим из плена после столь долгого заключения – да ещё и в тюрьме – обоснованно относились настороженно. И обычно не возвращали в ряды РККА.

Полк входил в бригаду Яна Фабрициуса, что тоже заслуживало пристального внимания Колокольцева. Ибо «Железный Мартын» - таким было его прозвище в Гражданскую - погиб 24 августа 1929 года в авиакатастрофе вблизи города Сочи при не до конца выясненных обстоятельствах.

В то время Фабрициус был членом Центральной контрольной комиссии ВКП(б) - по статусу он был равен члену ЦК. Этот партийный орган проверял соблюдение членами и кандидатами в члены КПСС партийной дисциплины, привлекал к ответственности функционеров, виновных в нарушении Программы и Устава партии, партийной и государственной дисциплины.

Ходили слухи, что безукоризненно честный и порядочный Фабрициус нарыл нечто такое, что его пришлось убрать, не пожалев ещё троих ни в чём не повинных пассажиров и двух членов экипажа (пилота и штурмана).

В июле 1920 года, уже в качестве политрука роты, Смушкевич участвовал во взятии Сморгонского укреплённого района. В бою за Пултуск заменил раненого комиссара полка.

Вполне вероятно, что Яков так и продолжил бы делать партийную карьеру… если бы в октябре 1922 года он не был переведён на работу в авиацию — на должность организатора партработы 9-й авиаэскадрильи в Смоленске.

Там он неизлечимо заболел небом (случается); освоил в авиачасти лётное дело и стал сам летать, подавая личный пример сослуживцам. С 1923 года перешёл на политработу в авиаэскадрилью в Минске.

С февраля 1928 года комиссар 43-й авиаэскадрильи во 2-й авиабригаде, расквартированной в Витебске. С весны 1930 года заместитель начальника политотдела 2-й авиабригады. В ноябре 1931 года стал командиром и комиссаром 2-й авиабригады, вскоре превратив её в одно из образцовых соединений Военно-воздушных сил РККА.

В 1932 году окончил Качинскую военную школу лётчиков… и перешёл уже на чисто военную службу. 28 ноября 1935 года ему присвоено воинское звание комбриг (эквивалент бригадного – однозвёздного - генерала).

С ноября 1936 по 17 июня 1937 года Смушкевич под псевдонимом Генерал Дуглас принял участие в гражданской войне в Испании на стороне республиканского правительства — старшим военным советником по авиации и руководителем противовоздушной обороны Мадрида.

Иногда, несмотря на статус, лично вылетал на задание. Грамотно организовал систему ПВО Мадрида, резко снизив эффективность бомбардировок города авиацией националистов и легионом Кондор.

20 июня 1937 года ему было присвоено воинское звание комкор (генерал-лейтенант), минуя звание комдив (генерал-майор). Не редкость в те времена – во время Большой Чистки должности в РККА освобождались с калейдоскопической быстротой (каждой должности соответствовало определённое звание).

На следующий день, «за проявленные мужество и героизм при выполнении интернационального долга» Яков Смушкевич был удостоен звания Героя Советского Союза.

По возвращении из Испании в 1937 году окончил курсы усовершенствования начальствующего состава при Военной академии РККА имени М. В. Фрунзе и в том же году вступил в должность заместителя начальника Управления ВВС РККА (Александра Локтионова). Который в 1939 году организовал просто образцовую операцию прикрытия ликвидации гнезда молохан в окрестностях Свердловска.

В апреле 1938 года комкор Смушкевич получил тяжёлые травмы в аварии при облёте нового многоцелевого самолёта Р-10 (предшественника гораздо более известного Су-2) при подготовке к первомайскому параду в Москве. Несколько месяцев лечился. С тех пор больные ноги периодически давали о себе знать.

В 1938 году в № 4 журнала «Большевик» опубликована его статья «Авиация в предстоящей войне». В ней он посчитал главным для ВВС — своевременно поднятая в воздух авиация, сосредоточение командования всеми вооружёнными силами в одних руках. Сталину явно понравилось - 7 октября 1938 года Смушкевич утверждён членом Военного совета при наркоме обороны СССР.

В атмосфере паранойи Большой Чистки, партийные власть предержащие, похоже, обратили внимание на странную историю с заключением и побегом из полькой тюрьмы (и интересом дефензивы).

В декабре 1938 года заместитель народного комиссара обороны — начальник Главного политуправления Красной армии Лев Мехлис (что занятно, тоже еврей), в письме на имя Сталина потребовал снятия Смушкевича с должности и проведении расследования НКВД.

Однако Большая Чистка к тому моменту уже завершилась (не без участия Колокольцева), поэтому требование Мехлиса Сталин проигнорировал.

В мае — августе 1939 года во время советско-японского конфликта на реке Халхин-Гол в Монголии командовал авиацией 1-й армейской группы. Преимущество японской авиации в майских и июньских боях удалось ликвидировать, в том числе профессиональным руководством Смушкевича… таковой была официальная версия. На самом же деле победа в воздухе была одержана традиционным способом – достижением почти трёхкратного численного превосходства.

В сентябре 1939 года Смушкевич был назначен на должность начальника ВВС Киевского Особого военного округа. Принимал участие в сентябрьском вторжении в Польшу (в соответствии с секретным приложением к пакту Молотова-Риббентропа) в должности командующего ВВС Украинского фронта.

17 ноября 1939 года «за мужество и отвагу в боях с японскими захватчиками» (в реальности захватчики были советские) на реке Халхин-Гол Смушкевич был награждён второй медалью «Золотая Звезда» (стал дважды Героем Советского Союза). Правительство Монголии наградило его орденом Боевого Красного Знамени Монгольской Народной Республики.

19 ноября 1939 года Смушкевич был назначен начальник ВВС РККА. Принимал, как начальник ВВС, участие в советско-финляндской войне 1939—1940 годов. Несмотря на двадцатикратное (!!!) численное превосходство советских ВВС, война в воздухе была с треском проиграна (потери советской авиации были на порядок выше, при этом толку от неё было, мягко говоря, немного).

Однако выводы были сделаны, решения приняты и выполнены… в результате к весне 1941 года советская авиация превратилась в грозного противника, вполне способного сорвать германский блицкриг.

4 апреля 1940 года Смушкевичу было присвоено очередное воинское звание командарм 2-го ранга. После введения в РККА генеральских званий, 4 июня 1940 года Смушкевичу было присвоено воинское звание генерал-лейтенант авиации. В августе 1940 года был переведён на должность генерал-инспектора ВВС РККА, а в декабре того же года был назначен помощника начальника генштаба по авиации.

Смушкевич отрицательно относился к советско-германским договорённостям 1939 года и не скрывал этого. Ещё одно основание для недоверия Сталина.

По оценке аналитиков абвера, Смушкевич внёс немалый вклад в повышение лётно-тактических данных советских самолётов и боевой мощи авиации РККА. Что делало его опасным противником – и главным кандидатом на устранение.

Колокольцев, как и любой уважающий себя разведчик, никогда не останавливался на полпути в своих расследованиях. Поэтому он снял трубку телефонного аппарата и попросил коммутатор абвера соединить его с варшавским гестапо.

С начальником спецотдела СС-штурмбанфюрером Хорстом Людвигом Энке, которого он знал с осени сорокового (они совместно раскручивали дело католических священников-педофилов).

Когда его приятель (они почти подружились) ответил, Колокольцев отдал боевой приказ (мандат Гиммлера давал ему такое право):

«Поручи тому, кому ты полностью и безусловно доверяешь, прошерстить архивы дефензивы – те, которые остались в Варшаве. И потрясти тех её сотрудников, которые сейчас сидят у нас. Меня интересует всё, что у них есть на Якова Смушкевича, 1902 года рождения, комиссара, пленённого 31 января 1919 года…»

Повесил трубку – и перезвонил дежурному в ирландское посольство. Продиктовал инструкции – и вернулся к изучению досье. На следующее утро в Лондоне Сара Бернштейн (она же Абигайль Дойл) получила шифровку:

«Мне нужно всё, что у беглых поляков есть на Якова Смушкевича. Вчера. Начальству ни слова…»

[RolandVT]

Александр Локтионов поднялся с самых низов до (почти) самого верха военной карьеры – от рядового до генерал-полковника. Он родился 23 августа 1893 года, в селе Верхний Любаж, Курской губернии Российской империи.

С началом Первой мировой войны в 1914 году призван в Русскую императорскую армию, зачислен рядовым в элитный Павловский лейб-гвардии полк. В 1915 году окончил полковую учебную команду и продолжил службу уже унтер-офицером.

В 1916 году окончил Ораниенбаумскую школу прапорщиков. С 1916 года участвовал в боях Первой мировой войны на Западном и Юго-Западном фронтах. Воевал командиром роты Полтавского 30-го пехотного полка, командиром роты Финляндского лейб-гвардии полка.

После Февральской революции 1917 года был избран членом полкового солдатского комитета Финляндского полка, параллельно был командиром батальона и помощником командира этого полка. Последний военный чин в дореволюционной царской армии – поручик (обер-лейтенант).

С 1918 года — в Красной армии. На фронтах Гражданской войны с 1918 года воевал в 604-м стрелковом полку и быстро поднимался по служебной лестнице: командир батальона, помощник командира полка, с сентября 1919 — командир полка. Впрочем, в то время это не было такой уж редкостью.

С 1920 года — командир 27-й стрелковой бригады 9-й стрелковой дивизии. Сражался на Южном и Кавказском фронтах против армий Деникина. Отличился в боях в Донбассе; в должности командира бригады — в ликвидации Улагаевского десанта на Кубани, а также в боях против армии Врангеля в Крыму.

После гражданской войны с июня 1921 года командовал 97-й стрелковой бригадой, с мая 1922 года — 33-й стрелковой дивизией. С июля 1923 года — помощник командира 2-й Тульской стрелковой дивизии, с октября 1924 года — командир 2-й Белорусской стрелковой дивизии. Член РКП(б) с 1921 года.

Окончил Высшие академические курсы (1923), курсы усовершенствования высшего начсостава при Военной академии имени М. В. Фрунзе (1928), курсы партийно-политической подготовки командиров-единоначальников при Военно-политической академии имени Н. Г. Толмачёва (1930).

С ноября 1930 года — командир 4-го стрелкового корпуса. С декабря 1933 года — помощник командующего войсками Белорусского военного округа по авиации (хотя до того с самолётами ни разу не сталкивался), а с мая 1935 года — на той же должности в Харьковском военном округе.

В августе 1937 года назначен командующим войсками Среднеазиатского военного округа, с ноября того же года начальник ВВС РККА — заместитель наркома обороны СССР по авиации. Ровно через два года, 19 ноября 1939 года, его сменил Яков Смушкевич.

Назначение Локтионова главкомом ВВС – одна из главных загадок кадровой политики Сталина. Вероятнее всего, он был не начальником (реально ВВС руководили его подчинённые), а смотрящим за ВВС со стороны наркома обороны Тимошенко (понимавшего в авиации ещё меньше) … и лично Сталина.

Видимо (по неясным причинам) Красный Тамерлан ему полностью доверял - что для Сталина было неизмеримо важнее профпригодности - которая у Локтионова (по сути, представителя военной номенклатуры, которой всё едино, чем и кем руководить) была не ахти.

Напрасно доверял – в Финской войне ВВС РККА (которыми до того Локтионов руководил аж два года) показали себя из рук вон плохо (да и на Халхин-Голе не сильно лучше), поэтому потребовалась радикальная реформа. Которую провёл уже профессионал до мозга костей Яков Смушкевич.

С июля 1940 года Локтионов - командующий войсками Прибалтийского Особого военного округа, созданного на территории аннексированных СССР Латвии, Литвы и Эстонии. Органы НКВД развернули в Эстонии, Латвии и Литве массовый террор… правда, неясно, какое отношение Локтионов к этому имел… если имел.

В декабре 1940 года ввиду болезни был направлен на лечение в Москву и зачислен в распоряжение Народного комиссара обороны СССР. В резерв, по сути.

Колокольцева это не беспокоило – для него значение имели три факта: (1) Локтионов был лично знаком со Смушкевичем – по версии Колокольцева, организатором и руководителем «заговора авиаторов»; (2) он руководил ВВС РККА во время почти всей Большой Чистки и ещё год после того; и (3) он несколько месяцев провёл в тогда уже Советской Прибалтике.

Буквально наводнённой агентами абвера и Аусланд-СД, несмотря на все усилия НКВД, ГУГБ и военной контрразведки. Одним из которых (правда, базировавшимся в Берлине), был некий Казис Шкирпа.

В прошлом начальник Генштаба независимой Литвы; затем посол Литовской республики в Берлине, а с ноября 1940 года – основатель и руководитель Литовского фронта активистов.

Подпольной военизированной организация, которая намеревалась осуществить восстановление независимости Литвы при поддержке спецслужб и военной разведки Третьего рейха.

Поддержав неизбежное вторжение вермахта вооружённым восстанием на всей территории оккупированной республики…

[RolandVT]

В отличие от едва ли не подавляющего большинства своих «подельников» (по версии Колокольцева), Павел Рычагов всю свою военную (другой у него не было) карьеру был профессиональным лётчиком.

Рычагов был ровесником Лины Гейдрих – он родился в Москве 15 января 1911 года (в крестьянской семье, как и Ирма Бауэр). Авиацией заинтересовался ещё в раннем детстве, постоянно запуская воздушных змеев. В 1928 году окончил школу, после чего недолго работал на фабрике упаковщиком.

Вскоре был призван на срочную службу в РККА – и сразу направлен в Ленинградскую военно-теоретическую школу лётчиков. Закончил её два года спустя, а ещё спустя год - 2-ю военную школу лётчиков Красного Воздушного Флота в городе Борисоглебске

Где освоил самолёт-разведчик Р-1. Официально конструкции Поликарпова, а на самом деле, нелицензионную копию британского лёгкого бомбардировщика и разведчика de Havilland D.H.9А. Образца 1916 года, что характерно.

Будучи курсантом, Рычагов в ходе учебного вылета впервые попал в аварийную ситуацию. Вскоре после взлёта у него отказал двигатель, а затем вообще вспыхнул пожар на борту.

Покинуть учебную машину Рычагов не мог, так как советские лётчики тогда летали без парашютов (!!!). Не было возможности и приземлиться, ибо внизу были озеро и лес.

Тем не менее, он не потерял присутствия духа, сумел круто развернуть самолёт почти на 90 градусов, перевёл крылатую машину в режим планирования и благополучно совершил посадку на опушке леса.

После окончания авиашколы Павел получил назначение в 109-ю авиационную эскадрилью 36-й истребительной авиационной бригады Украинского военного округа, дислоцированную в Житомире.

В 1933 году Рычагов стал командиром звена, а через несколько месяцев командиром авиационного отряда и вывел его в передовые подразделения. С ноября 1935 года — инструктор высшего пилотажа и воздушной стрельбы 8-й военной школы лётчиков.

В марте 1936 года «за успехи в боевой, политической и технической подготовке и подготовке подчинённых» старший лейтенант Рычагов был награждён орденом Ленина. Что немедленно заинтересовало Колокольцева – сильно заинтересовало.

Заинтересовало потому, что он сам был кавалером ордена Ленина – причём аж четырежды (было за что). И потому доподлинно знал, что получить эту (высшую) награду Страны Советов «за успехи в боевой, политической и технической подготовке и подготовке подчинённых» было невозможно от слова совсем.

Чтобы стать кавалером ордена Ленина, нужно было совершить нечто совершенно выдающееся... и совершенно секретное. В 1936 году советскому авиатору за пределами страны (внутри СССР для лётчика это было нереально) это можно было сделать лишь в одной стране. В Испании. Благо время было… подходящее.

На парламентских выборах, состоявшихся в Испании 16 февраля 1936 года, победу одержал блок левых партий Народный фронт. Председателем правительства вновь стал лидер партии «Левые республиканцы» Мануэль Асанья.

Он придерживался просоветских позиций, ибо видел в СССР естественного союзника по борьбе с «буржуазией», «помещиками» … но, в первую очередь, с католической Церковью.

В октябре 1931 - сентябре 1933 года Асанья уже занимал пост премьера. Его правительство проводило ярко выраженную антиклерикальную политику... и это ещё очень мягко сказано.

После того, как 11 мая 1931 года по всей стране начались погромы церквей и монастырей (сопровождаемые массовыми убийствами монахов, монахинь, священников и мирян), Асанья отказался принимать меры против их участников, демонстративно заявив, что «даже все церкви Испании не стоят и одного республиканца».

Из страны был выслан примас католической церкви Испании кардинал Сегура, выступивший с критикой республики. Асанья был одним из инициаторов принятия республиканской Конституции, согласно которой церковь отделялась от государства, священники лишались государственной зарплаты и запрещались монашеские ордена, члены которых давали дополнительные обеты, кроме трёх обычных (из Испании изгонялись иезуиты, которые давали обет верности Папе).

Правительство Асаньи провело аграрную и образовательную реформы (в рамках последней были закрыты церковные школы и открыто большое количество светских – несопоставимо худших по качеству образования.

В 1932 правительство Асаньи смогло подавить военное восстание под руководством генерала Хосе Санхурхо. Подавил кроваво – а затем расстрелял ещё и анархистов, выступивших против правительства в деревне Касас-Вьехас в январе 1933 года. Чисто большевистскими методами правил, в общем.

Будучи человеком неглупым, Асанья понимал, что очередной мятеж военных – лишь вопрос времени. В 1933 году его изгнали из власти чисто парламентскими методами… которые три года спустя уже могли и не сработать.

Реалистично смотря на вещи, он понимал, что без поддержки СССР его шансы удержаться у власти чуть меньше, чем нулевые. Поэтому, весьма вероятно, он обратился к Сталину за помощью почти сразу же после того, как занял кабинет премьер-министра Испании.

В Мадрид в обстановке полной секретности отправилась делегация, в составе которой Рычагов явно оказал настолько значимую услугу Сталину, что по возвращении получил орден Ленина.

Косвенным доказательством этого стал неоспоримый факт: в октябре авиаотряд Рычагова в полном составе был отправлен в Испанию. Спасать республиканский режим от поднявших мятеж националистов.

Однако не спас… впрочем, это выяснится лишь спустя два года после возвращения Рычагова с Пиренеев. С ноября 1936 по февраль 1937 года Рычагов командиром звена, а затем эскадрильи истребителей под псевдонимом «Пабло Паланкар» участвовал в Гражданской войне в Испании.

Летал на биплане И-15 (в то время весьма эффективном истребителе), был ранен, несколько раз его самолёт сбивали, но он спасался благодаря парашюту. Однажды Рычагов приземлился на парашюте прямо в центре Мадрида, где сразу был подхвачен на руки ликующей толпой республиканцев.

Под Мадридом Рычагов сбил шесть самолётов франкистов — пять истребителей и один бомбардировщик. Ещё 14 воздушных побед одержал в группе. 31 декабря 1936 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза с формулировкой:

«За образцовое выполнение специальных и труднейших заданий Правительства по укреплению оборонной мощи СССР и проявленный в этом деле героизм…».

Ну, не СССР, конечно… а так всё правильно - и всё по делу.

В начале февраля 1937 года Рычагов вернулся в Москву, где получил внеочередное воинское звание (майора) и был назначен командиром 65-й истребительной эскадрильи 81-й авиационной бригады.

Вскоре поступил в Военно-воздушную академию им. Н. Е. Жуковского, но учился там недолго из-за новой (аналогичной) командировки – теперь уже в Китай, который 26 июля начал войну с Японией (строго говоря, начала Япония).

14 сентября 1937 года китайская делегация на приёме в Москве обратилась к Сталину с просьбой о посылке в Китай советских лётчиков. Ибо ВВС у Поднебесной тогда, по сути, не было.

Просьба была удовлетворена. Отбором и формированием группы советских лётчиков-добровольцев руководили начальник ВВС РККА Локтионов и его заместитель комбриг Смушкевич (который сменит его на этом посту).

Уже 21 ноября 1937 года советские лётчики-добровольцы открыли боевой счёт: семь истребителей И-16 в бою с 20 японскими самолётами над Нанкином без потерь сбили два истребителя и один бомбардировщик.

2 декабря 1937 года девять бомбардировщиков СБ, управляемых советскими лётчиками, вылетев из Нанкина, совершили налёт на японские авиабазы под Шанхаем. По оценкам советских лётчиков, в общей сложности ими было уничтожено на земле до 30 японских самолётов (в реальности раза в три меньше).

Вскоре эта же группа нанесла удар по японским кораблям на реке Янцзы. Утверждалось, что при этом был потоплен крейсер (говорили чуть ли не об авианосце), однако японские источники отрицают любые безвозвратные потери японских боевых кораблей в течение всей японо-китайской войны; скорее всего, советскими лётчиками было потоплено всего лишь транспортное судно (баржа).

23 февраля 1938 года 28 бомбардировщиков СБ совершили сенсационный авианалёт на японскую авиабазу на острове Тайвань, сбросив 280 бомб. Бомбёжка вызвала шок у японцев, чувствовавших себя на острове в полной безопасности.

По китайским данным на аэродроме было уничтожено 40 японских самолётов (в реальности втрое меньше); все СБ вернулись неповреждёнными. В том же месяце советские лётчики бомбили железную дорогу и переправы через Хуанхэ.

В конце марта 1938 года советские бомбардировщики, покрыв 1000 километров, разбомбили железнодорожный мост через Хуанхэ, попутно нанеся удар по соседнему понтонному мосту. На обратном пути лётчикам пришлось садиться для дозаправки в Сучжоу.

В декабре 1937 года Рычагова избрали депутатом Верховного Совета СССР 1-го созыва - и сразу же после этого он отправился в Китай. С декабря 1937 по март 1938 года он - старший военный советник, затем командующий советской авиацией в Китае под псевдонимом «генерал Баталин».

Вернулся – и сразу был назначен на генеральскую должность командующего ВВС Московского военного округа. Затем последовательно командовал ВВС Приморской группы войск, ВВС ОКДВА, ВВС Дальневосточного фронта и ВВС 1-й Отдельной Краснознамённой армии.

За успешное руководство действиями ВВС в боях у озера Хасан в 1938 году был награждён всего лишь орденом Красного Знамени (это к вопросу об ордене Ленина за «успехи в подготовке личного состава»).

Во время Финской войны командовал ВВС 9-й армии. В 1938 году по предложению Сталина он был принят в члены ВКП(б) без прохождения кандидатского стажа. Рекомендации дали Сталин и Ворошилов.

В 1940 году в возрасте 29 лет был назначен на высшие должности Главного управления ВВС РККА: с июня 1940 года — заместитель начальника Главного управления; с июля — первыЙ заместитель начальника Главного управления» с августа 1940 года назначен начальником Главного управления ВВС РККА, сменив на этом посту Якова Смушкевича.

Как и Смушкевич, Рычагов был лётчиком от Бога. Летал без кислородной маски. На приборной доске в самолётах, которые пилотировал Павел, были лишь манометры и циферблаты, которые показывали данные о высоте, горючем и масле. Остальное оборудование, в том числе навигационное, отсутствовало.

Лётчики могли полагаться лишь на свое зрение и слух. Всего Рычагов совершил более 3000 полётов, из них 500 — ночные; налетал больше 170 000 километров.

За один вылет мог выполнить в воздухе до 250 фигур высшего пилотажа (петли, перевороты, виражи и боевые развороты), из которых 40 на высоте 5000 метров, ещё 40 — на высоте 1000 метров, а 25 фигур — у самой земли. Колокольцев мог вытворять и не такое (да и Гейдрих отставал не сильно) … но всё равно был впечатлён весьма.

В декабре 1940 года на сборах высшего командного состава ВВС Рычагов выступил с докладом «Военно-воздушные силы в наступательной операции и в борьбе за господство в воздухе». Что характерно, в наступательной…

Обсуждая взаимодействие авиации с наземными войсками, Рычагов агитировал за распределённые ВВС, поделенные на авиацию армейского и фронтового подчинения. Эта идея была отвергнута генералитетом, которому не понравилось предложение раздать самолёты корпусам и дивизиям. И правильно не понравилось…

«Привязка» Рычагова к «заговору авиаторов» была очевидной, ибо он (1) лично знал Смушкевича – главу заговора по версии Колокольцева; (2) был его сменщиком на самой высокой должности в РККА; и (3) воевал в Испании – и потому мог контактировать с немецкой разведкой, агентами которой буквально кишели республиканские ВВС – и не только ВВС.

У Колокольцева не хватило наглости обвинить Рычагова в том, что во время его пребывания в Китае он был завербован японской разведкой… впрочем, в этом не было необходимости. С этим прекрасно справятся костоломы ГУГБ, которых даже после «бериевской чистки» осталось достаточно вполне.

[RolandVT]

Эрнст Генрихович Шахт (не имевший никакого отношения к германскому финансисту и госчиновнику Ялмару Шахту) был просто идеальным кандидатом на роль связного между «заговором авиаторов» и германской разведкой.

Немец по национальности; родился и вырос в немецкоязычном Базеле (он был ровесником Гейдриха); в Швейцарии остались его брат и сестра, с которыми Шахт поддерживал связь (несмотря на то, что партия, ВВС и НКВД на это смотрели весьма и весьма косо).

В 1918—1921 годах работал подручным маляра, затем учеником электромонтёра на заводе. С 1918 года занимался политической деятельностью, был членом Коммунистического союза молодёжи (КСМ) Швейцарии.

В июле-ноябре 1921 — технический секретарь Центрального комитета КСМ Швейцарии, с ноября 1921 года — представитель ЦК КСМ Швейцарии при Берлинском бюро Коммунистического Интернационала Молодёжи (КИМ). Из-за политических преследований (кто бы сомневался) в апреле 1922 года эмигрировал в СССР.

В 1922—1923 годах работал электромонтёром в Международном рабочем комитете помощи голодающим в Москве. В мае 1923 года вступил в ряды РККА. В 1924 году окончил Борисоглебскую военную авиационную школу лётчиков, в 1925 году — Высшую школу воздушной стрельбы и бомбометания (город Серпухов). Служил в строевых частях ВВС (в Московском военном округе).

С декабря 1926 года по декабрь 1931 года участвовал в ликвидации басмачества в должностях командира звена 35-го авиаотряда и 37-й авиаэскадрильи (Среднеазиатский военный округ).

В 1929 году за мужество и героизм, проявленные в этих операциях, был награждён орденом Красного Знамени. Насчёт мужества и героизма – сильное преувеличение; невелико мужество расстреливать с воздуха басмачей, которым нечем ответить (зенитных пулемётов у повстанцев не было, а сбить самолёт из винтовки – ненаучная фантастика). А ведь расстреливали и некомбатантов…

В 1931 году окончил Курсы усовершенствования начальствующего состава при Военно-воздушной академии имени Н. Е. Жуковского. С декабря 1931 года — командир Эскадрильи особого назначения, которая базировалась на Центральном аэродроме в Москве и занималась перевозкой высшего командного состава Красной Армии.

В мае 1936 года якобы за высокие показатели в лётной подготовке был награждён орденом Ленина. Колокольцев сразу заподозрил, что на самом деле за то же самое (или похожее на то), за что орден Ленина получил Рычагов. В той же стране.

Тем более, что косвенное доказательство аналогичное - с сентября 1936 года по февраль 1937 года Шахт воевал в небе Испании. Сначала занимался обучением испанских лётчиков на аэродроме Алькала-де-Энарес, а с октября 1936 года командовал 1-й бомбардировочной авиаэскадрильей.

28 октября 1936 года эскадрилья под его командованием совершила первый боевой вылет на бомбардировку позиций националистов. Всего совершил в Испании несколько десятков боевых вылетов на бомбардировщике СБ.

Указом ВЦИК СССР от 31 декабря 1936 года Шахту (тоже майору, как и Рычагов) «за мужество и героизм, проявленные при выполнении воинского долга, присвоено звание Героя Советского Союза» с вручением ордена Ленина. И Золотой Звезды за номером 15. В данном случае, уже совершенно по делу.

В 1936 году в СССР из Швейцарии переехали его родители. В Швейцарии остались его брат и сестра, с которыми Шахт продолжал поддерживать связь.

С июня 1937 года Шахт — начальник Липецкой высшей лётно-тактической школы (в 1938 году переформирована в Липецкие высшие авиационные курсы усовершенствования).

Это было, пожалуй, самым интересным эпизодом его биографии… правда, благодаря прошлому, а не настоящему Липецкой школы. Ибо это было едва ли не самое успешное совместное предприятие вермахта и РККА – наряду с танковой школой «Кама» близ Казани.

Научно-исследовательская деятельность в области военного самолётостроения и военной авиатехники на территории Германии после окончания Первой мировой войны, в рамках наложенных ограничений по Версальскому соглашению, была запрещена. Как и собственно ВВС.

Поэтому исследования и разработки приходилось проводить за границей, в частности, в СССР. После заключённого 16 апреля 1922 года во время Генуэзской конференции Рапалльского договора советское руководство разрешило организацию в России немецких объектов для испытания запрещённой Версальским договором военной техники и обучения военных кадров.

Немецкое руководство, в свою очередь, обещало содействовать экспорту немецкого технического опыта для развития оборонной промышленности Советской России.

Открытие немецкой (точнее, совместной) авиационной школы в СССР планировалось с 1924 года. Документы о создании школы были подписаны 15 апреля 1925 года в Москве тогдашним начальником ВВС РККА Барановым и полковником рейхсвера (де-факто главой официально не существовавших люфтваффе) фон дер Лит-Томзеном.

Созданием школы руководила «авиационная инспекция № 1» германского оборонного управления. Использование аэродрома и сооружений школы было для СССР бесплатным, все расходы по полному оборудованию несла немецкая сторона. Ежегодно на содержание школы выделялось два миллиона марок.

Немцы в очень короткий срок реконструировали производственные помещения, возвели два небольших ангара, ремонтную мастерскую, и уже 15 июля 1925 года совместная лётно-тактическая школа была открыта.

Первоначально материальной базой школы служили 50 истребителей «Фоккер Д-XIII», закупленных Германией на средства «Рурского фонда» в Нидерландах в 1923—1925 годах. 28 июня 1925 года самолёты прибыли из Штеттина в Ленинград на пароходе «Эдмунд Гуго Стиннес».

Также были закуплены транспортные самолёты и бомбардировщики. Обучение лётчиков проходило в течение полугода. Руководил школой майор Штар, также предусматривалась должность советского заместителя, представителя РККА.

В полную силу школа начала работать в 1927 году. Летом, в лётный период, наземный персонал насчитывал свыше 200 человек (с немецкой стороны — около 140), зимой число уменьшалось (с немецкой стороны — около 40 человек).

В 1932 году общая численность личного состава центра достигла 303 человек: 43 немецких и 26 советских курсантов, 234 человека рабочих, служащих и технических специалистов.

Командование рейхсвера строго контролировало все детали деятельности совместных структур на территории СССР, особое внимание уделялось режиму секретности. Немецкие лётчики носили советскую форму без знаков различия.

При школе проводилась исследовательская работа, для которой материальная часть немецким Генштабом тайно приобреталась за границей. В практический курс подготовки лётчиков входила отработка ведения воздушного боя, бомбометание из различных положений, изучение вооружения и оборудования для самолётов — пулемётов, пушек, оптических приборов (прицелы для бомбометания и зеркальные прицелы для истребителей) и т. д.

Всего за восемь лет существования авиашколы в Липецке в ней было обучено или переподготовлено для Германии 120 лётчиков-истребителей (30 из них являлись участниками Первой мировой войны, 20 — бывшими лётчиками гражданской авиации) и 100 лётчиков-наблюдателей. Точное число советских специалистов, прошедших обучение под руководством немецких инструкторов, неизвестно.

В начале 1930-х годов, ещё до прихода к власти в Германии Адольфа Гитлера, немецкое участие в проекте стало постепенно сокращаться. Уже на переговорах в ноябре 1931 года немецкая сторона уклонилась от обсуждения возможности превращения авиашколы в Липецке в крупный совместный научно-исследовательский центр.

Происходило это по причине сближения СССР с другими западноевропейскими странами, в частности с Францией... хотя гораздо больше потому, что опасность содействия большевистской экзистенциальной угрозе перевешивал выгоды от тайного военного сотрудничества с СССР.

Поэтому Рапалльский договор, подписанный между РСФСР и Веймарской республикой в 1922 году (в радикально иной ситуации), стал быстро терять свою актуальность и полезность для Германии.

15 сентября 1933 года липецкий проект был закрыт; постройки, возведённые германскими специалистами, и значительная часть оборудования были переданы советской стороне.

Выпускниками и сотрудниками этой школы были будущие генералы люфтваффе Гуго Шперле, Гюнтер Кортен, Ганс Ешоннек, Отто Деслох, Ганс Зейдеман, Йозеф Каммхубер, Курт Пфлугбейль, Георг Рике, Вильгельм Шпейдель, Густав Кастнер-Кирдорф, Эрих Кваде, Генрих Ашенбреннер, Карл Август фон Шенебек, а также полковник фон Белов, в 1937 году ставший личным адъютантом Гитлера.

Если совсем коротко и прямо - без авиашколы в Липецке никакого блицкрига вполне могло и не быть. Ни в Польше, ни во Франции, ни в Европе… ни в СССР.

Для советской стороны результаты этого сотрудничества не были столь эффективными (и это ещё очень мягко сказано). В период массовых репрессий в РККА были расстреляны военачальники, наиболее глубоко изучившие германские вооружённые силы, и ряд бывших командиров, служивших на объекте «Кама» (танковой школы), а ещё 39 выпускников были арестованы после начала советско-германской войны.

Естественно, как «немецкие шпионы» … с катастрофическими последствиями для РККА летом-осенью 1941 года.

4 июля 1937 года Шахту было присвоено звание комбриг. С августа 1939 года Шахт - начальник Рязанских высших курсов усовершенствования ВВС. В 1940 году окончил Высшие академические курсы при Военной академии Генштаба.

В апреле 1940 года назначен командиром 167-го резервного авиационного полка (город Рязань), в котором отрабатывалась методика «слепых» полётов (при нулевой видимости, по показаниям навигационных приборов).

4 июня 1940 года Шахту было присвоено звание генерал-майора авиации. С ноября 1940 года Шахт - заместитель командующего ВВС Орловского военного округа по высшим учебным заведениям.

Уже ненадолго – Колокольцев об этом позаботится…

[RolandVT]

Фёдор Константинович Арженухин идеально вписывался в «заговор авиаторов» по трём причинам. Воевал в Испании; занимал должность начальника штаба ВВС РККА; и занимал её при начальнике ВВС Смушкевиче – по версии Колокольцева, руководителе этого самого заговора (существовавшего лишь в воображении личного помощника рейхсфюрера СС по особым поручениям… таким как вот это).

Фёдор Арженухин родился 15 июля 1902 года в Москве. С 1919 года служил в продотряде. Этот факт дал Колокольцеву дополнительную - и очень сильную - мотивацию по ликвидации этого красного упыря.

Ибо продотряды представляли собой вооружённые формирования в структуре Наркомпрода, созданные в период Гражданской войны и направленные им в сельскую местность для принудительного изъятия продовольствия у крестьян.

Изымали такими методами, что иначе как вурдалаками это отребье (продотряды формировались из самых что ни на есть отбросов общества) назвать было нельзя. Крестьяне – надо отдать им должное – платили упырям той же монетой.

И на кол сажали, и кожу живьём сдирали, и в землю живьём закапывали, и пилой распиливали на козлах, и заживо сжигали, и в кипятке живыми варили… в общем, неудивительно, что крестьянское Сопротивление красной нечисти получило совершенно заслуженное название Русская Вандея.

Шарлотта Корде не даст соврать – она по полной программе зажигала и там, и там. Нередко в самом прямом смысле зажигала…

В марте 1920 года Арженухин вступил в ВКП(б). В 1920 году был избран секретарём Бутырского райкома РКСМ в Москве. В Красной Армии с мая 1920 года; служил красноармейцем в отряде Частей особого назначения (ЧОН).

Красных карателей, если называть вещи своими именами (по уровню жестокости далеко переплюнувших карателей белых). ЧОН участвовал в подавлении крестьянских волнений во время Гражданской войны, а также был силовой поддержкой продотрядов, занимавшихся изъятием у крестьян хлеба и других продуктов. Естественная миграция из упырей в вурдалаки, в общем.

Нижегородский батальон особого назначения участвовал в подавлении Кронштадтского и Тамбовского восстаний в 1920-1921 годах (в последнем случае активно применялись автомашины-душегубки и снаряды, содержащие боевые отравляющие вещества). Екатеринбургские части участвовали в подавлении сибирского восстания 1921 года. Славно отметились, в общем.

С августа 1920 Арженухин - секретарь комиссара запасных войск Западного фронта; с октября 1920 — комиссар отдельного караульного батальона по охране продовольственных и артиллерийских баз Западного фронта. В январе 1921 года был демобилизован.

В 1921-1922 годах - заведующий политпросветотделом Ферганского обкома РКСМ (упырь-просветитель — это нечто… впрочем, якобинцев-вурдалаков некоторые на полном серьёзе считают поборниками и деятелями Просвещения), затем заведующий орготделом Сыр-Дарьинского обкома РКСМ.

В июле 1922 года вновь призван в РККА, однако теперь сразу направлен учиться на лётчика. В 1923-1927 годах учился и окончил Борисоглебскую школу военных лётчиков, а затем Серпуховскую школу воздушного боя.

Служил инструктором 2-й военной школы лётчиков. С марта 1927 — помощник начальника штаба 3-й авиабригады, с августа 1928 — командир отряда 3-й авиабригады. С января 1930 — командир 21-го отдельного авиационного отряда.

В 1930 году окончил Курсы усовершенствования начсостава при Военно-воздушной академии имени профессора Н. Е. Жуковского. С марта 1931 года — командир 57-й авиационной эскадрильи. С сентября 1932 — старший инспектор по лётной службе инспекции ВВС РККА. В 1934 году вновь направлен на учёбу.

В 1936 году окончил оперативный факультет Военно-воздушной академии имени профессора Н. Е. Жуковского. С января 1936 года — начальник оперативного отделения штаба ВВС РККА. С февраля 1937 года — начальник штаба 4-го тяжелобомбардировочного корпуса.

С февраля 1937 года находился в Испании и участвовал в гражданской войне на стороне республиканского правительства. Был помощником военного атташе СССР в Испании и советником командующего ВВС Северного фронта (псевдоним «товарищ Федорио»).

С сентября 1939 года — начальник штаба ВВС РККА. С сентября 1940 года — начальник Военной академии командного и штурманского состава ВВС РККА.

Ненадолго.

[RolandVT]

Генерал-майор авиации Александр Иванович Филин не был ни Героем Советского Союза, ни ветераном Испании, ни публичной фигурой - в последнем случае совсем даже наоборот.

Ибо начальник НИИ ВВС был фигурой настолько засекреченной, что упоминаний о нём в открытой печати не было от слова совсем. И, тем не менее, абверу каким-то образом удалось собрать о нём… да почти столь же полное досье, как и на «публичных героев».

Александр Филин родился 18 января 1903 года в Москве в семье кондуктора Савеловской железной дороги. Окончил высшее начальное училище; в 1918 году поступил в Московский электротехнический техникум (впоследствии институт).

С 1921 в Красной Армии. В 1922 году окончил Петроградскую военно-теоретическую школу авиации. В двадцать лет… впрочем, в те годы в тех краях «молодой да ранний» было не редкостью.

В 1925 закончил Борисоглебскую школу военных лётчиков, а в 1930 Военно-воздушную академию РККА имени Жуковского. После окончания академии, на лётно-испытательной работе в НИИ ВВС (стал лётчиком-испытателем, иными словами). Через семь лет стал начальником НИИ ВВС РККА – ключевой фигурой в разработке военной авиации и вооружения.

Как и положено лётчику-испытателю, превосходно летал на всём, что может летать и приемлемо – на всём, что, вообще говоря, летать не может. Летал на самолётах многих типов, проводил лётные испытания, занимался практической и теоретической работой по совершенствованию конструкций самолётов, технике их пилотирования и теории их боевого применения.

После осмысления воздушных сражений в Испании, Китае и Монголии выдвинул концепцию, по которой самолёт даже с самыми лучшими лётными данными обеспечивал только половину необходимого для выполнения боевой задачи.

Остальные 50 % приходятся на двустороннюю радиосвязь, приборы для полётов в сложных и ночных метеоусловиях и другое оборудование. На самом деле, он сильно ошибался – Финская война это подтвердила.

Ибо не половина и половина, а четверть и четверть. Половину обеспечивали подготовка и мотивация лётчика (четверть) - и управление авиационными группами (ещё четверть).

Тем не менее, даже эта (несколько куцая) концепция делала Филина опаснейшим врагом рейха, подлежащим срочному устранению. Ибо радикально меняло подход к проектированию военной авиации в СССР и делало последнюю грозным противником люфтваффе – вплоть до способности сорвать блицкриг.

В досье практически открытым текстом утверждалось, что Филин не сам родил эту концепцию – она стала результатом испытаний и изучения в НИИ ВВС немецких боевых самолётов (33 экземпляра различных моделей), закупленных СССР в Германии после заключения пакта о ненападении имени Молотова-Риббентропа.

Шесть истребителей Хейнкель-100; пять Эмилей Bf-109E; пять тяжёлых двухмоторных истребителей Bf-110С; один гоночный Ме-209; два небольших курьерских Тайфуна Bf-108; два шнельбомбера Юнкерс Ju-88; два фронтовых бомбера Дорнье Do-215В; а также два штабных Физелер Шторьх Fi-156…

И для полного комплекта в общей сложности восемь учебных: Bücker Bü 131 и 133 (по три экземпляра – на них учили летать лётчиков-истребителей); и два Фокке-Вульф Fw-58 (для подготовки лётчиков-бомбардировщиков).

На первый взгляд, эта сделка была чистым безумием со стороны люфтваффе, ибо самые современные самолёты продавали не просто вероятному, а стопроцентно гарантированному будущему противнику.

Которому изучение этих самолётов поможет и качественно подготовиться к будущим неизбежным воздушным боям – и существенно улучшить ТТХ и боевые качества собственных самолётов (последнее произошло).

Кроме того, Колокольцев не сомневался, что Юнкерсы, Дорнье и Bf-110С будут использованы для провокации с целью оправдания вторжения в Европу (аналогичная использовалась для оправдания Финской войны).

Однако в реальности у рейха просто не было выхода – сделка была одним из условий поставки стратегических материалов в воюющую Германию. Особенно нефти – каждый третий самолето-вылет люфтваффе был на бензине, полученном из советской нефти.

К счастью для рейха, по недомыслию Советы не закупили главное оружие блицкрига – грозную Штуку Ju-87 (видимо, посчитали безнадёжно устаревшей). Очень скоро выяснится, что это была грандиозная, катастрофическая ошибка…

Колокольцеву стало кристально ясно, как абверу удалось собрать досье на Филина – и как его «пристегнуть» к выдуманному им «заговору авиаторов» … впрочем, это нужно было ещё проверить.

Он снял телефонную трубку и набрал прямой номер Геринга в рейхсминистерстве авиации (шла война и главком люфтваффе работал допоздна). Когда его «старший боевой товарищ» ответил, Колокольцев осведомился:

«Наши специалисты участвовали в испытаниях в НИИ ВВС наших птичек?»

«Разумеется» - рассмеялся Геринг. «Иначе красные до сих пор разбирались бы…»

«С начальником НИИ ВВС Филиным плотно работали?». Геринг усмехнулся – и сбросил бомбу: «Ещё как плотно – он чуть ли не полгода не вылезал с наших заводов, аэродромов и конструкторских бюро…»

[RolandVT]

Григорий Михайлович Штерн был ровесником рейхсфюрера СС (от этого, впрочем, Колокольцеву было ни жарко, ни холодно) и евреем – а вот это было уже полезно весьма. Ибо Сталин (Колокольцеву это было известно доподлинно) был антисемитом если не похлеще Гитлера, то уж точно вполне сопоставимым.

Что неудивительно – еврейская концепция «избранного народа» была настолько несовместима с концепцией «советского народа» (пресловутым Homo Soveticus), что первый в сталинском СССР просто не имел права на существование.

Поэтому Колокольцев не сомневался, что окончательное решение еврейского вопроса неизбежно и в СССР (это был лишь вопрос времени – причём не столь уж и отдалённого).

Только методы будут (в чисто советском стиле) несопоставимо инфернальнее, чем смертельный газ (радикальное масштабирование Акции Т4) и массовые расстрелы в стиле «акций по умиротворению» в Польше – только на порядок масштабнее.

Григорий Штерн родился 6 августа 1900 года под огненным знаком Льва (явно определившим всю его последующую яркую биографию) в семье врача в городе Смела (важный железнодорожный узел в Черкасской области в Украине).

С городом связана (что занятно, польская) легенда об «Иване Сусанине женского пола» - такой же миф, как и рассказ о реально никогда не существовавшем Иване. Согласно этой легенде, девушка (её имя история не сохранила) провела кавалерийский отряд через труднодоступное болото в тыл к врагу.

Конники победили тьму-тьмущую врагов в кровавой битве, но девушку не уберегли – она погибла. Похоронили воины героиню над рекой Тясмин и назвали реку Смелой и городок Тясмин в её честь назвали тоже Смелой.

В 1918 году Георгий окончил гимназию… и тут же подался в большевистское подполье в Киеве. Неоднократно арестовывался, но без особых последствий (царские сатрапы – не вурдалаки НКВД)

В Красной Армии с 1919 года; в том же году вступил в РКП(б). Во время Гражданской войны находился на политической работе в войсках — военный комиссар штаба 1-й бригады 2-й Украинской стрелковой дивизии, военком отдельного кавалерийского дивизиона 46-й стрелковой дивизии, заведующий политотделом той же дивизии.

Участвовал в боях с белогвардейцами на Южном фронте. С 1920 года — военком 408-го и 21-го стрелковых полков. С октября 1921 года — и.о. военкома 8-й стрелковой бригады в 3-й Казанской стрелковой дивизии, с января 1922 года — военный комиссар 21-го стрелкового полка, с марта 1922 года — военком штаба 3-й Казанской стрелковой дивизии, а с марта 1923 года — военком штаба 1-го конного корпуса Червонного казачества в Украинском военном округе.

В декабре 1923 года был направлен в Туркестан, где принимал активное участие в боевых действиях против басмачей в составе 2-й отдельной Туркестанской кавалерийской бригады Хорезмской группы войск, был военкомом и с июня 1924 года начальником политотдела этой бригады.

Якобы особенно отличился при разгроме крупной банды Ярмат-Максума под Маргеланом и при его захвате в плен в феврале 1924 года. Скорее всего, как обычно, примазался – комиссары в боях участвовали редко. С октября 1924 года был начальником политотдела, а с мая 1925 года — военкомом 7-й Самарской кавалерийской дивизии в Белорусском военном округе.

В 1926 году окончил курсы усовершенствования высшего начальствующего состава при Военной академии РККА имени М. В. Фрунзе и в 1929 году — Восточный факультет той же академии (что неудивительно исходя из его опыта).

C июля 1926 по октябрь 1927 года — командир и военком 9-го Путиловского кавалерийского полка 2-й кавалерийской дивизии. С июня 1929 года Г. М. Штерн был помощником начальника 4-го отдела 4-го Управления Штаба РККА, а с декабря того же года состоял в распоряжении наркомвоенмора Ворошилова.

С ноября 1931 года — секретарь Ворошилова; с мая 1933 года — начальник Управления делами наркомвоенмора СССР и Реввоенсовета СССР (с декабря 1934 года — наркома обороны СССР).

С февраля 1935 года — помощник для особо важных поручений при наркоме обороны СССР (коллега Колокольцева). С марта 1936 года — командир и военком 7-й Самарской кавалерийской дивизии в Белорусском военном округе.

С января 1937 по апрель 1938 года Штерн под фамилией «Григорович» являлся главным военным советником при республиканском правительстве во время Гражданской войны в Испании.

С апреля 1938 года — начальник штаба Отдельной Краснознамённой Дальневосточной армии. В ходе Хасанских боёв (мелких приграничных столкновений, на самом деле) был назначен командиром 39-го стрелкового корпуса Дальневосточного фронта и руководил боевыми действиями РККА. В сентябре 1938 года назначен командующим 1-й отдельной Краснознамённой армией на Дальнем Востоке.

В июне-сентябре 1939 года Штерн участвовал в боевых действиях у реки Халхин-Гол. Сначала он находился там в качестве представителя главного командования, официально отвечавшего за координацию действий советских войск и Монгольской народно-революционной армии.

Однако с разрастанием боёв его роль существенно возросла: в соответствии с постановлением Главного Военного совета РККА для руководства войсками приказом Наркома обороны СССР от 5 июля 1939 года была создана Фронтовая группа (которую возглавил Штерн.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 августа 1939 года за мужество и героизм, проявленные при выполнении воинского долга командарму 2-го ранга Штерну Григорию Михайловичу присвоено звание Героя Советского Союза.

Насчёт мужества и героизма перебор явный – ибо боевые действия он наблюдал с безопасного расстояния… однако пользы явно принёс достаточно, чтобы заслужить сие высокое звание.

Во время Финской войны Штерн командовал 8-й армией в Северной Карелии в феврале-марте 1940 года, когда война была уже, по сути, выиграна – финнов завалили трупами и закидали железяками в соответствии с «доктриной Сталина».

C 22 июня 1940 года — командующий Дальневосточным фронтом. Член ЦК ВКП(б) с 1939 годах (большая редкость для «публичных героев» … впрочем, неудивительно – Штерн долгое время был крупным партработником).

Депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва с 1937 года… а это уже почти стандарт. Генерал-полковник авиации.

14 января 1941 года был назначен начальником Главного управления противовоздушной обороны Народного комиссариата обороны СССР. Что автоматически включало его в «список Колокольцева». На ликвидацию.

Чему немало способствовали и испанский опыт Штерна… как и показания, полученные ещё во время Большой Чистки от впоследствии расстрелянных командарма 1-го ранга Белова, корпусного комиссара Петухова, комкора Урицкого и некоторых других.

Согласно этим показаниям, Штерну вменялись связь с левыми эсерами в 1918 году, связь с троцкистами в 1924-1925 годах. Он изобличался как участник «антисоветского военно-фашистского заговора в РККА» с 1936 года - а также обвинялся в предательском руководстве боевыми действиями в Испании и в наличии родственников за границей.

Однако тогда Штерн арестован не был – видимо, его сочли слишком ценным кадром (ибо шла или надвигалась целая череда военных конфликтов, в которых он, похоже, был незаменим) … ну, а после окончания Большой Чистки о нём просто забыли.

Ничего, очень скоро вспомнят – об этом позаботится СС-оберштурмбанфюрер Роланд фон Таубе…

[RolandVT]

Иван Иосифович Проскуров был молод даже по меркам руководства ВВС РККА в период сразу после окончания Большой Чистки. Он родился 18 февраля 1907 года в селе Малая Токмачка ныне Запорожской области Украины в семье рабочего-железнодорожника.

С 11 до 15 лет помогал отцу с матерью в домашнем хозяйстве, затем нанялся батраком к немцам-колонистам. Что Колокольцева порадовало весьма – ибо добавляло весьма правдоподобный штрих к его «пакету дезинформации».

Учился в Александровском (Запорожском) железнодорожном училище. В августе 1924 года устроился помощником вагранщика на завод, два года спустя был избран председателем районного секретариата профсоюзов.

В октябре 1927 года вступил в ВКП(б). С октября 1927 по май 1930 учился на рабфаке сельскохозяйственного института в Харькове; в сентябре перевёлся в Харьковский институт механизации и электрификации сельского хозяйства.

В апреле 1931 года был призван в Красную армию, по комсомольскому призыву (обычное дело в те годы – да и намного позднее) стал курсантом 7-й школы военных лётчиков, а с марта 1934 года — школы военно-морских лётчиков.

После окончания последней в мае 1934 года занимал должности командира экипажа и командира отряда 23-й авиационной бригады. В октябре 1935 года в составе советской делегации участвовал в Международном авиационном состязании в Бухаресте.

Последнее для Колокольцева было подарком свыше, ибо после аннексии Советским Союзом Бессарабии и Северной Буковины (внаглую отобранных у Румынии в самом начале июля 1940 года) он недолго, но весьма активно работал с руководством знаменитой Сигуранцы. И потому мог быстро и эффективно задействовать её профессионалов в операции Blitzeinschlag-3.

В сентябре 1936 года, являясь командиром отряда 89-й тяжелобомбардировочной авиационной эскадрильи, Проскуров совершил на самолёте ТБ-3 по заданию правительства перелёт Москва — Хабаровск за 29 часов 47 минут, установив тем самым мировой рекорд дальности.

На его самолёте из Москвы в Хабаровск была доставлена группа специалистов и запчасти для ремонта самолёта Валерия Чкалова, который был повреждён при посадке на острове Удд. За этот перелёт приказом наркома обороны Ворошилова Иван Проскуров был награждён именными золотыми часами.

С октября 1936 по июнь 1937 года Проскуров участвовал в гражданской войне в Испании на стороне республиканского правительства: командир отряда, затем командир 1-й интернациональной бомбардировочной эскадрильи «Испания».

Начал воевать на французском бомбардировщике Potez 54; после прибытия из СССР гораздо более современных СБ пересел на них. Выполнил в Испании 46 боевых вылетов с налётом свыше 120 часов, большей частью по целям в дальнем тылу противника. На его счету уничтоженные самолёты в атаках на аэродромы франкистов, несколько уничтоженных эшелонов, колонна автомашин-бензовозов, большое количество живой силы.

По его словам, если быть честным – что было на самом деле, неясно совсем. Ибо на войне все врут отчаянно – но так, как лётчики, не врёт никто. Люфтваффе было исключением в силу безжалостно насаждаемого Герингом кодекса чести… однако и там привирали (хотя и далеко не так, как в ВВС РККА).

21 июня 1937 года Ивану Проскурову было присвоено звание Героя Советского Союза. Кроме того, за достижения в боях в Испании (процентов так на 80-90 липовые), он был награждён орденом Красного Знамени.

При награждении по требованию Сталина Проскуров был произведён из старших лейтенантов сразу в майоры (не редкость в те времена феерических карьерных взлётов… и падений).

И это было только начало. В том же году ему присвоено звание полковника, а в начале 1938 года — комбрига. Возвратившись на родину, Проскуров возглавлял 54-ю авиационную бригаду в Белой Церкви, затем 2-ю авиационную армию особого назначения в Воронеже.

7 октября 1938 года утверждён членом Военного совета при народном комиссаре обороны СССР (одна из высших военных должностей в СССР). 14 апреля 1939 года Проскуров был назначен заместителем наркома обороны СССР и… начальником Разведывательного управления РККА.

Хотя в разведке не понимал почти ничего… впрочем, в ситуации дикого кадрового голода в РККА после Большой Чистки случались и не такие назначения. Колокольцева это факт порадовал весьма – ибо позволял выставить Проскурова в качестве связного гораздо более высокого уровня, чем Эрнст Шахт. Сразу с адмиралом Канарисом (впрочем, у Колокольцева была идея получше).

В это же время Проскуров был уже комдивом и входил в состав Главного военного совета. В июне 1940 года, с введением в РККА генеральских званий, Проскурову было присвоено звание генерал-лейтенанта авиации.

В июле 1940 года был предсказуемо снят с занимаемых должностей после (обоснованных) обвинений Разведупра в несостоятельности при подведении итогов советско-финской войны.

Однако в сентябре того же года он был назначен командующим ВВС Дальневосточного фронта, а в октябре — помощником начальника Главного управления ВВС РККА по дальнебомбардировочной авиации (главкомом дальней авиации). Теперь уже ненадолго…

[RolandVT]

Долгое время в его документах в РККА указывалось, что он родился в 1900 году. Впоследствии выяснилось, что это не так - пятнадцатилетний Женя Птухин, записываясь добровольцем в новоиспечённую Красную Армию в 1918 году, был вынужден прибавить два года к своему возрасту, чтобы его приняли.

Такое случалось во все времена во всех армиях… правда, нечасто. На самом деле, он родился третьего марта 1902 года в Ялте, в Российской империи. Служил механиком в авиаотряде, активно участвовавшем в Гражданской войне. В том же году был принят в ряды РКП(б).

В 1922 году окончил школу мотористов, в 1929 году — военную авиационную школу и в 1939 году — курсы усовершенствования командного состава при Военной академии Генерального штаба РККА. 28 ноября 1935 года Птухину было присвоено воинское звание комбриг (бригадный генерал).

В 1937 году — командир 142-й истребительной авиабригады Белорусского военного округа. Под псевдонимом «генерал Хосе» с 15 мая 1937 года по 25 февраля 1938 года участвовал в Гражданской войне в Испании.

Начал войну в должности командира истребительной группы, затем стал командующим истребительной авиацией и старшим советником командующего ВВС Игнасио Идальго де Сиснероса, по приказу которого Птухину было присвоено звание генерала ВВС Испании.

Это заинтересовало Колокольцева, ибо он (спасибо коллегам из разведки франкистов), знал, что с 1933 года Идальго де Сиснерос последовательно занимал пост военно-воздушного атташе в Риме и Берлине.

Как и другие высокопоставленные лётчики-истребители в Испании, Птухин участвовал в воздушных боях. На его счету несколько сбитых самолётов противника — как лично, так и в составе группы. Сколько именно – неясно.

Однако он прославился не этим – а тем, что разработал и одним из первых (весьма успешно) применил тактику штурмовых ударов истребителей по наземным целям - аэродрому франкистов близ Сарагосы. Что делало Птухина опаснейшим противником – и экзистенциальной угрозой для блицкрига.

С 1938 года — командующий ВВС Ленинградского военного округа. 7 октября 1938 года утверждён членом Военного совета при народном комиссаре обороны СССР. В качестве начальника ВВС Северо-Западного фронта участвовал в Зимней войне.

В январе 1941 года был назначен начальником Главного управления ПВО РККА, а вскоре после этого принял командование ВВС Киевского особого военного округа. Который был главной целью блицкрига – что делало ликвидацию Птухина жизненно необходимой для успеха Операции Барбаросса.