Про Донбасс

Рассказы
Post Reply
Shadowfax
Site Admin
Posts: 308
Joined: Tue Jan 09, 2018 12:43 pm
Location: Київ

Про Донбасс

Post by Shadowfax » Mon May 06, 2019 3:54 pm

Не совсем рассказ, но... короче, отсюда: http://yun.complife.info/plots.htm

В 2013 московский оппозиционный журналист, наблюдая через интернет за событиями на Майдане, знакомится в сети с украинской активисткой, участницей событий. Она родом с Донбасса, но приехала учиться в Киев, нашла там работу и осталась жить. Поначалу она представляет для него интерес лишь как источник информации с места событий, а он для нее - как средство донести правду до читателей в России, но постепенно между ними возникает все большая взаимная симпатия. После победы Майдана они продолжают переписываться (обмениваясь только текстовыми письмами, ибо общаться через Скайп и т.п. оба не любят). Он планирует приехать к ней в гости через несколько месяцев, но не успевает. Начинается война на Донбассе. Девушка собирается в свой родной город, захваченный боевиками, чтобы вывезти оттуда своего отца, который не может выбраться сам. Журналист ее отговаривает, говоря, что она многократно засветилась в интернете своей проукраинской позицией, и если боевики ее схватят, ей не поздоровится. Она говорит, что будет осторожна, и едет. Ей удается добраться до дома и забрать отца, но соседка доносит боевикам, и машину останавливают на блокпосту. Девушку вытаскивают со злорадными комментариями, отец пытается за нее заступиться и погибает от удара прикладом по голове. Все, что успевает сделать девушка - это отправить со своего телефона сообщение журналисту.

Тот бросается ее спасать. Сначала он надеется привлечь официальные структуры и пытается въехать в страну законным путем. Но на въезде его останавливают пограничники и ставят ему штамп запрета на въезд, мотивируя это тем, что он есть в базе "Миротворца". На самом деле там его однофамилец, действенно ватный пропагандист из "Комсомольской правды", но у пограничника нет никакого желания разбираться. Все попытки журналиста что-то объяснить оказываются напрасными.

Тогда он продает машину в ближайшем городке и пытается проникнуть в Украину через неконтролируемый участок границы в надежде на вырученные деньги выкупить девушку у боевиков. Однако, поскольку GPS его смартфона, естественно, не показывает позиции сторон, он натыкается на дозор добровольческого батальона украинских националистов, который принимает за калорадский патруль. Те, естественно, охотно прихватывают "москальского шпигуна", доставляют на свою базу и принимаются выбивать из него показания. Все попытки объяснить правду - после того, как он сам заявил, что ему нужно встретиться с "командиром ДНР" - конечно, и тут оказываются напрасными. Его избивают, всячески глумятся, ставят на колени, мочатся в лицо, собираются расстрелять - но в итоге стреляют холостым патроном, отвозят и выкидывают на территорию России (разумеется, забрав деньги и все ценное): "И всем своим москалям передай, что их тут ждет!" Он попадает в больницу.

Девушку после неоднократных изнасилований и издевательств боевики все же отпускают, обменяв на кого-то из своих. Волонтеры собирают ей деньги на лечение в Европе, где она в итоге и остается, попросив политическое убежище. Возвращаться в Украину после всего пережитого она не хочет, хочет оказаться "от всего этого" как можно дальше и "забыть, как страшный сон". Однако, немного придя в себя, она все же пишет журналисту. Они рассказывают друг другу, что с ними произошло. Она зовет его к себе, но против него на родине возбудили уголовное дело за его публикации, он под подпиской о невыезде. В итоге, однако, он отделывается штрафом, а девушка за это время получает убежище. Он едет к ней.

Она встречает его в аэропорту. И после первых же слов, произнесенных вслух - доселе они общались только текстом - они чуть ли не шарахаются друг от друга, кривясь, как от боли. Она не может слышать его московский говор, он - ее украинский. Для каждого из них это речь тех, кто их пытал и унижал, и даже их чувства друг к другу не могут это пересилить. Не спасает даже переход на другие языки, ибо акцент все равно остается.

Финал: "Мы вместе уже три года. Наша мечта о собственном домике на тихой зеленой улочке пока не осуществилась - приходится снимать дешевое жилье в многоквартирном доме. Но соседи, наверное, считают нас идеальной семьей. Они ни разу не слышали, чтобы мы ссорились или кричали друг на друга. На самом деле, конечно, у нас тоже случаются размолвки, как и у всех. Но мы действительно никогда не повышаем голос - ни от раздражения, ни от горя, ни от радости.

Все эти годы мы общаемся друг с другом только на языке глухонемых.

--------------------------------

Я так понимаю, девушку насиловали всё-таки не боевики, большинство которых местные, и говорят ни таком же говоре, как и она сама, а она была в сексуальном рабстве у приезжих московских командиров. А может и не московских. Думаю, будет реальнее, если журналист сам не коренной москвич, а понаехал в Москву из какого-нибудь Кавказа, скажем из Нальчика или ещё откуда. И девушку пытали тоже кавказцы. Тогда можно поверить.
Моя нікому не потрібна країна, мої не зовсім зрозумілі пісні...

Post Reply

Who is online

Users browsing this forum: No registered users and 1 guest