11 февраля 1940 года
Свердловск, СССР
16 января 1940 года Винничевский был приговорён судом к расстрелу по части третьей статьи 59-3 (бандитизм) действовавшей на тот момент редакции Уголовного кодекса РСФСР. Этот приговор он обжаловал, указывая на то, что должен быть осуждён по статье 126 (убийство), которая не предусматривала смертной казни для гражданских лиц.
В других обстоятельствах его жалоба была бы рассмотрена и отклонена, ибо расстрельную статью 58-8 (терроризм) ему можно было вменить вполне законно… и максимум 48 часов спустя он был бы расстрелян и захоронен.
Но вмешался лично народный комиссар внутренних дел Берия (второй по могуществу в СССР после Хозяина) … и – формально по требованию адвоката - Винничевскому была назначена психиатрическая экспертиза в НИИ имени Сербского. О чём Винничевского (как положено) уведомили… только почему-то поместили в одиночную камеру секретной тюрьмы госбезопасности.
В этой камере он (в полном недоумении) провёл почти месяц… а 11 февраля его без объяснения причин вывели в гараж, поместили в кузов якобы фургона Скорой помощи (без окон) и отвезли в параллельный мир.
В самом прямом смысле в параллельный, ибо его привели в кабинет, в котором за столом уверенно восседал молодой человек (лет 35, не более), в серой немецкой форме с петлицами СС – таких он видел в каком-то антифашистском фильме.
Офицер СС (неожиданно по-русски) произнёс: «Добро пожаловать в Великогерманский рейх, Владимир Георгиевич…»
Что было чистой правдой – Винничевского доставили в помещение, принадлежащее консульству Германии… и потому на территорию Великогерманского рейха. Третьего рейха.
Винничевский это сразу понял, ибо на стене – как положено – висел портрет фюрера Великогерманского рейха Адольфа Гитлера; а на соседней стене - огромный, во всю стену, флаг Новой Германии. Красный, с чёрной свастикой в белом круге… всё, как положено.
Офицер СС представился: «Меня зовут Роланд фон Таубе. Я штурмбанфюрер… майор СС; личный помощник по особым поручениям рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера, одно из которых выполняю в Свердловске. Кроме того…»
Он указал на пустую левую петлицу на кителе: «я криминалькомиссар гестапо»
Винничевский ошалело уставился на него. Колокольцев продолжил:
«Для Вас я господин майор. Ваше дело оказалось настолько необычным, что ни в РКМ, ни в УгРо, ни даже в ГУГБ СССР просто нет достаточно компетентных специалистов. Поэтому – в соответствии с одним из секретных приложений к подписанному в прошлом августе Пактом между СССР и Германией…»
Такого приложения не было; было лишь (даже не озвученное друг другу) взаимопонимание между Гиммлером и Берией, но Винничевскому это, разумеется, не было известно.
«… тебя передали для проведения следственных действий, суда и приведения приговора в исполнение в соответствующие структуры Великогерманского рейха»
От изумления Винничевский потерял дар речи и остолбенел. Ибо такого поворота не ожидал совершенно. Колокольцев размеренно продолжал:
«Я руковожу следствием по твоему делу. Наша система работает совсем не так, как в СССР, поэтому выбор у тебя следующий. Либо ты рассказываешь мне всё как на духу, ничего не утаивая – а не ту пургу, которую ты нёс в УгРо…»
Сделал гейдриховскую паузу – и продолжил: «… после чего я возвращаю тебя советским властям, тебя признают вменяемым, снова приговаривают к расстрелу – мы точно знаем, что бандитизм имел место – и убивают мгновенно, выстрелом в затылок, как это принято в Стране Советов, либо…»
Сделал ещё одну гейдриховскую паузу – и продолжил: «… секретным указом фюрера в рейхе принято за особо тяжкие преступления наказывать по принципу подобное подобным…»
На самом деле, такого указа не было… однако было пожелание фюрера. Слово которого в Фюрерштаате было выше любого закона…
Колокольцев продолжал: «В этом случае выбор наказания остаётся на усмотрение уполномоченного офицера СС… то есть, на моё усмотрение»
Ибо ни Министерство юстиции, ни суды, ни Крипо ни в чём подобном не участвовали категорически и принципиально.
Колокольцев усмехнулся и продолжил: «Если ты снова будешь нести пургу и запираться, мне это быстро надоест…, и ты будешь казнён методом линчи…»
«Линчеванием?» - ужаснулся Винничевский. Колокольцев покачал головой:
«Я думал об этом… в США есть весьма креативные казни по суду Линча, но это всё же далеко не подобное подобным…»
Сделал паузу – и продолжил: «Линчи – это древний китайский способ смертной казни – долгий и мучительный, у них такое любят. Дословно это смерть от тысячи порезов – подобное тому, что ты сделал с Гердой Грибановой, Раей Рахматуллиной и Алей Губиной… только стократно страшнее…»
Сделал очередную гейдриховскую паузу и продолжил:
«Линчи осуществляется путём отрезания от тела казнимого… от небольших фрагментов до конечностей в течение длительного периода времени – нескольких часов. Всё это время казнимый искусственно поддерживается в сознании…»
От ужаса Винничевского аж передёрнуло. Колокольцев невозмутимо продолжал:
«Реально это смерть от примерно сотни… на самом деле, отрезаний…»
Взял со стола книгу на английском языке, открыл и прокомментировал: «Эта книга называется История пыток всех времён… в ней весьма красочно и достоверно описана казнь линчи… я тебе сейчас зачитаю…»
Сделал многозначительную паузу – и зачитал:
«На стол ставят корзину, накрытую куском полотна, в которой лежит набор ножей. Каждый из этих ножей предназначен для определённой части тела, о чём свидетельствуют выгравированные на клинке надписи.
Палач берёт наугад из корзины один из ножей и, исходя из надписи, отрезает соответствующую часть тела. Линчи предваряется обстоятельным посвящением приговорённого в подробности казни. Палач обязательно начинает подготовку к казни на глазах у раздетого догола и привязанной к столбу казнимого.
Поскольку действия палачей не должны были сразу смертельно ранить осуждённого, ножи и пилы были наточены до бритвенной остроты, а движения хирургически выверены. Первыми двумя резаниями жертве отсекали обе брови, затем удалялось по куску плоти с каждой ягодицы и оба соска. Затем мясо с груди срезали целиком, обнажая рёбра.
После этого отрезали кисти, ампутировали руки до локтей и стопы. Последующие резания лишали жертву ног до колен, после чего истязаемому распарывали живот и горло.
Последние четыре сноровистые манипуляции полностью лишали то, что совсем недавно было человеком, рук и ног. Кровотечение останавливали зажжёнными факелами, чтобы казнимый не умер раньше времени…»
От ужаса Винничевский аж побелел, а Колокольцев нажал кнопку звонка. Через минуту в кабинет царственной походкой вошла Элеонора Адлер, облачённая (как и при допросе Клары) в костюм, позаимствованный у Берты Гюнтер.
Колокольцев представил её:
«Это фройляйн Адлер, криминальинспекторин гестапо и моя ассистентка. На русский язык её имя переводится как Орлица… что в данном случае соответствует истине на все сто…»
Сделал многозначительную паузу – и продолжил: «Её близкий пернатый родственник в своё время каждый день выклёвывал Прометею печень… слышал в школе эту историю?». Винничевский судорожно кивнул.
Колокольцев продолжил: «Фройляйн Адлер – дочь мясника и профессиональная медсестра, так что линчи у неё получается зер гут… тем более, что сделает она это с тобой с большим удовольствием…»
«С огромным удовольствием» - уточнила Элеонора. И покачала головой: «После того, что ты сотворил с бедными детишками, ты стократно большего заслужил…»
Винничевский судорожно сглотнул и пробормотал: «Я всё расскажу… как было»
Колокольцев удовлетворённо кивнул – он и не сомневался, что такой шок снимет ещё и не такие пси-блокировки. Элеонора грациозно опустилась в кресло рядом с Колокольцевым, а он приступил к допросу.
«Сколько нападений ты совершил на самом деле?»
«Пять. На Нину, Бориса, Раису, Алю и Волкова… на последнем меня взяли…»
«Сколько убийств?»
«Тоже пять. Риты Фоминой, Герды Грибановой, Риты Ханьжиной, Вали Камаевой, Коли Савельева…»
«Кто убил Вову Петрова и Тасю Морозову?». Винничевский вздохнул: «Женщина… я её не знаю, никогда раньше не видел. Николай никак её не называл при мне… Крупная такая, лет сорок… довольно симпатичная»
«Кто убил Лиду Сурнину?». Винничевский покачал головой: «Я его тоже не знаю… парень примерно моего возраста… по виду кавказец…»
«Николай присутствовал при всех твоих убийствах?». Винничевский кивнул.
«Герду Грибанову кто резал?». Винничевский вздохнул: «Я резал… Николай говорил, как… я делал, как он велел…»
«Как его полное имя?». Винничевский снова покачал головой: «Я не знаю… знаю только имя…»
«Как вы познакомились?». Винничевский снова вздохнул: «Он меня отмазал от суда… мне за оружие нехило светило… отца тоже, ему за украденный у него револьвер досталось бы по полной…»
«Николай рассказал, как отмазал?». Винничевский пожал плечами:
«Он намекнул, что у него в знакомых сам начальник УНКВД… потом показал мне фотографии и дело Титова, которое забрал из милиции… рассказал про то, как дело Герды Грибановой сфальсифицировал… потом весь город об этом судачил…»
«Что он тебе пообещал?». Винничевский вздохнул: «Вы наверняка знаете, что я не такой как все…». Колокольцев усмехнулся: «Гомосек?»
Винничевский кивнул и продолжил: «Он сказал, что меня прикроет, что бы я не сделал… и когда я сделаю всё, что он хочет, он меня вывезет в другую страну, даст много денег и пристроит туда, где я смогу быть самим собой…»
«Как у тебя возникло желание убивать детей и насиловать трупы?»
Винничевский вздохнул: «В одночасье… вскоре после моего знакомства с Николаем… я так и не понял, откуда оно взялось… я всегда детей любил, особенно малышню… никогда никого пальцем не тронул… и вдруг…». Он махнул рукой.
«Что от тебя хотел Николай?»
«Чтобы я несколько раз повторил то, что я сделал с Гердой… потом он поручит мне уже гораздо более серьёзное дело… а потом мы уедем… но я не смог…»
«Он говорил, что за дело?». Винничевский покачал головой: «Нет, даже ни разу не намекнул… сказал, что всему своё время и что я должен ему подчиняться…»
«У вас была интимная близость?»
«Нет, я его воспринимал как отца… он был для меня настоящим отцом…»
«А с другими мужчинами или юношами… или мальчиками?»
«Нет, Николай сказал, что ещё не время - и что он мне найдёт партнёра…»
«Он присутствовал при твоих нападениях?». Винничевский покачал головой: «Нет… Нина и… эта девочка в Кушве была моя инициатива… а все три… четыре раза в Свердловске он говорил, что делать… я делал…»
И несколько неожиданно добавил: «Может, наблюдал… но я его не видел…»
«Почему на тебе не было крови?»
«Он мне накидки давал, перчатки и бахилы на обувь… каждый раз разные»
«Ты видел, как женщина и юноша убивали?». Винничевский вздохнул и кивнул: «Николай сказал, что мне со стороны посмотреть полезно… я и смотрел…»
«Кто наступил на мёртвого Вову Петрова?». Винничевский уверенно заявил: «Женщина… по-моему она детей ненавидит просто…»
«Где живёт Николай?». Винничевский пожал плечами: «Не знаю… я у него никогда не был… в лесу где-то… вроде. По-моему, женщина его типа жена…»
Колокольцев удовлетворённо кивнул и приказал: «Сейчас всё как на духу расскажешь фройляйн Адлер, она запишет. Хоть слово кому пискнешь об этом разговоре – получишь линчи…». И покинул импровизированную допросную.
Свердловские монстры - главы из романа
-
RolandVT
- Posts: 44458
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 676 times
- Been thanked: 12562 times
-
RolandVT
- Posts: 44458
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 676 times
- Been thanked: 12562 times
Свердловские монстры. Извлечение знаний. Призрак
11 февраля 1940 года
Свердловск, СССР
Призрак (он же пока что совершенно непонятно кто) внешне выглядел как типичный партийный или советский чиновник средней руки – а не как лидер организованной преступности Свердловска и области.
И уж точно не как самый жуткий серийный убийца в истории человечества – Винничевский, Клара и «Мистер Х» были не более, чем его инструментами (как нож, топор или молоток). Что Призрака явно полностью устраивало – ибо было идеальной маскировкой.
Он явно привык всегда, везде и со всеми брать инициативу в свои руки… или просто был действительно удивлён донельзя. Ибо окинул взглядом комнату и изумлённо-восхищённо покачал головой:
«Мне следовало бы догадаться… а я всё голову ломал, кто же нас так профессионально повязал… здесь таких мастериц и близко нет…»
Колокольцев спокойно ответил (Призрак ему понравился): «Она родилась и выросла в СССР… хотя подготовку у нас получила, это правда…»
Призрак улыбнулся: «Я польщён… я знал, что рано или поздно мной займётся госбезопасность… но что они обратятся за помощью в РСХА, мне и в голову прийти не могло… хотя после Пакта и не такое возможно… наверное»
Колокольцев покачал головой: «Я СС-штурмбанфюрер… майор СС…»
Призрак кивнул: «Я в курсе – эквивалент нашего старлея ГБ…»
«… я личный помощник рейхсфюрера СС Гиммлера по особым поручениям… это одно из них…». Призрака это удивило – и сильно. Колокольцев продолжил:
«В апреле прошлого года я руководил операцией по уничтожению гнёзд молохан здесь и в Москве – это по моему приказу трофейный Хеншель-123 положил полтонны бомб в капище Молоха и отправил его на дно болота…»
Призрак с уважением кивнул: «Впечатляет». И бесстрастно объявил:
«У меня были знакомые… коллеги в Германии и Австрии при предыдущих… режимах. И в Польше тоже… и в Чехии. Я в курсе, как с ними разобрались профи из гестапо… вы же ведь и оттуда тоже – судя по левой петлице…»
Колокольцев кивнул: «Криминалькомиссар». Призрак продолжил: «… поэтому я всё расскажу, все заначки сдам… ибо совершенно не горю желанием, чтобы с меня ваши мастера кожу живьём содрали…»
«Мастерица» - поправил его Колокольцев. «Это та, которая вас с Кларой повязала… она за дверью сейчас – спит и видит, как на куски порезать по методу линчи…». Призрака это впечатлило. Колокольцев продолжил:
«Она женщина… такие как Клара, уникальны… моя мастерица за маленьких детей и не такое сотворит… мне достаточно вас наедине оставить. Так что Вы правильную линию поведения выбрали, тем более что…»
Он махнул рукой на две стопки бумаги на столе: «… Клара и Винничевский уже выложили всё, что знают… и даже не знали, что знают…»
Сделал небольшую паузу и продолжил: «Фройляйн Адлер может быть непреодолимо убедительной… да, и соответствует своей фамилии на все сто…»
И приступил к допросу. «Настоящее имя?»
Призрак обыденным тоном ответил: «Артамонов Николай Евсеевич… я так свою жизнь организовал, чтобы не менять имя… это неудобно…»
«Дата и место рождения?»
«12 марта 1899 года, Екатеринбург, Российская империя»
«Кто убил Лиду Сурнину?»
«Леонид Афанасьев… Афанасиу, на самом деле. Его семье хватило ума удрать в Свердловск ещё в тридцать пятом… иначе лежать бы им в общей могиле…»
Колокольцев кивнул – ибо был осведомлён о так называемой «греческой операции» НКВД. Одной из многих так называемых «национальных операций» НКВД (геноцидов, если называть вещи своими именами): против поляков, немцев, латышей, литовцев, эстонцев, финнов, греков, румын, болгар, китайцев, иранцев, афганцев и других малых народов.
Основной этап операции начался 15 декабря 1937 года и продолжался до марта 1938 года; отдельные аресты продолжались и впоследствии. Было арестовано и расстреляно примерно 15 тысяч греков — как граждан СССР, так и подданных Греции, проживавших в СССР.
Основными регионами репрессий стали Краснодарский край РСФСР и Сталинская (Донецкая) область УССР. На Кубани было арестовано около 5200 лиц греческой национальности (примерно половину их составляли граждане Греции), на Донбассе — около 4500 (практически все — граждане СССР). В Абхазии и Аджарии арестована тысяча греков. Всех по обвинению в шпионаже и контрреволюции.
По официальным (заниженным) данным, с августа 1937 по ноябрь 1938 года в рамках всех «национальных операций» было осуждено 335 513 человек, из них приговорено к расстрелу 247 157 человек, то есть 73,66 % от общего числа осуждённых. Греков расстреляли практически поголовно.
«За что Вы его убили?». Призрак покачал головой: «Он покончил с собой… повесился. Не выдержал того, что сделал с Лидой. Я покажу место захоронения на карте; в той почве тело хорошо сохраняется… ваши эксперты подтвердят…»
«Как узнали о Золоте Колчака?». Артамонов усмехнулся: «Докопались, значит… впрочем, ничего удивительного. Когда меня вычислили… в общих чертах, сразу поняли, что мой мотив чисто финансовый…». Колокольцев пожал плечами:
«Ваш масштаб Личности на головы выше религиозных фанатиков… это ясно»
Призрак улыбнулся: «Спасибо». И спокойно ответил: «У нас есть свой суд… мы одного приговорили… он обещал мне, что расскажет о сокровище, если отпущу. Рассказал; я его отмазал… я тогда уже мог отменять решения нашего суда…»
«И Вы ему поверили?» - удивился Колокольцев. Артамонов кивнул: «До меня доходили такие слухи… он своими глазами видел… очень убедительно было»
И предсказуемо осведомился: «Вы ведь нашли золото и знаете, как блокировку снять?». Колокольцев кивнул. Призрак осведомился: «И что теперь будет с этим сокровищем?». Колокольцев спокойно ответил: «Пополам поделим – половина в Москву; половина в Берлин… с Вашей заначкой то же самое…»
Призрак кивнул: «Логично». И протянул руку: «Дайте карту – я покажу место, где хотел уплатить Молоху за золото…». Колокольцев взял со стола и протянул ему карту с пометкой Инны Ольховой. Артамонов изумился:
«Вы уже вычислили… но как???». Колокольцев улыбнулся: «Ваше дело у меня не первое, да и мои соратники не из скобяной лавки…». И объявил: «Мне нужна вся известная Вам инфраструктура Операции Кахамарка»
Он был в курсе существования кодекса воровской чести, поэтому объяснил: «Я не собираюсь её прикрывать – совсем даже наоборот. Я один из богатейших людей рейха; моя фирма делает деньги в основном на поставках стратегических материалов в рейх, а это большие деньги, особенно во время войны…»
Артамонов кивнул: «Хорошо». И ожидаемо спросил: «Вы случайно не знаете, почему НКВД прикрыло эту операцию?». Колокольцев пожал плечами: «Берия немножко не Ежов, он сразу понял, что хвост вертит собакой…»
И указал на карту: «Ваше личное капище Молоха где?». Призрак отметил место на карте; Колокольцев её забрал и нажал кнопку звонка. Через минуту появилась Элеонора, которой он приказал: «Сейчас Николай Евсеевич – это его настоящее имя – напишет всё, что знает… ну, а ты будешь ему типа Музой»
Артамонов кивнул; Элеонора опустилась в кресло напротив… а Колокольцев поднялся, покинул кабинет – и отправился организовывать водные процедуры.
Процедуры снятия блокировки с Золота Колчака…
Свердловск, СССР
Призрак (он же пока что совершенно непонятно кто) внешне выглядел как типичный партийный или советский чиновник средней руки – а не как лидер организованной преступности Свердловска и области.
И уж точно не как самый жуткий серийный убийца в истории человечества – Винничевский, Клара и «Мистер Х» были не более, чем его инструментами (как нож, топор или молоток). Что Призрака явно полностью устраивало – ибо было идеальной маскировкой.
Он явно привык всегда, везде и со всеми брать инициативу в свои руки… или просто был действительно удивлён донельзя. Ибо окинул взглядом комнату и изумлённо-восхищённо покачал головой:
«Мне следовало бы догадаться… а я всё голову ломал, кто же нас так профессионально повязал… здесь таких мастериц и близко нет…»
Колокольцев спокойно ответил (Призрак ему понравился): «Она родилась и выросла в СССР… хотя подготовку у нас получила, это правда…»
Призрак улыбнулся: «Я польщён… я знал, что рано или поздно мной займётся госбезопасность… но что они обратятся за помощью в РСХА, мне и в голову прийти не могло… хотя после Пакта и не такое возможно… наверное»
Колокольцев покачал головой: «Я СС-штурмбанфюрер… майор СС…»
Призрак кивнул: «Я в курсе – эквивалент нашего старлея ГБ…»
«… я личный помощник рейхсфюрера СС Гиммлера по особым поручениям… это одно из них…». Призрака это удивило – и сильно. Колокольцев продолжил:
«В апреле прошлого года я руководил операцией по уничтожению гнёзд молохан здесь и в Москве – это по моему приказу трофейный Хеншель-123 положил полтонны бомб в капище Молоха и отправил его на дно болота…»
Призрак с уважением кивнул: «Впечатляет». И бесстрастно объявил:
«У меня были знакомые… коллеги в Германии и Австрии при предыдущих… режимах. И в Польше тоже… и в Чехии. Я в курсе, как с ними разобрались профи из гестапо… вы же ведь и оттуда тоже – судя по левой петлице…»
Колокольцев кивнул: «Криминалькомиссар». Призрак продолжил: «… поэтому я всё расскажу, все заначки сдам… ибо совершенно не горю желанием, чтобы с меня ваши мастера кожу живьём содрали…»
«Мастерица» - поправил его Колокольцев. «Это та, которая вас с Кларой повязала… она за дверью сейчас – спит и видит, как на куски порезать по методу линчи…». Призрака это впечатлило. Колокольцев продолжил:
«Она женщина… такие как Клара, уникальны… моя мастерица за маленьких детей и не такое сотворит… мне достаточно вас наедине оставить. Так что Вы правильную линию поведения выбрали, тем более что…»
Он махнул рукой на две стопки бумаги на столе: «… Клара и Винничевский уже выложили всё, что знают… и даже не знали, что знают…»
Сделал небольшую паузу и продолжил: «Фройляйн Адлер может быть непреодолимо убедительной… да, и соответствует своей фамилии на все сто…»
И приступил к допросу. «Настоящее имя?»
Призрак обыденным тоном ответил: «Артамонов Николай Евсеевич… я так свою жизнь организовал, чтобы не менять имя… это неудобно…»
«Дата и место рождения?»
«12 марта 1899 года, Екатеринбург, Российская империя»
«Кто убил Лиду Сурнину?»
«Леонид Афанасьев… Афанасиу, на самом деле. Его семье хватило ума удрать в Свердловск ещё в тридцать пятом… иначе лежать бы им в общей могиле…»
Колокольцев кивнул – ибо был осведомлён о так называемой «греческой операции» НКВД. Одной из многих так называемых «национальных операций» НКВД (геноцидов, если называть вещи своими именами): против поляков, немцев, латышей, литовцев, эстонцев, финнов, греков, румын, болгар, китайцев, иранцев, афганцев и других малых народов.
Основной этап операции начался 15 декабря 1937 года и продолжался до марта 1938 года; отдельные аресты продолжались и впоследствии. Было арестовано и расстреляно примерно 15 тысяч греков — как граждан СССР, так и подданных Греции, проживавших в СССР.
Основными регионами репрессий стали Краснодарский край РСФСР и Сталинская (Донецкая) область УССР. На Кубани было арестовано около 5200 лиц греческой национальности (примерно половину их составляли граждане Греции), на Донбассе — около 4500 (практически все — граждане СССР). В Абхазии и Аджарии арестована тысяча греков. Всех по обвинению в шпионаже и контрреволюции.
По официальным (заниженным) данным, с августа 1937 по ноябрь 1938 года в рамках всех «национальных операций» было осуждено 335 513 человек, из них приговорено к расстрелу 247 157 человек, то есть 73,66 % от общего числа осуждённых. Греков расстреляли практически поголовно.
«За что Вы его убили?». Призрак покачал головой: «Он покончил с собой… повесился. Не выдержал того, что сделал с Лидой. Я покажу место захоронения на карте; в той почве тело хорошо сохраняется… ваши эксперты подтвердят…»
«Как узнали о Золоте Колчака?». Артамонов усмехнулся: «Докопались, значит… впрочем, ничего удивительного. Когда меня вычислили… в общих чертах, сразу поняли, что мой мотив чисто финансовый…». Колокольцев пожал плечами:
«Ваш масштаб Личности на головы выше религиозных фанатиков… это ясно»
Призрак улыбнулся: «Спасибо». И спокойно ответил: «У нас есть свой суд… мы одного приговорили… он обещал мне, что расскажет о сокровище, если отпущу. Рассказал; я его отмазал… я тогда уже мог отменять решения нашего суда…»
«И Вы ему поверили?» - удивился Колокольцев. Артамонов кивнул: «До меня доходили такие слухи… он своими глазами видел… очень убедительно было»
И предсказуемо осведомился: «Вы ведь нашли золото и знаете, как блокировку снять?». Колокольцев кивнул. Призрак осведомился: «И что теперь будет с этим сокровищем?». Колокольцев спокойно ответил: «Пополам поделим – половина в Москву; половина в Берлин… с Вашей заначкой то же самое…»
Призрак кивнул: «Логично». И протянул руку: «Дайте карту – я покажу место, где хотел уплатить Молоху за золото…». Колокольцев взял со стола и протянул ему карту с пометкой Инны Ольховой. Артамонов изумился:
«Вы уже вычислили… но как???». Колокольцев улыбнулся: «Ваше дело у меня не первое, да и мои соратники не из скобяной лавки…». И объявил: «Мне нужна вся известная Вам инфраструктура Операции Кахамарка»
Он был в курсе существования кодекса воровской чести, поэтому объяснил: «Я не собираюсь её прикрывать – совсем даже наоборот. Я один из богатейших людей рейха; моя фирма делает деньги в основном на поставках стратегических материалов в рейх, а это большие деньги, особенно во время войны…»
Артамонов кивнул: «Хорошо». И ожидаемо спросил: «Вы случайно не знаете, почему НКВД прикрыло эту операцию?». Колокольцев пожал плечами: «Берия немножко не Ежов, он сразу понял, что хвост вертит собакой…»
И указал на карту: «Ваше личное капище Молоха где?». Призрак отметил место на карте; Колокольцев её забрал и нажал кнопку звонка. Через минуту появилась Элеонора, которой он приказал: «Сейчас Николай Евсеевич – это его настоящее имя – напишет всё, что знает… ну, а ты будешь ему типа Музой»
Артамонов кивнул; Элеонора опустилась в кресло напротив… а Колокольцев поднялся, покинул кабинет – и отправился организовывать водные процедуры.
Процедуры снятия блокировки с Золота Колчака…
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 44458
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 676 times
- Been thanked: 12562 times
Свердловские монстры. Водные процедуры
12 февраля 1940 года
Свердловск, СССР
Отца Аркадия Степанова выпустили из Севвостлага второго декабря 1938 года, через неделю после того, как Лаврентий Павлович Берия стал наркомом внутренних дел де-юре.
И даже позволили вернуться в Москву, хотя приход предсказуемо не вернули. Он зарабатывал на жизнь изготовлением мебели; кроме того, его регулярно подкармливали его бывшие прихожане.
Всё изменилось после визита Колокольцева в начале апреля 1939 года. Священнику не только вернули приход, но и вообще оставили в покое, позволив окормлять прихожан как он сочтёт нужным и запретив любые доносы на него.
Но лишь после того, как 14 апреля на военном аэродроме в Свердловске он освятил воду в подвесном баке, который был сброшен на то, что осталось от капища молохан (осталось немного) после того, как Марк Галлай уложил в него полтонны авиабомб. После чего сбросил и бак с освящённой водой.
Вчера вечером отец Аркадий (снова авиапочтой) снова прибыл в Свердловск, однако теперь освятил бак с водой в разы большего объёма: 1500 литров в цистерне пожарного автомобиля ПМЗ-2 (на шасси трёхтонки ЗИС-5).
К тому времени (спасибо Ивану Анциферову) координаты наиболее вероятного местонахождения Золота Колчака были уже известны… ну, а 160 метров пожарного рукава с головой хватило, чтобы залить весь пол святой водой. Разумеется, после того, как пол был очищен от всевозможного хлама (в сарай явно не заглядывали годов так с двадцатых).
К немалому удивлению присутствующих, вода не замёрзла (несмотря на крепкие минус тринадцать) … а впиталась в земляной пол как будто на дворе было жаркое лето. После чего получаса работы с металлоискателем хватило, чтобы обнаружить золото, которого оказалось как раз четыре с половиной тонны (в больших ящиках)
Золото было переправлено на склад НКВД под надёжную охрану; к нему присовокупили заначку Артамонова; половину сразу отправили самолётом в Москву (где оно немедленно оказалось в сейфах Госбанка) … ну, а за второй половиной уже на следующий день из Берлина на военный аэродром Кольцово прибыла Золотая Птица.
Точнее, даже три золотые птицы – в камуфляже люфтваффе. Если быть совсем уж точным, то одна золотая птица – и две птицы сопровождения. Точнее, надёжной охраны. Очень надёжной охраны…
Свердловск, СССР
Отца Аркадия Степанова выпустили из Севвостлага второго декабря 1938 года, через неделю после того, как Лаврентий Павлович Берия стал наркомом внутренних дел де-юре.
И даже позволили вернуться в Москву, хотя приход предсказуемо не вернули. Он зарабатывал на жизнь изготовлением мебели; кроме того, его регулярно подкармливали его бывшие прихожане.
Всё изменилось после визита Колокольцева в начале апреля 1939 года. Священнику не только вернули приход, но и вообще оставили в покое, позволив окормлять прихожан как он сочтёт нужным и запретив любые доносы на него.
Но лишь после того, как 14 апреля на военном аэродроме в Свердловске он освятил воду в подвесном баке, который был сброшен на то, что осталось от капища молохан (осталось немного) после того, как Марк Галлай уложил в него полтонны авиабомб. После чего сбросил и бак с освящённой водой.
Вчера вечером отец Аркадий (снова авиапочтой) снова прибыл в Свердловск, однако теперь освятил бак с водой в разы большего объёма: 1500 литров в цистерне пожарного автомобиля ПМЗ-2 (на шасси трёхтонки ЗИС-5).
К тому времени (спасибо Ивану Анциферову) координаты наиболее вероятного местонахождения Золота Колчака были уже известны… ну, а 160 метров пожарного рукава с головой хватило, чтобы залить весь пол святой водой. Разумеется, после того, как пол был очищен от всевозможного хлама (в сарай явно не заглядывали годов так с двадцатых).
К немалому удивлению присутствующих, вода не замёрзла (несмотря на крепкие минус тринадцать) … а впиталась в земляной пол как будто на дворе было жаркое лето. После чего получаса работы с металлоискателем хватило, чтобы обнаружить золото, которого оказалось как раз четыре с половиной тонны (в больших ящиках)
Золото было переправлено на склад НКВД под надёжную охрану; к нему присовокупили заначку Артамонова; половину сразу отправили самолётом в Москву (где оно немедленно оказалось в сейфах Госбанка) … ну, а за второй половиной уже на следующий день из Берлина на военный аэродром Кольцово прибыла Золотая Птица.
Точнее, даже три золотые птицы – в камуфляже люфтваффе. Если быть совсем уж точным, то одна золотая птица – и две птицы сопровождения. Точнее, надёжной охраны. Очень надёжной охраны…
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 44458
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 676 times
- Been thanked: 12562 times
Свердловские монстры. Стройка социализма
13 февраля 1940 года
Свердловск, СССР
После того, как Золото Колчака было изъято с вагоноремонтного завода и помещено на склад УНКВД под надёжную охрану, Колокольцев позвонил Берии и отчитался об успешном завершении расследования по делу Винничевского… которое принесло совершенно неожиданную финансовую выгоду партнёрам по Пакту Молотова-Риббентропа.
И договорился о возобновлении Операции Кахамарка – пока в границах Свердловской области и под надёжным контролем людей Колокольцева, которые покруче любой мафии будут.
После чего распорядился доставить к нему в УНКВД преемника Артамонова на посту типа «босса всех боссов» Свердловской областной мафии – при всей очевидной условности этого понятия на советском Урале. Преемника назначил, понятное дело, сам Артамонов.
Когда преемника доставили, Колокольцев сообщил ему: «Николай Евсеевич, скажем так, отправился в длительную служебную командировку. Вас он выбрал в качестве своего преемника… УНКВД одобрил…»
Точнее, одобрил Колокольцев; Берия ему полностью доверял в этом вопросе… ну, а местное УНКВД никто вообще не спрашивал – их поставили перед фактом.
«… никакую оппозицию мы не потерпим – вплоть до рецидива ежовщины…»
Сделал многозначительную паузу – и продолжил: «Я договорился с Москвой о возобновлении нашей совместной операции по добыче ценностей. Она продолжится на тех же условиях… но с немного другими участниками с нашей стороны…». ЕМК Гмбх, если быть более точным… и её агентов в СССР.
Преемник удовлетворённо кивнул: «Это очень хорошие новости»
Колокольцев продолжил: «Но есть одно предварительное условие. Николай Евсеевич начал стройку пионерлагеря…»
Преемник вздохнул: «Я в курсе… только не понимаю, зачем это ему понадобилось…». Колокольцев улыбнулся: «Это политика… обком партии надо умаслить…». Приемник кивнул: «Я понял… достроим, конечно»
Колокольцев покачал головой: «В другом месте придётся достроить; экспертиза там гадость какую-то обнаружила… детишки отравиться могут… доходы от операции всё компенсируют…». Преемник кивнул – и отправился выполнять просьбу обкома партии… который был ни сном, ни духом.
Свердловск, СССР
После того, как Золото Колчака было изъято с вагоноремонтного завода и помещено на склад УНКВД под надёжную охрану, Колокольцев позвонил Берии и отчитался об успешном завершении расследования по делу Винничевского… которое принесло совершенно неожиданную финансовую выгоду партнёрам по Пакту Молотова-Риббентропа.
И договорился о возобновлении Операции Кахамарка – пока в границах Свердловской области и под надёжным контролем людей Колокольцева, которые покруче любой мафии будут.
После чего распорядился доставить к нему в УНКВД преемника Артамонова на посту типа «босса всех боссов» Свердловской областной мафии – при всей очевидной условности этого понятия на советском Урале. Преемника назначил, понятное дело, сам Артамонов.
Когда преемника доставили, Колокольцев сообщил ему: «Николай Евсеевич, скажем так, отправился в длительную служебную командировку. Вас он выбрал в качестве своего преемника… УНКВД одобрил…»
Точнее, одобрил Колокольцев; Берия ему полностью доверял в этом вопросе… ну, а местное УНКВД никто вообще не спрашивал – их поставили перед фактом.
«… никакую оппозицию мы не потерпим – вплоть до рецидива ежовщины…»
Сделал многозначительную паузу – и продолжил: «Я договорился с Москвой о возобновлении нашей совместной операции по добыче ценностей. Она продолжится на тех же условиях… но с немного другими участниками с нашей стороны…». ЕМК Гмбх, если быть более точным… и её агентов в СССР.
Преемник удовлетворённо кивнул: «Это очень хорошие новости»
Колокольцев продолжил: «Но есть одно предварительное условие. Николай Евсеевич начал стройку пионерлагеря…»
Преемник вздохнул: «Я в курсе… только не понимаю, зачем это ему понадобилось…». Колокольцев улыбнулся: «Это политика… обком партии надо умаслить…». Приемник кивнул: «Я понял… достроим, конечно»
Колокольцев покачал головой: «В другом месте придётся достроить; экспертиза там гадость какую-то обнаружила… детишки отравиться могут… доходы от операции всё компенсируют…». Преемник кивнул – и отправился выполнять просьбу обкома партии… который был ни сном, ни духом.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 44458
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 676 times
- Been thanked: 12562 times
Свердловские монстры. Товарищ генерал
05 ноября 1941 года
Смоленск, оккупированная территория СССР
Перед тем, как покинуть Свердловск, Колокольцев протянул Ивану Анциферову визитку Роланда фон Таубе:
«Запомни телефон в Берлине. Грядёт большая война… ты точно на фронт рванёшь… а там всякое бывает. Попадёшь в плен… такое случается… ранение, контузия… всякое бывает, скажешь, чтобы позвонили. В войне с Призраками все в одном окопе… это всяко лучше, чем червей в могиле кормить…»
Старлей удивился, но номер запомнил. Колокольцев как в воду глядел – с началом советско-германской войны Иван всеми правдами и неправдами добился отправки на фронт. Немецким он владел свободно (Колокольцев это знал из его личного дела), поэтому уже в сентябре ушёл за линию фронта. Партизанить.
Четвёртого ноября его контузило под Смоленском - и он попал в плен. Воевал в гражданской одежде (грубейшее нарушение Гаагской конвенции); в одежде нашли зашитое удостоверение ГБ… в общем, когда он пришёл в себя, то понял, что песенка его спета… и тут вспомнил про номер.
Когда его привели на допрос и усталый унтерштурмфюрер Эйнзацгруппы В на неплохом русском (видимо, из «российских немцев») задал стандартные вопросы, Анциферов на очень хорошем немецком ответил:
«Запишите номер в Берлине. Ответит Роланд фон Таубе… он сейчас уже подполковник СС… наверное… скажите, что я Иван Анциферов…»
Удостоверение ГБ – обычное дело при заброске в тыл врага – было на другие ФИО
Унтерштурмфюрер позвонил… однако явно не в Берлин. Доложил, выслушал ответ и изумлённо покачал головой: «Я не мог сам принять такое решение… должен был получить добро начальника – командира Эйнзацгруппы В генерал-майора СС Артура Небе… он ждёт Вас у себя…»
К великому изумлению Ивана, его помыли, вкололи дикое количество каких-то снадобий, которые привели его в почти нормальное состояние, побрили, выдали чистое бельё… и фельдграу майора СС. На незаданный вопрос унтершарфюрер пожал плечами: «Я сообщил генералу, что Вы старлей ГБ… это армейский майор»
Артур Небе приветливо улыбнулся: «Надо же… Иван Анциферов собственной персоной… это же Вы начали второе расследование дела Винничевского, которое привело к ликвидации банды Призрака и принесло рейху две с лишком тонны золота… и ещё много вкусных ликвидных активов…»
Анциферов ошалело уставился на него. Артур Небе объяснил:
«Я не только командир Эйнзацгруппы В… собственно, уже почти что не командир, со дня на день в Берлин возвращаюсь, но и начальник Крипо - уголовной полиции всей Германии. Мы с Роландом… тебе он известен под именем Максима Котова – давние приятели и соратники, не одно дело раскрыли…»
Сделал небольшую паузу и продолжил: «Мне по должности положено знать обо всех таких операциях… мы с ним молохан ещё в августе гоняли в Белоруссии… Роланд и его команда восемь таких капищ, как в Свердловске, разбомбили… сейчас девятое добивают где-то далеко совсем…»
В британском Фенбридже, что Небе пока что не было известно.
И махнул рукой в сторону по-русски обильного стола: «Давай перекусим… с утра ничего не ел… да и ты тоже в партизанах если не голодал, то близко к тому…»
Когда с вкуснейшей едой было покончено, Небе официальным тоном объявил:
«Ты знаешь о молоханах… если эту гадость и им подобных вовремя не остановить, они всех нас сожрут. И красных, и коричневых, и коммунистов, и национал-социалистов, и СС, и НКВД, и немцев, и русских… всех»
Анциферов немного подумал и кивнул: «Согласен». Небе продолжил: «На фронте без нас с тобой разберутся… это всё чисто земные разборки… кроме того, наши не лучше ваших… и наоборот. Ты же о Большой чистке не понаслышке знаешь… о Голодоморе слышал; Красный террор, раскулачивание, ГУЛАГ… это не сильно лучше нашего окончательного решения еврейского вопроса… будь оно неладно»
Несмотря на чудовищные приписки (втрое), головорезы Эйнзацгруппы В уничтожили никак не менее двадцати тысяч евреев.
Старлей ГБ кивнул: «Пожалуй». Ибо от всего вышеперечисленного был не в восторге совсем. Шеф Крипо продолжал: «У нас с тобой… и с Роландом одна война; в ней мы все в одном окопе, так что…»
Он вздохнул и резюмировал: «Я распоряжусь – тебе выпишут свидетельство фольксдойче… благо с немецким у тебя вроде зер гут…»
Анциферов улыбнулся: «Не жалуются…»
«… на какое хочешь имя. Удостоверение СС-штурмбанфюрера – ты же в майорском звании реально в ГБ… в смысле, армейского майора?». Иван кивнул.
«… и отправлю первой же тётушкой Ю в Берлин. Роланд вернётся, зачислит тебя в свой отдел по борьбе с паранормальным противником… только что создан…»
Новоиспечённый майор СС кивнул: «Хорошо, я согласен… Вы правы, товарищ генерал, в этой войне мы все в одном окопе – и все боевые товарищи…»
Смоленск, оккупированная территория СССР
Перед тем, как покинуть Свердловск, Колокольцев протянул Ивану Анциферову визитку Роланда фон Таубе:
«Запомни телефон в Берлине. Грядёт большая война… ты точно на фронт рванёшь… а там всякое бывает. Попадёшь в плен… такое случается… ранение, контузия… всякое бывает, скажешь, чтобы позвонили. В войне с Призраками все в одном окопе… это всяко лучше, чем червей в могиле кормить…»
Старлей удивился, но номер запомнил. Колокольцев как в воду глядел – с началом советско-германской войны Иван всеми правдами и неправдами добился отправки на фронт. Немецким он владел свободно (Колокольцев это знал из его личного дела), поэтому уже в сентябре ушёл за линию фронта. Партизанить.
Четвёртого ноября его контузило под Смоленском - и он попал в плен. Воевал в гражданской одежде (грубейшее нарушение Гаагской конвенции); в одежде нашли зашитое удостоверение ГБ… в общем, когда он пришёл в себя, то понял, что песенка его спета… и тут вспомнил про номер.
Когда его привели на допрос и усталый унтерштурмфюрер Эйнзацгруппы В на неплохом русском (видимо, из «российских немцев») задал стандартные вопросы, Анциферов на очень хорошем немецком ответил:
«Запишите номер в Берлине. Ответит Роланд фон Таубе… он сейчас уже подполковник СС… наверное… скажите, что я Иван Анциферов…»
Удостоверение ГБ – обычное дело при заброске в тыл врага – было на другие ФИО
Унтерштурмфюрер позвонил… однако явно не в Берлин. Доложил, выслушал ответ и изумлённо покачал головой: «Я не мог сам принять такое решение… должен был получить добро начальника – командира Эйнзацгруппы В генерал-майора СС Артура Небе… он ждёт Вас у себя…»
К великому изумлению Ивана, его помыли, вкололи дикое количество каких-то снадобий, которые привели его в почти нормальное состояние, побрили, выдали чистое бельё… и фельдграу майора СС. На незаданный вопрос унтершарфюрер пожал плечами: «Я сообщил генералу, что Вы старлей ГБ… это армейский майор»
Артур Небе приветливо улыбнулся: «Надо же… Иван Анциферов собственной персоной… это же Вы начали второе расследование дела Винничевского, которое привело к ликвидации банды Призрака и принесло рейху две с лишком тонны золота… и ещё много вкусных ликвидных активов…»
Анциферов ошалело уставился на него. Артур Небе объяснил:
«Я не только командир Эйнзацгруппы В… собственно, уже почти что не командир, со дня на день в Берлин возвращаюсь, но и начальник Крипо - уголовной полиции всей Германии. Мы с Роландом… тебе он известен под именем Максима Котова – давние приятели и соратники, не одно дело раскрыли…»
Сделал небольшую паузу и продолжил: «Мне по должности положено знать обо всех таких операциях… мы с ним молохан ещё в августе гоняли в Белоруссии… Роланд и его команда восемь таких капищ, как в Свердловске, разбомбили… сейчас девятое добивают где-то далеко совсем…»
В британском Фенбридже, что Небе пока что не было известно.
И махнул рукой в сторону по-русски обильного стола: «Давай перекусим… с утра ничего не ел… да и ты тоже в партизанах если не голодал, то близко к тому…»
Когда с вкуснейшей едой было покончено, Небе официальным тоном объявил:
«Ты знаешь о молоханах… если эту гадость и им подобных вовремя не остановить, они всех нас сожрут. И красных, и коричневых, и коммунистов, и национал-социалистов, и СС, и НКВД, и немцев, и русских… всех»
Анциферов немного подумал и кивнул: «Согласен». Небе продолжил: «На фронте без нас с тобой разберутся… это всё чисто земные разборки… кроме того, наши не лучше ваших… и наоборот. Ты же о Большой чистке не понаслышке знаешь… о Голодоморе слышал; Красный террор, раскулачивание, ГУЛАГ… это не сильно лучше нашего окончательного решения еврейского вопроса… будь оно неладно»
Несмотря на чудовищные приписки (втрое), головорезы Эйнзацгруппы В уничтожили никак не менее двадцати тысяч евреев.
Старлей ГБ кивнул: «Пожалуй». Ибо от всего вышеперечисленного был не в восторге совсем. Шеф Крипо продолжал: «У нас с тобой… и с Роландом одна война; в ней мы все в одном окопе, так что…»
Он вздохнул и резюмировал: «Я распоряжусь – тебе выпишут свидетельство фольксдойче… благо с немецким у тебя вроде зер гут…»
Анциферов улыбнулся: «Не жалуются…»
«… на какое хочешь имя. Удостоверение СС-штурмбанфюрера – ты же в майорском звании реально в ГБ… в смысле, армейского майора?». Иван кивнул.
«… и отправлю первой же тётушкой Ю в Берлин. Роланд вернётся, зачислит тебя в свой отдел по борьбе с паранормальным противником… только что создан…»
Новоиспечённый майор СС кивнул: «Хорошо, я согласен… Вы правы, товарищ генерал, в этой войне мы все в одном окопе – и все боевые товарищи…»
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 44458
- Joined: Fri Feb 09, 2024 8:42 am
- Has thanked: 676 times
- Been thanked: 12562 times
Свердловские монстры. Эпилог
Иван Анциферов выбрал имя Иоганн Шварц; получил соответствующие документы и на первой же Тётушке Ю (зафрахтованной Эйнзацгруппой В), вылетел в Берлин.
Там его ожидали встретившая его на аэродроме супруга Колокольцева Ирма фон Таубе; вкуснейший ужин производства экономки Эльзы и гостевая спальня. На следующее утро он был зачислен в штат официально не существовавшего отдела IV-H РСХА (борьба с паранормальным противником), где и прослужил до самого конца Второй Великой войны.
В 1943 году испытывавшая лютый кадровый голод начальница аналогичного отдела НКГБ Ванда Бергманн (она же Ванда Яновна Мазур) попыталась вернуть его в Москву, но он отказался. Объяснив это тем, что между НКГБ и СС выберет СС десять раз из десяти.
После войны он переехал в Лондон вместе со всем отделом; там прошёл Преображение… и там же остался, когда основная часть отдела перебралась кто в Рим, кто в Вашингтон, кто в Париж.
Он жив до сих пор – и до сих пор увлечённо гоняет по всему Британскому содружеству всякую инфернальную нечисть в партнёрстве с Орлеанской Девой, с которой он неожиданно подружился (ибо она лютый мизантроп).
Берта Гюнтер поступила на работу в Отдел I абвера (разведка), где и проработала до июля 1944 года. В процессе подружившись с коллегой – Шарлоттой Эссен (она же великая княжна Анастасия Николаевна Романова).
Которая и привела её в стройные ряды участников «заговора генералов». После провала путча 20 июля 1944 года, обе бежали в Швейцарию (не без помощи Роланда фон Таубе).
Берта получила швейцарское подданство (аналогично); поступила на дипломатическую службу, объехала весь мир, написала мемуары, дожила до глубокой старости и тихо скончалась в Цюрихе 27 апреля 2010 года в возрасте девяноста пяти лет.
Инне Ольховой сделали французские документы на имя Ирен Олне (ольха по-французски) и переправили в Париж, где её немедленно взяла под крыло Николь Ру (она же великая княжна Ольга Николаевна Романова).
Однако по-настоящему её звезда взошла после оккупации Франции вермахтом летом 1940 года, когда её покровитель Роланд фон Таубе получил во Франции необъятную власть.
Инна получила должность преподавателя исторического факультета Сорбонны; затем докторскую степень, стала профессором, написала несколько монографий, проработала в Сорбонне всю жизнь (кто-то шепнул властям после освобождения Франции, что она оказала огромную услугу человечеству) …
Вышла замуж, родила троих детей, прожила долгую и счастливую жизнь и тихо скончалась в её уже очень давно родном Париже 14 октября 1994 года в возрасте восьмидесяти пяти лет в окружении любящих детей, внуков и правнуков.
По официальной версии, Михаил Петрович Викторов 11 июля 1941 года был осужден Военной коллегией Верховного суда СССР 15 годам лишения свободы по статьям 58-1"а" («измена Родине»), 58-7 («вредительство»), 58-11 («участие в антисоветской заговорщической организации в органах НКВД» УК РСФСР.
Умер 9 августа 1950 года в Усть-Вымском ИТЛ (УстьвымЛАГ) НКВД. 27 марта 2014 года Коллегией по делам военнослужащих Верховного суда РФ был признан не подлежащим реабилитации (что логично, учитывая его «подвиги» в ежовщину).
На самом же деле он отбыл ещё десять лет (было за что) в весьма комфортных условиях… а в конце августа 1950 года был освобождён и принят на работу во внешне ничем не примечательную структуру – на самом деле неофициальное представительство ЕМК уже Inc. в СССР.
Проработал полтора десятилетия, заработал неплохое состояние, вышел на пенсию и жил ещё долго и (относительно) счастливо - с новыми документами 1950 гола выпуска. Дожил до (очень) глубокой старости, успел увидеть крушение СССР и тихо скончался под Рождество, 23 декабря 1993 года в возрасте 96 лет.
Там его ожидали встретившая его на аэродроме супруга Колокольцева Ирма фон Таубе; вкуснейший ужин производства экономки Эльзы и гостевая спальня. На следующее утро он был зачислен в штат официально не существовавшего отдела IV-H РСХА (борьба с паранормальным противником), где и прослужил до самого конца Второй Великой войны.
В 1943 году испытывавшая лютый кадровый голод начальница аналогичного отдела НКГБ Ванда Бергманн (она же Ванда Яновна Мазур) попыталась вернуть его в Москву, но он отказался. Объяснив это тем, что между НКГБ и СС выберет СС десять раз из десяти.
После войны он переехал в Лондон вместе со всем отделом; там прошёл Преображение… и там же остался, когда основная часть отдела перебралась кто в Рим, кто в Вашингтон, кто в Париж.
Он жив до сих пор – и до сих пор увлечённо гоняет по всему Британскому содружеству всякую инфернальную нечисть в партнёрстве с Орлеанской Девой, с которой он неожиданно подружился (ибо она лютый мизантроп).
Берта Гюнтер поступила на работу в Отдел I абвера (разведка), где и проработала до июля 1944 года. В процессе подружившись с коллегой – Шарлоттой Эссен (она же великая княжна Анастасия Николаевна Романова).
Которая и привела её в стройные ряды участников «заговора генералов». После провала путча 20 июля 1944 года, обе бежали в Швейцарию (не без помощи Роланда фон Таубе).
Берта получила швейцарское подданство (аналогично); поступила на дипломатическую службу, объехала весь мир, написала мемуары, дожила до глубокой старости и тихо скончалась в Цюрихе 27 апреля 2010 года в возрасте девяноста пяти лет.
Инне Ольховой сделали французские документы на имя Ирен Олне (ольха по-французски) и переправили в Париж, где её немедленно взяла под крыло Николь Ру (она же великая княжна Ольга Николаевна Романова).
Однако по-настоящему её звезда взошла после оккупации Франции вермахтом летом 1940 года, когда её покровитель Роланд фон Таубе получил во Франции необъятную власть.
Инна получила должность преподавателя исторического факультета Сорбонны; затем докторскую степень, стала профессором, написала несколько монографий, проработала в Сорбонне всю жизнь (кто-то шепнул властям после освобождения Франции, что она оказала огромную услугу человечеству) …
Вышла замуж, родила троих детей, прожила долгую и счастливую жизнь и тихо скончалась в её уже очень давно родном Париже 14 октября 1994 года в возрасте восьмидесяти пяти лет в окружении любящих детей, внуков и правнуков.
По официальной версии, Михаил Петрович Викторов 11 июля 1941 года был осужден Военной коллегией Верховного суда СССР 15 годам лишения свободы по статьям 58-1"а" («измена Родине»), 58-7 («вредительство»), 58-11 («участие в антисоветской заговорщической организации в органах НКВД» УК РСФСР.
Умер 9 августа 1950 года в Усть-Вымском ИТЛ (УстьвымЛАГ) НКВД. 27 марта 2014 года Коллегией по делам военнослужащих Верховного суда РФ был признан не подлежащим реабилитации (что логично, учитывая его «подвиги» в ежовщину).
На самом же деле он отбыл ещё десять лет (было за что) в весьма комфортных условиях… а в конце августа 1950 года был освобождён и принят на работу во внешне ничем не примечательную структуру – на самом деле неофициальное представительство ЕМК уже Inc. в СССР.
Проработал полтора десятилетия, заработал неплохое состояние, вышел на пенсию и жил ещё долго и (относительно) счастливо - с новыми документами 1950 гола выпуска. Дожил до (очень) глубокой старости, успел увидеть крушение СССР и тихо скончался под Рождество, 23 декабря 1993 года в возрасте 96 лет.
Scribo, ergo sum