Казнь Александра Шмореля - из книги Игоря Храмова

[RolandVT]

Александр Шморель - один из двух основателей немецкой студенческой группы Сопротивления «Белая роза», действовавшей в Третьем рейхе. Приговорён к казни 19 апреля 1943 года (в полном соответствии с законами рейха) Народной судебной палатой Рейха, во время второго судебного процесса против организации «Белая роза». 13 июля 1943 года, в возрасте 25 лет он был гильотинирован вместе с Куртом Хубером в Мюнхенской тюрьме Штадельхайм.

-----------------------------------------

Казнь была назначена на 17 часов. В полдень Александра посетил священник Русской православной церкви, который исповедовал его. Чуть позже в камеру пришёл адвокат Зигфрид Дайзингер — защитник Шмореля. Его описание воссоздаёт атмосферу последних часов жизни Алекса.

Он обратился к адвокату со словами: «Вы удивитесь, что я совершенно не волнуюсь в такой момент - но я должен сказать, что даже если вы принесли бы мне известие о том, что вместо меня должны казнить, к примеру, моего же охранника, то я всё равно предпочёл бы смерть. Знаете, я пришёл к выводу, что моя жизнь должна завершиться сейчас, как рано бы это ни показалось. Я выполнил свою миссию в этой жизни и не представляю себе, чем мог бы ещё заняться в этом мире, даже если бы меня сейчас освободили».

[Полное и неоспоримое подтверждение того, что Шморель и его подельница Софи Шолль - которая на следствии в суде сделала аналогичные заявления - были тяжело психически больны синдромом суицидального мазохизма (синдромом мученика). Который и сподвиг их на абсолютно бессмысленное сопротивление режиму - а вовсе никакие не убеждения. Ничего удивительно - таких больных на всю голову хватало и среди религиозных мучеников... и даже среди так называемых ведьм, которые по большей части ведьмами не были ни разу]

Александр мужественно попрощался с Дайзингером. Перед тем, как адвокат покинул камеру, Шморельпередал ещё один тёплый привет родным.

По словам адвоката, за 15 минут до казни в помещении комиссии по приведению приговоров в исполнение неожиданно появились трое офицеров СС — два подполковника и майор. У них было письменное разрешение Генеральной прокуратуры и гестапо [на самом деле, Минюста - ни прокуроры, ни гестапо никакой власти в тюрьме не имели] на присутствие во время казни.

Это поразило всех присутствующих, так как даже тюремные служащие не имели права находиться при приведении приговора в исполнение. Дайзингеру запомнилось, как долго эсэсовцы выясняли у тюремного врача мельчайшие подробности казни.

Судя по всему, они прибыли полюбоваться на повешение [это вряд ли - явно по приказу начальства], и тот факт, что осуждённый будет гильотинирован, разочаровал их. Процедура затянулась ещё на несколько минут, поскольку директор тюрьмы посчитал необходимым показать нежданным гостям помещение изнутри, рассказать о принципе действия рубящего механизма и сроке службы подобной гильотины.

Наконец, когда любопытство присутствующих было удовлетворено, вызвали Алекса. Чётко и громко прозвучал его ответ «Да» на вопрос дежурного прокурора о том, действительно ли осуждённый является Александром Шморелем. Пару мгновений спустя жизнь двадцатипятилетнего молодого человека оборвалась.

Зигфрид Дайзингер принёс родителям ужасную весть. Чуть позже доставили официальное уведомление дирекции отдела захоронений о приведении приговора в исполнение, месте и времени захоронения, куда надлежало явиться родным, имея при себе 100 рейхсмарок на оплату расходов по погребению.

В тот же день верховный прокурор Мюнхена отчитался перед руководством о проделанной работе: телеграмма, отправленная в Берлин в 17:20, гласила: «мероприятие проведено сегодня без каких-либо происшествий». Вечером следующего дня тело Александра было предано земле на мюнхенском кладбище Ам Перлахер Форет. Присутствовали только близкие родственники и адвокат.

[Намного гуманнее, чем общие могилы для жертв сталинского Большого террора].