Ричмонд, штат Вирджиния, США
21 августа 1995 года
«Летом 1870 года на территории, на которой ныне находится заброшенный объект ВМС США» - спокойно-размеренно начал монсеньор, «поселилась религиозная община афро-американцев. Небольшая – всего тридцать шесть человек…»
«Шесть раз по шесть» - отметил про себя Энке. Но промолчал. Отец Дуглас продолжал: «Костяк общины составили цветные ветераны Гражданской войны… так что цепляться к ним среди белых расистов дураков не было…»
Сделал небольшую паузу и продолжил: «Община занялась сельским хозяйством; построила несколько крепких домов и даже небольшую церковь… всё из местного дерева…». Шериф Элден усмехнулась и осведомилась:
«Правильно ли я понимаю, что в один совсем не прекрасный для этой общины день, вся их маленькая деревня вместе с церковью внезапно сгорела дотла вместе с обитателями… от неустановленных причин?»
«Не совсем» - улыбнулся монсеньор. Брина удивлённо посмотрела на него. Он вздохнул: «Причины были установлены сразу же – местный весьма фанатичный протестантский проповедник-фундаменталист собрал огромную толпу разъярённых жителей округа…»
«… и они спалили всю деревню вместе с жителями?» - изумилась шериф Элден. «И это им сошло с рук???». Отец Дуглас снова вздохнул – и объяснил:
«В то время белым сходило с рук ещё и не такое насилие по отношению к чернокожим… тем более, что проповедник уж очень громко кричал, что сожжённые были Слугами Дьявола и он предал их очистительному огню…»
«… и с ним решили не связываться» - вздохнула теперь уже Брина. И предсказуемо осведомилась: «Он как-то объяснил свои заявления?»
Монсеньор в очередной раз ответил вопросом на вопрос: «Что Вы знаете о религии Сантерия?». Брина пожала плечами: «Слышала краем уха… это эклектичная религия темнокожих кубинцев… была, пока коммунисты с ней не покончили… вроде?»
«Синкретическая религия, если использовать богословскую терминологию» - уточнил отец Дуглас. «И нет, коммунисты не уничтожили Сантерию… у них с этой религией сейчас что-то вроде холодного мира… впрочем, это неважно…»
В очередной раз глубоко вздохнул – и продолжил: «Вы не ошиблись – Сантерия действительно распространена в основном на Кубе, хотя общины Сантерии имеются и в США…»
«К нам её принесли рабы, бежавшие с острова в поисках свободы?» - осведомилась Брина. И усмехнулась: «Похоже, история повторяется…»
«Да и да» - улыбнулся священник. И продолжил: «Сантерия представляет собой гибрид… или мутанта – традиционные верования народа йоруба, смешанные с элементами католицизма; имеет множество сходных элементов с вуду и другими африканскими синкретическими религиями…»
Сделал небольшую паузу и продолжил: «Название Сантерия, образованное от слова santo, было дано испанцами, которые… не то, чтобы с презрением – для католика это недопустимо – скорее с некоторым непониманием относились к явно чрезмерному почитанию африканцами католических святых… в ущерб Христу»
Брина улыбнулась: «Я лютеранка, как и подавляющее большинство норвежцев»
Около 90%, по данным последней переписи населения.
«… поэтому я очень хорошо их понимаю…». Монсеньор кивнул и продолжил: «Последователи Сантерии обоснованно считают это название унизительным и именуют её лукуми; также есть много различных локальных наименований, в зависимости от варианта традиции, или особо почитаемого божества…»
«Например, Огуна?» - осведомилась Брина. Священник кивнул: «Например»
И продолжил: «Сантерия возникла в результате обращения в католичество рабов из Западной Африки, которых привезли на остров для работы на кубинских сахарных и табачных плантациях… кстати, более трети из них были йоруба…»
«Не самая славная страница истории западной цивилизации» - усмехнулась шериф Элден. Священник кивнул:
«Полностью согласен… но мало кому известно, что масштабы работорговли в исламских странах многократно превосходили масштабы таковых в США и в испанских владениях. На Западе с рабством покончили в прошлом веке – как и православная Россия… а в некоторых мусульманских странах рабство существует до сих пор…»
И продолжил: «Африканцы, обращаемые на Кубе в католицизм, продолжали тайно культивировать свои религиозные традиции, маскируя их под христианские обряды. Они официально регистрировались как католики, регулярно посещали Святые Мессы, выполняли другие обряды католичества…»
Брина покачала головой и усмехнулась: «И одновременно тайком в тот же день проводили ритуалы своей религии… красавцы…».
Отец Дуглас кивнул и продолжил: «Со временем они предсказуемо устали от этой шизофрении…». Брина снова усмехнулась: «И произвели на свет Сантерию… гибрид католичества и Ифы… тот ещё мутант…»
«Совершенно верно» - подтвердил священник. «Божества… строго говоря духи – йоруба называют их ориша – мутировали в христианских святых…»
«Или святые в ориша» - усмехнулась Брина. «Впрочем, неважно, кто в кого – всё равно мутанты…». И предсказуемо осведомилась: «Правильно ли я понимаю, что обитатели этой деревни официально были католиками – а на самом деле исповедовали Сантерию?»
К её немалому изумлению, монсеньор покачал головой и задумчиво произнёс:
«В том-то и дело, что не католиками – они утверждали, что они протестанты… а из проповедей их гонителя следует, что они были последователями одного из вариантов Сантерии. Формально Огуна – но он был ближе к Молоху, судя по описаниям, данным проповедником…»
«И поэтому он сделал вывод, что это Слуги Дьявола?» - осведомилась Брина. Отец Дуглас кивнул и продолжил:
«Главная культовая церемония Сантерии — кормление священных камней. Она проходит три раза в год и длится три дня. Во время церемонии камни окропляют кровью жертвенных животных и омывают ритуальным настоем, при этом каждому камню обычно соответствует свой настой и свой вид животного…»
«Или человека…» - задумчиво произнёс Энке. И осведомился: «Детонатором очищения стали исчезновения детей в округе? Темнокожих и белокожих?»
«Первых» - уточнил монсеньор. «Взрослые тоже пропадали… правда, в меньших количествах…». Энке снова задумчиво произнёс: «А после сожжения деревни исчезновения и тех, и других прекратились – и власти отпустили поджигателей…»
«С миром и благодарностью» - усмехнулась шериф Элден. И осведомилась:
«А моряки когда в округ пришли?». Отец Дуглас спокойно ответил: «В 1955 году. До того времени территория пустовала… гражданские, видимо, боялись - а морякам море по колено… да и Холодная война была в самом разгаре… тут уж не до мистики…». Развёл руками и ответил на незаданный вопрос:
«Я понятия не имею, чем ВМС тут занимались и почему ушли…». Энке кивнул и осведомился: «Возможно ли создание криптида… крокодила-переростка с помощью оккультных технологий?». Монсеньор усмехнулся:
«Этакого голема-рептилии с помощью волшебной глины? Полностью исключить этого, наверное, нельзя… но вероятность исчезающе мала…»
Энке поблагодарил священника, откланялся и в компании Брины покинул храм Михаила Архангела. В Таурусе он посмотрел на часы, вздохнул – и объявил:
«Для общего сбора поздновато уже… так что возвращаемся в Линбарк. Твою сбившуюся с пути истинного дочь из БДСМ вытаскивать…»
Ферма
-
RolandVT
- Posts: 41541
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 672 times
- Been thanked: 11625 times
-
RolandVT
- Posts: 41541
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 672 times
- Been thanked: 11625 times
Ферма. Четвёртая дорога
Город Линбарк
Округ Линбарк, штат Вирджиния, США
21 августа 1995 года
Астрид Элден оказалась существенно ухудшенной копией мамы (такое случается). Несколько ниже ростом; чуть более светловолосая; голубоглазая (видимо, в отца) … а в остальном совершенно заурядной внешности – в отличие от мамы-богини.
Это могло быть одной из причин (если вообще не важнейшей причиной), почему она двинула в БДСМ – в Теме нижние женщины весьма востребованы вне зависимости от внешности… чего нельзя сказать об обычном, «ванильном» мире.
Однако в области кулинарных талантов природа на Астрид явно не отдохнула – приготовленный ею Kransekake (традиционный норвежский сладкий пирог), оказался выше всяких похвал. Хотя и состоял всего из четырёх колец, а не из восемнадцати, как положено по классическому рецепту.
Когда с вкуснятиной было покончено, Брина отправилась приводить в порядок дела по работе, ибо все прекрасно понимали, что на свою должность она уже не вернётся… а Энке и Астрид перебрались в гостиную.
Девушка по-женски удобно устроилась в кресле и пожала плечами: «Мама попросила меня поговорить с Вами… она считает, что меня нужно вытаскивать из БДСМ… и что Вы можете это сделать…»
Энке покачал головой: «Не совсем так. Знаменитая интуиция твоей мамы подсказывает, что тебе грозит смертельная опасность; что эта опасность каким-то образом связана с твоим увлечением БДСМ… и что я могу её устранить…»
Астрид снова пожала плечами: «Мама наверняка рассказала Вам, что я свято соблюдаю принципы Безопасности-Разумности-Добровольности… партнёров выбираю и проверяю тщательно – мама многому меня научила… я чистая мазохистка, ни разу не чёрная… управление снизу – моя Standard Operating Procedure... да и ссориться с дочкой шерифа в южном штате дураков нет…»
Ибо в Вирджинии – как и в любом другом южном штате - полиция до сих пор нередко решала проблемы далеко за пределами правового поля.
«Мне это известно» - подтвердил Энке. И продолжил: «Чтобы оценить угрозу и выбрать оптимальные способы её ликвидации, мне нужно знать когда и почему ты пришла в БДСМ…»
Девушка спокойно ответила: «Вскоре после того, как мне исполнилось шестнадцать; что же касается причин…». Она запнулась.
Энке сразу понял, что необходимо взять инициативу в свои руки (впрочем, он с самого начала в этом не сомневался) и мягко предложил:
«Давай я попробую это установить – тебе так будет легче и комфортнее…»
Астрид вздохнула – и кивнула. Энке вздохнул – и приступил к психоанализу. Вполне профессиональному – в своё время он получил диплом психолога в Джорджтаунском университете «без отрыва от работы».
«На самом деле, в мир БДСМ ведёт всего несколько дорог. Эротизация боли и насилия – дома; в школе; в детских организациях типа бойскаутов…»
Девушка покачала головой: «Не мой случай. Дома родители меня не то, что пальцем никогда не тронули; но и даже голоса ни разу не повысили… и практически не наказывали…»
«Считали, что позитивные стимулы эффективнее?» - улыбнулся Энке.
Астрид кивнула: «Это вообще отличительная черта современной скандинавской педагогики… так что ничего удивительного…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Я закончила частную лютеранскую школу-интернат для девочек… там подход аналогичный… как и в…»
Она неожиданно рассмеялась. Энке удивлённо посмотрел на неё. Она объяснила:
«Основательница школы эмигрировала в США после войны из Германии. Она была фольксдойче, поэтому с 1933 года была членом BDM…»
Bund Deutscher Mädel – Лига Немецких Девушек - эквивалент гитлерюгенда для девочек и девушек с десяти лет. До 17 лет членство было обязательным; с 17 до 21 добровольным… впрочем, добровольцами оказывались почти все – настолько привлекательной оказалась эта организация для немецких девушек.
Лига Немецких Девушек использовала «романтику костров», летние лагеря, фольклор, традиции и спорт для воспитания немецких девочек в духе национал-социалистической идеологии (в объёме, который Геббельс сотоварищи сочли минимально необходимым для прекрасного пола).
Ибо главной задачей BDM была подготовки девушек к идеальному выполнению роли женщины в Третьем рейхе: жены, матери и домохозяйки. Их «домашние вечера» были посвящены обучению ведению домашнего хозяйства, а по субботам проводились интенсивные занятия на свежем воздухе и физическая подготовка.
Целью этих мероприятий было укрепление здоровья, что позволило бы им служить своему народу и своей стране. «Домашние вечера» — которые в идеале должны были проводиться в специально построенных домах (на деле было по-разному) также включали обучение идеологии в сочетании с изучением истории.
Физическое воспитание девочек включало легкую атлетику (бег и прыжки в длину), гимнастику, хождение по канату, строевую подготовку, стрельбу из винтовки и пистолета и плавание.
Особое внимание уделялось культу самопожертвования ради Германии; одна еврейская девушка, которая умудрилась обманом вступить в BDM (принимали только истинных ариек), объяснила, что больше всего её привлёк именно культ самопожертвования во благо страны.
Как и гитлерюгенд, BDM была эгалитарной организацией; к девочкам из богатых семей относились точно так же, как и из бедных; те, кто не мог заплатить за поездки, занятия и так далее, получали субсидии от государства. Девочек с десятилетнего возраста обучали отстаивать собственное мнение и сопротивляться давлению родителей, если они считали его несправедливым.
Быть матерью в той Германии считалось намного более важной ролью, чем быть женой - что сделало Третий рейх самой сексуально свободной страной… да чуть ли не во всём мире (в Европе точно).
Германия первой среди западных стран ликвидировало само понятие «незаконнорожденный ребёнок»; ни государство, ни общество не делали никакого различия между детьми, рождёнными в браке и вне брака… ну, а Церкви в этом вопросе прочно заткнули рот.
В тоталитарной национал-социалистической Германии была создана самая эффективная в мире система поддержки материнства и детства (включая знаменитый Лебенсборн) … а инфернальные заведения типа приютов Магдалины в демократической католической Ирландии и аналогичных в других «демократических» странах в рейхе были просто немыслимы.
Как и негативное отношение к женщине, родившей вне брака: любая мать и любой ребёнок считались достоянием нации – и потому отношение к ним государства и общество было соответствующим (Церковь никто не спрашивал).
Впрочем, обучением и воспитанием в стиле «кухня-дети» (активность в Церкви не особо поощрялась) дело не ограничивалось – девушки BDM участвовали в общественных работах, политической деятельности и других мероприятиях, считавшихся общественно полезными в Третьем рейхе.
После окончания средней школы все выпускники – и юноши, и девушки – были обязаны пройти годичную гражданскую службу. Не обязательно на ферме… хотя обычно это было именно так.
Ибо предпочтительная цель службы (в духе идеологии Кровь и Почва) заключалась в том, чтобы вернуть молодёжь из городов в надежде, что многие останутся «на земле». Другой распространённой формой гражданской службы была работа в качестве няни и/или домработницы в многодетной семье.
После того, как девушка достигала 17-летнего возраста, она покидала BDM… однако могла вступить в BDM-Werk Glaube und Schönheit (BDM-WGS - Вера и красота), в которой можно было находиться до 21 года.
BDM-WGS предлагала группы, в которых немецкие девушки могли получить дополнительное образование и подготовку в интересующих их областях. Среди доступных рабочих групп были изобразительное искусство и скульптура, дизайн одежды и шитье, общее домашнее хозяйство и музыка.
Астрид улыбнулась - и продолжила: «Директриса не скрывала… более того, при каждом удобном случае заявляла, что BDM – самое лучшее, что было в её жизни»
Энке рассмеялся: «… поэтому она построила школу по аналогичным принципам – только заменила национал-социализм на консервативную идеологию южных штатов США…». Что не сильно отличалось.
Девушка кивнула: «… она даже реинкарнацию BDM создала – League of Virginia Maidens… впрочем, иначе как BVM мы её не называли…»
Заменив английский термин (League) на немецкий (Bund). Энке кивнул и продолжил: «Другая дорога – тоже эротизация насилия… в книгах или на экране – если их потреблять в чрезмерных количествах…»
Весьма распространённая причине в советской Теме – ибо в Стране Советов детская и юношеская литература были пропитаны духом мученичества героев и героинь революционной борьбы, Гражданской и Великой Отечественной войн.
Астрид снова покачала головой: «Не мой жанр совсем – я предпочитаю мелодрамы, комедии, детективы… там ничего такого и близко нет…»
Энке кивнул и продолжил: «Третья дорога – алготерапия…». Девушка удивлённо посмотрела на него. Он объяснил: «Лечение болью. Алкоголизма, наркомании, игромании, психологических травм…»
«Тоже не мой случай» - уверенно заявила Астрид. «К алкоголю я равнодушна – могу за компанию бокал вина или пива… ничего более крепкого в рот не брала никогда; вещества не употребляла… после маминых рассказов у меня к ним отвращение полное… азартные игры не пробовала даже и не хочу… детство и юность у меня были совершенно скандинавские… то есть, спокойные»
Энке в высшей степени обеспокоенно вздохнул – ибо оставался самый страшный вариант – и бесстрастно продолжил: «Четвёртая дорога – выбить… или выдавить болью смертельно опасную навязчивую идею…»
Девушка застыла. Долго молчала - затем кивнула: «Мой вариант…»
И объяснила.
Округ Линбарк, штат Вирджиния, США
21 августа 1995 года
Астрид Элден оказалась существенно ухудшенной копией мамы (такое случается). Несколько ниже ростом; чуть более светловолосая; голубоглазая (видимо, в отца) … а в остальном совершенно заурядной внешности – в отличие от мамы-богини.
Это могло быть одной из причин (если вообще не важнейшей причиной), почему она двинула в БДСМ – в Теме нижние женщины весьма востребованы вне зависимости от внешности… чего нельзя сказать об обычном, «ванильном» мире.
Однако в области кулинарных талантов природа на Астрид явно не отдохнула – приготовленный ею Kransekake (традиционный норвежский сладкий пирог), оказался выше всяких похвал. Хотя и состоял всего из четырёх колец, а не из восемнадцати, как положено по классическому рецепту.
Когда с вкуснятиной было покончено, Брина отправилась приводить в порядок дела по работе, ибо все прекрасно понимали, что на свою должность она уже не вернётся… а Энке и Астрид перебрались в гостиную.
Девушка по-женски удобно устроилась в кресле и пожала плечами: «Мама попросила меня поговорить с Вами… она считает, что меня нужно вытаскивать из БДСМ… и что Вы можете это сделать…»
Энке покачал головой: «Не совсем так. Знаменитая интуиция твоей мамы подсказывает, что тебе грозит смертельная опасность; что эта опасность каким-то образом связана с твоим увлечением БДСМ… и что я могу её устранить…»
Астрид снова пожала плечами: «Мама наверняка рассказала Вам, что я свято соблюдаю принципы Безопасности-Разумности-Добровольности… партнёров выбираю и проверяю тщательно – мама многому меня научила… я чистая мазохистка, ни разу не чёрная… управление снизу – моя Standard Operating Procedure... да и ссориться с дочкой шерифа в южном штате дураков нет…»
Ибо в Вирджинии – как и в любом другом южном штате - полиция до сих пор нередко решала проблемы далеко за пределами правового поля.
«Мне это известно» - подтвердил Энке. И продолжил: «Чтобы оценить угрозу и выбрать оптимальные способы её ликвидации, мне нужно знать когда и почему ты пришла в БДСМ…»
Девушка спокойно ответила: «Вскоре после того, как мне исполнилось шестнадцать; что же касается причин…». Она запнулась.
Энке сразу понял, что необходимо взять инициативу в свои руки (впрочем, он с самого начала в этом не сомневался) и мягко предложил:
«Давай я попробую это установить – тебе так будет легче и комфортнее…»
Астрид вздохнула – и кивнула. Энке вздохнул – и приступил к психоанализу. Вполне профессиональному – в своё время он получил диплом психолога в Джорджтаунском университете «без отрыва от работы».
«На самом деле, в мир БДСМ ведёт всего несколько дорог. Эротизация боли и насилия – дома; в школе; в детских организациях типа бойскаутов…»
Девушка покачала головой: «Не мой случай. Дома родители меня не то, что пальцем никогда не тронули; но и даже голоса ни разу не повысили… и практически не наказывали…»
«Считали, что позитивные стимулы эффективнее?» - улыбнулся Энке.
Астрид кивнула: «Это вообще отличительная черта современной скандинавской педагогики… так что ничего удивительного…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Я закончила частную лютеранскую школу-интернат для девочек… там подход аналогичный… как и в…»
Она неожиданно рассмеялась. Энке удивлённо посмотрел на неё. Она объяснила:
«Основательница школы эмигрировала в США после войны из Германии. Она была фольксдойче, поэтому с 1933 года была членом BDM…»
Bund Deutscher Mädel – Лига Немецких Девушек - эквивалент гитлерюгенда для девочек и девушек с десяти лет. До 17 лет членство было обязательным; с 17 до 21 добровольным… впрочем, добровольцами оказывались почти все – настолько привлекательной оказалась эта организация для немецких девушек.
Лига Немецких Девушек использовала «романтику костров», летние лагеря, фольклор, традиции и спорт для воспитания немецких девочек в духе национал-социалистической идеологии (в объёме, который Геббельс сотоварищи сочли минимально необходимым для прекрасного пола).
Ибо главной задачей BDM была подготовки девушек к идеальному выполнению роли женщины в Третьем рейхе: жены, матери и домохозяйки. Их «домашние вечера» были посвящены обучению ведению домашнего хозяйства, а по субботам проводились интенсивные занятия на свежем воздухе и физическая подготовка.
Целью этих мероприятий было укрепление здоровья, что позволило бы им служить своему народу и своей стране. «Домашние вечера» — которые в идеале должны были проводиться в специально построенных домах (на деле было по-разному) также включали обучение идеологии в сочетании с изучением истории.
Физическое воспитание девочек включало легкую атлетику (бег и прыжки в длину), гимнастику, хождение по канату, строевую подготовку, стрельбу из винтовки и пистолета и плавание.
Особое внимание уделялось культу самопожертвования ради Германии; одна еврейская девушка, которая умудрилась обманом вступить в BDM (принимали только истинных ариек), объяснила, что больше всего её привлёк именно культ самопожертвования во благо страны.
Как и гитлерюгенд, BDM была эгалитарной организацией; к девочкам из богатых семей относились точно так же, как и из бедных; те, кто не мог заплатить за поездки, занятия и так далее, получали субсидии от государства. Девочек с десятилетнего возраста обучали отстаивать собственное мнение и сопротивляться давлению родителей, если они считали его несправедливым.
Быть матерью в той Германии считалось намного более важной ролью, чем быть женой - что сделало Третий рейх самой сексуально свободной страной… да чуть ли не во всём мире (в Европе точно).
Германия первой среди западных стран ликвидировало само понятие «незаконнорожденный ребёнок»; ни государство, ни общество не делали никакого различия между детьми, рождёнными в браке и вне брака… ну, а Церкви в этом вопросе прочно заткнули рот.
В тоталитарной национал-социалистической Германии была создана самая эффективная в мире система поддержки материнства и детства (включая знаменитый Лебенсборн) … а инфернальные заведения типа приютов Магдалины в демократической католической Ирландии и аналогичных в других «демократических» странах в рейхе были просто немыслимы.
Как и негативное отношение к женщине, родившей вне брака: любая мать и любой ребёнок считались достоянием нации – и потому отношение к ним государства и общество было соответствующим (Церковь никто не спрашивал).
Впрочем, обучением и воспитанием в стиле «кухня-дети» (активность в Церкви не особо поощрялась) дело не ограничивалось – девушки BDM участвовали в общественных работах, политической деятельности и других мероприятиях, считавшихся общественно полезными в Третьем рейхе.
После окончания средней школы все выпускники – и юноши, и девушки – были обязаны пройти годичную гражданскую службу. Не обязательно на ферме… хотя обычно это было именно так.
Ибо предпочтительная цель службы (в духе идеологии Кровь и Почва) заключалась в том, чтобы вернуть молодёжь из городов в надежде, что многие останутся «на земле». Другой распространённой формой гражданской службы была работа в качестве няни и/или домработницы в многодетной семье.
После того, как девушка достигала 17-летнего возраста, она покидала BDM… однако могла вступить в BDM-Werk Glaube und Schönheit (BDM-WGS - Вера и красота), в которой можно было находиться до 21 года.
BDM-WGS предлагала группы, в которых немецкие девушки могли получить дополнительное образование и подготовку в интересующих их областях. Среди доступных рабочих групп были изобразительное искусство и скульптура, дизайн одежды и шитье, общее домашнее хозяйство и музыка.
Астрид улыбнулась - и продолжила: «Директриса не скрывала… более того, при каждом удобном случае заявляла, что BDM – самое лучшее, что было в её жизни»
Энке рассмеялся: «… поэтому она построила школу по аналогичным принципам – только заменила национал-социализм на консервативную идеологию южных штатов США…». Что не сильно отличалось.
Девушка кивнула: «… она даже реинкарнацию BDM создала – League of Virginia Maidens… впрочем, иначе как BVM мы её не называли…»
Заменив английский термин (League) на немецкий (Bund). Энке кивнул и продолжил: «Другая дорога – тоже эротизация насилия… в книгах или на экране – если их потреблять в чрезмерных количествах…»
Весьма распространённая причине в советской Теме – ибо в Стране Советов детская и юношеская литература были пропитаны духом мученичества героев и героинь революционной борьбы, Гражданской и Великой Отечественной войн.
Астрид снова покачала головой: «Не мой жанр совсем – я предпочитаю мелодрамы, комедии, детективы… там ничего такого и близко нет…»
Энке кивнул и продолжил: «Третья дорога – алготерапия…». Девушка удивлённо посмотрела на него. Он объяснил: «Лечение болью. Алкоголизма, наркомании, игромании, психологических травм…»
«Тоже не мой случай» - уверенно заявила Астрид. «К алкоголю я равнодушна – могу за компанию бокал вина или пива… ничего более крепкого в рот не брала никогда; вещества не употребляла… после маминых рассказов у меня к ним отвращение полное… азартные игры не пробовала даже и не хочу… детство и юность у меня были совершенно скандинавские… то есть, спокойные»
Энке в высшей степени обеспокоенно вздохнул – ибо оставался самый страшный вариант – и бесстрастно продолжил: «Четвёртая дорога – выбить… или выдавить болью смертельно опасную навязчивую идею…»
Девушка застыла. Долго молчала - затем кивнула: «Мой вариант…»
И объяснила.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 41541
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 672 times
- Been thanked: 11625 times
Ферма. Фантазии и реальность
Город Линбарк
Округ Линбарк, штат Вирджиния, США
21 августа 1995 года
«Я хочу…» - нервно начала Астрид. Запнулась, долго молчала, затем, кусая губы, продолжила: «Я просто нестерпимо хочу, чтобы меня живьём сожгли на костре…»
«Как Орлеанскую Деву?» - будничным тоном осведомился Энке. Ибо уже сталкивался с подобной навязчивой идеей… точнее, читал о ней в Деле Райгардас. Обязательном чтении для всех детективов и оперативников Группы Омега.
Ответ девушки оказался совершенно неожиданным: «И да, и нет». Энке удивлённо посмотрел на неё. Она объяснила: «Нам в школе учительница истории все уши Жанной прожужжала… да и в BVM…»
«Там тоже был культ мученичества?» - удивился Энке. Астрид кивнула: «Не такой, как в BDM… но имел место…». Снова запнулась, собралась с силами и продолжила: «Тогда я не особо этим интересовалась… поняла только, что история была тёмная весьма…». И это ещё очень мягко сказано.
«Жанну канонизировали уже в ХХ веке…». Из чисто политических соображений – святость в ней и не ночевала.
«… а я…» - она снова запнулась, долго молчала – затем решительно заявила: «… я хочу, чтобы меня принесли в жертву… как кельтскому богу Таранису… только сожгли не в плетёной корзине, а на костре – как Орлеанскую Деву…»
«Когда у тебя впервые возникло это желание?» - быстро спросил Энке. Астрид задумалась, затем уверенно ответила: «Мне было двенадцать… семь лет назад… до шестнадцати терпела… потом прочитала, что в Века Веры такие одержимости в католических монастырях плетьми выбивали… и вообще болью…»
Энке всё стало кристально ясно… ну, почти ясно – впрочем, этого было достаточно, чтобы принять необходимые меры. Он добыл из кармана сотовый телефон (внешне точная копия Nokia 232, однако с совсем другой начинкой), и нажал кнопку быстрого вызова Норы Хиггинс – он уже получил сообщение, что она в Ричмонде. Когда Нора ответила, он отдал боевой приказ:
«Ноги в руки – и в Линбарк… в дом шерифа. Её дочь нужно срочно на Виллу…»
Когда он отключился, девушка изумлённо спросила: «Вы уже знаете, как мне помочь?». Энке кивнул: «Детали тебе на Вилле расскажут… а пока Нора едет…»
Загадочно улыбнулся – и осведомился: «… хочешь узнать реальную историю Орлеанской Девы?». Астрид кивнула.
Округ Линбарк, штат Вирджиния, США
21 августа 1995 года
«Я хочу…» - нервно начала Астрид. Запнулась, долго молчала, затем, кусая губы, продолжила: «Я просто нестерпимо хочу, чтобы меня живьём сожгли на костре…»
«Как Орлеанскую Деву?» - будничным тоном осведомился Энке. Ибо уже сталкивался с подобной навязчивой идеей… точнее, читал о ней в Деле Райгардас. Обязательном чтении для всех детективов и оперативников Группы Омега.
Ответ девушки оказался совершенно неожиданным: «И да, и нет». Энке удивлённо посмотрел на неё. Она объяснила: «Нам в школе учительница истории все уши Жанной прожужжала… да и в BVM…»
«Там тоже был культ мученичества?» - удивился Энке. Астрид кивнула: «Не такой, как в BDM… но имел место…». Снова запнулась, собралась с силами и продолжила: «Тогда я не особо этим интересовалась… поняла только, что история была тёмная весьма…». И это ещё очень мягко сказано.
«Жанну канонизировали уже в ХХ веке…». Из чисто политических соображений – святость в ней и не ночевала.
«… а я…» - она снова запнулась, долго молчала – затем решительно заявила: «… я хочу, чтобы меня принесли в жертву… как кельтскому богу Таранису… только сожгли не в плетёной корзине, а на костре – как Орлеанскую Деву…»
«Когда у тебя впервые возникло это желание?» - быстро спросил Энке. Астрид задумалась, затем уверенно ответила: «Мне было двенадцать… семь лет назад… до шестнадцати терпела… потом прочитала, что в Века Веры такие одержимости в католических монастырях плетьми выбивали… и вообще болью…»
Энке всё стало кристально ясно… ну, почти ясно – впрочем, этого было достаточно, чтобы принять необходимые меры. Он добыл из кармана сотовый телефон (внешне точная копия Nokia 232, однако с совсем другой начинкой), и нажал кнопку быстрого вызова Норы Хиггинс – он уже получил сообщение, что она в Ричмонде. Когда Нора ответила, он отдал боевой приказ:
«Ноги в руки – и в Линбарк… в дом шерифа. Её дочь нужно срочно на Виллу…»
Когда он отключился, девушка изумлённо спросила: «Вы уже знаете, как мне помочь?». Энке кивнул: «Детали тебе на Вилле расскажут… а пока Нора едет…»
Загадочно улыбнулся – и осведомился: «… хочешь узнать реальную историю Орлеанской Девы?». Астрид кивнула.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 41541
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 672 times
- Been thanked: 11625 times
Ферма. Застрявшие во времени
Дорога в Джорджтаун, округ Колумбия, США
21-22 августа 1995 года
По дороге в столицу, Астрид осторожно осведомилась: «Вы тоже… застряли во времени?». Нора кивнула:
«Я родилась 29 июня 1925 года в деревне, название которой при первой же возможности постаралась навсегда забыть – это жуткая дыра примерно в тридцати милях от Дублина. В сорок первом родители и Церковь запихнули меня в приют Магдалины… это ад похлеще Равенсбрюка – с билетом в один конец…»
Глубоко вздохнула – и продолжила: «Мне, как и тебе, сильно повезло; меня вытащил… думаю, что ты с ним познакомишься… в своё время. В то время он работал… точнее, служил в той же должности, что и Энке сейчас – только в РСХА»
Астрид, не отрываясь, смотрела на неё, с трудом переваривая услышанное. Нора продолжала: «Я на подхвате поучаствовала в Операции Магдалина – мы ликвидировали совсем уж инфернальное заведение – в самом прямом смысле инфернальное… потом Роланд сказал мне, что у меня глаза Немезиды и драчливость лидера уличной банды подростков…»
Усмехнулась – и продолжила: «… и что во время Второй Великой войны такие глаза и такая драчливость много, где востребованы – так что я ещё и выбирать буду… что оказалось чистой правдой…»
«И Вы выбрали…». Астрид запнулась. Нора спокойно ответила:
«Тогда я не владела никакими языками, кроме гэльского и английского, поэтому выбрала SOE…». Астрид кивнула: «Special Operations Executive – личная армия Черчилля. Изучали на уроках новейшей истории…»
Нора Хиггинс бесстрастно продолжала: «Воевала до сентября сорок четвёртого; под Страсбургом попалась жандармам; Роланд меня снова вытащил… тогда он был личным помощником Гиммлера уже в генеральском звании…»
Покачала головой, вздохнула – и продолжила: «Вывез меня в Швейцарию; познакомил со своей приёмной семьёй… они мне очень помогли…»
Лукаво посмотрела на девушку – и сбросила хиросимской мощности атомную бомбу: «Ты наверняка о них читала – их официальную историю в каждой школе на уроках истории ХХ века проходят…»
От очередного изумления Астрид аж дар речи потеряла. Нора невозмутимо продолжала: «Это российская императорская семья… семья Романовых…»
«Они живы???» - изумлению девушки не было предела. Нора улыбнулась:
«Вполне себе живы. Ники и Алекс сейчас снова живут в Париже - как и Ольга; Анастасия в Берлине; Мария в Дублине – мы обедаем вместе всякий раз, когда я бываю в Ирландии; Татьяна в Бостоне – мы часто встречаемся… Алексей командует ротой спецназа США… которого официально не существует…»
«Но как…». Астрид снова запнулась. Нора объяснила:
«Убийство царской семьи в июле 1918 года на самом деле было грандиозной инсценировкой… убиты были совсем другие люди, которые оказались в очень плохом месте в очень плохое время…»
«А Романовы спаслись?» - не столько спросила, сколько констатировала девушка.
Нора Хиггинс кивнула: «Через подземный ход, который прорыл Ипатьев с неясными целями. По нему они вышли на берег реки Исеть; там сели на корабль; потом под надёжной охраной добрались до Владивостока; оттуда в Сан-Франциско; потом были Бостон; Нью-Йорк… а после окончания войны Париж…»
Сделала многозначительную паузу – и добавила: «Если кто и почему их спас …, то это тебе расскажут на Вилле Вевельсбург… может быть»
«Почему Вевельсбург?» - осведомилась любопытная норвежка. Нора махнула рукой: «Потом узнаешь…»
Астрид осторожно спросила: «Я тоже… застряну во времени?»
Нора Хиггинс кивнула: «Именно для этого я тебя и везу на Виллу Вевельсбург… на самом деле, это очень приятный и величественный ритуал Преображения… очень похоже на конфирмацию взрослых в католичестве…»
И осведомилась: «Тебе сколько лет… двадцать?». Астрид вздохнула:
«Девятнадцать». Нора улыбнулась: «Тогда сама будешь выбирать, в каком возрасте застрянешь… обычно выбирают от двадцати пяти до тридцати…»
«И что будет потом?» - с некоторой грустью спросила девушка. Нора пожала плечами: «Получишь высшее образование… где захочешь – твои новые покровители могут тебя куда угодно устроить – и будешь работать… ты кем хотела быть и чем заниматься?»
Астрид вздохнула: «Разрабатывать компьютерные программы для полёта на Луну и её колонизации… я не сомневаюсь, что мы туда вернёмся… скоро»
Нора улыбнулась: «Тогда я точно знаю, с кем тебя познакомить… он тебе предложит гораздо более привлекательную альтернативу…»
Ровно через час Нора Хиггинс и Астрид Элден пересекли административную границу Джорджтауна.
21-22 августа 1995 года
По дороге в столицу, Астрид осторожно осведомилась: «Вы тоже… застряли во времени?». Нора кивнула:
«Я родилась 29 июня 1925 года в деревне, название которой при первой же возможности постаралась навсегда забыть – это жуткая дыра примерно в тридцати милях от Дублина. В сорок первом родители и Церковь запихнули меня в приют Магдалины… это ад похлеще Равенсбрюка – с билетом в один конец…»
Глубоко вздохнула – и продолжила: «Мне, как и тебе, сильно повезло; меня вытащил… думаю, что ты с ним познакомишься… в своё время. В то время он работал… точнее, служил в той же должности, что и Энке сейчас – только в РСХА»
Астрид, не отрываясь, смотрела на неё, с трудом переваривая услышанное. Нора продолжала: «Я на подхвате поучаствовала в Операции Магдалина – мы ликвидировали совсем уж инфернальное заведение – в самом прямом смысле инфернальное… потом Роланд сказал мне, что у меня глаза Немезиды и драчливость лидера уличной банды подростков…»
Усмехнулась – и продолжила: «… и что во время Второй Великой войны такие глаза и такая драчливость много, где востребованы – так что я ещё и выбирать буду… что оказалось чистой правдой…»
«И Вы выбрали…». Астрид запнулась. Нора спокойно ответила:
«Тогда я не владела никакими языками, кроме гэльского и английского, поэтому выбрала SOE…». Астрид кивнула: «Special Operations Executive – личная армия Черчилля. Изучали на уроках новейшей истории…»
Нора Хиггинс бесстрастно продолжала: «Воевала до сентября сорок четвёртого; под Страсбургом попалась жандармам; Роланд меня снова вытащил… тогда он был личным помощником Гиммлера уже в генеральском звании…»
Покачала головой, вздохнула – и продолжила: «Вывез меня в Швейцарию; познакомил со своей приёмной семьёй… они мне очень помогли…»
Лукаво посмотрела на девушку – и сбросила хиросимской мощности атомную бомбу: «Ты наверняка о них читала – их официальную историю в каждой школе на уроках истории ХХ века проходят…»
От очередного изумления Астрид аж дар речи потеряла. Нора невозмутимо продолжала: «Это российская императорская семья… семья Романовых…»
«Они живы???» - изумлению девушки не было предела. Нора улыбнулась:
«Вполне себе живы. Ники и Алекс сейчас снова живут в Париже - как и Ольга; Анастасия в Берлине; Мария в Дублине – мы обедаем вместе всякий раз, когда я бываю в Ирландии; Татьяна в Бостоне – мы часто встречаемся… Алексей командует ротой спецназа США… которого официально не существует…»
«Но как…». Астрид снова запнулась. Нора объяснила:
«Убийство царской семьи в июле 1918 года на самом деле было грандиозной инсценировкой… убиты были совсем другие люди, которые оказались в очень плохом месте в очень плохое время…»
«А Романовы спаслись?» - не столько спросила, сколько констатировала девушка.
Нора Хиггинс кивнула: «Через подземный ход, который прорыл Ипатьев с неясными целями. По нему они вышли на берег реки Исеть; там сели на корабль; потом под надёжной охраной добрались до Владивостока; оттуда в Сан-Франциско; потом были Бостон; Нью-Йорк… а после окончания войны Париж…»
Сделала многозначительную паузу – и добавила: «Если кто и почему их спас …, то это тебе расскажут на Вилле Вевельсбург… может быть»
«Почему Вевельсбург?» - осведомилась любопытная норвежка. Нора махнула рукой: «Потом узнаешь…»
Астрид осторожно спросила: «Я тоже… застряну во времени?»
Нора Хиггинс кивнула: «Именно для этого я тебя и везу на Виллу Вевельсбург… на самом деле, это очень приятный и величественный ритуал Преображения… очень похоже на конфирмацию взрослых в католичестве…»
И осведомилась: «Тебе сколько лет… двадцать?». Астрид вздохнула:
«Девятнадцать». Нора улыбнулась: «Тогда сама будешь выбирать, в каком возрасте застрянешь… обычно выбирают от двадцати пяти до тридцати…»
«И что будет потом?» - с некоторой грустью спросила девушка. Нора пожала плечами: «Получишь высшее образование… где захочешь – твои новые покровители могут тебя куда угодно устроить – и будешь работать… ты кем хотела быть и чем заниматься?»
Астрид вздохнула: «Разрабатывать компьютерные программы для полёта на Луну и её колонизации… я не сомневаюсь, что мы туда вернёмся… скоро»
Нора улыбнулась: «Тогда я точно знаю, с кем тебя познакомить… он тебе предложит гораздо более привлекательную альтернативу…»
Ровно через час Нора Хиггинс и Астрид Элден пересекли административную границу Джорджтауна.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 41541
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 672 times
- Been thanked: 11625 times
Ферма. Побочный эффект
Город Линбарк
Округ Линбарк, штат Вирджиния, США
21 августа 1995 года
Отправив Астрид в сопровождении Норы Хиггинс на Виллу Вевельсбург в Джорджтаун, Энке зашёл в кабинет, в котором шериф Элден разбиралась с делами, которые ей в самые ближайшие дни придётся передать врио.
К его некоторому удивлению, Брина осведомилась: «Ты ведь раньше с таким уже сталкивался… с такими же проблемами, как у Астрид?»
Энке кивнул: «Не лично… но я читал дело… и беседовал с его участниками…»
Михаилом Колокольцевым, Бируте Паулаускайте, Жанной д’Арк и Вандой Бергманн… она же в то время уже Ванда Яновна Мазур.
«Я могу узнать подробности?» - поинтересовалась шериф Элден. Энке вздохнул:
«У Астрид навязчивая идея… на языке психиатрии это называется радикальный суицидальный мазохизм…»
На удивление распространённое психическое заболевание - им страдали многие христианские мученики, многие старообрядцы и прочие религиозные фанатики.
Брина кивнула: «Что-то такое я и предполагала… у той девушки было то же самое?». Энке кивнул: «Не в точности такое же… но очень близко…»
«И как всё это разрешилось?» - спросила Огненная Защитница. Энке улыбнулся:
«Прилетела Орлеанская Дева… на спарке FW-190S-5; забрала Бируте из Вильнюса в Берлин; там она прошла Преображение; присоединилась к отморозкам Жанны – она с XV века ротой командует… чрезвычайно успешно… до сих пор воюет…»
«Не сомневаюсь» - усмехнулась Брина. Что Жанна д’Арк застряла во времени, её совершенно не удивило. И ожидаемо осведомилась:
«Астрид тоже пройдёт Преображение и застрянет во времени?». Энке кивнул.
«И что с ней будет потом?» - обеспокоенно спросила мама Астрид.
Энке пожал плечами: «С её интересами и талантами после Преображения у неё одна дорога – к Хансу Каммлеру в Управление Специальных проектов Die Neue SS… в программисты… они уже давно активно развивают это направление…»
И неожиданно улыбнулся: «Я очень благодарен вам обеим… ситуация окончательно прояснилась – теперь я точно знаю, с чем мы имеем дело…»
Он ошибался.
Округ Линбарк, штат Вирджиния, США
21 августа 1995 года
Отправив Астрид в сопровождении Норы Хиггинс на Виллу Вевельсбург в Джорджтаун, Энке зашёл в кабинет, в котором шериф Элден разбиралась с делами, которые ей в самые ближайшие дни придётся передать врио.
К его некоторому удивлению, Брина осведомилась: «Ты ведь раньше с таким уже сталкивался… с такими же проблемами, как у Астрид?»
Энке кивнул: «Не лично… но я читал дело… и беседовал с его участниками…»
Михаилом Колокольцевым, Бируте Паулаускайте, Жанной д’Арк и Вандой Бергманн… она же в то время уже Ванда Яновна Мазур.
«Я могу узнать подробности?» - поинтересовалась шериф Элден. Энке вздохнул:
«У Астрид навязчивая идея… на языке психиатрии это называется радикальный суицидальный мазохизм…»
На удивление распространённое психическое заболевание - им страдали многие христианские мученики, многие старообрядцы и прочие религиозные фанатики.
Брина кивнула: «Что-то такое я и предполагала… у той девушки было то же самое?». Энке кивнул: «Не в точности такое же… но очень близко…»
«И как всё это разрешилось?» - спросила Огненная Защитница. Энке улыбнулся:
«Прилетела Орлеанская Дева… на спарке FW-190S-5; забрала Бируте из Вильнюса в Берлин; там она прошла Преображение; присоединилась к отморозкам Жанны – она с XV века ротой командует… чрезвычайно успешно… до сих пор воюет…»
«Не сомневаюсь» - усмехнулась Брина. Что Жанна д’Арк застряла во времени, её совершенно не удивило. И ожидаемо осведомилась:
«Астрид тоже пройдёт Преображение и застрянет во времени?». Энке кивнул.
«И что с ней будет потом?» - обеспокоенно спросила мама Астрид.
Энке пожал плечами: «С её интересами и талантами после Преображения у неё одна дорога – к Хансу Каммлеру в Управление Специальных проектов Die Neue SS… в программисты… они уже давно активно развивают это направление…»
И неожиданно улыбнулся: «Я очень благодарен вам обеим… ситуация окончательно прояснилась – теперь я точно знаю, с чем мы имеем дело…»
Он ошибался.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 41541
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 672 times
- Been thanked: 11625 times
Ферма. Освобождение
Джорджтаун, город Вашингтон
Округ Колумбия, США
22 августа 1995 года
Когда Астрид Элден вошла в фойе Виллы Вевельсбург, то очень сильно удивилась. Ибо её встретила… точная копия Марии Орсич, фотографию которой Астрид видела на обложке оккультного журнала на столе у мамы (после исчезновения лодок во фьорде Брина всерьёз заинтересовалась оккультом). Легендарного лидера легендарного германского Общества Вриль…
Копия Марии улыбнулась: «Вижу, ты меня узнала. Ты не ошиблась… почти. Ибо я не копия Марии Орсич – я и есть Мария Орсич. Только теперь я Марта Эрлих… а Общества Вриль уже давно не существует – с конца двадцатых годов…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Есть Общество Чёрного Солнца, что почти то же самое… впрочем, об этом тебе расскажут чуть позже…»
Астрид продолжала изумлённо смотреть на Марию-Марту. От такого откровения она потеряла дар речи. Мария-Марта невозмутимо продолжала: «Я родилась в 1895 году в Загребе… ныне это, наконец-то, независимая Хорватия…»
В 1991 году, на фоне острого внутриреспубликанского конфликта между сербами и хорватами, Хорватия провозгласила независимость. Первой признала независимость Хорватии 19 декабря 1991 года…Исландия. Провозглашение независимости Хорватией и Словенией стало началом распада Югославии.
Межэтнические столкновения в республике после провозглашения независимости переросли в войну в Хорватии, продолжавшуюся до начала августа 1995 года - её последним аккордом стала Операция Буря.
Операция Буря была совместной военной операцией армии Хорватии и 5-го корпуса армии Боснии и Герцеговины, которая была проведена молниеносно – с 4 по 9 августа 1995 года.
Результатами этой операции стала победа Хорватии и ликвидация так называемых «республик» Сербская Краина и Западная Босния (сербского и мусульманского образований на территории Хорватии).
Марта-Мария глубоко вздохнула – и продолжила: «Я заместитель руководительницы Общества Чёрного Солнца… с ней ты увидишься, когда будешь проходить Преображение. Возможно, даже раньше…».
И махнула рукой в сторону двери: «Следуй за мной». Марта привела Астрид в просторную гостиную, опустилась на диван и махнула рукой в сторону кресла:
«Присаживайся». После того, как девушка удобно устроилась в кресле, Марта-Мария вздохнула: «Ну давай рассказывай… о своих проблемах. Только всё без утайки, как на исповеди – иначе мы не сможем тебе помочь…»
Астрид вздохнула, собралась с силами – и выложила всё как на духу, вплоть до мельчайших деталей. Марта Эрлих внимательно выслушала её и кивнула:
«Ситуация непростая… но, к счастью, вполне поправимая. Этой же ночью ты пройдёшь Преображение в женщину-людена…»
И сразу же ответила на незаданный вопрос девушки: «Никто точно не знает, откуда взялось это самоназвание. Говорят, что первым люденом нового времени был австрийский барон Людвиг фон Людендорф, никак не связанный с знаменитым немецким генералом… но лично я его никогда не видела…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Ты обретёшь вечную молодость – тебе всегда теперь будет… сколько захочешь; иммунитет ко всем болезням; феноменальную работоспособность; три часа сна тебе за глаза будет хватать…»
«Двадцать пять» - уверенно заявила Астрид. Марта-Мария пожала плечами: «Как скажешь». Глубоко и немного грустно вздохнула – и продолжила:
«К сожалению, ты не сможешь пройти Преображение прямо сейчас…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Ты совершенно права – сначала из тебя нужно в самом прямом смысле выбить твою навязчивую идею… точнее, демона радикального суицидального мазохизма, которого…»
Запнулась, задумалась, недолго подумала и махнула рукой: «Ладно, об этом потом…». Астрид неожиданно обыденным тоном осведомилась:
«Вы сейчас будете меня пороть?». Марта Эрлих кивнула: «Я сделаю то, что ты с шестнадцати лет пыталась сделать… но предсказуемо безуспешно…»
«Почему у меня не получилось?» - в высшей степени заинтересованно осведомилась Астрид.
«Потому не получилось» - наставительным тоном объяснила Марта-Мария, «что выбить из тебя демона может только тот, кто обладает достаточно мощной для этого духовной энергетикой…»
«Как порщик-экзорцист в католическом монастыре?» - спросила девушка.
Марта Эрлих кивнула: «Или порщица – у некоторых монахинь весьма неплохо получалось…». И с улыбкой добавила: «Не волнуйся – я стала лидером Общества Вриль потому, что у меня, пожалуй, самая мощная энергетика среди люденов – и несопоставимо более мощная, чем у любого человека…»
«Я Вам верю» - уверенно сказала Астрид. Марта-Мария снова улыбнулась:
«Вот и отлично». И неожиданно жёстко приказала:
«Догола раздевайся». Астрид быстро разделась догола (ибо привычная); сняла туфли, ремень, длинное красно-сине-белое платье (национальные цвета Норвегии), лифчик, трусики, поясок для чулок и собственно чулки. Оставшись абсолютно голой. Одежду она аккуратно сложила на кресло.
Марта-Мария махнула рукой в сторону двери: «Следуй за мной».
И (ожидаемо) привела девушку в на удивление богато обставленный донжон, значительную часть которого занимали дивайсы, которые не лезли ни в какие ворота с кочки зрения безопасности и разумности.
Горизонтальная дыба (с шипованным зайцем); дыба-страппадо; испанский осёл; кресло иудеев; крест для распятия… и даже самый настоящий вертикальный кол. Марта Эрлих покачала головой: «Тебе ничего из этого не грозит… у тебя будет только ударный экзорцизм обычной плетью у столба для порки…»
И объяснила: «Это всё дивайсы для совсем уж чёрных мазохисток… чернее только чёрная дыра». И неожиданно лукаво улыбнулась: «На самом деле, всё это великолепие полностью соответствует фундаментальным принципам БРД…»
«Это как?» - изумилась Астрид. Марта-Мария улыбнулась: «Кроме люденов, которые не-совсем-люди, на вилле обитают и совсем-не-люди, которые сразу были созданы совершенно другими существами. Они способны восстанавливать человеческое тело даже после повреждений, не совместимых с жизнью…»
«Даже после посажения на кол?» - удивилась девушка. «Даже после посажения на кол» - эхом ответила Марта-Мария. И ожидаемо осведомилась: «Как тебя пороли, как часто… и чем?».
Астрид пожала плечами: «Когда становилось совсем уж невмоготу от желания сгореть живьём… раз в две недели обычно… в последнее время чаще…». Глубоко вздохнула – и продолжила: «Сначала ремнём, потом розгами… плетью иногда»
«Только пороли?». Девушка кивнула: «Пару раз постояла на коленях на горохе… мне не понравилось… да, пороли по спине и ягодицам лёжа на лавке…»
Марта-Мария кивнула и приказала: «Иди к столбу, обними его, крепко прижмись всем телом и бёдрами…». Астрид выполнила приказ; Марта Эрлих привязала её за руки, талию и колени… и начала пороть.
Порола по спине, ягодицам и бёдрам… причём так, что девушке показалось, что она с неё всю кожу содрала. Под конец Астрид во всю глотку орала от дикой боли; потом потеряла сознание… а когда пришла в себя, вдруг почувствовала, что свободна. Что демон радикального суицидального мазохизма оставил её.
Долгожданное освобождение свершилось…
Округ Колумбия, США
22 августа 1995 года
Когда Астрид Элден вошла в фойе Виллы Вевельсбург, то очень сильно удивилась. Ибо её встретила… точная копия Марии Орсич, фотографию которой Астрид видела на обложке оккультного журнала на столе у мамы (после исчезновения лодок во фьорде Брина всерьёз заинтересовалась оккультом). Легендарного лидера легендарного германского Общества Вриль…
Копия Марии улыбнулась: «Вижу, ты меня узнала. Ты не ошиблась… почти. Ибо я не копия Марии Орсич – я и есть Мария Орсич. Только теперь я Марта Эрлих… а Общества Вриль уже давно не существует – с конца двадцатых годов…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Есть Общество Чёрного Солнца, что почти то же самое… впрочем, об этом тебе расскажут чуть позже…»
Астрид продолжала изумлённо смотреть на Марию-Марту. От такого откровения она потеряла дар речи. Мария-Марта невозмутимо продолжала: «Я родилась в 1895 году в Загребе… ныне это, наконец-то, независимая Хорватия…»
В 1991 году, на фоне острого внутриреспубликанского конфликта между сербами и хорватами, Хорватия провозгласила независимость. Первой признала независимость Хорватии 19 декабря 1991 года…Исландия. Провозглашение независимости Хорватией и Словенией стало началом распада Югославии.
Межэтнические столкновения в республике после провозглашения независимости переросли в войну в Хорватии, продолжавшуюся до начала августа 1995 года - её последним аккордом стала Операция Буря.
Операция Буря была совместной военной операцией армии Хорватии и 5-го корпуса армии Боснии и Герцеговины, которая была проведена молниеносно – с 4 по 9 августа 1995 года.
Результатами этой операции стала победа Хорватии и ликвидация так называемых «республик» Сербская Краина и Западная Босния (сербского и мусульманского образований на территории Хорватии).
Марта-Мария глубоко вздохнула – и продолжила: «Я заместитель руководительницы Общества Чёрного Солнца… с ней ты увидишься, когда будешь проходить Преображение. Возможно, даже раньше…».
И махнула рукой в сторону двери: «Следуй за мной». Марта привела Астрид в просторную гостиную, опустилась на диван и махнула рукой в сторону кресла:
«Присаживайся». После того, как девушка удобно устроилась в кресле, Марта-Мария вздохнула: «Ну давай рассказывай… о своих проблемах. Только всё без утайки, как на исповеди – иначе мы не сможем тебе помочь…»
Астрид вздохнула, собралась с силами – и выложила всё как на духу, вплоть до мельчайших деталей. Марта Эрлих внимательно выслушала её и кивнула:
«Ситуация непростая… но, к счастью, вполне поправимая. Этой же ночью ты пройдёшь Преображение в женщину-людена…»
И сразу же ответила на незаданный вопрос девушки: «Никто точно не знает, откуда взялось это самоназвание. Говорят, что первым люденом нового времени был австрийский барон Людвиг фон Людендорф, никак не связанный с знаменитым немецким генералом… но лично я его никогда не видела…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Ты обретёшь вечную молодость – тебе всегда теперь будет… сколько захочешь; иммунитет ко всем болезням; феноменальную работоспособность; три часа сна тебе за глаза будет хватать…»
«Двадцать пять» - уверенно заявила Астрид. Марта-Мария пожала плечами: «Как скажешь». Глубоко и немного грустно вздохнула – и продолжила:
«К сожалению, ты не сможешь пройти Преображение прямо сейчас…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Ты совершенно права – сначала из тебя нужно в самом прямом смысле выбить твою навязчивую идею… точнее, демона радикального суицидального мазохизма, которого…»
Запнулась, задумалась, недолго подумала и махнула рукой: «Ладно, об этом потом…». Астрид неожиданно обыденным тоном осведомилась:
«Вы сейчас будете меня пороть?». Марта Эрлих кивнула: «Я сделаю то, что ты с шестнадцати лет пыталась сделать… но предсказуемо безуспешно…»
«Почему у меня не получилось?» - в высшей степени заинтересованно осведомилась Астрид.
«Потому не получилось» - наставительным тоном объяснила Марта-Мария, «что выбить из тебя демона может только тот, кто обладает достаточно мощной для этого духовной энергетикой…»
«Как порщик-экзорцист в католическом монастыре?» - спросила девушка.
Марта Эрлих кивнула: «Или порщица – у некоторых монахинь весьма неплохо получалось…». И с улыбкой добавила: «Не волнуйся – я стала лидером Общества Вриль потому, что у меня, пожалуй, самая мощная энергетика среди люденов – и несопоставимо более мощная, чем у любого человека…»
«Я Вам верю» - уверенно сказала Астрид. Марта-Мария снова улыбнулась:
«Вот и отлично». И неожиданно жёстко приказала:
«Догола раздевайся». Астрид быстро разделась догола (ибо привычная); сняла туфли, ремень, длинное красно-сине-белое платье (национальные цвета Норвегии), лифчик, трусики, поясок для чулок и собственно чулки. Оставшись абсолютно голой. Одежду она аккуратно сложила на кресло.
Марта-Мария махнула рукой в сторону двери: «Следуй за мной».
И (ожидаемо) привела девушку в на удивление богато обставленный донжон, значительную часть которого занимали дивайсы, которые не лезли ни в какие ворота с кочки зрения безопасности и разумности.
Горизонтальная дыба (с шипованным зайцем); дыба-страппадо; испанский осёл; кресло иудеев; крест для распятия… и даже самый настоящий вертикальный кол. Марта Эрлих покачала головой: «Тебе ничего из этого не грозит… у тебя будет только ударный экзорцизм обычной плетью у столба для порки…»
И объяснила: «Это всё дивайсы для совсем уж чёрных мазохисток… чернее только чёрная дыра». И неожиданно лукаво улыбнулась: «На самом деле, всё это великолепие полностью соответствует фундаментальным принципам БРД…»
«Это как?» - изумилась Астрид. Марта-Мария улыбнулась: «Кроме люденов, которые не-совсем-люди, на вилле обитают и совсем-не-люди, которые сразу были созданы совершенно другими существами. Они способны восстанавливать человеческое тело даже после повреждений, не совместимых с жизнью…»
«Даже после посажения на кол?» - удивилась девушка. «Даже после посажения на кол» - эхом ответила Марта-Мария. И ожидаемо осведомилась: «Как тебя пороли, как часто… и чем?».
Астрид пожала плечами: «Когда становилось совсем уж невмоготу от желания сгореть живьём… раз в две недели обычно… в последнее время чаще…». Глубоко вздохнула – и продолжила: «Сначала ремнём, потом розгами… плетью иногда»
«Только пороли?». Девушка кивнула: «Пару раз постояла на коленях на горохе… мне не понравилось… да, пороли по спине и ягодицам лёжа на лавке…»
Марта-Мария кивнула и приказала: «Иди к столбу, обними его, крепко прижмись всем телом и бёдрами…». Астрид выполнила приказ; Марта Эрлих привязала её за руки, талию и колени… и начала пороть.
Порола по спине, ягодицам и бёдрам… причём так, что девушке показалось, что она с неё всю кожу содрала. Под конец Астрид во всю глотку орала от дикой боли; потом потеряла сознание… а когда пришла в себя, вдруг почувствовала, что свободна. Что демон радикального суицидального мазохизма оставил её.
Долгожданное освобождение свершилось…
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 41541
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 672 times
- Been thanked: 11625 times
Ферма. Совершенная
Джорджтаун, город Вашингтон
Округ Колумбия, США
22 августа 1995 года
К едва ли не большему удивлению, Астрид почувствовала, что боль… исчезла. Она была знакома с самыми мощными анальгетиками – мама умудрялась ей добывать даже самые последние военные разработки… но ни один так быстро не действовал. Однако это изумление оказалось не последним…
Освободив девушку от верёвок, Марта-Мария подвела её к огромному – от пола до потолка – зеркалу и улыбнулась: «Спиной повернись»
Астрид повернулась спиной к зеркалу… и аж дар речи потеряла от изумления. Ибо её ягодицы, спина и бёдра выглядели так, как будто никакой порки не было. Вообще. Совсем. Хотя Марта-Мария лупила её в разы круче даже самых крутых порщиков-садистов…
«Это… как?» - с трудом выдавила из себя девушка. Марта усмехнулась: «Так же, как и мои биологические тридцать пять при хронологических ста…»
И наставительным тоном продолжила:
«Порка, ремень, розги, плети… вообще всё это великолепие» - она обвела руками донжон, «вообще любая боль сами по себе ни хорошие и не плохие. Они нейтральные. Они просто инструменты и не более того. Как топор - им можно дом строить, а можно головы рубить… или вообще четвертовать…»
Астрид кивнула. Марта-Мария хлопнула в ладоши и улыбнулась: «Теперь ты готова к Преображению. Следуй за мной»
Она подошла к стене – и, видимо, нажала какой-то потайной рычаг или кнопку. Ибо в стене распахнулась потайная дверь. Которая вела в неожиданно круглую комнату. Внушительного размера комнату… даже, пожалуй, зал.
В комнате было ровно двенадцать окон, от которых, впрочем, толку было мало –от внешнего мира она была надёжно закрыто плотными зарослями деревьев – самым настоящим лесом.
Колонн, расположенных между окнами, было тоже ровно двенадцать. Электрического освещения в комнате, видимо, не было, но было всё равно очень светло, ибо в центре каждой из колонн ярким смоляным пламенем горел газовый факел (очень точная имитация средневекового смоляного).
Комната была абсолютно пуста – причём преднамеренно пуста, дабы мебель не закрывала занимавший бОльшую часть пола символ. Символ представлял собой тёмно-зелёное (почти чёрное) колесо с двенадцатью спицами. Только спицами были двенадцать Siegrunen. Древнегерманских рун Зиг, символизировавших солнце. И Победу. С большой буквы. Это Астрид узнала из одной из маминых книг по оккульту и эзотерике.
«Это символ Чёрного Солнца» - раздался голос за спиной Астрид. Она обернулась и чуть в обморок не упала от удивления. Ибо на неё заботливо, доброжелательно и даже любяще смотрела женщина настолько совершенной, неотмирной красоты, что ни в одном человеческом языке просто не было слов, чтобы её описать.
«Я Баронесса» - представилась Совершенная. «Баронесса Элина Ванадис фон Энгельгардт, если полностью. Можешь называть меня Баронесса или Лилит – как тебе удобнее…»
Её английский был… странным. С одной стороны, совершенно правильный, с другой же какой-то неестественный, что ли. Иномирный. Лилит продолжила, указывая на символ на полу: «Die Schwarze Sonne. Очень древний и почти никому не известный эзотерический, оккультный и магический символ...»
Для Астрид неожиданностью оказался удивительно чистый и даже несколько прохладный воздух в комнате (хотя окна были плотно закрыты). Видимо, система вентиляции виллы была спроектирована весьма искусно.
Другим совершенно неожиданным для неё (ибо она не особо религиозна) было ощущение, что в этой комнате обитало Незримое. Высшее. Как (по слухам) в Святая Святых иерусалимского Храма в дохристианскую эпоху.
Но лишь подобное. Ибо там это было лишь Прикосновение к Высшему, а здесь... здесь это было Слияние с Высшим. Точнее, Принятие. Принятие Высшего в себя. Не подчинение Высшему, а именно принятие его (или её?) в себя. Впрочем, неважно – у Высшего не бывает пола...
Баронесса (не то, чтобы так уж и неожиданно) взяла Астрид за руку. Прикосновение её было по-женски мягким, но, вместе с тем, уверенным, решительным и даже властным. И одновременно тёплым - и даже заботливым.
На удивление человечным – в том смысле, что ничего сверхъестественного девушка не почувствовала. Хотя Баронесса явно была не из мира людей – люди просто не в состоянии произвести на свет такую совершенную красоту…
«Тебе нужно войти внутрь символа и встать в его центр...» - объявила Лилит.
Именно так – не «встань в центр», а «тебе нужно встать в центр». Что, по её ощущениям, было очень похоже на правду. Поэтому она беспрекословно подчинилась Баронессе (хотя подчиняться никому не привыкла, даже маме).
В центре символа было предсказуемо тепло (физически, эмоционально и духовно), комфортно и очень спокойно. Впервые в жизни Астрид чувствовала себя абсолютно надёжно защищённой от всех и всяческих напастей.
И ещё она чувствовала то, что называют TLC. Tender Loving Care. Нежную любящую заботу. Заботу абстрактную – не отцовскую, не материнскую, не мужскую, не женскую, но, тем не менее всё равно нежную и любящую.
А потом произошло нечто совершенно неожиданное. Лилит хлопнула в ладоши (громко так хлопнула – или просто акустика в комнате была потрясающая) ... и в комнату даже не вошли, а вплыли ровно двенадцать женщин.
Одеты дамы были в длинные (до пят) белые – в стиле богини Фрейи – платья (скорее всего, льняные – мама научила её хорошо разбираться в женской одежде). Подпоясанные ремешками тоже в стиле скандинавской богини – широкими, кожаными, с золотыми пряжками и богато украшенными серебром и явно драгоценными камнями внушительного размера.
Женщины разместились равномерно вдоль внешней границы символа (не заходя внутрь ни на миллиметр) и взялись за руки, образовав что-то вроде живой стены. Или внешнего экрана для каких-то энергий, что было гораздо более вероятно.
Хотя Астрид был внутренне готова к любым неожиданностям, но то, что произошло дальше, её впечатлило не по-детски. Сильно так впечатлило. Без сомнения, на всю оставшуюся жизнь. Вечную жизнь.
Под потолком комнаты вспыхнул ослепительно-яркий, слепяще-белый свет. И тут же широким столбом опустился вниз. Реальным, физическим, почти осязаемым столбом – видимым никаким не внутренним, а самым обычным зрением.
В центре комнаты появилась широкая – размером точно с внутренний круг Die Schwarze Sonne – светящаяся колонна. Тринадцатая колонна. И она – единственная из присутствующих – оказалась внутри, ровно в центре этой белоснежной колонны.
Ярко-белым светом вспыхнула каждая из двенадцати солнечных рун символа, превратившись в сверхмощный источник того же иномирного света. А затем таким же – если не ещё более ярким – светом вспыхнули внешний и внутренний круги Die Schwarze Sonne.
Она стояла внутри символа, наслаждаясь этим божественным светом и теплом. Впитывая его в себя. Ощущая, как эта странная, неземная, иномирная невероятно мощная и, вместе с тем, приятная и комфортная энергия наполняет все её тела – от физического до стабильно-трансцендентного (о семи телах человека она узнала из ещё одной книги по оккульту), разум, душу, сердце...
Сколько это длилось всё это действо, она так и не поняла. Ибо время не то, чтобы остановилось... скорее она оказалась вне времени. Поэтому потом она так и не смогла даже приблизительно оценить, сколько же времени длилась эта потрясающая, неземная, неотмирная, божественная световая мистерия. Десять минут? Двадцать? Тридцать? Пятьдесят? Час? Два? Десять?
Через некоторое время интенсивность света начала постепенно ослабевать. А ещё через некоторое время тринадцатая колонна погасла совсем. Лилит жестом приказала женщинам отпустить руки друг друга. Они повиновались, развернулись и удивительно бесшумно выплыли из комнаты в бездонные глубины виллы.
«Послевкусие» было..., наверное, всё-таки предсказуемым. Очищения, оздоровления (физического, эмоционального, духовного) … и просветления. И ещё..., наверное, полного контакта со своим физическим телом.
Астрид чувствовала не то, что каждую свою систему (кровеносную, нервную, пищеварительную) и даже не только каждый орган (руки, ноги, печень, почки и т.д.), но буквально каждую свою клеточку, каждую молекулу и даже каждый атом.
Всё в её теле находилось в какой-то удивительной, за-человеческой, сверх-человеческой гармонии – синергии даже. Когда два плюс два даже не пять. А десять (если вообще не двадцать).
Баронесса придирчиво осмотрела её с головы до пят, удовлетворённо улыбнулась (видимо, ей весьма понравился результат действа) и повернулась к двери, которая вела обратно в гостиную виллы. Астрид, разумеется, последовала за ней.
Когда они вернулись в гостиную виллы, Астрид несколько растерянно – ибо ещё не пришла в себя – осведомилась: «И это всё? Моё Преображение свершилось?»
Лилит кивнула и эхом подтвердила: «Твоё Преображение свершилось»
«И что теперь?» - ещё более растерянно спросила девушка. «Теперь мы будем работать вместе на благо Америки, Европы, Западной цивилизации и всего человечества» - спокойно ответила Баронесса.
И исчезла, как будто её и не было. За спиной Астрид послышались шаги, она обернулась… и обомлела. Ибо в дверном проёме стояла самая настоящая королева. Царица. Как минимум принцесса или великая княжна.
Высокая – в рост мамы Астрид, идеально сложенная, породистая, аристократичная, темноволосая, с несколько бледным лицом, безупречной европейской красоты, она словно была пришелицей из совсем другого мира. Мира ещё до Первой Великой войны; мира королей, царей, императоров, князей и аристократии. Голубой крови.
«Я Элена» - представилась великая княжна на безупречном американском английском Новой Англии. «По основной профессии я врач-гинеколог, у меня очень успешная клиника в Мэриленде. Но диплом психолога у меня тоже есть – Гарварда – поэтому я буду тебя адаптировать к жизни в параллельном мире…»
И сбросила бомбу как минимум хиросимской мощности:
«Элена - псевдоним, под которым я живу вот уже почти семьдесят семь лет. Моё настоящее имя – Татьяна. Великая княжна Татьяна Николаевна Романова…»
Округ Колумбия, США
22 августа 1995 года
К едва ли не большему удивлению, Астрид почувствовала, что боль… исчезла. Она была знакома с самыми мощными анальгетиками – мама умудрялась ей добывать даже самые последние военные разработки… но ни один так быстро не действовал. Однако это изумление оказалось не последним…
Освободив девушку от верёвок, Марта-Мария подвела её к огромному – от пола до потолка – зеркалу и улыбнулась: «Спиной повернись»
Астрид повернулась спиной к зеркалу… и аж дар речи потеряла от изумления. Ибо её ягодицы, спина и бёдра выглядели так, как будто никакой порки не было. Вообще. Совсем. Хотя Марта-Мария лупила её в разы круче даже самых крутых порщиков-садистов…
«Это… как?» - с трудом выдавила из себя девушка. Марта усмехнулась: «Так же, как и мои биологические тридцать пять при хронологических ста…»
И наставительным тоном продолжила:
«Порка, ремень, розги, плети… вообще всё это великолепие» - она обвела руками донжон, «вообще любая боль сами по себе ни хорошие и не плохие. Они нейтральные. Они просто инструменты и не более того. Как топор - им можно дом строить, а можно головы рубить… или вообще четвертовать…»
Астрид кивнула. Марта-Мария хлопнула в ладоши и улыбнулась: «Теперь ты готова к Преображению. Следуй за мной»
Она подошла к стене – и, видимо, нажала какой-то потайной рычаг или кнопку. Ибо в стене распахнулась потайная дверь. Которая вела в неожиданно круглую комнату. Внушительного размера комнату… даже, пожалуй, зал.
В комнате было ровно двенадцать окон, от которых, впрочем, толку было мало –от внешнего мира она была надёжно закрыто плотными зарослями деревьев – самым настоящим лесом.
Колонн, расположенных между окнами, было тоже ровно двенадцать. Электрического освещения в комнате, видимо, не было, но было всё равно очень светло, ибо в центре каждой из колонн ярким смоляным пламенем горел газовый факел (очень точная имитация средневекового смоляного).
Комната была абсолютно пуста – причём преднамеренно пуста, дабы мебель не закрывала занимавший бОльшую часть пола символ. Символ представлял собой тёмно-зелёное (почти чёрное) колесо с двенадцатью спицами. Только спицами были двенадцать Siegrunen. Древнегерманских рун Зиг, символизировавших солнце. И Победу. С большой буквы. Это Астрид узнала из одной из маминых книг по оккульту и эзотерике.
«Это символ Чёрного Солнца» - раздался голос за спиной Астрид. Она обернулась и чуть в обморок не упала от удивления. Ибо на неё заботливо, доброжелательно и даже любяще смотрела женщина настолько совершенной, неотмирной красоты, что ни в одном человеческом языке просто не было слов, чтобы её описать.
«Я Баронесса» - представилась Совершенная. «Баронесса Элина Ванадис фон Энгельгардт, если полностью. Можешь называть меня Баронесса или Лилит – как тебе удобнее…»
Её английский был… странным. С одной стороны, совершенно правильный, с другой же какой-то неестественный, что ли. Иномирный. Лилит продолжила, указывая на символ на полу: «Die Schwarze Sonne. Очень древний и почти никому не известный эзотерический, оккультный и магический символ...»
Для Астрид неожиданностью оказался удивительно чистый и даже несколько прохладный воздух в комнате (хотя окна были плотно закрыты). Видимо, система вентиляции виллы была спроектирована весьма искусно.
Другим совершенно неожиданным для неё (ибо она не особо религиозна) было ощущение, что в этой комнате обитало Незримое. Высшее. Как (по слухам) в Святая Святых иерусалимского Храма в дохристианскую эпоху.
Но лишь подобное. Ибо там это было лишь Прикосновение к Высшему, а здесь... здесь это было Слияние с Высшим. Точнее, Принятие. Принятие Высшего в себя. Не подчинение Высшему, а именно принятие его (или её?) в себя. Впрочем, неважно – у Высшего не бывает пола...
Баронесса (не то, чтобы так уж и неожиданно) взяла Астрид за руку. Прикосновение её было по-женски мягким, но, вместе с тем, уверенным, решительным и даже властным. И одновременно тёплым - и даже заботливым.
На удивление человечным – в том смысле, что ничего сверхъестественного девушка не почувствовала. Хотя Баронесса явно была не из мира людей – люди просто не в состоянии произвести на свет такую совершенную красоту…
«Тебе нужно войти внутрь символа и встать в его центр...» - объявила Лилит.
Именно так – не «встань в центр», а «тебе нужно встать в центр». Что, по её ощущениям, было очень похоже на правду. Поэтому она беспрекословно подчинилась Баронессе (хотя подчиняться никому не привыкла, даже маме).
В центре символа было предсказуемо тепло (физически, эмоционально и духовно), комфортно и очень спокойно. Впервые в жизни Астрид чувствовала себя абсолютно надёжно защищённой от всех и всяческих напастей.
И ещё она чувствовала то, что называют TLC. Tender Loving Care. Нежную любящую заботу. Заботу абстрактную – не отцовскую, не материнскую, не мужскую, не женскую, но, тем не менее всё равно нежную и любящую.
А потом произошло нечто совершенно неожиданное. Лилит хлопнула в ладоши (громко так хлопнула – или просто акустика в комнате была потрясающая) ... и в комнату даже не вошли, а вплыли ровно двенадцать женщин.
Одеты дамы были в длинные (до пят) белые – в стиле богини Фрейи – платья (скорее всего, льняные – мама научила её хорошо разбираться в женской одежде). Подпоясанные ремешками тоже в стиле скандинавской богини – широкими, кожаными, с золотыми пряжками и богато украшенными серебром и явно драгоценными камнями внушительного размера.
Женщины разместились равномерно вдоль внешней границы символа (не заходя внутрь ни на миллиметр) и взялись за руки, образовав что-то вроде живой стены. Или внешнего экрана для каких-то энергий, что было гораздо более вероятно.
Хотя Астрид был внутренне готова к любым неожиданностям, но то, что произошло дальше, её впечатлило не по-детски. Сильно так впечатлило. Без сомнения, на всю оставшуюся жизнь. Вечную жизнь.
Под потолком комнаты вспыхнул ослепительно-яркий, слепяще-белый свет. И тут же широким столбом опустился вниз. Реальным, физическим, почти осязаемым столбом – видимым никаким не внутренним, а самым обычным зрением.
В центре комнаты появилась широкая – размером точно с внутренний круг Die Schwarze Sonne – светящаяся колонна. Тринадцатая колонна. И она – единственная из присутствующих – оказалась внутри, ровно в центре этой белоснежной колонны.
Ярко-белым светом вспыхнула каждая из двенадцати солнечных рун символа, превратившись в сверхмощный источник того же иномирного света. А затем таким же – если не ещё более ярким – светом вспыхнули внешний и внутренний круги Die Schwarze Sonne.
Она стояла внутри символа, наслаждаясь этим божественным светом и теплом. Впитывая его в себя. Ощущая, как эта странная, неземная, иномирная невероятно мощная и, вместе с тем, приятная и комфортная энергия наполняет все её тела – от физического до стабильно-трансцендентного (о семи телах человека она узнала из ещё одной книги по оккульту), разум, душу, сердце...
Сколько это длилось всё это действо, она так и не поняла. Ибо время не то, чтобы остановилось... скорее она оказалась вне времени. Поэтому потом она так и не смогла даже приблизительно оценить, сколько же времени длилась эта потрясающая, неземная, неотмирная, божественная световая мистерия. Десять минут? Двадцать? Тридцать? Пятьдесят? Час? Два? Десять?
Через некоторое время интенсивность света начала постепенно ослабевать. А ещё через некоторое время тринадцатая колонна погасла совсем. Лилит жестом приказала женщинам отпустить руки друг друга. Они повиновались, развернулись и удивительно бесшумно выплыли из комнаты в бездонные глубины виллы.
«Послевкусие» было..., наверное, всё-таки предсказуемым. Очищения, оздоровления (физического, эмоционального, духовного) … и просветления. И ещё..., наверное, полного контакта со своим физическим телом.
Астрид чувствовала не то, что каждую свою систему (кровеносную, нервную, пищеварительную) и даже не только каждый орган (руки, ноги, печень, почки и т.д.), но буквально каждую свою клеточку, каждую молекулу и даже каждый атом.
Всё в её теле находилось в какой-то удивительной, за-человеческой, сверх-человеческой гармонии – синергии даже. Когда два плюс два даже не пять. А десять (если вообще не двадцать).
Баронесса придирчиво осмотрела её с головы до пят, удовлетворённо улыбнулась (видимо, ей весьма понравился результат действа) и повернулась к двери, которая вела обратно в гостиную виллы. Астрид, разумеется, последовала за ней.
Когда они вернулись в гостиную виллы, Астрид несколько растерянно – ибо ещё не пришла в себя – осведомилась: «И это всё? Моё Преображение свершилось?»
Лилит кивнула и эхом подтвердила: «Твоё Преображение свершилось»
«И что теперь?» - ещё более растерянно спросила девушка. «Теперь мы будем работать вместе на благо Америки, Европы, Западной цивилизации и всего человечества» - спокойно ответила Баронесса.
И исчезла, как будто её и не было. За спиной Астрид послышались шаги, она обернулась… и обомлела. Ибо в дверном проёме стояла самая настоящая королева. Царица. Как минимум принцесса или великая княжна.
Высокая – в рост мамы Астрид, идеально сложенная, породистая, аристократичная, темноволосая, с несколько бледным лицом, безупречной европейской красоты, она словно была пришелицей из совсем другого мира. Мира ещё до Первой Великой войны; мира королей, царей, императоров, князей и аристократии. Голубой крови.
«Я Элена» - представилась великая княжна на безупречном американском английском Новой Англии. «По основной профессии я врач-гинеколог, у меня очень успешная клиника в Мэриленде. Но диплом психолога у меня тоже есть – Гарварда – поэтому я буду тебя адаптировать к жизни в параллельном мире…»
И сбросила бомбу как минимум хиросимской мощности:
«Элена - псевдоним, под которым я живу вот уже почти семьдесят семь лет. Моё настоящее имя – Татьяна. Великая княжна Татьяна Николаевна Романова…»
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 41541
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 672 times
- Been thanked: 11625 times
Это точно будет роман
Ферма только что перевалила за 40К слов - так что это официально роман. Думаю будет около 60К... возможно, чуть меньше.
Scribo, ergo sum