День казни

Рассказы
Post Reply
Blackmonkey
Posts: 89
Joined: Tue Nov 12, 2019 5:24 pm
Location: Украина

День казни

Post by Blackmonkey »

Уже давно рассвело, но Валя всю ночь так и не сомкнула глаз. Ее мучил страх, тягостное ожидание, что вот-вот за ней придут. Разум ее понимал, что все будет вовремя, и надежды на спасения ни малейшей нет, приговор донельзя строг и неумолим, но чувства требовали надежду, любой, даже самый малый, шанс казался возможным. Она прекрасно осознавала, что смерть неизбежна, близка и мучительна, а ее тело кричало — нет-нет, почти неизбежна, и даже после того, как за ней придут, еще будет время, все будет не сразу и не быстро. Но будет, будет. Ожидание казни мучительно.
В десять минут девятого щелкнул замок, дверь открылась, и вошел судебный пристав в сопровождении двух охранниц. Валя села на кровати.
- Здравствуйте, Валентина Николаевна, - сказал он. - С сожалением сообщаю, что в восемь утра сего дня решение суда вступило в силу окончательно и бесповоротно, и вы будете казнены сегодня же, независимо от любых обстоятельств.
Валя побледнела. Это было ожидаемо, но так тяжело услышать слова, уничтожающие остатки надежды. «Это не прямо сейчас, еще немножко, еще есть время...» - застонал внутренний голос.
- Процедура открытая и публичная. - продолжал пристав. - Вас привяжут к столбу и разрежут живот, смерть наступит в результате кровопотери. Процесс сопровождается сильными неприятными и болезненными ощущениями, что является частью наказания. После наступления смерти тело похоронят за счет муниципалитета.
Повисла пауза.
- Мне… Понятно. - наконец выдавила из себя Валя.
Пристав вышел. Валя не смогла сама встать с кровати, охранницы помогли ей. Она неловко умылась, ей немного полегчало. Охрана тактично отвернулась, пока она закончила утренний туалет, еще раз умылась, и ее вывели в коридор, где надели наручники. Пристав с другими охранницами был в соседней камере, где истерично рыдала совсем молодая девушка, которая сегодня составит Вале компанию.
Валю отвели в маленькую комнату, где сидел на стуле мужчина в очках и белом халате, сняли наручники и заставили раздеться догола. Всю тюремную одежду унесли. Она стояла перед мужчиной совершенно голая, смущаясь и краснея, жалея, что так и не успела похудеть в тюрьме, и теперь он видел ее нависающий над лобком живот и слишком полные бедра. Мужчина взял здоровенный маркер с широким кончиком и нарисовал толстую красную линию на Валином животе, поперек, по той самой складке, что соединяет верх тазовых костей. Маркер оставил прохладный, слегка влажный след, который очень быстро высох. По этой линии Валю будут резать. «Слишком широко, слишком высоко...» - с горечью подумала она, «мерзко вывалят кишки вместо того, чтоб чисто и аккуратно вспороть матку».
Принесли ее одежду, в которой она была на суде. Кремовые трусы и лифчик, желтое платье ниже колен. Туфли. Валя оделась, с мыслями, что это не имеет особого смысла. Ей снова одели наручники, теперь уже ее руки были спереди, и повели наружу, через двери, двери, еще двери. Там ждала машина, маленький микроавтобус. Ее посадили на сиденье, и стали ждать вторую жертву. Валя с печалью думала, что остается все меньше и меньше времени. Прожитые двадцать восемь лет теперь казались такими короткими, безумно хотелось жить еще и еще, снова пришел страх смерти, черный, невыносимый. Из глаз потекли слезы.
Привели вторую девушку, стройную блондинку, совсем юную, ей, наверное, не было и шестнадцати. Подростковая одежда: футболка, джинсы и кроссовки усиливали впечатление. Она тоже плакала. Ее посадили так, что они не могли общаться или взяться за руки, но Вале и не хотелось, она знала, что это девчонка из подростковой банды, и ей было ее не жалко. Она хотела остаться наедине со своим горем. Ей казалось, что она хорошо ощущает нарисованную на ее животе линию, спрятанную сейчас под платьем, как она начинается на левом боку, по дуге спускается к лобку, неглубоко ныряя в трусы, и снова подымается к правому боку. Она охватила ладонями свой полный, выступающий живот, трусы немного спустились, и линия вынырнула из них, очерчивая живот снизу. Валя поняла, что матку все-таки вспорят. «Как же без этого», -подумала она, «жаль только, что кишки все равно вывалятся».
Машина тронулась. Страх больно уколол — уже скоро. Как же не хочется умирать, как же не хочется мучиться в агонии…
Дорога показалась очень, очень короткой, Валю била нервная дрожь, когда ее вывели из машины. На площади стоял эшафот, на нем два столба для вспарывания, каждый с двумя перекладинами: за верхнюю заводили локти, к нижней привязывали ноги. Над столбами висел здоровенный экран, на котором были фотографии Вали и второй девушки с подписями:
«Валентина Дорохова. 28 лет. Приговорена к казни за подделку результатов экспертизы».
«Юлия Стеценко. 14 лет. Приговорена к казни за соучастие в убийстве с целью ограбления».
Их обоих возвели на эшафот и привязали к столбам. Локти неудобно и больно выгнули, ноги в щиколотках привязали к концам нижней перекладины, заметно раздвинув. В довершение между столбом и ягодицами вставили какую-то жесткую проставку, заставив еще сильней выгнуться. Стоять так, с раздвинутыми ногами, выставленным вперед тазом и выпяченной грудью было неудобно и унизительно. Валя и так стеснялась своей фигуры, а сейчас все усугублял мучительный страх. Она оглядывалась, боясь увидеть палача, но все ушли с эшафота, оставив их наедине с ужасом ожидания. В неловкой позе Валя почувствовала наполненность мочевого пузыря.
На площади начали собираться люди, желающие посмотреть на казнь. Мучимая страхом, Валя поняла, что их оставили так, чтоб сильнее унизить, корчащихся от ужаса под взглядами праздных зрителей, и постаралась успокоиться. Легкий, теплый ветер, треплющий ее платье и волосы, в этом помогал, а нарастающее желание пописать изрядно мешало.
В собравшейся толпе она увидела свою старшую сестру с мужем и дочкой, и собрала все свои силы, чтобы сохранить достоинство как можно дольше.

( - Мама, уже пора? Мы не опоздаем?
- Не переживай, не опоздаем. Так хочешь посмотреть?
- Да, хочу. И тете Вале нужна наша поддержка.
- Думаю, ей все равно...)

Когда Валя уже достаточно убедила себя, что до начала казни у нее еще есть время, в которое нужно постараться насладиться последними мгновениями жизни, на эшафот поднялись две охранницы, исполняющие также обязанности помощниц палача. Одна подошла к Вале и задрала ее платье, высоко, так, что оголился живот немного выше пупа, и закрепила его подол на груди двумя обычными канцелярскими клипсами. Потом спустила ее трусы на бедра и ушла. Валя посмотрела на девушку, которую казнили с ней, ей тоже задрали футболку, расстегнутые джинсы с трусами стянули на бедра, обнажив ее с низа груди до середины бедер. С задранным подолом и спущенными трусами было еще стыднее, чем просто голой. Валя была уверена, что все только и смотрят на красную линию на ее животе и гладко бритый лобок и вагину, которую видно из-за расставленных ног и выпяченного таза.


( - Мам, ее же по этой линии будут резать, да?
- Да, солнышко, по этой.
- Значит, писю резать не будут?
- Нет, это официальная казнь, не будут.
- А матку все равно разрежут, да, папа?
- Да, милая, матку все равно разрежут, тете Вале так будет лучше.
- Из-за более сильного кровотечения, да? Пап, а если бы ты тетю Валю дома казнил, ты бы ей писю резал, да?
- Катя, ну сколько можно!
- Ну ма-а-ам…)

Щеки и уши Вали слегка потеплели от стыда, ветерок немного охлаждал их и оголенный живот, задувая в промежность. Палач мог подойти в любой момент, и все волоски на теле встали дыбом от страха. Сила духа покинула Валю, сейчас она была готова сосать любые вонючие члены и лизать грязные задницы только ради небольшой отсрочки. Но сделать нельзя ничего, ничего, ничего, ничто не поможет, и Валя тихо хныкала от страха. Еще чуть-чуть, пожалуйста, еще минуточку…
Зрители притихли и напряглись, на эшафот поднялся палач и подошел к Вале. Ее полный мочевой пузырь болезненно сдавило, она извивалась от страха и пытаясь удержать мочу. Палач стал гладить ее живот в районе пупка.
- Пожалуйста, не надо… - простонала она, - Умоляю, еще чуть-чуть…
- Не бойся, я ни-че-го не буду делать. - ответил палач, глядя ей в глаза.
Боль в животе нарастала, и пришло осознание, что ее уже режут. Паника захлестнула разум, нож уже проник в брюшную полость, Валя хотела закричать, но воздуха не было, дыхание перехватило, и она только закряхтела с широко открытым ртом, глядя на палача.
- Терпи, терпи, все хорошо. - спокойно сказал он.
Живот жгло все сильней, Валя наконец смогла вздохнуть и закричала, поливая тугой струей мочи доски эшафота и собственные спущенные трусики. Крик вышел негромкий, но полный боли и страдания. Она попыталась отодвинуться, убрать таз от ножа, но ничего не получилось, и она испытала панический ужас, когда нож вошел глубоко над лобком, тоскливое, мучительное отчаяние, сопровождаемое невыносимой болью, когда лезвие вспороло ее матку, и кричала жалобно, срываясь на стоны.
Весь процесс занял меньше минуты, но был полон боли и страданий. Палач перешел к девчонке, истошно кричащей от ужаса, и она визжала, почти как поросенок, когда он ее резал.
Валя стонала, тяжело дыша. Ей было жутко больно и очень беспокоил вывалившийся кишечник. Она мучилась ощущением необходимости запихнуть его обратно, зажать рану и невыносимой болью внизу живота, неспособная думать ни о чем, кроме этого. Ее стошнило желчью, усугубив страдания.

( - Мам, больно как тете Вале было, страшно, да?
- Да, Катенька, очень больно и страшно, когда живот режут.
- Я бы, если бы меня так резали, наверное, как эта девочка визжала…
- Ну что ты такое говоришь, милая…)

Валя искусала себе все губы, и боль немного притерпелась. Живот горел, но остальному телу было холодно. Ей казалось, что она мучается целую вечность. Дышать становилось все труднее, Валя ощутила слабость, голова ее закружилась. Следующий вздох она не осилила и потеряла сознание. В предсмертных галлюцинациях она летела сквозь густой серый туман, и он становился все гуще и темнее.
Ее родственники видели, как она обвисла, и вздохнули с облегчением. Девочка у второго столба мучилась дольше, сначала жалобно плакала, потом впала в полубеспамятство и только слабо стонала, но вскоре и она умерла. Их смерть констатировали, и стали готовиться увозить тела и убирать эшафот. Зрители разошлись, и к сумеркам площадь была совсем пуста.

Sag
Posts: 6
Joined: Wed Nov 13, 2019 10:50 pm

Re: День казни

Post by Sag »

Не люблю, когда животы режут, но здесь неплохо получилось.
И вставки с реакцией маленькой Кати тоже очень в тему.

Blackmonkey
Posts: 89
Joined: Tue Nov 12, 2019 5:24 pm
Location: Украина

Re: День казни

Post by Blackmonkey »

Спасибо.

Post Reply