Принудительное самоубийство Сенеки - из книги Платона Краснова

[RolandVT]

Император Нерон приказал Сенеке покончить с собой (смертная казнь для особо выдающихся приговорённых). Сенека, нисколько не смутившись, потребовал таблички для составления завещания. Когда же центурион отказал ему в этом, он обратился к своим друзьям со следующей речью:

“Коль мне запрещено отблагодарить вас подарками, завещаю вам единственное, что мне осталось, но вместе и самое драгоценное – мой образ жизни. Если вы будете помнить то, что было хорошего в моей жизни, то ваше постоянство в дружбе будет для вас источником вечной славы”. Друзья Сенеки залились слезами; он успокаивал их и призывал к мужеству ласково, но с некоторою суровостью, говоря:

“Зачем же были наши уроки мудрости? Где же ваш разум, в течение стольких лет мужественно приучавшийся переносить превратности судьбы? Разве жестокость Нерона еще кому-нибудь неизвестна? И кого же еще оставалось убить императору после того, как он убил свою мать и своего брата, как не прежнего воспитателя и наставника?”

Говоря таким образом, обращаясь ко всем присутствующим, Сенека обнял свою жену и, немного растроганный зрелищем собственного несчастья, стал уговаривать ее утешиться в печали и не считать ее безграничной, но искать себе утешения в созерцании добродетельной жизни своего мужа.

Паулина возражала, что и она хочет умереть вместе с мужем, и требовала, чтобы ее пронзили мечом. Сенека не хотел отнимать у нее этой славы, а также опасался, чтобы жена его, оставшись без поддержки, не подверглась худшим оскорблениям.

Поэтому он сказал ей: “Я указывал тебе на утешения, какие может дать жизнь; но ты предпочитаешь умереть. Я не буду противиться. Умрем же вместе с одинаковым мужеством, но ты с большею славою”. После этих слов оба вскрыли себе вены на руках.

У Сенеки, истощенного старостью и строгим образом жизни, кровь вытекала очень медленно; чтобы ускорить ее истечение, он приказал открыть вены также на ногах и на коленях. Утомленный жестокою болью и боясь смутить свою жену видом своих мучений, а также и сам опасаясь мучения при виде ее страданий, Сенека велел перенести себя в другую комнату.

Нерон не имел никакой личной ненависти против Паулины и, боясь упреков в излишней жестокости, приказал спасти ее. По настояниям воинов, рабы и вольноотпущенники перевязали ей жилы и остановили кровь, неизвестно, впрочем, с ее ли согласия. Ибо, так как в обществе склонны верить только дурному, то были и такие, которые уверяли, что пока она боялась жестокости

Нерона, она искала славы умереть вместе с мужем, когда же ей была подана надежда на его милость, в ней проснулось желание жить. После этого она прожила еще несколько лет, храня уважение к памяти мужа; но бледность ее лица и членов доказывала, что она потеряла очень много крови.

Между тем Сенека, так как истечение крови у него шло медленно и смерть не наступала, попросил Стация Аннея, своего друга и опытного врача, дать ему яд, приготовленный на всякий случай заранее. Это был тот яд, которым афиняне отравляли осужденных на смерть.

Сенека принял, но напрасно, так как тело его уже похолодело, и яд не производил своего действия. Тогда он вошел в горячую ванну и, обрызгав водою окружавших его рабов, сказал, что это – возлияние Юпитеру Освободителю. В ванне он задохнулся от горячих паров. Его тело было вынуто из нее и предано сожжению без всяких торжественных обрядов. Так завещал он незадолго перед смертью. Завещание это было найдено среди его рукописей.

В Риме по поводу смерти Сенеки говорили, что Субрий Флавий со своими центурионами тайно решили, не без ведома самого философа, что в случае, если бы заговор Пизона удался и Нерон был убит, власть должна перейти к Сенеке как к человеку, призываемому на престол блеском его добродетелей.

Приводилась даже фраза Субрия, что немного выиграл бы Рим, если бы вместо гитариста вступил на престол комедиант. В этих словах был намек на то, что как Нерон выступал публично в качестве певца под аккомпанемент гитары, так Пизон выступал в качестве трагического актера…”.

Сенека умер в апреле 65 года от Рождества Христова.