Анна всем своим королевским видом дала мне понять, что находится в моём офисе совершенно по делу и что прекрасно знает, что делает – и будет делать. Я не сомневался ни в первом, ни во втором, ни в третьем (ибо не просто знал Анну не первый месяц – а жил с ней уже более полугода). И потому просто кивнул.
Кореянка между тем озвучила свой выбор:
«Я хочу, чтобы меня распяли... И хочу умирать как можно дольше...»
Я понятия не имел, как распинали в Корее (что распинали, догадывался, ибо это был распространённый метод казни на Дальнем Востоке) и потому ожидал, что мне поможет Светлана. Однако мне помогла... королева Анна. Которая прочитала аж целую мини-лекцию.
«После того, как в 1607 году от Рождества Христова закончилась Японско-корейская война и был заключён мир, между Японией и Кореей установились довольно близкие культурные отношения.
С точки зрения корейской стороны это были «культуртрегерские мирные рейды», которые утверждали материальное и духовное превосходство корейцев над японскими соседями...»
Кира усмехнулась: «... Однако корейцы сами много что переняли у японцев – в частности, метод смертной казни распятием...»
Анна кивнула и продолжила: «Япония является мировым рекордсменом по продолжительности применения казни распятием...»
Для меня это было новостью; для Киры тоже... но не для Светланы.
Анна Болейн продолжала: «Древние римляне распинали людей в течение примерно 500 лет — с III века до нашей эры до отмены этой практики в IV веке...»
Ибо после того, как христианство стало государственной религией империи, это было бы кощунством.
«В Японии эта практика появилась гораздо позже – примерно в конце XII века – и продолжалось семьсот лет. Последнее документально зафиксированное распятие датируется 1860-ми годами, за несколько лет до отмены этого вида смертной казни правительством эпохи Мейдзи...»
Которое модернизировало Японию, не только приблизив к западным стандартам, но и переплюнув их. Причём так переплюнув, что Страна восходящего солнца нанесла европейцам целый ряд чувствительных поражений на Тихом океане.
Анна продолжала: «Японское распятие сильно отличалось от римского. Японская казнь через распятие - харицуке - произошла от более древних видов наказания, при которых преступников привязывали к столбам, чтобы они подвергались издевательствам и унижениям со стороны общины перед казнью...»
Чисто восточная фишка – в Европе такое было не принято. Анна продолжала:
«Харицуке следовала аналогичной модели. Распятию подвергались осужденные за особо тяжкие преступления — такие как убийство господина или родителя, восстание против правительства или подделка денежных знаков...»
В последнем японцы были несопоставимо гуманнее европейцев – там за такие преступления сжигали заживо на кострах, варили в кипятке (тоже заживо)... Или заливали в горло расплавленное олово или свинец.
Королева Анна продолжала: «... которые перед казнью сначала подвергались так называемой верховой прогулке - хикимаваси. Это была часть наказания, направленная на публичное унижение преступника. Наказание заключалось в том, что осуждённого везли верхом на лошади по городу с знаменами, на которых было написано его преступление...»
Обычное дело и в Китае, и в Корее, и в Юго-Восточной Азии.
Анна продолжала: «Впоследствии эту практику заменили заключением преступников в ящики, из которых торчала только голова, и оставлением их на два дня в оживлённых районах Эдо (современного Токио), где прохожие могли плевать на них и издеваться над ними...»
Нечто подобное (колодки, позорный столб, позорный стул и т.д.) имели место и в Европе – но там это было самостоятельное наказание за не особо тяжкие преступления, а не прелюдия к смертной казни. Королева продолжала:
«Только после этого следовало распятие, хотя при этом вместо гвоздей использовались верёвки и шест с двумя поперечинами, расположенными в форме иероглифа «ки» (キ) для мужчин. Женщин распинали на классическом кресте с одной поперечиной, имеющем форму кандзи «десять» (十)...»
Кира поправила: «Вопреки распространённому заблуждению, в древнем Риме тоже обычно привязывали – гвозди были редкостью...»
В первую очередь потому, что осуждённый быстро умирал от потери крови, в результате чего терялся смысл этого вида казни (долгая мучительная смерть).
Анна кивнула и продолжила: «В отличие от римского метода, приговорённые умирали... ну, примерно как Христос от удара копья Лонгина...»
В современной медицинской литературе указываются следующие возможные причины смерти при распятии: инфаркт, остановка сердца, гиповолемический шок (быстрое уменьшение объёма циркулирующей крови), ацидоз (смещение кислотно-щелочного баланса организма в сторону увеличения кислотности – кислотное отравление), асфиксия, аритмия сердца, и эмболия лёгких.
Смерть может наступить от любого из этих факторов или от комбинации нескольких из них, а также по другим причинам, включая сепсис вследствие инфекции ран от гвоздей либо ран, полученных при бичевании, которое всегда предшествовало распятию, от обезвоживания организма либо от хищных животных (жуткая смерть от клювов стервятников).
Анна продолжала: «В Японии вскоре после собственно распятия смертников их пронзали копьями с обеих сторон и перерезали горло, но только после нескольких часов мучений от кровопотери и ножевых ранений...»
Кира кивнула: «Действительно как Христос... почти» .
Анна Болейн невозмутимо пожала плечами: «Есть более наглядный пример - 26 католических мучеников, распятых за проповеди христианства через распятие по приказу Тоётоми Хидэёси пятого февраля 1597 года в Нагасаки»
Великого японского военного и политического деятель, объединителя Японии, который никак не мог себе позволить ещё и религиозный конфликт, неизбежный при внешней религиозной интервенции (любой).
Сначала приговорённых привязали к крестам на земле, которые затем воткнули в землю в ряд на расстоянии нескольких метров друг от друга. И почти сразу же каждого из мучеников проткнули копьём – причём сразу насмерть.
Анна продолжала: «Тела оставляли на кресте на несколько дней в качестве предупреждения потенциальным преступникам. Если человек умирал от пыток ещё до распятия, его труп всё равно выставляли на кресте, но только после того, как его консервировали в уксусе, чтобы замедлить разложение...»
Киру аж передёрнуло: «Фу, гадость какая...». Светлана усмехнулась: «Добро пожаловать в реальную Азию...». Удивлённо покачала головой и обратилась к Анне: «Вы так уверенно рассказываете об этом, как будто видели такие казни своими глазами...»
Я в этом практически не сомневался... а Анна Болейн не отреагировала никак. Просто приказала кореянке проследовать за ней в комнату для распятий... а Кире остаться в офисе.
Формально мисс Жданова Анне не подчинялась, но ссориться с до сих пор законной королевой Англии – и палачом с почти 500-летним стажем – не рисковал никто, кто был осведомлён о том и о другом. Кира была.
На Объекте Харон распинали на классическом кресте, на котором фиксировали в горизонтальном положении, а затем поднимали вертикально с помощью поворотного механизма.
Сам крест был изготовлен из бальсы – идеальной древесины, ибо и лёгкая, и прочная, и легко поддаётся обработке...в частности, в неё легко забивать гвозди. Уникальные свойства бальсы были известны с древности; инки выдалбливали из неё каноэ и делали плоты, на которых совершали длительные походы.
Из этого дерева был построен знаменитый плот «Кон-Тики», на котором норвежский путешественник Тур Хейердал со своей командой совершил путешествие через Тихий океан к островам Полинезии.
Бальса использовалась в конструкции знаменитого британского скоростного бомбардировщика «Москито» периода Второй мировой войны, уверенно обгонявшего цельнометаллические истребители. Бальсовые панели, оклеенные фанерой, радикально уменьшали необходимость в использовании металлических подкрепляющих деталей, дефицитных во время войны.
Светлана разделась догола, легла на спину на крест, Анна её привязала за лодыжки, колени и запястья... и добыла из шкафа внушительного размера молоток и гвозди стандартного римского образца.
В ответ на удивлённо-недовольный взгляд кореянки, королева Англии пожала плечами: «У нас принято прибивать... кроме того, это в твоих же интересах».
После чего добыла из кармана одноразовый шприц с серого цвета маслянистой жидкостью. И объяснила удивлённой девушке: «Это сильный стимулятор... Ты же хотела быть в сознании и умирать как можно дольше...»
Это была чистая правда... но не вся правда. Ибо стимулятор был лишь одной из составляющей коктейля – причём вспомогательной. Основной был нанорегенератор-М (по первой букве фамилии главного разработчика), в просторечии Эликсир Белого Ангела.
По весьма компетентному мнению главного механика Объекта Харон Лины Беккер, мечта чёрной мазохистки. Ибо в считанные часы полностью восстанавливал человеческое тело даже после жуткой порки настоящим римским флагрумом, посажения на кол и даже сдирания всей кожи живьём.
Анна прибила Светлану к кресту за запястья и лодыжки, прикрепила к телу датчик состояния... и оставила якобы умирать.
Когда мы вернулись в офис, я осведомился: «И как долго она будет висеть на кресте?». Анна Болейн пожала плечами: «Пока не сделает то, что мне нужно»
Я изумлённо осведомился: «И как ты узнаешь, что она это сделала?». Она спокойно и уверенно ответила: «На её теле последняя модель комплексного анализатора состояния... она умеет чувствовать тонкие тела человека...»
Не иначе, последняя совместная разработка Управления Специальных Проектов Die Neue SS и Института Хайнца Грюна Die Neue Ahnenerbe. Института изучения эзотерики и оккультизма... нечто типа НИИЧАВО у братьев Стругацких.
Когда я спросил доктора Грюна, не с его ли заведения братья списали НИИЧАВО в знаменитом «Понедельник начинается в субботу», он только загадочно улыбнулся, но никак это не прокомментировал.
Айфон королевы Анны подал сигнал, что цель достигнута, спустя четыре часа и двадцать две минуты. Мы вернулись в комнату для распятий, Анна опустила крест и без малейших усилий извлекла из него гвозди – неудивительно, ибо Анна вот уже полтысячелетия была профессиональным кузнецом-оружейником, причём ещё с конца XVI века её мечи с клеймом AR – Anna Regina – считались лучшими в Европе. У меня был такой – она мне его подарила вскоре после знакомства.
Анна сделала Светлане вторую (восстанавливающую) инъекцию Эликсира, обработала раны на лодыжках и запястьях (как и у любого палача, у неё было медицинское образование – ещё с середины XVI века), ввела анальгетик; я поднял миниатюрную кореянку на руки, отнёс в комнату отдыха и уложил на кровать.
Кореянка вздохнула... и обратилась к Анне: «И что теперь... Ваше Величество?»
«Как догадалась?» – неожиданно обыденным тоном осведомилась королева.
Светлана Ким усмехнулась: «Мама искусствовед... была... в полгода сгорела от ураганного рака в сорок пять лет...».
Запнулась, немного помолчала и продолжила: «Специализировалась на голландской живописи XVI века; была одержима идеей найти портрет Анны Болейн кисти Великого Неизвестного Виллема ван Хоорна...»
Я вздохнул: «Ты решила в память о маме его найти... и нашла...»
Кореянка кивнула: «У меня есть знакомые в нашей ОПГ, специализируются на контрабанде произведений искусства; они рассказали мне историю про этот портрет, Операцию Кахамарка, Николая Артамонова...»
Анна Болейн неожиданно расхохоталась и покачала головой: «Как же всё-таки тесен мир...». Отсмеявшись, объяснила: «Николай Евсеевич Артамонов, скажем так, достаточно натворил достаточно инфернальных дел, чтобы мне пришлось обезглавить его и его подельников в сороковом году прошлого столетия... и да, он видел копии - точнее, репродукции моего портрета...»
Светлана вздохнула и продолжила: «Я узнала о существовании фотографий копии Вашего портрета; была уверена, что их оцифровали, раскрасили и выложили, покопалась в Даркнете...»
Анна усмехнулась: «Понятно». Кореянка продолжила: «Мама рассказала мне, что портреты работы Виллема ван Хоорна фотографически точные и заговоренные – точнее, заговорены те, кто на них изображён...». Королева Англии кивнула:
«Никто из них не умер насильственной смертью – и я не исключение».
И осведомилась: «Видео показать, что это было в Тауэре?». Светлана покачала головой: «Я видела... когда на кресте висела».
Я осведомился: «В Библиотеку Акаши залезла?». Ибо уже понял, куда её моя де-факто жена отправила своим алго-театром... только вот пока не понимал, зачем.
Библиотека Акаши (скорее, впрочем, база знаний) представляет собой хранилище знаний обо всех людях, объектах прошлого, настоящего и будущего – точнее, наиболее вероятного будущего... и тут до меня дошло.
Я покачал головой и задал экзистенциальный вопрос: «У тебя родственники в Северной Корее погибли?». Светлана вздохнула: «Исчезли бесследно... что в реальности ровно то же самое...». И неожиданно спокойно объяснила:
«Я Овен – когда узнала, стала одержима идеей уничтожить этот инфернальный режим...». Я вздохнул: «А когда поняла что это невозможно...». Кореянка кивнула: «...для меня жизнь потеряла всякий смысл. Когда я в Даркнете портрет Анны Болейн искала, я наткнулась на информацию об Объекте Харон...»
Анна быстро спросила: «Ты узнала, как свалить режим твоего однофамильца?» Светлана кивнула и несколько растерянно пробормотала: «... но нужны ресурсы»
Королева взяла айфон со стола, выбрала номер из списка и нажала кнопку вызова. Когда ей ответили, она по-военному чётко проинформировала: «Информация получена...через пару часов сможешь забрать новое приобретение...»
Отключилась и объяснила изумлённой Светлане Ким: «Я ввела тебе так называемый нанорегенератор – через пару часов он полностью восстановит твоё тело. Затем тебя заберёт Орлеанская Дева – будешь работать с ней по ликвидации этого дьявольского режима...»
«Жанна жива?» – изумилась кореянка. Я усмехнулся: «Живее всех живых – как и Шарлотта Корде, и Будика, и российская императорская семья и много кто ещё...»
Анна заботливо улыбнулась: «Отдыхай пока...». Когда мы покинули комнату отдыха и прошли в опустевшую комнату отдыха (Кира явно перебралась в «закуток палачей»), я с уважением покачал головой: «Быстро ты... у меня так быстро не получалось...»
Королева Англии мрачно вздохнула – и сбросила Царь-Бомбу: «Скоро вообще перестанет получаться... когда Ловиатар заработает на полную мощность...»
«Ловиатар?» – изумлённо спросил я. Ибо решительно не понимал, причём тут финская богиня смерти и запредельной физической боли. Анна ещё более мрачно усмехнулась: «Скоро сам увидишь и узнаешь... к сожалению».
И покинула Объект Харон. Я узнал спустя ровно сорок три минуты – когда ко мне в офис, впервые за время нашего знакомства, вошёл мой «заклятый приятель»
СС-обергруппенфюрер Одило Лотарио Глобочник. Балканец.