25 мая 1944 года
Деревня Райгардас
Оккупированная вермахтом территория Литвы
Бируте продолжила: «Я никогда особо сильно не интересовалась пытками, казнями и телесными наказаниями, но это неотъемлемая часть истории Средневековья… вообще истории Европы до сих пор… так что даже пару статей об этом написала… вроде неплохие…»
Колокольцев кивнул: «Тогда тебе точно нужно будет пообщаться с моей сестрой Марией – она об этом целую монографию написала – весьма успешную…»
То, что эта монография была основана на её личном опыте и жуткой истории «одиннадцатого приюта Магдалины» в Киллили, не знал никто, кроме очень узкого – по пальцам обеих рук пересчитать можно – круга посвящённых.
«Мария Нолан – твоя приёмная сестра?» - изумилась Бируте. «Знаменитая Мария Нолан – твоя сестра???». Колокольцев кивнул: «Я всегда с ней обедаю, когда прилетаю в Дублин…, мы иногда сотрудничаем по разным делам…»
По борьбе с инфернальным паранормальным противником – а также в сложных взаимоотношениях между династиями Романовых и Виндзоров.
Придя в себя после очередного изумления, литовка продолжила: «Я уже и забыла о своём алго-опыте с отцом… ибо десять лет прошло… ему двух лет, видимо, хватило… как вдруг, через пару дней после того, как мы поселились на болоте…»
Она запнулась, долго молчала, затем продолжила: «… нет, мне не захотелось порки… мне захотелось намного более страшного…»
«Чтобы тебя пытали… в смысле, истязали?». Бируте кивнула: «Как ведьм во Время Огня. Дыбой, страппадо, питьём, огнём…»
«Но не сожгли живьём?». Девушка покачала головой: «Нет, это непреодолимое желание у меня возникло, когда вспыхнул сарай… я, наверное, бросилась бы в пламя, если бы ваши меня не взяли…»
Колокольцев в этом сильно сомневался, но (пока) промолчал. И задал совсем другой – экзистенциальный – вопрос: «Есть идеи, чьё это было капище… в смысле, какого бога?».
Бируте снова покачала головой: «Вообще без понятия. Точно не христианское… для ереси слишком старое – век тринадцатый или около того… католичество только-только начало проникать, еретики веками позже появились…»
Сделала небольшую паузу – и продолжила:
«О литовских языческих богах известно немногое… но точно известно, что никаких храмов и капищ… в смысле, священных зданий литовцы своим богам не строили. Ни Диевасу, ни Перкунасу… никому. Устраивали святилища – но под открытым небом в священных рощах, холмах, долинах и так далее… а тут очень даже неплохо сохранившееся здание… дохристианское, причём каменное…»
Внимательно посмотрела на возлюбленного и не столько спросила, сколько констатировала: «У тебя ведь есть идея, что это было… и есть?»
Колокольцев задумчиво вздохнул: «Может быть…»
Добыл из сумки стандартного размера блокнот, написал на нём координаты указанного Бируте болотного острова, добавил к нему несколько цифр, подошёл к открытому окну и поманил к себе пилота Ханса Рикса. Когда обер-лейтенант подошёл, Колокольцев осведомился:
«У тебя ведь мощная рация - до Вильнюса добивает?». Тот кивнул: «Если на сотню метров подняться, то да». И немедленно получил приказ:
«Поднимайся; свяжись с Вильнюсом и передай эти координаты. Пусть по телетайпу свяжутся… адрес там указан…»
Это был телетайп-адрес Виллы Вевельсбург в Берлине…
«… дождутся ответа и передадут тебе немедленно… а ты мне»
Рикс козырнул – и отбыл выполнять задание. А Колокольцев продолжил допрос:
«Ты была в курсе засады на полицейских?». Бируте покачала головой:
«Меня ещё вчерашним вечером Ясень отправил к группе Игоря. Приказал взять его и ещё одного бойца и выдвигаться к деревне Райгардас. Занять позицию и наблюдать до окончания действа… каким бы оно не было. После выполнения задания всем идти на болото…»
«Сколько осталось бойцов на хуторе?». Девушка ответила: «Трое»
Всё сходилось… почти. Колокольцев уверенно объявил: «Что это за капище, я буду точно знать когда придёт ответ через пилота. Пока могу сказать следующее…»
Сделал паузу – и продолжил: «Ясень – очень сильный чёрный маг; его команда ему под стать. Ему нужно принести в жертву его богу двенадцать человек – семь полицейских и всю группу Игоря. Они намеревались их утопить в болоте… после чего тебя сжечь живьём… дабы реализовать твою фантазию… и их проект…»
«Какому… богу?» - с трудом выдавила из себя ошеломлённая Бируте.
Колокольцев объяснил.
Шторх
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
Шторх. Предрасположенность
25 мая 1944 года
Деревня Райгардас
Оккупированная вермахтом территория Литвы
Однако сначала задал экзистенциальный вопрос… на который уже знал ответ:
«Ты рассказала Ясеню, что отец тебя порол?». Бируте кивнула: «Ещё когда он у меня учился. Мы как-то пошли перекусить; он… уже не помню, в связи с чем, упомянул, что его мама в детстве порола… я и рассказала, что двое нас…»
И с ужасом покачала головой: «Он выбрал меня для жертвоприношения своему богу из-за моей предрасположенности к эротизации смерти?»
Колокольцев кивнул: «Обычно этим… существам для жертвоприношения достаточно двенадцати объектов… но ему почему-то нужен дополнительный… финальный аккорд. В виде живого факела из Бируте Паулаускайте…»
«И что теперь делать?» - растерянно спросила девушка. Колокольцев пожал плечами: «Подожду подтверждения, позвоню на аэродром в Вильнюсе – у меня полномочия от Геринга – подниму все Штуки, там их аж шесть базируются…»
В качестве инструмента для борьбы с партизанами с воздуха – на фронте шансы на выживание у них сейчас нулевые уже в первом вылете.
«… они отправят Ясеня и компанию на дно болота вместе с капищем. Потом сбросят подвесной бак со святой водой…»
«Они не сбегут? Ведь уже поняли наверняка, что мы не вернёмся…» - обеспокоенно спросила Бируте. Колокольцев покачал головой:
«Их это место не отпустит… пока они не принесут жертву…»
«Ты это уже проделывал раньше?» — это был не столько вопрос, сколько констатация факта. Колокольцев кивнул: «Восемь раз на оккупированных территориях СССР; один раз в Великобритании…»
Она изумлённо посмотрела на него. Он пожал плечами: «Ты сама сказала, что мы все в одном окопе - против такого врага… Его Величество мой друг и соратник, как и наследная принцесса; с Черчиллем и Мензисом у меня рабочие отношения»
И продолжил: «Один раз в Тунисе – там, правда, линкор Страсбург такое капище накрыл из главного калибра… один раз в Париже – там управляемая ракета Хеншель сработала…»
После чего рассмеялся: «Теперь меня считают национальным героем Франции и у Петэна, и у де Голля…». И продолжил объяснение.
Деревня Райгардас
Оккупированная вермахтом территория Литвы
Однако сначала задал экзистенциальный вопрос… на который уже знал ответ:
«Ты рассказала Ясеню, что отец тебя порол?». Бируте кивнула: «Ещё когда он у меня учился. Мы как-то пошли перекусить; он… уже не помню, в связи с чем, упомянул, что его мама в детстве порола… я и рассказала, что двое нас…»
И с ужасом покачала головой: «Он выбрал меня для жертвоприношения своему богу из-за моей предрасположенности к эротизации смерти?»
Колокольцев кивнул: «Обычно этим… существам для жертвоприношения достаточно двенадцати объектов… но ему почему-то нужен дополнительный… финальный аккорд. В виде живого факела из Бируте Паулаускайте…»
«И что теперь делать?» - растерянно спросила девушка. Колокольцев пожал плечами: «Подожду подтверждения, позвоню на аэродром в Вильнюсе – у меня полномочия от Геринга – подниму все Штуки, там их аж шесть базируются…»
В качестве инструмента для борьбы с партизанами с воздуха – на фронте шансы на выживание у них сейчас нулевые уже в первом вылете.
«… они отправят Ясеня и компанию на дно болота вместе с капищем. Потом сбросят подвесной бак со святой водой…»
«Они не сбегут? Ведь уже поняли наверняка, что мы не вернёмся…» - обеспокоенно спросила Бируте. Колокольцев покачал головой:
«Их это место не отпустит… пока они не принесут жертву…»
«Ты это уже проделывал раньше?» — это был не столько вопрос, сколько констатация факта. Колокольцев кивнул: «Восемь раз на оккупированных территориях СССР; один раз в Великобритании…»
Она изумлённо посмотрела на него. Он пожал плечами: «Ты сама сказала, что мы все в одном окопе - против такого врага… Его Величество мой друг и соратник, как и наследная принцесса; с Черчиллем и Мензисом у меня рабочие отношения»
И продолжил: «Один раз в Тунисе – там, правда, линкор Страсбург такое капище накрыл из главного калибра… один раз в Париже – там управляемая ракета Хеншель сработала…»
После чего рассмеялся: «Теперь меня считают национальным героем Франции и у Петэна, и у де Голля…». И продолжил объяснение.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
Шторх. Церковь Молоха
25 мая 1944 года
Деревня Райгардас
Оккупированная вермахтом территория Литвы
К немалому изумлению Бируте, её возлюбленный начал… с библеистики.
«Исследователи христианства, иудаизма и Моисеевой религии евреев – последние две религии кардинально отличаются друг от друга – незаслуженно мало внимания уделяют событию, описанному в первых девятнадцати стихах 22-й главы книги Генезиса… то есть, Бытия…»
Бируте весьма неплохо ориентировалась в Библии – спасибо преподавательницам Священного Писания, нанятым отцом (психиатр необычно серьёзно отнёсся к религиозному образованию дочери); однако всё же не настолько, чтобы помнить наизусть Ветхий Завет. Поэтому эта ссылка ей ни о чём не говорила.
Колокольцев объяснил:
«В этих стихах описывается несостоявшееся принесение Авраамом своего сына Исаака в жертву некоему Верховному Божеству. Официальная интерпретация этого рассказа… точнее, официальная мораль этой библейской истории состоит в необходимости и праведности безусловного повиновения Богу. Чего бы Он не захотел. И веры в то, что ничего плохого Всевышний от человека не потребует…»
«А на самом деле?» - несколько растерянно спросила Бируте. Ибо никогда не сомневалась ни в официальной интерпретации, ни в официальной морали этой едва ли не самой известной ветхозаветной истории.
«А на самом деле» - спокойно и бесстрастно ответил Колокольцев, «в этой истории описано стандартное жертвоприношение Молоху. Принесение в жертву ребёнка мужского пола по всем канонам финикийской, ханаанской и карфагенской религии…»
Сделал многозначительную паузу – и продолжил:
«В относительно мягком варианте – Авраам должен был сначала перерезать горло, и лишь затем сжечь на жертвеннике, но всё равно чётко по процедуре. Ибо жертвоприношению подлежали дети наиболее знатных семей, а знатнее Авраама – их вождя - у евреев в то время не было…»
«И что же это всё значило?» - ещё более растерянно спросила девушка.
«Это значило,» - спокойно и бесстрастно ответил Колокольцев, «что в тот момент Авраам – как и все евреи в то время – поклонялся Баалу-Молоху. И потому для него принесение в жертву собственного сына по требованию этого… существа являлось чем-то само собой разумеющимся…»
О том, что религия Ханаана, Карфагена и Финикии была самой настоящей религией Дьявола – как и религии индейцев Мезоамерики и многие другие дохристианские религии, открыто говорили на лекциях по истории религий на истфаке Вильнюсского университета.
По непонятной (сначала) для Бируте причине, больше всего от профессора истории языческих религий – досталось именно религии карфагенян-финикийцев-Ханаана.
Причина эта стала понятна ей очень скоро – после того, как она, прочитала роман Гюстава Флобера Саламбо. В оригинале, естественно – спасибо нанятым отцом домашним преподавателям иностранных языков.
Роман её не особо впечатлил – сразу стало понятно, что Флобер не Гюго, не Бальзак, не Стендаль… и даже не Жюль Верн (хотя почему-то многие считают его французским писателем номер один).
Но вот сцена жертвоприношения детей Молоху была выписана настолько мастерски и настолько убийственно-реалистично, что ей потом многие месяцы снились кошмары (чего с ней не случалось ни до, ни после).
Через некоторое время она – как ни странно – увлеклась ужастиками… и очень быстро пришла к выводу, что ничего ужаснее описанного Флобером (явно по мемуарам той эпохи) кошмарного, инфернального, дьявольского ритуала не смог придумать ни один из авторов даже самых вроде бы кошмарных ужастиков.
Что Бируте нисколько не удивило, ибо реальность способна выдавать такие кошмары, что придумать их никакого воображения не хватит. Не позволит инстинкт самосохранения человеческой психики.
Элли прошиб холодный пот. Ибо она внезапно осознала последствия дьяволопоклонства евреев – и для самих евреев, и для всей человеческой цивилизации. Кошмарные, инфернальные последствия…
Ибо если евреи, действительно отвергнувшие Христа – и продолжавшие отвергать без малого два тысячелетия – действительно автоматически попали во власть Дьявола (а именно это утверждали радикальные – и даже не особо радикальные – христианские богословы, священники, монахи и миряне), они автоматически стали мощнейшим орудием в руках существа… на самом деле стократно худшего, чем показанный Флобером Молох.
А потом её бросило в ещё более арктический холод. Ибо она вспомнила историю, которую прочитала в каком-то географическом журнале, порекомендованном преподавателем исторической географии (довольно странного предмета).
Статья рассказывала не собственно о географии, а об истории географических открытий, однако оказалась настолько шокирующей, что Бируте её запомнила чуть ли не наизусть – причём без малейших усилий со своей стороны.
Автором статьи был, как ни странно, не журналист и не рядовой историк, а профессор истории географических открытий в Кембридже доктор исторических наук Гарольд Коллинз. Сюжет статьи (ибо статья больше походила на художественный рассказ, чем на описание реально произошедших событий) был следующим.
Во второй половине XVIII века в Британии стали модными исследования Мирового океана. В значительной мере благодаря птенцам Джеймса Кука, если можно так выразиться – ибо в кругосветных плаваниях этого великого исследователя принимала участие целая плеяда знаменитых мореплавателей и исследователей, таких как Джозеф Бэнкс, Уильям Блай, Джордж Ванкувер, Иоганн Рейнгольд и Георг Форстер.
Именно упоминание в статье её однофамильца (как вскоре выяснилось, ни разу не предка) и привлекло внимание Элли. А потом она уже просто не смогла оторваться…
Один из вышеперечисленных – кто именно, Элли не запомнила – впоследствии отправился в собственную экспедицию. Исследовать Тихий океан. И обнаружил некий остров с неким местным населением.
Памятуя о трагической судьбе своего учителя (14 февраля 1779 года Джеймс Кук был убит жителями Гавайских островов при не до конца понятных обстоятельствах), его ученик решил действовать максимально осторожно.
И потому, прежде чем вступать в близкий контакт с аборигенами, постарался собрать максимум информации о своих визави. С помощью как членов команды, знакомых с островными обычаями, так и завербованных в экспедицию – на очень хороших условиях, надо отметить – жителей ближайших (и не очень) островов.
То, что капитан узнал, повергло его в шок. Ибо выяснилось, что островитяне исповедуют религию и совершают обряды… ну если не как в древнем Карфагене, то очень близко к тому.
Что не было уж совсем удивительным, ибо в узких кругах историков-ревизионистов уже к тому времени ходили слухи, что карфагеняне были настолько искусными мореплавателями, что плавали чуть ли не вокруг света.
А никаких сведений об этих действительно феноменальных достижениях не сохранилось «благодаря» римлянам. Которые в 146 году до Рождества Христова сожгли этот действительно дьявольский город дотла. Вместе со всеми архивами и библиотеками, разумеется.
Капитан посоветовался с англиканскими миссионерами – в то время без них не обходилась ни одна экспедиция… и принял радикальное решение. По его приказу глубокой ночью вооружённые ножами, топорами, саблями и пистолетами матросы и офицеры высадились на остров, бесшумно проникли в дома островитян… и вырезали всех аборигенов. Всех без исключения – мужчин, женщин, детей, стариков.
Это было сделано потому, что, по мнению миссионеров – а это были люди с большим опытом общения с туземными культурами – все, абсолютно все жители острова были одержимы бесами.
Причём настолько могучими бесами, что они были вполне способны проникнуть в души британских моряков, приплыть вместе с ними на Туманный Альбион… и там так развернуться, что мало бы точно не показалось. Никому.
Поэтому единственный способ защитить Британию (и не только её, ибо мало ли кто набредёт на этот остров впоследствии) от потенциально катастрофических последствий – это ликвидировать всех его носителей – даже тех, кто носит его бессознательно.
Утром по приказу капитана – вполне возможно, что и однофамильца Элли - его люди предали очистительному огню все постройки на острове… и отбыли восвояси с чувством честно выполненного христианского долга. Что очень даже могло соответствовать действительности.
По возвращении в Лондон, капитан, разумеется, составил подробный отчёт и передал его соответствующим чиновникам Адмиралтейства. Которые из политических соображений не предали его гласности, а похоронили в архивах.
И приказали капитану и его людям забыть об этом… приключении. Видимо, профессор Коллинз этот отчёт откопал – и по только одному ему понятным причинам решил его опубликовать.
И сразу же вспомнила ещё одну историю… уже почти по своей специальности по диплому (хотя и произошедшую формально в новое время). Историю Великого Аутодафе, которое состоялось 12 июля 1562 года от Рождества Христова в городе Мани на полуострове Юкатан в Мексике. Приказ о проведении этого auto de fe – акта веры – отдал епископ Юкатана Диего де Ланда Кальдерон. Весьма колоритный персонаж даже по тем ярким временам.
Диего де Ланда родился 17 марта 1524 года в провинции Гвадалахара. Уже в 17-летнем возрасте (впрочем, обычное дело в те времена) принял монашество, вступив в орден францисканцев, который в те времена уже имел мало общего со своим основателем.
В августе 1549 года он отправился миссионером в Новую Испанию - на мексиканский полуостров Юкатан (тогда это было модно). Где благодаря выдающимся способностям, сразу сделался помощником настоятеля вновь основанного монастыря святого Антония.
И служил учителем детей знатных родов майя, насильственно (как вскоре выяснилось, правильно) обращённых в христианство. Спустя всего четыре года стал настоятелем монастыря, а затем и руководителем всей миссии в Юкатане.
В 1561 году, после слияния Юкатана и Гватемалы в одну епархию, сделался главой («принципалом») францисканского ордена в этой церковной провинции. К тому времени он приобрёл (по мнению его биографов, весьма заслуженную) репутацию исследователя, просветителя… и святого. Ну, почти святого.
В 1562 году де Ланда учредил инквизицию на Юкатане (эта организация была в некотором роде совместным предприятием францисканцев и доминиканцев) обнаружив отпадение от христианства недавно насильственно крещёных индейцев (какая неожиданность).
И почти сразу же организовал Великое Аутодафе. Что было в высшей степени странно для добросовестного исследователя, активно, глубоко и весьма доброжелательно изучавшего все аспекты жизни майя – историю, культуру, язык, обычаи, нравы и т.д.
Причём не просто исследователя, а автора фундаментального труда Сообщение о делах в Юкатане, в котором изложил всё… точнее, почти всё, что узнал о «подведомственном» ему народе майя, населявшем этот полуостров.
Почти потому, что в этом действительно грандиозном труде (де Ланда работал над ним в течение пятнадцати лет) ничего, абсолютно ничего не говорится о тайной, демонической, дьявольской, инфернальной стороне религии майя.
В первую очередь, разумеется, о (в то время уже тайных) чудовищных человеческих жертвоприношениях. Вполне в стиле Карфагена… правда, майя (вроде бы) приносили в жертву своим богам (местным вариантам Молоха) только взрослых. К тому же одурманенных наркотиком.
Де Ланда изучил язык майя, собрал внушительную коллекцию религиозных книг этого народа, прочитал – точнее, внимательно изучил… и ужаснулся. Настолько ужаснулся, что немедленно приказал собрать все эти книги и сжечь. А заодно предать огню и все предметы культа, в которые, по его (похоже, весьма компетентному) мнению, вселился сам Дьявол.
Но на этом он не остановился. Зная обычай майя хоронить книги вместе с мертвецами, он велел раскопать все могилы, где они могли храниться и найденные книги тоже сжечь. Что и было сделано 12 июля 1562 года.
Если бы де Ланда этим и ограничился, никто из вышестоящих церковных инстанций либо вовсе не обратил бы на это никакого мнения (ну сожгли какие-то там языческие бредни и прочий хлам – делов-то) … а то и вовсе выразил благодарность бдительному инквизитору. Ибо делах спасения душ человеческих точно лучше перебдеть, чем недобдеть.
Однако, по слухам, де Ланда поручил своей службе безопасности (церковной или светской – о том история умалчивает) разыскать всех жрецов этой дьявольской религии… и по-тихому удавить. Ибо на публичную казнь у него не было полномочий – жрецы, вероятнее всего, не были крещены и потому находились вне юрисдикции Святой Инквизиции.
Однако и тайные убийства жрецов были явным превышением полномочий. Настолько явным, что тогдашний епископ Юкатана Франсиско де Тораль приказал арестовать де Ланду и отправить его в Испанию для дачи объяснений.
Де Ланда объяснения дал – причём настолько убедительно, что его не только полностью оправдали, но и… назначен на место де Тораля после того, как тот скоропостижно скончался 20 апреля 1571 года.
По документально не подтверждённым слухам (кто бы сомневался), Диего де Ланде дали карт-бланш на искоренение слуг дьявола, а также их произведений, причём вроде бы даже не только на Юкатане. Чем он (по слухам, весьма эффективно) занимался до самой своей смерти 29 апреля 1579 года.
Занимался ровно по той же самой причине, по которой вышеупомянутый британский «капитан дальнего плавания» до последнего человека вырезал таинственное племя обитателей таинственного тихоокеанского острова.
Чтобы не позволить бесам, поселившимся в книгах, предметах и душах жрецов майя проникнуть в души испанских колонизаторов – а через них и в саму метрополию. Правда было ли это предприятие полностью успешным, было, к сожалению, не до конца понятно…
До самой смерти де Ланда периодически порывался рассказать что-то о загадочной религии майя, но каждый раз обрывал себя словами: «В ней скрывается сам дьявол!».
Что, похоже, было чистой правдой; иными словами, религиозные книги майя были самыми что ни на есть настоящими «чёрными», дьявольскими, инфернальными гримуарами.
И потому даже фрагменты их содержания было смертельно опасно читать или слушать любому, кроме специально подготовленных борцов с нечистью (одним из которых, вне всякого сомнения, был инквизитор Диего де Ланда).
Не без труда выбравшись из ступора, Бируте задала прямой вопрос:
«Ты хочешь сказать, что на момент неудачной попытки жертвоприношения сына Авраам поклонялся Дьяволу? И потому, по сути, в этом ничем не отличался от карфагенян, ханаанцев и финикийцев?» - изумлённо спросила Элли. «Но ведь потом евреи вроде бы много столетий верой и правдой служили прямо противоположной инстанции – Всеблагому и Вселюбящему Богу…»
«Служили» - подтвердил Колокольцев. «Хотя насколько верой и насколько правдой – это очень большой вопрос…»
Сделал многозначительную паузу – и продолжил: «Но это уже потом, когда Всевышний, как говорится, перевербовал евреев – и то не до конца. А изначально еврейский народ служил ровно той же инстанции, что и карфагеняне…»
Глубоко и грустно вздохнул – и объяснил:
«Ваалу. Ваалу-Зебубу. Молоху. Дьяволу. Ибо и у древнееврейской… точнее, до-авраамовской еврейской религии, и у религии Карфагена одни и те же корни. Финикийские. И та, и другая является… да, наверное, подвидом финикийской религии. Которая была самым настоящим дьяволопоклонством…»
Сделал многозначительную паузу и продолжил:
«Ибо именно в Финикии зародился чудовищный, инфернальный обряд принесения в жертву детей, столь талантливо, реалистично и, самое ужасное, правдиво описанный Флобером в Саламбо…»
Глубоко вздохнул – и продолжил:
«Именно финикийцы начали практиковать жертвоприношения детей Молоху, которого они называли Баал-Хаммон. Хуже того, принесение в жертву детей воспринималось как наиболее угодная богам жертва и обычно было массовым - известны жертвоприношения одновременно нескольких сотен детей…»
«Ужас какой» - подумала Бируте. «Кошмар просто. Самый настоящий Ад на Земле…». Но промолчала. Колокольцев вдохновенно продолжал:
«Так что Авраам действительно ничем не отличался от карфагенян, финикийцев и прочих ханаанцев - за исключением того, что жил на полторы тысячи лет раньше событий, описанных Флобером в Саламбо. Что совершенно не помешало Всевышнему его перевербовать…»
«Как это… перевербовать?» - удивилась Бируте.
«Примерно, как спустя два тысячелетия Иисус Христос перевербовал фарисея Савла» - спокойно ответил Колокольцев. «За пару минут… или около того превратив оного в святого апостола Павла…»
«Правда» - задумчиво добавил её возлюбленный, «с евреями у Всевышнего получилось гораздо менее удачно… точнее, несравнимо более проблемно…»
«Почему более проблемно?» - удивлённо осведомилась Бируте.
«Несравнимо более проблемно потому» - объяснил Колокольцев, «что фарисею Савлу было несравнимо проще радикально измениться, чем Аврааму. И уж точно несопоставимо проще рекламировать своего нового Бога своим соплеменникам…»
«Почему несравнимо проще?» - Бируте была совершенно сбита с толку.
«Потому проще» - наставительно объяснил Колокольцев, «что Савл просто перешёл на службу к другому Богу, сменив своё имя. И то, и другое было в те времена не таким уж и редким делом»
И добавил: «Ни тот, ни другой бог при этом не изменились – изменился, пусть и радикально, только Савл»
«А Авраам?» - удивилась девушка.
«С Авраамом вышло ровно наоборот» - улыбнулся Колокольцев. «Авраам не изменился – изменился его Бог. Причём радикальнейшим образом изменился…»
«Как это?» - уже совершенно растерянным голосом спросила Бируте. Ибо ничего подобного ни на каких лекциях и близко не слышала.
Её возлюбленный объяснил:
«До того мгновения, когда ангел остановил руку Авраама, который уже занёс нож над Исааком – кстати, последний, как это и положено по канонам финикийско-ханаанской-карфагенской религии отдал себя на жертвоприношение совершенно добровольно – Авраам служил Молоху. Он же Баал. Он же Дьявол. Он же Яхве…»
Перехватил совершенно ошарашенный взгляд литовки и громко расхохотался:
«Да не удивляйтесь вы так, панеле Бируте. Культ Яхве практиковался древними евреями за столетия до Авраама. Это был тот же самый Молох-Ваал, только воспринимаемый евреями как…»
«Еврейский Молох?» - не столько спросила, сколько констатировала девушка.
Колокольцев довольно кивнул: «Да, именно как еврейский Молох. Тот же Молох, конечно, но воспринимаемый уже не как универсальный бог, бог многих народов, а бог только и исключительно народа еврейского…»
Удовлетворённо вздохнул – и продолжил: «Духовное откровение Авраама было несравнимо более радикальным, чем откровение Савла. Ибо последний просто увидел другого Бога, который к тому же был ему уже неплохо знаком…»
Бируте кивнула: «Иисуса Христа»
Колокольцев кивнул и продолжил: «А Авраам увидел Преображение своего Бога. Который буквально в мгновение превратился из Молоха в Бога Десяти Заповедей. А это почище превращения ртути в золото будет…»
«Это точно» - подумала Бируте. Но промолчала. Её возлюбленный вдохновенно продолжал: «Такое Преображение рекламировать было несравнимо сложнее, чем просто другого Бога…». Девушка кивнула: «Согласна»
«… однако Авраам, другие патриархи – Исаак и Иаков, Моисей – особенно Моисей – и другие пророки с этим по большей части справились…»
«По большей части?» - удивилась Бируте, нутром чувствуя какой-то подвох.
«По большей части» - эхом подтвердил Колокольцев. И объяснил: «Ибо хотя стараниями вышеперечисленных большинство, возможно даже, что подавляющее большинство евреев присягнуло новой ипостаси Яхве…»
«… остались и те, кто не принял перемен? Кто тайно или явно продолжал поклоняться и служить изначальной ипостаси Яхве – то есть, Молоху?» - в очередной раз не столько спросила, сколько констатировала Бируте.
Колокольцев кивнул: «Скорее тайно, чем явно… хотя периодически тайное и становилось явным… но в целом ты права. Ибо в еврейском народе сформировалась – и существует до сих пор – секта… да-да, именно секта…»
«Дьяволопоклонников?». Совершенно очевидное предположение.
«Мы называем их молохане» - сообщил Колокольцев.
«Ибо они по-прежнему поклоняются Молоху?» - риторический вопрос.
«Ибо они по-прежнему поклоняются Молоху» - эхом подтвердил Колокольцев.
«Правильно ли я понимаю» - осторожно осведомилась Бируте, «что тот, кого я знала как Ивана и Ясеня – один из молохан??»
«Именно так» - подтвердил Колокольцев.
«А мы всё время после высадки обитали… в развалинах храма Молоха? В котором столетия назад совершались жуткие человеческие жертвоприношения?? Которые и вызвали мои кошмарные желания???» - с ужасом пролепетала Бируте.
«Я буду это точно знать через час или около того» - бесстрастно ответил Колокольцев. «Но я почти на сто процентов уверен, что ответ на твои вопросы утвердительный… к сожалению…»
К его великому изумлению, после его ответа девушка почти мгновенно преобразилась в полном соответствии со своим именем. И неожиданно жёстко, чётко, уверенно и безапелляционно заявила: «Я не хочу в Швейцарию. Я хочу в твою зондеркоманду. Чтобы уничтожать эту гадость везде, где она обнаружится… благо много что умею». И ожидаемо добавила:
«Но я должна знать всё о твоих предыдущих аналогичных операциях…»
Деревня Райгардас
Оккупированная вермахтом территория Литвы
К немалому изумлению Бируте, её возлюбленный начал… с библеистики.
«Исследователи христианства, иудаизма и Моисеевой религии евреев – последние две религии кардинально отличаются друг от друга – незаслуженно мало внимания уделяют событию, описанному в первых девятнадцати стихах 22-й главы книги Генезиса… то есть, Бытия…»
Бируте весьма неплохо ориентировалась в Библии – спасибо преподавательницам Священного Писания, нанятым отцом (психиатр необычно серьёзно отнёсся к религиозному образованию дочери); однако всё же не настолько, чтобы помнить наизусть Ветхий Завет. Поэтому эта ссылка ей ни о чём не говорила.
Колокольцев объяснил:
«В этих стихах описывается несостоявшееся принесение Авраамом своего сына Исаака в жертву некоему Верховному Божеству. Официальная интерпретация этого рассказа… точнее, официальная мораль этой библейской истории состоит в необходимости и праведности безусловного повиновения Богу. Чего бы Он не захотел. И веры в то, что ничего плохого Всевышний от человека не потребует…»
«А на самом деле?» - несколько растерянно спросила Бируте. Ибо никогда не сомневалась ни в официальной интерпретации, ни в официальной морали этой едва ли не самой известной ветхозаветной истории.
«А на самом деле» - спокойно и бесстрастно ответил Колокольцев, «в этой истории описано стандартное жертвоприношение Молоху. Принесение в жертву ребёнка мужского пола по всем канонам финикийской, ханаанской и карфагенской религии…»
Сделал многозначительную паузу – и продолжил:
«В относительно мягком варианте – Авраам должен был сначала перерезать горло, и лишь затем сжечь на жертвеннике, но всё равно чётко по процедуре. Ибо жертвоприношению подлежали дети наиболее знатных семей, а знатнее Авраама – их вождя - у евреев в то время не было…»
«И что же это всё значило?» - ещё более растерянно спросила девушка.
«Это значило,» - спокойно и бесстрастно ответил Колокольцев, «что в тот момент Авраам – как и все евреи в то время – поклонялся Баалу-Молоху. И потому для него принесение в жертву собственного сына по требованию этого… существа являлось чем-то само собой разумеющимся…»
О том, что религия Ханаана, Карфагена и Финикии была самой настоящей религией Дьявола – как и религии индейцев Мезоамерики и многие другие дохристианские религии, открыто говорили на лекциях по истории религий на истфаке Вильнюсского университета.
По непонятной (сначала) для Бируте причине, больше всего от профессора истории языческих религий – досталось именно религии карфагенян-финикийцев-Ханаана.
Причина эта стала понятна ей очень скоро – после того, как она, прочитала роман Гюстава Флобера Саламбо. В оригинале, естественно – спасибо нанятым отцом домашним преподавателям иностранных языков.
Роман её не особо впечатлил – сразу стало понятно, что Флобер не Гюго, не Бальзак, не Стендаль… и даже не Жюль Верн (хотя почему-то многие считают его французским писателем номер один).
Но вот сцена жертвоприношения детей Молоху была выписана настолько мастерски и настолько убийственно-реалистично, что ей потом многие месяцы снились кошмары (чего с ней не случалось ни до, ни после).
Через некоторое время она – как ни странно – увлеклась ужастиками… и очень быстро пришла к выводу, что ничего ужаснее описанного Флобером (явно по мемуарам той эпохи) кошмарного, инфернального, дьявольского ритуала не смог придумать ни один из авторов даже самых вроде бы кошмарных ужастиков.
Что Бируте нисколько не удивило, ибо реальность способна выдавать такие кошмары, что придумать их никакого воображения не хватит. Не позволит инстинкт самосохранения человеческой психики.
Элли прошиб холодный пот. Ибо она внезапно осознала последствия дьяволопоклонства евреев – и для самих евреев, и для всей человеческой цивилизации. Кошмарные, инфернальные последствия…
Ибо если евреи, действительно отвергнувшие Христа – и продолжавшие отвергать без малого два тысячелетия – действительно автоматически попали во власть Дьявола (а именно это утверждали радикальные – и даже не особо радикальные – христианские богословы, священники, монахи и миряне), они автоматически стали мощнейшим орудием в руках существа… на самом деле стократно худшего, чем показанный Флобером Молох.
А потом её бросило в ещё более арктический холод. Ибо она вспомнила историю, которую прочитала в каком-то географическом журнале, порекомендованном преподавателем исторической географии (довольно странного предмета).
Статья рассказывала не собственно о географии, а об истории географических открытий, однако оказалась настолько шокирующей, что Бируте её запомнила чуть ли не наизусть – причём без малейших усилий со своей стороны.
Автором статьи был, как ни странно, не журналист и не рядовой историк, а профессор истории географических открытий в Кембридже доктор исторических наук Гарольд Коллинз. Сюжет статьи (ибо статья больше походила на художественный рассказ, чем на описание реально произошедших событий) был следующим.
Во второй половине XVIII века в Британии стали модными исследования Мирового океана. В значительной мере благодаря птенцам Джеймса Кука, если можно так выразиться – ибо в кругосветных плаваниях этого великого исследователя принимала участие целая плеяда знаменитых мореплавателей и исследователей, таких как Джозеф Бэнкс, Уильям Блай, Джордж Ванкувер, Иоганн Рейнгольд и Георг Форстер.
Именно упоминание в статье её однофамильца (как вскоре выяснилось, ни разу не предка) и привлекло внимание Элли. А потом она уже просто не смогла оторваться…
Один из вышеперечисленных – кто именно, Элли не запомнила – впоследствии отправился в собственную экспедицию. Исследовать Тихий океан. И обнаружил некий остров с неким местным населением.
Памятуя о трагической судьбе своего учителя (14 февраля 1779 года Джеймс Кук был убит жителями Гавайских островов при не до конца понятных обстоятельствах), его ученик решил действовать максимально осторожно.
И потому, прежде чем вступать в близкий контакт с аборигенами, постарался собрать максимум информации о своих визави. С помощью как членов команды, знакомых с островными обычаями, так и завербованных в экспедицию – на очень хороших условиях, надо отметить – жителей ближайших (и не очень) островов.
То, что капитан узнал, повергло его в шок. Ибо выяснилось, что островитяне исповедуют религию и совершают обряды… ну если не как в древнем Карфагене, то очень близко к тому.
Что не было уж совсем удивительным, ибо в узких кругах историков-ревизионистов уже к тому времени ходили слухи, что карфагеняне были настолько искусными мореплавателями, что плавали чуть ли не вокруг света.
А никаких сведений об этих действительно феноменальных достижениях не сохранилось «благодаря» римлянам. Которые в 146 году до Рождества Христова сожгли этот действительно дьявольский город дотла. Вместе со всеми архивами и библиотеками, разумеется.
Капитан посоветовался с англиканскими миссионерами – в то время без них не обходилась ни одна экспедиция… и принял радикальное решение. По его приказу глубокой ночью вооружённые ножами, топорами, саблями и пистолетами матросы и офицеры высадились на остров, бесшумно проникли в дома островитян… и вырезали всех аборигенов. Всех без исключения – мужчин, женщин, детей, стариков.
Это было сделано потому, что, по мнению миссионеров – а это были люди с большим опытом общения с туземными культурами – все, абсолютно все жители острова были одержимы бесами.
Причём настолько могучими бесами, что они были вполне способны проникнуть в души британских моряков, приплыть вместе с ними на Туманный Альбион… и там так развернуться, что мало бы точно не показалось. Никому.
Поэтому единственный способ защитить Британию (и не только её, ибо мало ли кто набредёт на этот остров впоследствии) от потенциально катастрофических последствий – это ликвидировать всех его носителей – даже тех, кто носит его бессознательно.
Утром по приказу капитана – вполне возможно, что и однофамильца Элли - его люди предали очистительному огню все постройки на острове… и отбыли восвояси с чувством честно выполненного христианского долга. Что очень даже могло соответствовать действительности.
По возвращении в Лондон, капитан, разумеется, составил подробный отчёт и передал его соответствующим чиновникам Адмиралтейства. Которые из политических соображений не предали его гласности, а похоронили в архивах.
И приказали капитану и его людям забыть об этом… приключении. Видимо, профессор Коллинз этот отчёт откопал – и по только одному ему понятным причинам решил его опубликовать.
И сразу же вспомнила ещё одну историю… уже почти по своей специальности по диплому (хотя и произошедшую формально в новое время). Историю Великого Аутодафе, которое состоялось 12 июля 1562 года от Рождества Христова в городе Мани на полуострове Юкатан в Мексике. Приказ о проведении этого auto de fe – акта веры – отдал епископ Юкатана Диего де Ланда Кальдерон. Весьма колоритный персонаж даже по тем ярким временам.
Диего де Ланда родился 17 марта 1524 года в провинции Гвадалахара. Уже в 17-летнем возрасте (впрочем, обычное дело в те времена) принял монашество, вступив в орден францисканцев, который в те времена уже имел мало общего со своим основателем.
В августе 1549 года он отправился миссионером в Новую Испанию - на мексиканский полуостров Юкатан (тогда это было модно). Где благодаря выдающимся способностям, сразу сделался помощником настоятеля вновь основанного монастыря святого Антония.
И служил учителем детей знатных родов майя, насильственно (как вскоре выяснилось, правильно) обращённых в христианство. Спустя всего четыре года стал настоятелем монастыря, а затем и руководителем всей миссии в Юкатане.
В 1561 году, после слияния Юкатана и Гватемалы в одну епархию, сделался главой («принципалом») францисканского ордена в этой церковной провинции. К тому времени он приобрёл (по мнению его биографов, весьма заслуженную) репутацию исследователя, просветителя… и святого. Ну, почти святого.
В 1562 году де Ланда учредил инквизицию на Юкатане (эта организация была в некотором роде совместным предприятием францисканцев и доминиканцев) обнаружив отпадение от христианства недавно насильственно крещёных индейцев (какая неожиданность).
И почти сразу же организовал Великое Аутодафе. Что было в высшей степени странно для добросовестного исследователя, активно, глубоко и весьма доброжелательно изучавшего все аспекты жизни майя – историю, культуру, язык, обычаи, нравы и т.д.
Причём не просто исследователя, а автора фундаментального труда Сообщение о делах в Юкатане, в котором изложил всё… точнее, почти всё, что узнал о «подведомственном» ему народе майя, населявшем этот полуостров.
Почти потому, что в этом действительно грандиозном труде (де Ланда работал над ним в течение пятнадцати лет) ничего, абсолютно ничего не говорится о тайной, демонической, дьявольской, инфернальной стороне религии майя.
В первую очередь, разумеется, о (в то время уже тайных) чудовищных человеческих жертвоприношениях. Вполне в стиле Карфагена… правда, майя (вроде бы) приносили в жертву своим богам (местным вариантам Молоха) только взрослых. К тому же одурманенных наркотиком.
Де Ланда изучил язык майя, собрал внушительную коллекцию религиозных книг этого народа, прочитал – точнее, внимательно изучил… и ужаснулся. Настолько ужаснулся, что немедленно приказал собрать все эти книги и сжечь. А заодно предать огню и все предметы культа, в которые, по его (похоже, весьма компетентному) мнению, вселился сам Дьявол.
Но на этом он не остановился. Зная обычай майя хоронить книги вместе с мертвецами, он велел раскопать все могилы, где они могли храниться и найденные книги тоже сжечь. Что и было сделано 12 июля 1562 года.
Если бы де Ланда этим и ограничился, никто из вышестоящих церковных инстанций либо вовсе не обратил бы на это никакого мнения (ну сожгли какие-то там языческие бредни и прочий хлам – делов-то) … а то и вовсе выразил благодарность бдительному инквизитору. Ибо делах спасения душ человеческих точно лучше перебдеть, чем недобдеть.
Однако, по слухам, де Ланда поручил своей службе безопасности (церковной или светской – о том история умалчивает) разыскать всех жрецов этой дьявольской религии… и по-тихому удавить. Ибо на публичную казнь у него не было полномочий – жрецы, вероятнее всего, не были крещены и потому находились вне юрисдикции Святой Инквизиции.
Однако и тайные убийства жрецов были явным превышением полномочий. Настолько явным, что тогдашний епископ Юкатана Франсиско де Тораль приказал арестовать де Ланду и отправить его в Испанию для дачи объяснений.
Де Ланда объяснения дал – причём настолько убедительно, что его не только полностью оправдали, но и… назначен на место де Тораля после того, как тот скоропостижно скончался 20 апреля 1571 года.
По документально не подтверждённым слухам (кто бы сомневался), Диего де Ланде дали карт-бланш на искоренение слуг дьявола, а также их произведений, причём вроде бы даже не только на Юкатане. Чем он (по слухам, весьма эффективно) занимался до самой своей смерти 29 апреля 1579 года.
Занимался ровно по той же самой причине, по которой вышеупомянутый британский «капитан дальнего плавания» до последнего человека вырезал таинственное племя обитателей таинственного тихоокеанского острова.
Чтобы не позволить бесам, поселившимся в книгах, предметах и душах жрецов майя проникнуть в души испанских колонизаторов – а через них и в саму метрополию. Правда было ли это предприятие полностью успешным, было, к сожалению, не до конца понятно…
До самой смерти де Ланда периодически порывался рассказать что-то о загадочной религии майя, но каждый раз обрывал себя словами: «В ней скрывается сам дьявол!».
Что, похоже, было чистой правдой; иными словами, религиозные книги майя были самыми что ни на есть настоящими «чёрными», дьявольскими, инфернальными гримуарами.
И потому даже фрагменты их содержания было смертельно опасно читать или слушать любому, кроме специально подготовленных борцов с нечистью (одним из которых, вне всякого сомнения, был инквизитор Диего де Ланда).
Не без труда выбравшись из ступора, Бируте задала прямой вопрос:
«Ты хочешь сказать, что на момент неудачной попытки жертвоприношения сына Авраам поклонялся Дьяволу? И потому, по сути, в этом ничем не отличался от карфагенян, ханаанцев и финикийцев?» - изумлённо спросила Элли. «Но ведь потом евреи вроде бы много столетий верой и правдой служили прямо противоположной инстанции – Всеблагому и Вселюбящему Богу…»
«Служили» - подтвердил Колокольцев. «Хотя насколько верой и насколько правдой – это очень большой вопрос…»
Сделал многозначительную паузу – и продолжил: «Но это уже потом, когда Всевышний, как говорится, перевербовал евреев – и то не до конца. А изначально еврейский народ служил ровно той же инстанции, что и карфагеняне…»
Глубоко и грустно вздохнул – и объяснил:
«Ваалу. Ваалу-Зебубу. Молоху. Дьяволу. Ибо и у древнееврейской… точнее, до-авраамовской еврейской религии, и у религии Карфагена одни и те же корни. Финикийские. И та, и другая является… да, наверное, подвидом финикийской религии. Которая была самым настоящим дьяволопоклонством…»
Сделал многозначительную паузу и продолжил:
«Ибо именно в Финикии зародился чудовищный, инфернальный обряд принесения в жертву детей, столь талантливо, реалистично и, самое ужасное, правдиво описанный Флобером в Саламбо…»
Глубоко вздохнул – и продолжил:
«Именно финикийцы начали практиковать жертвоприношения детей Молоху, которого они называли Баал-Хаммон. Хуже того, принесение в жертву детей воспринималось как наиболее угодная богам жертва и обычно было массовым - известны жертвоприношения одновременно нескольких сотен детей…»
«Ужас какой» - подумала Бируте. «Кошмар просто. Самый настоящий Ад на Земле…». Но промолчала. Колокольцев вдохновенно продолжал:
«Так что Авраам действительно ничем не отличался от карфагенян, финикийцев и прочих ханаанцев - за исключением того, что жил на полторы тысячи лет раньше событий, описанных Флобером в Саламбо. Что совершенно не помешало Всевышнему его перевербовать…»
«Как это… перевербовать?» - удивилась Бируте.
«Примерно, как спустя два тысячелетия Иисус Христос перевербовал фарисея Савла» - спокойно ответил Колокольцев. «За пару минут… или около того превратив оного в святого апостола Павла…»
«Правда» - задумчиво добавил её возлюбленный, «с евреями у Всевышнего получилось гораздо менее удачно… точнее, несравнимо более проблемно…»
«Почему более проблемно?» - удивлённо осведомилась Бируте.
«Несравнимо более проблемно потому» - объяснил Колокольцев, «что фарисею Савлу было несравнимо проще радикально измениться, чем Аврааму. И уж точно несопоставимо проще рекламировать своего нового Бога своим соплеменникам…»
«Почему несравнимо проще?» - Бируте была совершенно сбита с толку.
«Потому проще» - наставительно объяснил Колокольцев, «что Савл просто перешёл на службу к другому Богу, сменив своё имя. И то, и другое было в те времена не таким уж и редким делом»
И добавил: «Ни тот, ни другой бог при этом не изменились – изменился, пусть и радикально, только Савл»
«А Авраам?» - удивилась девушка.
«С Авраамом вышло ровно наоборот» - улыбнулся Колокольцев. «Авраам не изменился – изменился его Бог. Причём радикальнейшим образом изменился…»
«Как это?» - уже совершенно растерянным голосом спросила Бируте. Ибо ничего подобного ни на каких лекциях и близко не слышала.
Её возлюбленный объяснил:
«До того мгновения, когда ангел остановил руку Авраама, который уже занёс нож над Исааком – кстати, последний, как это и положено по канонам финикийско-ханаанской-карфагенской религии отдал себя на жертвоприношение совершенно добровольно – Авраам служил Молоху. Он же Баал. Он же Дьявол. Он же Яхве…»
Перехватил совершенно ошарашенный взгляд литовки и громко расхохотался:
«Да не удивляйтесь вы так, панеле Бируте. Культ Яхве практиковался древними евреями за столетия до Авраама. Это был тот же самый Молох-Ваал, только воспринимаемый евреями как…»
«Еврейский Молох?» - не столько спросила, сколько констатировала девушка.
Колокольцев довольно кивнул: «Да, именно как еврейский Молох. Тот же Молох, конечно, но воспринимаемый уже не как универсальный бог, бог многих народов, а бог только и исключительно народа еврейского…»
Удовлетворённо вздохнул – и продолжил: «Духовное откровение Авраама было несравнимо более радикальным, чем откровение Савла. Ибо последний просто увидел другого Бога, который к тому же был ему уже неплохо знаком…»
Бируте кивнула: «Иисуса Христа»
Колокольцев кивнул и продолжил: «А Авраам увидел Преображение своего Бога. Который буквально в мгновение превратился из Молоха в Бога Десяти Заповедей. А это почище превращения ртути в золото будет…»
«Это точно» - подумала Бируте. Но промолчала. Её возлюбленный вдохновенно продолжал: «Такое Преображение рекламировать было несравнимо сложнее, чем просто другого Бога…». Девушка кивнула: «Согласна»
«… однако Авраам, другие патриархи – Исаак и Иаков, Моисей – особенно Моисей – и другие пророки с этим по большей части справились…»
«По большей части?» - удивилась Бируте, нутром чувствуя какой-то подвох.
«По большей части» - эхом подтвердил Колокольцев. И объяснил: «Ибо хотя стараниями вышеперечисленных большинство, возможно даже, что подавляющее большинство евреев присягнуло новой ипостаси Яхве…»
«… остались и те, кто не принял перемен? Кто тайно или явно продолжал поклоняться и служить изначальной ипостаси Яхве – то есть, Молоху?» - в очередной раз не столько спросила, сколько констатировала Бируте.
Колокольцев кивнул: «Скорее тайно, чем явно… хотя периодически тайное и становилось явным… но в целом ты права. Ибо в еврейском народе сформировалась – и существует до сих пор – секта… да-да, именно секта…»
«Дьяволопоклонников?». Совершенно очевидное предположение.
«Мы называем их молохане» - сообщил Колокольцев.
«Ибо они по-прежнему поклоняются Молоху?» - риторический вопрос.
«Ибо они по-прежнему поклоняются Молоху» - эхом подтвердил Колокольцев.
«Правильно ли я понимаю» - осторожно осведомилась Бируте, «что тот, кого я знала как Ивана и Ясеня – один из молохан??»
«Именно так» - подтвердил Колокольцев.
«А мы всё время после высадки обитали… в развалинах храма Молоха? В котором столетия назад совершались жуткие человеческие жертвоприношения?? Которые и вызвали мои кошмарные желания???» - с ужасом пролепетала Бируте.
«Я буду это точно знать через час или около того» - бесстрастно ответил Колокольцев. «Но я почти на сто процентов уверен, что ответ на твои вопросы утвердительный… к сожалению…»
К его великому изумлению, после его ответа девушка почти мгновенно преобразилась в полном соответствии со своим именем. И неожиданно жёстко, чётко, уверенно и безапелляционно заявила: «Я не хочу в Швейцарию. Я хочу в твою зондеркоманду. Чтобы уничтожать эту гадость везде, где она обнаружится… благо много что умею». И ожидаемо добавила:
«Но я должна знать всё о твоих предыдущих аналогичных операциях…»
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
Шторх. Операции Карфаген
25 мая 1944 года
Деревня Райгардас
Оккупированная вермахтом территория Литвы
Колокольцев немного подумал – и рассказал Бируте даже намного больше, чем она просила. О взятии Карфагена и Иудейских войнах. О катарах и костре Монсегюра. О заговоре тамплиеров. О конверсос и испанской инквизиции.
О Великой французской бойне и Вандее. О Протоколах сионских мудрецов и кровавом навете. О дьяволопоклоннике Карле Марксе. Об Александре Ульянове. О Красном Машиахе и покушении на Ленина. О Голодоморе.
О невидимом самолёте и световой броне. О тайных операциях в Испании. Об архиве Глеба Бокия и Святом Граале. О чудесном спасении российской императорской семьи. О ликвидации гнёзд молохан в Москве и Свердловске. О Владимире Винничевском и Призраке.
О восьми этапах Операции Карфаген. Об Операции Кронос и Фенбридже. Об одиннадцатом приюте Магдалины. О Парижских потрошителях и капитане Алене. О Нордическом кольце. О ликвидации Казимирского гетто. О шурфе номер пять. О дикой охоте короля Георга. О пражских Големах.
Об инфернальном проекте Зигмунда Крюгера. О Помазаннице Божьей Марии Николаевне. О неудавшемся покушении на Пия XII. И о многом другом.
Бируте внимательно его выслушала… и отреагировала лаконично: «Впечатляет»
И задумчиво добавила: «Я всегда знала, что выбор между рейхом и СССР – это выбор наименьшего Ада. Я была уверена, что коричневый Ад много хуже красного… я ошибалась. Видимо, меня ослепило желание отомстить…»
Материализовался Ханс Рикс и протянул Колокольцеву блокнот с набором ничего для него не значащих цифр. Колокольцев поблагодарил пилота, добыл из дорожной сумки Вульгату карманного формата и расшифровал сообщение.
И без малейшего удивления прочитал следующее: «Моя работа – XV век. Если римейк – утопи. Вылетаю в В. ОД.»
Это было сообщение от Орлеанской Девы. Колокольцев вернул Вульгату в сумку, сжёг сообщение и дешифровку, после чего обратился к Бируте:
«Мы прямо сейчас летим в Вильнюс. Там я познакомлю тебя с одной особой – у неё своя зондеркоманда… в чём-то гораздо круче моей будет. Так что у тебя ещё и выбор будет…»
«Что за особа?» - удивилась Бируте. Колокольцев улыбнулся: «Увидишь»
Деревня Райгардас
Оккупированная вермахтом территория Литвы
Колокольцев немного подумал – и рассказал Бируте даже намного больше, чем она просила. О взятии Карфагена и Иудейских войнах. О катарах и костре Монсегюра. О заговоре тамплиеров. О конверсос и испанской инквизиции.
О Великой французской бойне и Вандее. О Протоколах сионских мудрецов и кровавом навете. О дьяволопоклоннике Карле Марксе. Об Александре Ульянове. О Красном Машиахе и покушении на Ленина. О Голодоморе.
О невидимом самолёте и световой броне. О тайных операциях в Испании. Об архиве Глеба Бокия и Святом Граале. О чудесном спасении российской императорской семьи. О ликвидации гнёзд молохан в Москве и Свердловске. О Владимире Винничевском и Призраке.
О восьми этапах Операции Карфаген. Об Операции Кронос и Фенбридже. Об одиннадцатом приюте Магдалины. О Парижских потрошителях и капитане Алене. О Нордическом кольце. О ликвидации Казимирского гетто. О шурфе номер пять. О дикой охоте короля Георга. О пражских Големах.
Об инфернальном проекте Зигмунда Крюгера. О Помазаннице Божьей Марии Николаевне. О неудавшемся покушении на Пия XII. И о многом другом.
Бируте внимательно его выслушала… и отреагировала лаконично: «Впечатляет»
И задумчиво добавила: «Я всегда знала, что выбор между рейхом и СССР – это выбор наименьшего Ада. Я была уверена, что коричневый Ад много хуже красного… я ошибалась. Видимо, меня ослепило желание отомстить…»
Материализовался Ханс Рикс и протянул Колокольцеву блокнот с набором ничего для него не значащих цифр. Колокольцев поблагодарил пилота, добыл из дорожной сумки Вульгату карманного формата и расшифровал сообщение.
И без малейшего удивления прочитал следующее: «Моя работа – XV век. Если римейк – утопи. Вылетаю в В. ОД.»
Это было сообщение от Орлеанской Девы. Колокольцев вернул Вульгату в сумку, сжёг сообщение и дешифровку, после чего обратился к Бируте:
«Мы прямо сейчас летим в Вильнюс. Там я познакомлю тебя с одной особой – у неё своя зондеркоманда… в чём-то гораздо круче моей будет. Так что у тебя ещё и выбор будет…»
«Что за особа?» - удивилась Бируте. Колокольцев улыбнулся: «Увидишь»
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
Шторх. Цели и средства
25 мая 1944 года
Райгардас-Вильнюс
Оккупированная вермахтом территория Литвы
Бируте отреагировала неожиданно: «Я хочу, чтобы ты меня трахнул. Здесь и сейчас. Изнасиловал…»
«Тебя насиловали?» - осведомился Колокольцев. Она кивнула: «Дважды»
«Тебе понравилось?». Она покачала головой: «Нет – это не моё совсем… хотя было в этом что-то первобытное. Природное. Доисторическое…»
Колокольцев, разумеется, сразу понял, откуда растут ноги у этой просьбы – ибо у него это был далеко не первый такой случай… хотя и не столь экстремальные.
Поэтому покачал головой: «Ты путаешь цель и средства…»
Бируте изумлённо посмотрела на него: «Что ты имеешь в виду?»
Он загадочно улыбнулся: «Это тебе объяснит… скорее всего, твоя новая начальница». Взял девушку за руку, вывел на улицу и подвёл к Шторху:
«Назад забирайся. Места немного, но уместишься…»
Бируте подчинилась, а Колокольцев подозвал к себе шарфюрера Богнера и развёл руками: «У меня особо ценный груз – мой агент вернулась с той стороны. Нужно срочно доставить в Берлин, так что извини…»
Охранник ему очевидно не поверил… впрочем, ему на это было наплевать. Шторх снова взлетел почти вертикально – и через час они уже были в Вильнюсе.
Первым делом Колокольцев посетил коменданта аэродрома майора Альберса и поставил ему задачу, предъявив мандат Геринга. Через минуты лётчики уже бежали к своим самолётам, на бегу выкрикивая приказы дежурным техникам. Ещё через двадцать минут на бетонную полосу аэродрома вырулил первый загруженный бомбами «под завязку» Ju-87. За ним последовали и другие.
А ещё через четверть часа болото заходило ходуном под разрывами 250-килограммовых авиабомб. В искусстве бомбометания пилотам люфтваффе не было равных, да и прицелы у них были едва ли не лучшие в мире (они умудрялись с пикирования укладывать бомбу в круг радиусом не более десяти метров).
Когда последняя Штука взяла курс на базу, островка в центре болота уже не было. Он просто перестал существовать. Его поглотила трясина. А вместе с ним на дно болота теперь уже навсегда погрузилось и дьявольское капище. Работа 500-летней давности была, наконец, завершена.
Райгардас-Вильнюс
Оккупированная вермахтом территория Литвы
Бируте отреагировала неожиданно: «Я хочу, чтобы ты меня трахнул. Здесь и сейчас. Изнасиловал…»
«Тебя насиловали?» - осведомился Колокольцев. Она кивнула: «Дважды»
«Тебе понравилось?». Она покачала головой: «Нет – это не моё совсем… хотя было в этом что-то первобытное. Природное. Доисторическое…»
Колокольцев, разумеется, сразу понял, откуда растут ноги у этой просьбы – ибо у него это был далеко не первый такой случай… хотя и не столь экстремальные.
Поэтому покачал головой: «Ты путаешь цель и средства…»
Бируте изумлённо посмотрела на него: «Что ты имеешь в виду?»
Он загадочно улыбнулся: «Это тебе объяснит… скорее всего, твоя новая начальница». Взял девушку за руку, вывел на улицу и подвёл к Шторху:
«Назад забирайся. Места немного, но уместишься…»
Бируте подчинилась, а Колокольцев подозвал к себе шарфюрера Богнера и развёл руками: «У меня особо ценный груз – мой агент вернулась с той стороны. Нужно срочно доставить в Берлин, так что извини…»
Охранник ему очевидно не поверил… впрочем, ему на это было наплевать. Шторх снова взлетел почти вертикально – и через час они уже были в Вильнюсе.
Первым делом Колокольцев посетил коменданта аэродрома майора Альберса и поставил ему задачу, предъявив мандат Геринга. Через минуты лётчики уже бежали к своим самолётам, на бегу выкрикивая приказы дежурным техникам. Ещё через двадцать минут на бетонную полосу аэродрома вырулил первый загруженный бомбами «под завязку» Ju-87. За ним последовали и другие.
А ещё через четверть часа болото заходило ходуном под разрывами 250-килограммовых авиабомб. В искусстве бомбометания пилотам люфтваффе не было равных, да и прицелы у них были едва ли не лучшие в мире (они умудрялись с пикирования укладывать бомбу в круг радиусом не более десяти метров).
Когда последняя Штука взяла курс на базу, островка в центре болота уже не было. Он просто перестал существовать. Его поглотила трясина. А вместе с ним на дно болота теперь уже навсегда погрузилось и дьявольское капище. Работа 500-летней давности была, наконец, завершена.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
Шторх. Откровение
25 мая 1944 года
Вильнюс, оккупированная вермахтом территория Литвы
Вернувшись от коменданта, Колокольцев немедленно подрядил Бируте самым наиподробнейшим образом описывать всю историю общения с Иваном-Ясенем с момента знакомства до её задержания ягдкомандой.
Командир которой через полчаса после прибытия Колокольцева в Вильнюс доложил ему об успешном задержании троих разведчиков на хуторе близ… нет, не Диканьки, конечно. А всего лишь Ликенай.
Их на скорую руку допросили… с нулевой полезностью для Колокольцева. Он распорядился отправить их в Аушвиц на бессрочные работы – хоть какая-то польза от них рейху будет… и вскоре убедился, что Орлеанская Дева обладает просто идеальным чувством времени.
Ибо её двухместный FW-190S-5 (полученный лично от Геринга по протекции Колокольцева) по-женски мягко (она это умела) приземлился на бетонку вильнюсского аэропорта спустя ровно шесть минут после того, как Бируте закончила свой фундаментальный труд.
Колокольцев отвёл её в ангар, в который Жанна завела своего Сорокопута и представил женщин друг другу: «Жанна, это Бируте. Бируте – это Жанна»
И отбыл готовить аутсорсинг… в смысле передачу эстафеты. Ибо, хотя после ликвидации Ясеня и компании (все подходы к болоту были наглухо перекрыты полицейскими) у него оставалась масса вопросов, ответы на них моги получить только его заклятые партнёры… и его московская коллега.
Жанна (внаглую облачённая в голубую форму флюг-капитана люфтваффе) сразу употребила власть: «Мне нужно знать, что Роланд тебе рассказал о своей борьбе с паранормальным противником… и вообще о параллельном мире…»
Бируте нехотя подчинилась. Жанна внимательно выслушала её, после чего усмехнулась: «Да мы с тобой ровесницы… биологически…»
«А хронологически?» - неожиданно даже для самой себя выпалила Бируте.
Жанна пожала плечами: «Ты же историк средневековья по диплому…»
И повернулась к несколько изумлённой литовке большим родимым пятном за правым ухом. Та изумлённо прошептала:
«Ты Орлеанская Дева… но как такое возможно?». Жанна усмехнулась: «Всё началось в Руане семьсот тридцать три года назад… когда я воскресла как Феникс из пепла… точнее, не умерла…»
Вильнюс, оккупированная вермахтом территория Литвы
Вернувшись от коменданта, Колокольцев немедленно подрядил Бируте самым наиподробнейшим образом описывать всю историю общения с Иваном-Ясенем с момента знакомства до её задержания ягдкомандой.
Командир которой через полчаса после прибытия Колокольцева в Вильнюс доложил ему об успешном задержании троих разведчиков на хуторе близ… нет, не Диканьки, конечно. А всего лишь Ликенай.
Их на скорую руку допросили… с нулевой полезностью для Колокольцева. Он распорядился отправить их в Аушвиц на бессрочные работы – хоть какая-то польза от них рейху будет… и вскоре убедился, что Орлеанская Дева обладает просто идеальным чувством времени.
Ибо её двухместный FW-190S-5 (полученный лично от Геринга по протекции Колокольцева) по-женски мягко (она это умела) приземлился на бетонку вильнюсского аэропорта спустя ровно шесть минут после того, как Бируте закончила свой фундаментальный труд.
Колокольцев отвёл её в ангар, в который Жанна завела своего Сорокопута и представил женщин друг другу: «Жанна, это Бируте. Бируте – это Жанна»
И отбыл готовить аутсорсинг… в смысле передачу эстафеты. Ибо, хотя после ликвидации Ясеня и компании (все подходы к болоту были наглухо перекрыты полицейскими) у него оставалась масса вопросов, ответы на них моги получить только его заклятые партнёры… и его московская коллега.
Жанна (внаглую облачённая в голубую форму флюг-капитана люфтваффе) сразу употребила власть: «Мне нужно знать, что Роланд тебе рассказал о своей борьбе с паранормальным противником… и вообще о параллельном мире…»
Бируте нехотя подчинилась. Жанна внимательно выслушала её, после чего усмехнулась: «Да мы с тобой ровесницы… биологически…»
«А хронологически?» - неожиданно даже для самой себя выпалила Бируте.
Жанна пожала плечами: «Ты же историк средневековья по диплому…»
И повернулась к несколько изумлённой литовке большим родимым пятном за правым ухом. Та изумлённо прошептала:
«Ты Орлеанская Дева… но как такое возможно?». Жанна усмехнулась: «Всё началось в Руане семьсот тридцать три года назад… когда я воскресла как Феникс из пепла… точнее, не умерла…»
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
Шторх. Передача эстафеты
25 мая 1944 года
Вильнюс-Москва
На то, чтобы составить информационное письмо заклятым партнёрам и своей коллеге, у Колокольцева ушло ровно сорок две минуты. И вдвое больше – чтобы его зашифровать своим мудрёным шрифтом, взломать который не было никакой возможности ни у кого (ибо алгоритмы дешифровки не работали).
Теперь всё это нужно было передать по рации в Москву. В учебке ОГПУ Колокольцев освоил радиодело… только вот опыт у него был нулевым – за ненадобностью (ни одно его сообщение не имело такой уж срочности).
Все донесения в Белокаменную он передавал методом стеганографии, при котором сам факт тайного сообщения остаётся незаметным. Иными словами, обычными письмами или документами обычной авиапочтой.
Поэтому он арендовал радиста у люфтваффе, зарезервировал доступ к радиостанции дальней связи с дальностью в 1000 км (до Берлина было 821, до Москвы 793), дождался времени ежедневного чрезвычайного сеанса… и передал сообщение руками обер-лейтенанта, для которого это был просто набор ничего не значащих пятизначных чисел.
В Москве передачу принял радист, эксклюзивно работавший на Спецотдел Х НКГБ СССР (борьба с паранормальным противником). Советский клон аналогичного отдела (под номером IV-H) Главного управления имперской безопасности Германии.
Радист немедленно передал шифрограмму начальнику… точнее, начальнице спецотдела, Герою Советского Союза, подполковнику госбезопасности Ванде Яновне Мазур – она же зондерфюрерин Ванда Мария Бергманн.
Внимательно ознакомившись с донесением своего возлюбленного (она по-прежнему любила его, хотя они не просто не виделись уже больше года, а обитали по разные стороны линии фронта), Ванда перевела шифровку с латыни (ещё один метод защиты) на русский язык, отпечатала в трёх экземплярах, после чего набрала прямой номер своего фактического начальника.
Народного комиссара внутренних дел СССР, заместителя председателя Государственного комитета обороны, кандидата в члены Политбюро, заместителя Председателя Совета народных комиссаров Лаврентия Павловича Берии.
Когда почти всесильный нарком ответил, Ванда спокойно произнесла:
«Это Ванда. Код Альфа». И повесила трубку. Через полчаса она вошла в фойе особняка Берии на Малой Никитской улице, дом 28/1. Там её уже ждали.
Вильнюс-Москва
На то, чтобы составить информационное письмо заклятым партнёрам и своей коллеге, у Колокольцева ушло ровно сорок две минуты. И вдвое больше – чтобы его зашифровать своим мудрёным шрифтом, взломать который не было никакой возможности ни у кого (ибо алгоритмы дешифровки не работали).
Теперь всё это нужно было передать по рации в Москву. В учебке ОГПУ Колокольцев освоил радиодело… только вот опыт у него был нулевым – за ненадобностью (ни одно его сообщение не имело такой уж срочности).
Все донесения в Белокаменную он передавал методом стеганографии, при котором сам факт тайного сообщения остаётся незаметным. Иными словами, обычными письмами или документами обычной авиапочтой.
Поэтому он арендовал радиста у люфтваффе, зарезервировал доступ к радиостанции дальней связи с дальностью в 1000 км (до Берлина было 821, до Москвы 793), дождался времени ежедневного чрезвычайного сеанса… и передал сообщение руками обер-лейтенанта, для которого это был просто набор ничего не значащих пятизначных чисел.
В Москве передачу принял радист, эксклюзивно работавший на Спецотдел Х НКГБ СССР (борьба с паранормальным противником). Советский клон аналогичного отдела (под номером IV-H) Главного управления имперской безопасности Германии.
Радист немедленно передал шифрограмму начальнику… точнее, начальнице спецотдела, Герою Советского Союза, подполковнику госбезопасности Ванде Яновне Мазур – она же зондерфюрерин Ванда Мария Бергманн.
Внимательно ознакомившись с донесением своего возлюбленного (она по-прежнему любила его, хотя они не просто не виделись уже больше года, а обитали по разные стороны линии фронта), Ванда перевела шифровку с латыни (ещё один метод защиты) на русский язык, отпечатала в трёх экземплярах, после чего набрала прямой номер своего фактического начальника.
Народного комиссара внутренних дел СССР, заместителя председателя Государственного комитета обороны, кандидата в члены Политбюро, заместителя Председателя Совета народных комиссаров Лаврентия Павловича Берии.
Когда почти всесильный нарком ответил, Ванда спокойно произнесла:
«Это Ванда. Код Альфа». И повесила трубку. Через полчаса она вошла в фойе особняка Берии на Малой Никитской улице, дом 28/1. Там её уже ждали.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
Шторх. Сподвижник
Всеволод Николаевич Меркулов родился шестого ноября 1895 в городе Закаталы, в одноимённом районе Российской империи (ныне в Азербайджанской СССР). Загатальский район географически был частью древней Кавказской Албании (государство, сформировавшееся в II — I веках до РХ в Восточном Закавказье – ныне на территории современных Азербайджана, Грузии и Дагестана).
Всеволод родился в семье потомственного дворянина, капитана царской армии (эквивалент современного майора). Мать Кетеван Николаевна, урождённая Цинамдзгвришвили, тоже дворянка, из грузинского княжеского рода.
Когда Всеволоду не было ещё и пяти лет, его отец попал в крайне неприятную (и весьма тёмную) историю. В 1900 году Николай Меркулов был осуждён за растрату денежных средств в размере ста рублей, просидел восемь месяцев в тюрьме в Тифлисе, подавал прошение о помиловании, считая себя жертвой клеветы… всё тщетно. Не выдержав позора (похоже, незаслуженного) в 1908 году, он умер.
Всеволод был разносторонне одарённым мальчиком и юношей и с детства увлекался литературным творчеством. В 1913 году с золотой медалью окончил Третью Тифлисскую гимназию.
В гуманитарной гимназии он увлёкся электротехникой настолько, что его статьи печатали в Одессе в профессиональном журнале. Он продолжил обучение, поступив на физико-математический факультет Петербургского университета.
Там он начал писать и публиковать рассказы о студенческой жизни. Ещё во время учёбы в университете он написал несколько романтических повестей, которые были напечатаны в литературных журналах и получили положительные отзывы. С сентября 1913 по октябрь 1916 года Всеволод давал частные уроки.
В октябре 1916 года, после окончания третьего курса, призван в армию. В 1916-1917 годах служил в императорской армии, но в боевых действиях не участвовал. Прошел путь от рядового студенческого батальона в Петрограде, юнкера Оренбургской школы прапорщиков до прапорщика (младшего лейтенанта) запасного полка в Новочеркасске и прапорщика маршевой роты в Ровно.
В январе 1918 года по болезни эвакуировался в Тифлис к родственникам. Демобилизовался в марте 1918 года. Проживая у сестры, издавал рукописный журнал, печатая на шапирографе копии, и продавая их по три рубля. В июле 1918-го женился на Лидии Дмитриевне Яхонтовой и переехал жить к ней.
С сентября 1918 по сентябрь 1921 года делопроизводитель, затем учитель Тифлисского училища для слепых, где его мать была директором. В 1919 году вступил в общество «Сокол», где занимался гимнастикой, участвовал в вечерах, самодеятельных спектаклях – ибо обладал ещё и актёрскими талантами.
В своих автобиографиях в советское время Меркулов утверждал, что пошёл служить в ВЧК совершенно добровольно. На самом деле, это было не так совсем – его вынудили стать осведомителем (секретным сотрудником), внедрив в 1919 году - как бывшего офицера императорской армии – в среду белого офицерства.
Кадровым сотрудником ЧК Меркулов стал только в 1921 году, два года спустя. С сентября 1921 по май 1923 года он последовательно занимал должности помощника уполномоченного, уполномоченного, старшего уполномоченного Экономического отдела ЧК при СНК Грузинской ССР (видимо, и с талантами в области экономики у него было зер гут).
Будучи сотрудником ЧК, Меркулов дважды, в 1922-м и 1923-м, подавал заявление в ВКП(б). Лишь на второй раз, в мае 1923 года, его приняли кандидатом с двухлетним испытательным сроком.
В 1925 году снова подал заявление о приёме в члены партии, его как будто приняли, но партбилет так и не выдали. Только вмешательство Лаврентия Берии (в то время уже наркома внутренних дел Грузинской ССР) изменило ситуацию... два года спустя. В 1927 году Меркулову выдали партийный билет члена ВКП(б) с указанием партийного стажа с 1925 года.
В ВЧК-ОГПУ Меркулов проработал до 1931 года, дослужившись до начальника Секретно-политического отдела Полномочного представительства ОГПУ по Закавказской СФСР и ГПУ при СНК ЗСФСР.
В конце 1931 года он (обычное дело в те времена в СССР) перешёл на партийную работу. Курировал торговлю, промышленность… а в конечном итоге (явно не без поддержки Берии – в то время Первого секретаря ЦК КП(б) Грузии) стал членом Бюро ЦК КП(б) Грузии.
Который предсказуемо забрал своего верного протеже с собой в Москву, когда был назначен де-факто наркомом внутренних дел. 11 сентября 1938 года Меркулову было присвоено звание Комиссар государственной безопасности 3-го ранга (эквивалент армейского генерал-лейтенанта).
Став главой ГУГБ, Берия назначил Меркулова своим заместителем. А после того, как стал наркомом внутренних дел уже и де-юре - первым заместителе наркома внутренних дел — начальником ГУГБ.
21 марта 1939 (снова по протекции Берии) Меркулов стал членом ЦК ВКП(б), а затем и депутатом Верховного Совета СССР (стандартная практика в те времена). В 1940 году Меркулов входил в состав «тройки», руководившей расстрелом польских офицеров (не только в Катынском лесу).
У Сталина с чёрным юмором и лицемерием дело обстояло просто превосходно (в мире ему не было равных). В октябре 1943 года Меркулов возглавил… Комиссию по предварительному расследованию Катынского дела. Занавес.
В ноябре 1940 года Меркулов в составе делегации, возглавляемой Молотовым, отправился в Берлин на переговоры с руководителями Третьего рейха. Он присутствовал на завтраке, устроенном Гитлером в рейхс канцелярии 13 ноября 1940 года в честь советской делегации.
А вечером того же дня Молотов дал ответный ужин в советском посольстве в Берлине, на который помимо Риббентропа прибыл и рейхсфюрер СС Гиммлер. Который о чём-то беседовал с Меркуловым (рейхсфюрер свободно говорил по-русски) … однако содержание их беседы осталось тайной и в рейхе, и в СССР.
Третьего февраля 1941 года Меркулов был назначен главой выделенного Сталиным из НКВД наркомата госбезопасности… однако на деле так и остался подчинённым Берии (не в последнюю очередь в силу непреодолимой сабмиссивности перед последним).
Тем более, что сохранил за собой пост первого заместителя наркома внутренних дел (Сталин исправил эту свою оплошность только 16 апреля 1943 года, когда было уже безнадёжно поздно). Четвёртого февраля 1943 года Меркулову было присвоено звание комиссара государственной безопасности 1-го ранга (эквивалента генерала армии).
23 июня 1941 года Меркулов подписал приказ, санкционировавший (но не предписывавший!) бессудный расстрел заключённых в тюрьмах на приграничных территориях, на которые катком накатывался победоносный вермахт.
Точное число расстрелянных было неизвестно даже НКГБ; по некоторым оценкам, общее число убитых составляло более 40 тысяч человек. Поскольку 23 июня Сталин ещё находился в прострации (с помощью Колокольцева и Абаддона Гитлер опередил его всего на сутки), это была явно инициатива Меркулова (Берии было сильно не до того).
К Ванде Бергманн Меркулов относился опасливо – ибо был в курсе, что она была неофициальным палачом женских концлагерей СС, отправив в мир иной 85 неофициально приговорённых к смерти.
Потом как в тире расстреливала из табельного Браунинга серебряными пулями оборотней-волколаков (гигантских чёрных волков размером с большого телёнка) … и вообще могла убить голыми руками… да кого угодно, на самом деле.
Он с ней переспал – ибо, будучи по натуре неожиданно слабохарактерным для своей должности, не смог сопротивляться гипнотическому обаянию этой польско-немецкой лесной ведьмы (отец Ванды был лесником в Верхней Силезии).
После чего окончательно попал к ней под каблук - и беспрекословно выполнял все её… просьбы. Не задавая лишних вопросов – прослушав курс лекций по демонологии, он понял, что в данном случае совершенно точно «меньше знаешь – лучше спишь». Намного лучше.
Всеволод родился в семье потомственного дворянина, капитана царской армии (эквивалент современного майора). Мать Кетеван Николаевна, урождённая Цинамдзгвришвили, тоже дворянка, из грузинского княжеского рода.
Когда Всеволоду не было ещё и пяти лет, его отец попал в крайне неприятную (и весьма тёмную) историю. В 1900 году Николай Меркулов был осуждён за растрату денежных средств в размере ста рублей, просидел восемь месяцев в тюрьме в Тифлисе, подавал прошение о помиловании, считая себя жертвой клеветы… всё тщетно. Не выдержав позора (похоже, незаслуженного) в 1908 году, он умер.
Всеволод был разносторонне одарённым мальчиком и юношей и с детства увлекался литературным творчеством. В 1913 году с золотой медалью окончил Третью Тифлисскую гимназию.
В гуманитарной гимназии он увлёкся электротехникой настолько, что его статьи печатали в Одессе в профессиональном журнале. Он продолжил обучение, поступив на физико-математический факультет Петербургского университета.
Там он начал писать и публиковать рассказы о студенческой жизни. Ещё во время учёбы в университете он написал несколько романтических повестей, которые были напечатаны в литературных журналах и получили положительные отзывы. С сентября 1913 по октябрь 1916 года Всеволод давал частные уроки.
В октябре 1916 года, после окончания третьего курса, призван в армию. В 1916-1917 годах служил в императорской армии, но в боевых действиях не участвовал. Прошел путь от рядового студенческого батальона в Петрограде, юнкера Оренбургской школы прапорщиков до прапорщика (младшего лейтенанта) запасного полка в Новочеркасске и прапорщика маршевой роты в Ровно.
В январе 1918 года по болезни эвакуировался в Тифлис к родственникам. Демобилизовался в марте 1918 года. Проживая у сестры, издавал рукописный журнал, печатая на шапирографе копии, и продавая их по три рубля. В июле 1918-го женился на Лидии Дмитриевне Яхонтовой и переехал жить к ней.
С сентября 1918 по сентябрь 1921 года делопроизводитель, затем учитель Тифлисского училища для слепых, где его мать была директором. В 1919 году вступил в общество «Сокол», где занимался гимнастикой, участвовал в вечерах, самодеятельных спектаклях – ибо обладал ещё и актёрскими талантами.
В своих автобиографиях в советское время Меркулов утверждал, что пошёл служить в ВЧК совершенно добровольно. На самом деле, это было не так совсем – его вынудили стать осведомителем (секретным сотрудником), внедрив в 1919 году - как бывшего офицера императорской армии – в среду белого офицерства.
Кадровым сотрудником ЧК Меркулов стал только в 1921 году, два года спустя. С сентября 1921 по май 1923 года он последовательно занимал должности помощника уполномоченного, уполномоченного, старшего уполномоченного Экономического отдела ЧК при СНК Грузинской ССР (видимо, и с талантами в области экономики у него было зер гут).
Будучи сотрудником ЧК, Меркулов дважды, в 1922-м и 1923-м, подавал заявление в ВКП(б). Лишь на второй раз, в мае 1923 года, его приняли кандидатом с двухлетним испытательным сроком.
В 1925 году снова подал заявление о приёме в члены партии, его как будто приняли, но партбилет так и не выдали. Только вмешательство Лаврентия Берии (в то время уже наркома внутренних дел Грузинской ССР) изменило ситуацию... два года спустя. В 1927 году Меркулову выдали партийный билет члена ВКП(б) с указанием партийного стажа с 1925 года.
В ВЧК-ОГПУ Меркулов проработал до 1931 года, дослужившись до начальника Секретно-политического отдела Полномочного представительства ОГПУ по Закавказской СФСР и ГПУ при СНК ЗСФСР.
В конце 1931 года он (обычное дело в те времена в СССР) перешёл на партийную работу. Курировал торговлю, промышленность… а в конечном итоге (явно не без поддержки Берии – в то время Первого секретаря ЦК КП(б) Грузии) стал членом Бюро ЦК КП(б) Грузии.
Который предсказуемо забрал своего верного протеже с собой в Москву, когда был назначен де-факто наркомом внутренних дел. 11 сентября 1938 года Меркулову было присвоено звание Комиссар государственной безопасности 3-го ранга (эквивалент армейского генерал-лейтенанта).
Став главой ГУГБ, Берия назначил Меркулова своим заместителем. А после того, как стал наркомом внутренних дел уже и де-юре - первым заместителе наркома внутренних дел — начальником ГУГБ.
21 марта 1939 (снова по протекции Берии) Меркулов стал членом ЦК ВКП(б), а затем и депутатом Верховного Совета СССР (стандартная практика в те времена). В 1940 году Меркулов входил в состав «тройки», руководившей расстрелом польских офицеров (не только в Катынском лесу).
У Сталина с чёрным юмором и лицемерием дело обстояло просто превосходно (в мире ему не было равных). В октябре 1943 года Меркулов возглавил… Комиссию по предварительному расследованию Катынского дела. Занавес.
В ноябре 1940 года Меркулов в составе делегации, возглавляемой Молотовым, отправился в Берлин на переговоры с руководителями Третьего рейха. Он присутствовал на завтраке, устроенном Гитлером в рейхс канцелярии 13 ноября 1940 года в честь советской делегации.
А вечером того же дня Молотов дал ответный ужин в советском посольстве в Берлине, на который помимо Риббентропа прибыл и рейхсфюрер СС Гиммлер. Который о чём-то беседовал с Меркуловым (рейхсфюрер свободно говорил по-русски) … однако содержание их беседы осталось тайной и в рейхе, и в СССР.
Третьего февраля 1941 года Меркулов был назначен главой выделенного Сталиным из НКВД наркомата госбезопасности… однако на деле так и остался подчинённым Берии (не в последнюю очередь в силу непреодолимой сабмиссивности перед последним).
Тем более, что сохранил за собой пост первого заместителя наркома внутренних дел (Сталин исправил эту свою оплошность только 16 апреля 1943 года, когда было уже безнадёжно поздно). Четвёртого февраля 1943 года Меркулову было присвоено звание комиссара государственной безопасности 1-го ранга (эквивалента генерала армии).
23 июня 1941 года Меркулов подписал приказ, санкционировавший (но не предписывавший!) бессудный расстрел заключённых в тюрьмах на приграничных территориях, на которые катком накатывался победоносный вермахт.
Точное число расстрелянных было неизвестно даже НКГБ; по некоторым оценкам, общее число убитых составляло более 40 тысяч человек. Поскольку 23 июня Сталин ещё находился в прострации (с помощью Колокольцева и Абаддона Гитлер опередил его всего на сутки), это была явно инициатива Меркулова (Берии было сильно не до того).
К Ванде Бергманн Меркулов относился опасливо – ибо был в курсе, что она была неофициальным палачом женских концлагерей СС, отправив в мир иной 85 неофициально приговорённых к смерти.
Потом как в тире расстреливала из табельного Браунинга серебряными пулями оборотней-волколаков (гигантских чёрных волков размером с большого телёнка) … и вообще могла убить голыми руками… да кого угодно, на самом деле.
Он с ней переспал – ибо, будучи по натуре неожиданно слабохарактерным для своей должности, не смог сопротивляться гипнотическому обаянию этой польско-немецкой лесной ведьмы (отец Ванды был лесником в Верхней Силезии).
После чего окончательно попал к ней под каблук - и беспрекословно выполнял все её… просьбы. Не задавая лишних вопросов – прослушав курс лекций по демонологии, он понял, что в данном случае совершенно точно «меньше знаешь – лучше спишь». Намного лучше.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
Это точно будет роман
... собственно, это уже роман - ибо размер "Шторха" уже (неожиданно для меня) перевалил за 40 тысяч слов. Я давно задумал это произведение... однако считал, что это будет не более, чем глава романа "Хроники Крылатого Маркграфа". А оно вон как получилось... собственно, ровно то же самое произошло и с целым рядом моих повестей и романов: "Големы", "Привратники Сатаны", "Профессионалы", "Зондерфюрерин", "Шурф", "Операция Магдалина", "На третий день"... и даже "Ночь и Туман".
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 40609
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 670 times
- Been thanked: 11564 times
Шторх. Особая тройка
25-26 мая 1944 года
Москва, СССР
«И что ты обо всём этом думаешь?» - осведомился Берия, внимательно изучив сообщение Колокольцева. На правах куратора Спецотдела Х.
«Я думаю… уверена даже» - спокойно ответила Ванда, «что мы имеем дело с молоханами-мутантами… скорее всего, во множественном числе»
«Меня это не удивляет» - мрачно усмехнулся Меркулов. «В мире в последние годы такое творится, что ещё и не такие мутанты появиться могут вполне…»
И указал пальцем на начальницу спецотдела: «В первую очередь из-за вашего окончательного решения, будь оно неладно…». Ванда покачала головой: «Не по адресу претензии – я не по этой части, а совсем даже наоборот. Ты же читал отчёт об Операции Элизиум…»
В самом конце сентября 1941 года во многом стараниями Ванды Бергманн четыре с половиной тысячи киевских евреев отправились не в овраг червям на корм, а в Палестину. Где основали город со странным для тех мест названием Харон - с лёгкой руки бессменного мэра Дины Раппопорт. Весьма процветающий город…
И спокойно парировала: «А вот я вам вполне обоснованно много чего предъявить могу – от Красного террора в Гражданскую до депортаций целых народов… про Катынь и прочее Медное я вообще промолчу…»
И махнула рукой: «Ладно, проехали – мы все сейчас в одном окопе, независимо от того, кто кому что когда делал…»
Берия недовольно покачал головой: «Они уже и в Разведупр проникли…»
Ванда пожала плечами: «К тебе тоже – аж трое…»
Строго говоря, к Меркулову в НКГБ… впрочем, это было неважно. Важно, что после Операции Шурф в феврале 1943 года в Москве была обезврежена группа из трёх молохан, проникших в ГУГБ ещё при Ежове. К сожалению, взять их живыми не удалось – они раскусили спрятанные во рту ампулы с цианидом.
Берия махнул рукой: «Ладно, проехали… что делать-то думаешь?»
«В дурдоме вашем разобраться для начала» - усмехнулась Ванда. «А то я понятия не имею, кто этого Ясеня в Литву забросил – НКВД, НКГБ, Разведупр, ЦШПД…»
«Тебе нужен Корнеев Тарас Федотович» - уверенно ответил Меркулов. «Член Центрального штаба партизанского движения от Разведупра… формально бывший, но на самом деле, вполне себе действующий и весьма активный…»
Москва, СССР
«И что ты обо всём этом думаешь?» - осведомился Берия, внимательно изучив сообщение Колокольцева. На правах куратора Спецотдела Х.
«Я думаю… уверена даже» - спокойно ответила Ванда, «что мы имеем дело с молоханами-мутантами… скорее всего, во множественном числе»
«Меня это не удивляет» - мрачно усмехнулся Меркулов. «В мире в последние годы такое творится, что ещё и не такие мутанты появиться могут вполне…»
И указал пальцем на начальницу спецотдела: «В первую очередь из-за вашего окончательного решения, будь оно неладно…». Ванда покачала головой: «Не по адресу претензии – я не по этой части, а совсем даже наоборот. Ты же читал отчёт об Операции Элизиум…»
В самом конце сентября 1941 года во многом стараниями Ванды Бергманн четыре с половиной тысячи киевских евреев отправились не в овраг червям на корм, а в Палестину. Где основали город со странным для тех мест названием Харон - с лёгкой руки бессменного мэра Дины Раппопорт. Весьма процветающий город…
И спокойно парировала: «А вот я вам вполне обоснованно много чего предъявить могу – от Красного террора в Гражданскую до депортаций целых народов… про Катынь и прочее Медное я вообще промолчу…»
И махнула рукой: «Ладно, проехали – мы все сейчас в одном окопе, независимо от того, кто кому что когда делал…»
Берия недовольно покачал головой: «Они уже и в Разведупр проникли…»
Ванда пожала плечами: «К тебе тоже – аж трое…»
Строго говоря, к Меркулову в НКГБ… впрочем, это было неважно. Важно, что после Операции Шурф в феврале 1943 года в Москве была обезврежена группа из трёх молохан, проникших в ГУГБ ещё при Ежове. К сожалению, взять их живыми не удалось – они раскусили спрятанные во рту ампулы с цианидом.
Берия махнул рукой: «Ладно, проехали… что делать-то думаешь?»
«В дурдоме вашем разобраться для начала» - усмехнулась Ванда. «А то я понятия не имею, кто этого Ясеня в Литву забросил – НКВД, НКГБ, Разведупр, ЦШПД…»
«Тебе нужен Корнеев Тарас Федотович» - уверенно ответил Меркулов. «Член Центрального штаба партизанского движения от Разведупра… формально бывший, но на самом деле, вполне себе действующий и весьма активный…»
Scribo, ergo sum