“Малый” сталинский террор
Posted: Fri Feb 20, 2026 7:57 pm
Сталинский СССР был террористическим государством (впрочем, рецидивы случались и после Сталина). Смертоносно-террористическим, если быть более точным, ибо террор бывает разный.
Даже более смертоносно-террористическим, чем гитлеровский Третий рейх, ибо советский террор и начался много раньше (в 1918 году), и продолжался много дольше – до 1953 года… ну, а число жертв было аж на три миллиона больше.
Красный террор Гражданской войны 1918-23 годов унёс, по некоторым оценкам, ДВА МИЛЛИОНА жизней… однако не прекратился и после победы большевиков. Просто принял много меньшие масштабы… до Голодомора, который по числу жертв превзошёл, по некоторым оценкам, аж вдвое. Да и раскулачивание убило «всего лишь» примерно впятеро меньше.
Тем не менее, по сравнению с Большим террором 1937-38 годов (около миллиона жертв), советский террор 1923-34 годов (за вычетом рассмотренных выше раскулачивания и Голодомора) действительно был «малым» … зато регулярным.
Начиная с образования СССР – именно с его официального создания 30 декабря 1922 года правильнее всего начинать хронологию «малого террора». Вполне себе сталинского, ибо ещё за несколько дней до того (24 декабря 1922 года) Ленин в знаменитом Письме к съезду (XII съезду партии) констатировал, что «Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть».
Первым актом сталинского «малого террора» стал начавшийся уже 21 марта 1923 года в Москве процесс по делу католического духовенства Петрограда, обвинённого в «создании антисоветской, контрреволюционной организации с целью противодействия декрету об отделении церкви от государства».
Основными обвиняемыми на процессе были архиепископ Ян Цепляк и прелат Константин Ромуальд Будкевич. По решению трибунала Будкевич был приговорён к расстрелу. К такому же наказанию был изначально приговорён и архиепископ Цепляк, но ему Президиум ВЦИК заменил смертный приговор десятью годами тюремного заключения (времена были ещё вегетарианские).
Настолько вегетарианские, что уже 9 апреля 1924 года Цепляк был освобождён из Бутырской тюрьмы и выслан в Польшу, откуда через месяц переехал в Рим в распоряжение Папы Римского Пия XI, с которым неоднократно встречался.
Приговор Будкевичу был утверждён, так как он якобы являлся государственным изменником в пользу «иностранного буржуазного правительства» (имелись в виду его контакты с польскими дипломатами в интересах Церкви).
Приговор был приведён в исполнение в подвале тюрьмы ГПУ в ночь с 31 марта на 1 апреля 1923 года. В подвале прелат перекрестился, благословил палача и двух его помощников, а сам отвернулся к стене, зашептав слова молитвы. Выстрел палача (агента ГПУ Злоткина) прервал молитву священника.
«Точечные ликвидации» предсказуемо продолжились. 7 мая 1925 года в здании ВЧК на Лубянке был убит (его «самоубийство» было грамотно инсценировано) великий террорист Борис Савинков… в полном соответствии с законом Кармы.
5 ноября 1925 года в лесу в Сокольниках – тоже без суда – агентами ОГПУ был убит великий авантюрист Сидней Рейли. 3 ноября 1929 был расстрелян ещё один великий авантюрист – уже отечественного производства – Яков Блюмкин.
Территорией СССР ликвидации не ограничились. 26 января 1930 года в Париже агентами советской разведки был похищен председатель Русского общевоинского союза (РОВС) генерал Александр Кутепов.
Уже во время Большого террора, 22 сентября 1937 года (тоже в Париже) был похищен сменивший похищенного Кутепова в качестве председателем РОВС генерал Евгений Миллер. Он был вывезен в Москву; приговорён Военной коллегией Верховного Суда СССР к высшей мере наказания и расстрелян в подвале внутренней тюрьмы НКВД 11 мая 1939 года.
Продолжились и сфабрикованные судебные процессы. В 1925 году ОГПУ сфабриковало (обычное дело для красных упырей) в Ленинграде дело по обвинению группы выпускников царских училищ в создании контрреволюционной монархической организации («Дело Лицеистов»).
По Делу Лицеистов в ночь на 15 февраля 1925 года было арестовано свыше 150 человек, из них большинство выпускники Александровского лицея, но также выпускники Училища правоведения в Санкт-Петербурге, бывшие офицеры лейб-гвардии Семеновского полка, и ещё ряд офицеров.
27 человек были расстреляны (в том числе последний премьер-министр Российской империи князь Николай Голицын), а ещё 54 были приговорены к различным срокам заключения и ссылки.
Бывший директор лицея Владимир Шильдер умер во время следствия; его сын Михаил был расстрелян, а жена Анна Михайловна отправлена в ссылку, в которой скончалась. Почти все осуждённые по делу лицеистов впоследствии были расстреляны или погибли в сталинских лагерях (кто бы сомневался).
По сути, это была сталинская «акция по умиротворению» - превентивная ликвидация потенциальных участников Сопротивления большевистскому режиму. Полтора десятилетия спустя СС будут действовать по тем же лекалам в Польше… только в совсем иных масштабах.
В июне 1927 года был арестован и приговорён к смертной казни духовный лидер иудейского хасидского движения Хабад Йосеф Шнеерсон. Под давлением общественности (германские и латвийские парламентарии, «Политический Красный Крест») расстрел была заменён на ссылку в Кострому, однако через несколько дней ссылка была заменена на выдворение из СССР. Ибо времена были всё ещё вегетарианские…
7 июня 1927 года полпред СССР в Польше Войков был смертельно ранен Борисом Ковердой на железнодорожном вокзале в Варшаве и умер через час. Польский суд приговорил Коверду к пожизненному тюремному заключению, заменённому на 15 лет каторги. 15 июня 1937 года, после отбытия 2/3 срока, он был амнистирован и условно-досрочно освобождён, как и было положено по закону.
Про убийство Войкова можно с уверенностью сказать лишь дело ясное, что дело тёмное. Согласно заявлениям Коверды, он убил Войкова как «представителя международной банды большевиков» и «не как посланника, а как члена Коминтерна». И что он «…отомстил за Россию, за миллионы людей».
В ходе процесса не прозвучало никаких упоминаний о роли Войкова в расстреле царской семьи… о которой доподлинно ничего не известно. Однако известно, что, согласно Мельгунову (автору книги Красный террор в России), Войков будто бы заявлял в дамском обществе в Екатеринбурге, что «мир никогда не узнает, что сделали с царской семьёй».
Согласно одной из версий (ИМХО, весьма обоснованной и убедительной – анализ ДНК и не особо точный, и может быть легко сфальсифицирован), вместо Романовых были расстреляны совсем другие люди (по ряду причин).
Император (его отречение сделано под давлением и потому не имеет юридической силы) Николай II и его семья вышли из Ипатьевского дома по обнаруженному в 1980-е годы подземному ходу на берег реки Исеть, сели на катер, затем на поезд, добрались до Владивостока, а затем до США.
Войков в то время был членом Екатеринбургского военно-революционного комитета и потому, возможно, что-то увидел. Возможно, десятилетие спустя он начал болтать… что категорически не устраивало очень многих. Вот его и заказали… возможно даже свои (у большевиков это запросто).
Как бы там ни было, Сталин решил воспользоваться убийством Войкова для окончательного уничтожения монархических и вообще белых сил и разгрома внутрипартийной оппозиции (не исключено, что большевики, которые были в курсе спасения Романовых, решили одним выстрелом двух зайцев).
И уже в ночь с 9 на 10 июня в Москве были без суда, как заложники (взятые «в заложники» уже после убийства Войкова) расстреляны двадцать представителей знати бывшей Российской империи.
Тогда же, прикрываясь «военной угрозой» и необходимостью «укрепить тыл», Сталину удалось сломить сопротивление группы Бухарина и «продавить» решение об исключении из состава ЦК «агентов объединённой оппозиции» — Троцкого и Зиновьева.
После чего «на всю катушку» были запущены чисто политические и полностью сфальсифицированные «дела о вредительстве». «Вредительством», согласно официальному определению, назывались действия, направленные на подрыв любой отрасли советской экономики или деятельности государственных органов или общественных организаций. Существовавшие лишь в воображении ГПУ.
С 1927 года ОГПУ стало рассматривать практически все пожары, взрывы и другие инциденты на промышленных объектах как результат преднамеренного вредительства. Любая небрежность расценивалась как «вредительство».
Смысл этой кампанейщины был двояким. Во-первых, свалить на мифических «вредителей» все неудачи (нередко катастрофические), вызванные ошибками и некомпетентностью властей – и лично Сталина; во-вторых, физически ликвидировать тех представителей «старорежимной интеллигенции», которых невозможно превратить в покорных рабов Красного Тамерлана.
Дело доходило до абсурда – уже во время Большого террора группа обвиняемых по т.н. «Пулковскому делу» обвинялась… в саботаже наблюдения солнечных затмений. Дальше только шпионаж в пользу шестиногих чудищ с планеты Набиру… только вот приговоры были совсем не смешными.
Пятеро обвиняемых были расстреляны сразу же; десятки осуждены на 10 лет ИТЛ с конфискацией имущества и поражением в правах на 5 лет и к другим срокам заключения (ещё восемнадцать были расстреляны позже). Ещё десять человек умерли или были убиты в тюрьмах или лагерях.
Однако первый крупный (и показательный) процесс по делу о «вредительстве» (так называемое «Шахтинское дело») состоялся почти за десять лет до Большого террора - с 18 мая по 6 июля 1928 года в московском Доме Союзов.
Группа из 53-х руководителей и специалистов угольной промышленности СССР, входившая как в ВСНХ и трест «Донуголь», так и в управляющие органы ряда шахт Донбасса, обвинялась во «вредительстве и саботаже».
Кроме того, участников процесса, являвшихся преимущественно представителями старой (дореволюционной) технической интеллигенции, обвиняли в создании подпольной контрреволюционной организации, связанной с зарубежными антисоветскими центрами, в частности, с мифическим «парижским центром».
Первые аресты отдельных участников произошли в июне-июле 1927 года, в марте 1928 года. После того, как Политбюро ЦК приняло версию о «заговоре», дело стало политическим. 6 июля 1928 года было вынесено решение суда, согласно которому одиннадцать обвиняемых были приговорены к «высшей мере социальной защиты» — расстрелу.
Через три дня, 9 июля, пять человек были расстреляны. Для шести остальных приговоренных расстрел был заменён десятью годами заключения… ибо этих специалистов было банально некем заменить.
Четверо обвиняемых, в том числе двое граждан Германии, были оправданы, ещё четверо, в том числе гражданин Германии Бадштибер, были приговорены к условным срокам наказания. Остальные фигуранты дела получили различные сроки лишения свободы, составлявшие от одного года до десяти лет, с поражением в правах на срок от трёх до пяти лет.
«Шахтинское дело» стало знаковым в истории СССР – ибо начало массовым репрессиям по обвинениям в хозяйственном вредительстве (и вообще репрессиям и показательным процессам) было положено именно «Донбасским делом» и последовавшим за ним «Шахтинским процессом».
В мае 1929 года Коллегия ОГПУ приговорила к расстрелу во внесудебном порядке участников «контрреволюционной вредительской организации в НКПС и на железных дорогах СССР» консультанта НКПС Николая фон Мекка (после революции он добровольно отдал государству все свои капиталы) и консультанта Наркомторга Александра Величко.
В золотоплатиновой промышленности по аналогичному обвинению был расстрелян консультант Пётр Пальчинский. Он мог уехать за границу, но (в приступе бессмысленного и самоубийственного патриотизма) отказался покидать страну вместе с другими высылаемыми представителями интеллигенции.
В сентябре 1929 года начались аресты сотрудников Академии наук, в основном историков-архивистов (логично – в тоталитарной системе власть как огня боится правды о прошлом).
По сфабрикованному «Академическому делу» в феврале - августе 1931 года постановлениями ОГПУ группа бывших офицеров гвардии, работавших в различных учреждениях Академии наук была приговорена к расстрелу.
К различным срокам заключения и ссылки были приговорены 29 человек (многие из них впоследствии умерли в ссылке или были расстреляны во время уже Большого террора).
«Академическое дело» нанесло колоссальный ущерб исторической науке и краеведению в СССР, а советские историки перестали быть историками (ради этого всё и затевалось) и стали послушным орудием советской пропагандистской машины (с тех пор ситуация не сильно улучшилась).
В 1931 году Сталин всерьёз взялся за РККА, рассматривая практически каждого «военспеца» (бывшего царского офицера) как потенциального участника Сопротивления (что было далеко не всегда так).
Однако превратить их в покорных рабов Сталина было маловероятно – этому мешал практически неустранимый офицерский кодекс чести. Поэтому Сталин отдал приказ ОГПУ сфабриковать дело, получившее название «Дело Весна» или «Гвардейское дело».
Такие названия в документах ОГПУ получили репрессии, организованные в 1930-1931 годах в отношении военспецов — военнослужащих командного состава Красной армии, служивших ранее в Русской Императорской армии, а также гражданских лиц, в том числе бывших белых офицеров. Только в Ленинграде в мае 1931 года по этому делу было расстреляно свыше тысячи человек.
В 1933 году был арестован и в следующем году расстрелян нарком снабжения Узбекской ССР Мухитдинов, обвинённый в том, что он якобы был одним из активных членов движения таджикских националистов в 1925—1929 годах.
В мае-августе 1933 года на острове Назино (необитаемый остров в тайге в Александровском районе Западно-Сибирского края) посреди Оби неподалёку от впадения в неё реки Назинской было высажено без еды, крыши над головой, какой-либо утвари или инструментов около 6100 т.н. «кулаков». Голод, болезни и попытки бегства сократили количество живых в течение тринадцати недель до 2200 человек. При этом имели место десятки случаев каннибализма…
Этот кошмарный эпизод сталинского террора (понятно, что это было сделано осознанно и целенаправленно) получил название Назинская трагедия. Трагедия стала широко известна потому, что обречённых было очень много… десятки аналогичных (намного меньшей численности) не получили огласки.
Это был довольно распространённый метод сталинского «окончательного решения кулацкого вопроса» … который в марте 1953 году едва не стал методом окончательного решения вопроса еврейского. И стал бы – если бы Берия своевременно не пресёк зловонную жизнь Красного Тамерлана…
Датой окончания сталинского «малого террора» обычно считают 1 декабря 1934 года, когда произошло убийство Сергея Кирова. Ибо это преступление (к политике отношения не имевшее) начало радикально более новую волну террора.
«Малый террор» был почти всегда публичным, поэтому Гитлер сотоварищи были о нём осведомлены. И знали, что если Сталину удастся оккупировать Германию (это намерение было очевидно), то такой же погром ожидает и рейх. Такую угрозу нужно было устранить любыми средствами. Любыми.
Разумеется, Гитлер и компания считали «малый террор» частью войны «еврейской расы» против арийцев. Это было не так… к сожалению, де-факто главой ОГПУ – главного инструмента террора – в то время был еврей Ягода. А общая доля евреев в карательном аппарате ОГПУ достигала 40%.
Как и во время Голодомора и раскулачивания…
Даже более смертоносно-террористическим, чем гитлеровский Третий рейх, ибо советский террор и начался много раньше (в 1918 году), и продолжался много дольше – до 1953 года… ну, а число жертв было аж на три миллиона больше.
Красный террор Гражданской войны 1918-23 годов унёс, по некоторым оценкам, ДВА МИЛЛИОНА жизней… однако не прекратился и после победы большевиков. Просто принял много меньшие масштабы… до Голодомора, который по числу жертв превзошёл, по некоторым оценкам, аж вдвое. Да и раскулачивание убило «всего лишь» примерно впятеро меньше.
Тем не менее, по сравнению с Большим террором 1937-38 годов (около миллиона жертв), советский террор 1923-34 годов (за вычетом рассмотренных выше раскулачивания и Голодомора) действительно был «малым» … зато регулярным.
Начиная с образования СССР – именно с его официального создания 30 декабря 1922 года правильнее всего начинать хронологию «малого террора». Вполне себе сталинского, ибо ещё за несколько дней до того (24 декабря 1922 года) Ленин в знаменитом Письме к съезду (XII съезду партии) констатировал, что «Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть».
Первым актом сталинского «малого террора» стал начавшийся уже 21 марта 1923 года в Москве процесс по делу католического духовенства Петрограда, обвинённого в «создании антисоветской, контрреволюционной организации с целью противодействия декрету об отделении церкви от государства».
Основными обвиняемыми на процессе были архиепископ Ян Цепляк и прелат Константин Ромуальд Будкевич. По решению трибунала Будкевич был приговорён к расстрелу. К такому же наказанию был изначально приговорён и архиепископ Цепляк, но ему Президиум ВЦИК заменил смертный приговор десятью годами тюремного заключения (времена были ещё вегетарианские).
Настолько вегетарианские, что уже 9 апреля 1924 года Цепляк был освобождён из Бутырской тюрьмы и выслан в Польшу, откуда через месяц переехал в Рим в распоряжение Папы Римского Пия XI, с которым неоднократно встречался.
Приговор Будкевичу был утверждён, так как он якобы являлся государственным изменником в пользу «иностранного буржуазного правительства» (имелись в виду его контакты с польскими дипломатами в интересах Церкви).
Приговор был приведён в исполнение в подвале тюрьмы ГПУ в ночь с 31 марта на 1 апреля 1923 года. В подвале прелат перекрестился, благословил палача и двух его помощников, а сам отвернулся к стене, зашептав слова молитвы. Выстрел палача (агента ГПУ Злоткина) прервал молитву священника.
«Точечные ликвидации» предсказуемо продолжились. 7 мая 1925 года в здании ВЧК на Лубянке был убит (его «самоубийство» было грамотно инсценировано) великий террорист Борис Савинков… в полном соответствии с законом Кармы.
5 ноября 1925 года в лесу в Сокольниках – тоже без суда – агентами ОГПУ был убит великий авантюрист Сидней Рейли. 3 ноября 1929 был расстрелян ещё один великий авантюрист – уже отечественного производства – Яков Блюмкин.
Территорией СССР ликвидации не ограничились. 26 января 1930 года в Париже агентами советской разведки был похищен председатель Русского общевоинского союза (РОВС) генерал Александр Кутепов.
Уже во время Большого террора, 22 сентября 1937 года (тоже в Париже) был похищен сменивший похищенного Кутепова в качестве председателем РОВС генерал Евгений Миллер. Он был вывезен в Москву; приговорён Военной коллегией Верховного Суда СССР к высшей мере наказания и расстрелян в подвале внутренней тюрьмы НКВД 11 мая 1939 года.
Продолжились и сфабрикованные судебные процессы. В 1925 году ОГПУ сфабриковало (обычное дело для красных упырей) в Ленинграде дело по обвинению группы выпускников царских училищ в создании контрреволюционной монархической организации («Дело Лицеистов»).
По Делу Лицеистов в ночь на 15 февраля 1925 года было арестовано свыше 150 человек, из них большинство выпускники Александровского лицея, но также выпускники Училища правоведения в Санкт-Петербурге, бывшие офицеры лейб-гвардии Семеновского полка, и ещё ряд офицеров.
27 человек были расстреляны (в том числе последний премьер-министр Российской империи князь Николай Голицын), а ещё 54 были приговорены к различным срокам заключения и ссылки.
Бывший директор лицея Владимир Шильдер умер во время следствия; его сын Михаил был расстрелян, а жена Анна Михайловна отправлена в ссылку, в которой скончалась. Почти все осуждённые по делу лицеистов впоследствии были расстреляны или погибли в сталинских лагерях (кто бы сомневался).
По сути, это была сталинская «акция по умиротворению» - превентивная ликвидация потенциальных участников Сопротивления большевистскому режиму. Полтора десятилетия спустя СС будут действовать по тем же лекалам в Польше… только в совсем иных масштабах.
В июне 1927 года был арестован и приговорён к смертной казни духовный лидер иудейского хасидского движения Хабад Йосеф Шнеерсон. Под давлением общественности (германские и латвийские парламентарии, «Политический Красный Крест») расстрел была заменён на ссылку в Кострому, однако через несколько дней ссылка была заменена на выдворение из СССР. Ибо времена были всё ещё вегетарианские…
7 июня 1927 года полпред СССР в Польше Войков был смертельно ранен Борисом Ковердой на железнодорожном вокзале в Варшаве и умер через час. Польский суд приговорил Коверду к пожизненному тюремному заключению, заменённому на 15 лет каторги. 15 июня 1937 года, после отбытия 2/3 срока, он был амнистирован и условно-досрочно освобождён, как и было положено по закону.
Про убийство Войкова можно с уверенностью сказать лишь дело ясное, что дело тёмное. Согласно заявлениям Коверды, он убил Войкова как «представителя международной банды большевиков» и «не как посланника, а как члена Коминтерна». И что он «…отомстил за Россию, за миллионы людей».
В ходе процесса не прозвучало никаких упоминаний о роли Войкова в расстреле царской семьи… о которой доподлинно ничего не известно. Однако известно, что, согласно Мельгунову (автору книги Красный террор в России), Войков будто бы заявлял в дамском обществе в Екатеринбурге, что «мир никогда не узнает, что сделали с царской семьёй».
Согласно одной из версий (ИМХО, весьма обоснованной и убедительной – анализ ДНК и не особо точный, и может быть легко сфальсифицирован), вместо Романовых были расстреляны совсем другие люди (по ряду причин).
Император (его отречение сделано под давлением и потому не имеет юридической силы) Николай II и его семья вышли из Ипатьевского дома по обнаруженному в 1980-е годы подземному ходу на берег реки Исеть, сели на катер, затем на поезд, добрались до Владивостока, а затем до США.
Войков в то время был членом Екатеринбургского военно-революционного комитета и потому, возможно, что-то увидел. Возможно, десятилетие спустя он начал болтать… что категорически не устраивало очень многих. Вот его и заказали… возможно даже свои (у большевиков это запросто).
Как бы там ни было, Сталин решил воспользоваться убийством Войкова для окончательного уничтожения монархических и вообще белых сил и разгрома внутрипартийной оппозиции (не исключено, что большевики, которые были в курсе спасения Романовых, решили одним выстрелом двух зайцев).
И уже в ночь с 9 на 10 июня в Москве были без суда, как заложники (взятые «в заложники» уже после убийства Войкова) расстреляны двадцать представителей знати бывшей Российской империи.
Тогда же, прикрываясь «военной угрозой» и необходимостью «укрепить тыл», Сталину удалось сломить сопротивление группы Бухарина и «продавить» решение об исключении из состава ЦК «агентов объединённой оппозиции» — Троцкого и Зиновьева.
После чего «на всю катушку» были запущены чисто политические и полностью сфальсифицированные «дела о вредительстве». «Вредительством», согласно официальному определению, назывались действия, направленные на подрыв любой отрасли советской экономики или деятельности государственных органов или общественных организаций. Существовавшие лишь в воображении ГПУ.
С 1927 года ОГПУ стало рассматривать практически все пожары, взрывы и другие инциденты на промышленных объектах как результат преднамеренного вредительства. Любая небрежность расценивалась как «вредительство».
Смысл этой кампанейщины был двояким. Во-первых, свалить на мифических «вредителей» все неудачи (нередко катастрофические), вызванные ошибками и некомпетентностью властей – и лично Сталина; во-вторых, физически ликвидировать тех представителей «старорежимной интеллигенции», которых невозможно превратить в покорных рабов Красного Тамерлана.
Дело доходило до абсурда – уже во время Большого террора группа обвиняемых по т.н. «Пулковскому делу» обвинялась… в саботаже наблюдения солнечных затмений. Дальше только шпионаж в пользу шестиногих чудищ с планеты Набиру… только вот приговоры были совсем не смешными.
Пятеро обвиняемых были расстреляны сразу же; десятки осуждены на 10 лет ИТЛ с конфискацией имущества и поражением в правах на 5 лет и к другим срокам заключения (ещё восемнадцать были расстреляны позже). Ещё десять человек умерли или были убиты в тюрьмах или лагерях.
Однако первый крупный (и показательный) процесс по делу о «вредительстве» (так называемое «Шахтинское дело») состоялся почти за десять лет до Большого террора - с 18 мая по 6 июля 1928 года в московском Доме Союзов.
Группа из 53-х руководителей и специалистов угольной промышленности СССР, входившая как в ВСНХ и трест «Донуголь», так и в управляющие органы ряда шахт Донбасса, обвинялась во «вредительстве и саботаже».
Кроме того, участников процесса, являвшихся преимущественно представителями старой (дореволюционной) технической интеллигенции, обвиняли в создании подпольной контрреволюционной организации, связанной с зарубежными антисоветскими центрами, в частности, с мифическим «парижским центром».
Первые аресты отдельных участников произошли в июне-июле 1927 года, в марте 1928 года. После того, как Политбюро ЦК приняло версию о «заговоре», дело стало политическим. 6 июля 1928 года было вынесено решение суда, согласно которому одиннадцать обвиняемых были приговорены к «высшей мере социальной защиты» — расстрелу.
Через три дня, 9 июля, пять человек были расстреляны. Для шести остальных приговоренных расстрел был заменён десятью годами заключения… ибо этих специалистов было банально некем заменить.
Четверо обвиняемых, в том числе двое граждан Германии, были оправданы, ещё четверо, в том числе гражданин Германии Бадштибер, были приговорены к условным срокам наказания. Остальные фигуранты дела получили различные сроки лишения свободы, составлявшие от одного года до десяти лет, с поражением в правах на срок от трёх до пяти лет.
«Шахтинское дело» стало знаковым в истории СССР – ибо начало массовым репрессиям по обвинениям в хозяйственном вредительстве (и вообще репрессиям и показательным процессам) было положено именно «Донбасским делом» и последовавшим за ним «Шахтинским процессом».
В мае 1929 года Коллегия ОГПУ приговорила к расстрелу во внесудебном порядке участников «контрреволюционной вредительской организации в НКПС и на железных дорогах СССР» консультанта НКПС Николая фон Мекка (после революции он добровольно отдал государству все свои капиталы) и консультанта Наркомторга Александра Величко.
В золотоплатиновой промышленности по аналогичному обвинению был расстрелян консультант Пётр Пальчинский. Он мог уехать за границу, но (в приступе бессмысленного и самоубийственного патриотизма) отказался покидать страну вместе с другими высылаемыми представителями интеллигенции.
В сентябре 1929 года начались аресты сотрудников Академии наук, в основном историков-архивистов (логично – в тоталитарной системе власть как огня боится правды о прошлом).
По сфабрикованному «Академическому делу» в феврале - августе 1931 года постановлениями ОГПУ группа бывших офицеров гвардии, работавших в различных учреждениях Академии наук была приговорена к расстрелу.
К различным срокам заключения и ссылки были приговорены 29 человек (многие из них впоследствии умерли в ссылке или были расстреляны во время уже Большого террора).
«Академическое дело» нанесло колоссальный ущерб исторической науке и краеведению в СССР, а советские историки перестали быть историками (ради этого всё и затевалось) и стали послушным орудием советской пропагандистской машины (с тех пор ситуация не сильно улучшилась).
В 1931 году Сталин всерьёз взялся за РККА, рассматривая практически каждого «военспеца» (бывшего царского офицера) как потенциального участника Сопротивления (что было далеко не всегда так).
Однако превратить их в покорных рабов Сталина было маловероятно – этому мешал практически неустранимый офицерский кодекс чести. Поэтому Сталин отдал приказ ОГПУ сфабриковать дело, получившее название «Дело Весна» или «Гвардейское дело».
Такие названия в документах ОГПУ получили репрессии, организованные в 1930-1931 годах в отношении военспецов — военнослужащих командного состава Красной армии, служивших ранее в Русской Императорской армии, а также гражданских лиц, в том числе бывших белых офицеров. Только в Ленинграде в мае 1931 года по этому делу было расстреляно свыше тысячи человек.
В 1933 году был арестован и в следующем году расстрелян нарком снабжения Узбекской ССР Мухитдинов, обвинённый в том, что он якобы был одним из активных членов движения таджикских националистов в 1925—1929 годах.
В мае-августе 1933 года на острове Назино (необитаемый остров в тайге в Александровском районе Западно-Сибирского края) посреди Оби неподалёку от впадения в неё реки Назинской было высажено без еды, крыши над головой, какой-либо утвари или инструментов около 6100 т.н. «кулаков». Голод, болезни и попытки бегства сократили количество живых в течение тринадцати недель до 2200 человек. При этом имели место десятки случаев каннибализма…
Этот кошмарный эпизод сталинского террора (понятно, что это было сделано осознанно и целенаправленно) получил название Назинская трагедия. Трагедия стала широко известна потому, что обречённых было очень много… десятки аналогичных (намного меньшей численности) не получили огласки.
Это был довольно распространённый метод сталинского «окончательного решения кулацкого вопроса» … который в марте 1953 году едва не стал методом окончательного решения вопроса еврейского. И стал бы – если бы Берия своевременно не пресёк зловонную жизнь Красного Тамерлана…
Датой окончания сталинского «малого террора» обычно считают 1 декабря 1934 года, когда произошло убийство Сергея Кирова. Ибо это преступление (к политике отношения не имевшее) начало радикально более новую волну террора.
«Малый террор» был почти всегда публичным, поэтому Гитлер сотоварищи были о нём осведомлены. И знали, что если Сталину удастся оккупировать Германию (это намерение было очевидно), то такой же погром ожидает и рейх. Такую угрозу нужно было устранить любыми средствами. Любыми.
Разумеется, Гитлер и компания считали «малый террор» частью войны «еврейской расы» против арийцев. Это было не так… к сожалению, де-факто главой ОГПУ – главного инструмента террора – в то время был еврей Ягода. А общая доля евреев в карательном аппарате ОГПУ достигала 40%.
Как и во время Голодомора и раскулачивания…