«Предписание наркома внутренних дел СССР № 2756/Б сотруднику особых поручений спецгруппы НКВД СССР о расстреле 25 заключенных в г. Куйбышеве.
18 октября 1941 г.
С получением сего предлагается Вам выехать в г. Куйбышев и привести в исполнение приговор – высшую меру наказания (расстрелять) в отношении следующих заключенных:
1. Штерн Григорий Михайлович, генерал-полковник, начальник Главного управления ПВО Наркомата обороны СССР.
2. Локтионов Александр Дмитриевич, генерал-полковник, с 1940 года – командующий войсками Прибалтийского военного округа.
3. Смушкевич Яков Владимирович, генерал-лейтенант авиации, помощник начальника Генерального штаба РККА по авиации.
4. Савченко Георгий Косьмич, генерал-майор артиллерии, заместитель начальника Главного артиллерийского управления РККА.
5. Рычагов Павел Васильевич, генерал-лейтенант авиации, заместитель наркома обороны СССР.
6. Сакриер Иван Филимонович, дивизионный инженер [генерал-лейтенант инженерных войск], заместитель начальника вооружения и снабжения Главного управления ВВС РККА.
7. Засосов Иван Иванович, полковник, врио председателя артиллерийского комитета Главного артиллерийского управления РККА.
8. Володин Павел Семенович, генерал-майор авиации, начальник штаба ВВС РККА.
9. Проскуров Иван Иосифович, генерал-лейтенант авиации, командующий ВВС 7-й армии.
10. Склизков Степан Осипович, бригадный инженер, начальник Управления стрелового вооружения Главного артиллерийского управления РККА.
11. Арженухин Федор Константинович, генерал-лейтенант авиации, начальник Военной академии командного и штурманского состава ВВС РККА.
12. Каюков Матвей Максимович, генерал-майор, генерал-адъютант при заместителе наркома обороны СССР.
13. Соборнов Михаил Николаевич, военинженер 1-го ранга, начальник опытного отдела Технического совета Наркомата вооружения СССР.
14. Таубин Яков Григорьевич, конструктор стрелково-пушечного вооружения, начальник Особого конструкторского бюро № 16 Наркомата вооружения СССР, [создатель первого в мире пехотного автоматического гранатомета].
15. Розов Давид Аронович, заместитель наркома торговли СССР.
16. Розова-Егорова Зинаида Петровна, студентка Института иностранных языков, жена Давида Розова.
17. Голощекин Филипп Исаевич, Главный арбитр при СНК СССР [участник расстрела царской семьи… или его инсценировки].
18. Булатов Дмитрий Александрович, первый секретарь Омского обкома ВКП (б).
19. Нестеренко Мария Петровна, майор авиации, заместитель командира полка особого назначения, жена Павла Рычагова.
20. Фибих-Савченко Александра Ивановна – жена Георгия Савченко, домохозяйка.
21. Вайнштейн Самуил Герцович, заместитель наркома рыбной промышленности СССР.
22, Белахов Илья Львович, директор Института косметики и гигиены Главпарфюмера.
23. Слезберг Анна (Хая) Яковлевна, начальник «Главпищеароматмасло» Наркомпищепрома СССР.
24. Дунаевский Евгений Викторович, литературный работник, переводчик с персидского языка.
25. Кедров Михаил Сергеевич, член президиума Госплана СССР, директор Военно-санитарного института
Народный комиссар внутренних дел Л.П. Берия»
Первые двадцать человек из этого списка были расстреляны во внутренней тюрьме УНКВД по Куйбышевской области (согласно Акту о расстреле). А еще пять человек — гражданских — из того же списка были расстреляны 1 ноября 1941 года в другом месте в Саратовской тюрьме.
Изначально Сталин хотел провести показательный процесс над «шпионами и гнусными предателями» … но до контрнаступления РККА под Москвой он был слишком занят вопросами выживания – своего и своей «красной империи». Большевистской реинкарнации империи Российской.
И потому отдал приказ о расстреле без суда, оформив его в виде «убытия по первой категории». По неясной причине (даже он не мог себе объяснить, почему), некоторым «шпионам и предателям» он подарил ещё четыре месяца жизни…
Дело авиаторов
-
RolandVT
- Posts: 38363
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 653 times
- Been thanked: 11350 times
-
RolandVT
- Posts: 38363
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 653 times
- Been thanked: 11350 times
Дело авиаторов. День Красной Армии
9 января 1942 года нарком внутренних дел СССР Берия, в ведении которого находилась тюремная система, по требованию Хозяина представил ему список заключённых, проходивших в качестве обвиняемых по «делу авиаторов», «артиллерийскому делу», «делу наркомата боеприпасов» и другим делам.
Основной список содержал 37 фамилий; дополнительный – ещё четыре фамилии. Вождь просмотрел первый список и надписал: «Расстрелять всех поименованных в списке». Просмотрел второй – и наложил ту же резолюцию.
13 февраля 1942 года Особое совещание при НКВД СССР в соответствии с волей Вождя приговорило к высшей мере наказания (расстрелу):
1. АКИМОВА Бориса Владимировича, 1902 г.р., главного инженера 4-го Главного Управления Наркомата авиационной промышленности СССР;
2. АЛЕКСЕЕВА Павла Александровича, 1888 г.р., заместителя командующего ВВС Приволжского военного округа, генерал-лейтенанта авиации;
3. ВАСИЛЬЧЕНКО Николая Николаевича, 1896 г.р., помощника генерал-инспектора по военно-учебным заведениям ВВС РККА, комдива;
4. ВОДЯНИЦКОГО Леонида Израилевича, 1906 г.р., начальника планово-экономического отдела Наркомата Авиационной промышленности СССР;
5. ГОЛЬЦЕВА Николая Дмитриевича, 1897 г.р., начальника отдела автобронетанковых войск 18-й армии, генерал-майора;
6. ГОРИНА Сергея Петровича, 1903 г.р., директора завода №80 Наркомата Боеприпасов СССР;
7. ГУСЕВА Константина Михайловича, 1906 г.р., командующего ВВС Дальневосточного фронта, генерал-лейтенанта авиации;
8. ДЕ-ЛАЗАРИ Александра Николаевича, 1880 г.р., бывш. подполковника царской армии, старшего преподавателя Академии химзащиты РККА, генерал-майора;
9. ДИМАНТА Семёна Марковича, 1903 г.р., начальника курса Военной академии Механизации и Моторизации РККА, полковника;
10. ЕФРЕМОВА Бориса Алексеевича, 1903 г.р., начальника 2-го Главного Управления Наркомата Боеприпасов СССР;
11. ИНЯШКИНА Михаила Степановича, 1904 г.р., заместителя наркома Боеприпасов СССР;
12. ИОНОВА Алексея Павловича, 1894 г.р., командующего ВВС Прибалтийского военного округа, генерал-майора авиации;
13. ИРЛИНА Даниила Аркадьевича, 1902 г.р., начальника планового отдела Наркомата Боеприпасов СССР;
14. КАМИНСКОГО Анисима Владимировича, 1902 г.р., заместителя начальника 3-го Главного Управления Наркомата авиапромышленности СССР;
15. КЛЁНОВА Петра Семёновича, 1892 г.р., бывш. штабс-капитана русской императорской армии, начштаба Северо-Западного фронта, генерал-лейтенанта;
16. КОРОЛЕВА Дмитрия Васильевича, 1898 г.р., заместителя начальника 8-го Управления Наркомата авиационной промышленности СССР;
17. ЛАСКИНА Николая Алексеевича, 1894 г.р., начальника штаба ВВС Юго-Западного фронта, генерал-майора авиации;
28. ЛЁВИНА Александра Алексеевича, 1896 г.р., заместителя командующего ВВС Ленинградского военного округа, генерал-майора авиации;
19. МИХАЙЛОВА Ивана Семёновича, 1894 г.р., начальника 4-го Главного Управления Наркомата авиационной промышленности СССР;
20. НИКОНОВА Петра Константиновича, 1908 г.р., начальника 8-го Управления Главного Управления ВВС Красной Армии, военинженера 1-го ранга;
21. ОНИСЬКО Сергея Григорьевича, 1903 г.р., начальника отдела Научно-Испытательного полигона авиационного вооружения, военинженера 1-го ранга;
22. ПЕТРОВА Макария Ивановича, 1897 г.р., преподавателя Военной артиллерийской академии имени Дзержинского, генерал-майора;
23. ПТУХИНА Евгения Саввича, 1902 г.р., командующего ВВС Юго-Западного фронта, генерал-лейтенанта авиации;
24. ПУМПУРА Петра Ивановича, 1900 г.р., командующего ВВС Московского военного округа, генерал-лейтенанта авиации;
25. СЕЛИВАНОВА Ивана Васильевича, 1886 г.р., командира 83-й кавалерийской дивизии, ранее - командира 30-го стрелкового корпуса, генерал-лейтенанта;
26. СЕРГЕЕВА Ивана Павловича, 1897 г.р., наркома Боеприпасов СССР;
27. ТАЛЬКОВСКОГО Александра Александровича (Искандера Искандеровича) , 1894 г.р., бывш. штабс-капитана русской императорской армии, начальника курса Военной Академии имени Фрунзе, комдива;
28. ТАЮРСКОГО Андрея Ивановича, 1900 г.р., командующего ВВС Западного фронта, генерал-майора авиации;
29. ТОЛСТОВА Георгия Алексеевича, 1903 г.р., начальника Главснаба Наркомата Боеприпасов СССР;
30. ТРУБЕЦКОГО Николая Иустиновича, 1890 г.р., начальника управления военных сообщений РККА, генерал-лейтенанта технических войск;
31. ФИЛИНА Александра Ивановича, 1903 г.р., начальника НИИ ВВС РККА, генерал-майора авиации;
32. ХОДЯКОВА Александра Константиновича, 1908 г.р., члена Хозяйственного совета по оборонной промышленности при СНК СССР, ранее - заместителя наркома Боеприпасов СССР;
33. ХРЕНКОВА Николая Матвеевича, 1897 г.р., замнаркома боеприпасов СССР;
34. ЦИЛОВА Волько Яковлевича, 1896 г.р., начальника отделения опытного отдела Научно-Испытательного полигона ВВС РККА, военинженера 1-го ранга;
35. ШАХТА Эрнста Генриховича, 1902 г.р., помощника командующего ВВС Орловского военного округа, генерал-майора авиации;
36. ШИБАНОВА Василия Яковлевича, 1909 г.р., заместителя наркома Боеприпасов СССР;
37. ЮСУПОВА Павла Павловича, 1894 г.р., заместителя начальника штаба ВВС РККА, генерал-майора авиации.
Приговор был приведён в исполнение во внутренней тюрьме НКВД в Саратове 23 февраля 1942 года, в День Красной Армии.
В тот же день то же Особое Совещание вынесло аналогичный приговор в отношении:
1. ГЕРАСИМЕНКО Ивана Абрамовича, 1904 г.р., начальника 3-го отдела управления наземной артиллерии ГАУ РККА, военинженера 1-го ранга;
2. ЛИПИНА Василия Всеволодовича, 1897 г.р., начальника управления вооружения наземной артиллерии ГАУ РККА, военинженера 1-го ранга;
3. МИХНО Григория Фёдоровича, 1904 г.р., начальника отделения опытного отдела управления вооружения ВВС РККА, военинженера 1-го ранга;
4. ШЕВЧЕНКО Георгия Матвеевича, 1894 г.р., начальника Научно-испытательного полигона авиационного вооружения ВВС РККА, полковника.
Приговор был приведён в исполнение во внутренней тюрьме НКВД в Куйбышеве 24 февраля 1942 года.
Генералов и офицеров можно было с немалой пользой вернуть фронту; специалистов – в оборонную промышленность… но Сталину нужно… даже жизненно важно было поставить точку в «римейке большой чистки» …
Которую спровоцировал тот же человек, что и изначальную…
Основной список содержал 37 фамилий; дополнительный – ещё четыре фамилии. Вождь просмотрел первый список и надписал: «Расстрелять всех поименованных в списке». Просмотрел второй – и наложил ту же резолюцию.
13 февраля 1942 года Особое совещание при НКВД СССР в соответствии с волей Вождя приговорило к высшей мере наказания (расстрелу):
1. АКИМОВА Бориса Владимировича, 1902 г.р., главного инженера 4-го Главного Управления Наркомата авиационной промышленности СССР;
2. АЛЕКСЕЕВА Павла Александровича, 1888 г.р., заместителя командующего ВВС Приволжского военного округа, генерал-лейтенанта авиации;
3. ВАСИЛЬЧЕНКО Николая Николаевича, 1896 г.р., помощника генерал-инспектора по военно-учебным заведениям ВВС РККА, комдива;
4. ВОДЯНИЦКОГО Леонида Израилевича, 1906 г.р., начальника планово-экономического отдела Наркомата Авиационной промышленности СССР;
5. ГОЛЬЦЕВА Николая Дмитриевича, 1897 г.р., начальника отдела автобронетанковых войск 18-й армии, генерал-майора;
6. ГОРИНА Сергея Петровича, 1903 г.р., директора завода №80 Наркомата Боеприпасов СССР;
7. ГУСЕВА Константина Михайловича, 1906 г.р., командующего ВВС Дальневосточного фронта, генерал-лейтенанта авиации;
8. ДЕ-ЛАЗАРИ Александра Николаевича, 1880 г.р., бывш. подполковника царской армии, старшего преподавателя Академии химзащиты РККА, генерал-майора;
9. ДИМАНТА Семёна Марковича, 1903 г.р., начальника курса Военной академии Механизации и Моторизации РККА, полковника;
10. ЕФРЕМОВА Бориса Алексеевича, 1903 г.р., начальника 2-го Главного Управления Наркомата Боеприпасов СССР;
11. ИНЯШКИНА Михаила Степановича, 1904 г.р., заместителя наркома Боеприпасов СССР;
12. ИОНОВА Алексея Павловича, 1894 г.р., командующего ВВС Прибалтийского военного округа, генерал-майора авиации;
13. ИРЛИНА Даниила Аркадьевича, 1902 г.р., начальника планового отдела Наркомата Боеприпасов СССР;
14. КАМИНСКОГО Анисима Владимировича, 1902 г.р., заместителя начальника 3-го Главного Управления Наркомата авиапромышленности СССР;
15. КЛЁНОВА Петра Семёновича, 1892 г.р., бывш. штабс-капитана русской императорской армии, начштаба Северо-Западного фронта, генерал-лейтенанта;
16. КОРОЛЕВА Дмитрия Васильевича, 1898 г.р., заместителя начальника 8-го Управления Наркомата авиационной промышленности СССР;
17. ЛАСКИНА Николая Алексеевича, 1894 г.р., начальника штаба ВВС Юго-Западного фронта, генерал-майора авиации;
28. ЛЁВИНА Александра Алексеевича, 1896 г.р., заместителя командующего ВВС Ленинградского военного округа, генерал-майора авиации;
19. МИХАЙЛОВА Ивана Семёновича, 1894 г.р., начальника 4-го Главного Управления Наркомата авиационной промышленности СССР;
20. НИКОНОВА Петра Константиновича, 1908 г.р., начальника 8-го Управления Главного Управления ВВС Красной Армии, военинженера 1-го ранга;
21. ОНИСЬКО Сергея Григорьевича, 1903 г.р., начальника отдела Научно-Испытательного полигона авиационного вооружения, военинженера 1-го ранга;
22. ПЕТРОВА Макария Ивановича, 1897 г.р., преподавателя Военной артиллерийской академии имени Дзержинского, генерал-майора;
23. ПТУХИНА Евгения Саввича, 1902 г.р., командующего ВВС Юго-Западного фронта, генерал-лейтенанта авиации;
24. ПУМПУРА Петра Ивановича, 1900 г.р., командующего ВВС Московского военного округа, генерал-лейтенанта авиации;
25. СЕЛИВАНОВА Ивана Васильевича, 1886 г.р., командира 83-й кавалерийской дивизии, ранее - командира 30-го стрелкового корпуса, генерал-лейтенанта;
26. СЕРГЕЕВА Ивана Павловича, 1897 г.р., наркома Боеприпасов СССР;
27. ТАЛЬКОВСКОГО Александра Александровича (Искандера Искандеровича) , 1894 г.р., бывш. штабс-капитана русской императорской армии, начальника курса Военной Академии имени Фрунзе, комдива;
28. ТАЮРСКОГО Андрея Ивановича, 1900 г.р., командующего ВВС Западного фронта, генерал-майора авиации;
29. ТОЛСТОВА Георгия Алексеевича, 1903 г.р., начальника Главснаба Наркомата Боеприпасов СССР;
30. ТРУБЕЦКОГО Николая Иустиновича, 1890 г.р., начальника управления военных сообщений РККА, генерал-лейтенанта технических войск;
31. ФИЛИНА Александра Ивановича, 1903 г.р., начальника НИИ ВВС РККА, генерал-майора авиации;
32. ХОДЯКОВА Александра Константиновича, 1908 г.р., члена Хозяйственного совета по оборонной промышленности при СНК СССР, ранее - заместителя наркома Боеприпасов СССР;
33. ХРЕНКОВА Николая Матвеевича, 1897 г.р., замнаркома боеприпасов СССР;
34. ЦИЛОВА Волько Яковлевича, 1896 г.р., начальника отделения опытного отдела Научно-Испытательного полигона ВВС РККА, военинженера 1-го ранга;
35. ШАХТА Эрнста Генриховича, 1902 г.р., помощника командующего ВВС Орловского военного округа, генерал-майора авиации;
36. ШИБАНОВА Василия Яковлевича, 1909 г.р., заместителя наркома Боеприпасов СССР;
37. ЮСУПОВА Павла Павловича, 1894 г.р., заместителя начальника штаба ВВС РККА, генерал-майора авиации.
Приговор был приведён в исполнение во внутренней тюрьме НКВД в Саратове 23 февраля 1942 года, в День Красной Армии.
В тот же день то же Особое Совещание вынесло аналогичный приговор в отношении:
1. ГЕРАСИМЕНКО Ивана Абрамовича, 1904 г.р., начальника 3-го отдела управления наземной артиллерии ГАУ РККА, военинженера 1-го ранга;
2. ЛИПИНА Василия Всеволодовича, 1897 г.р., начальника управления вооружения наземной артиллерии ГАУ РККА, военинженера 1-го ранга;
3. МИХНО Григория Фёдоровича, 1904 г.р., начальника отделения опытного отдела управления вооружения ВВС РККА, военинженера 1-го ранга;
4. ШЕВЧЕНКО Георгия Матвеевича, 1894 г.р., начальника Научно-испытательного полигона авиационного вооружения ВВС РККА, полковника.
Приговор был приведён в исполнение во внутренней тюрьме НКВД в Куйбышеве 24 февраля 1942 года.
Генералов и офицеров можно было с немалой пользой вернуть фронту; специалистов – в оборонную промышленность… но Сталину нужно… даже жизненно важно было поставить точку в «римейке большой чистки» …
Которую спровоцировал тот же человек, что и изначальную…
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38363
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 653 times
- Been thanked: 11350 times
Дело авиаторов. Псы отпущения
Приказ № 0250 28 июля 1941 г.
По постановлению Государственного Комитета Обороны были арестованы и преданы суду военного трибунала за трусость, самовольное оставление стратегических пунктов без разрешения высшего командования, развал управления войсками, бездействие власти бывший командующий Западным фронтом генерал армии Павлов Д. Г., бывший начальник штаба того же фронта генерал-майор Климовских В. Е., бывший начальник связи того же фронта генерал-майор Григорьев А. Т., бывший командующий 4-й армией генерал-майор Коробков А. А.
Верховный суд Союза ССР 22 июля 1941 г. рассмотрел дело по обвинению Павлова Д. Г., Климовских В. Е., Григорьева А. Т. и Коробкова А. А.
Судебным следствием установлено, что:
а) бывший командующий Западным фронтом Павлов Д. Г. и бывший начальник штаба того же фронта Климовских В. Е. с начала военных действий немецко-фашистских войск против СССР проявили трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, допустили развал управления войсками, сдачу оружия и складов противнику, самовольное оставление боевых позиций частями Западного фронта и этим дали врагу возможность прорвать фронт;
б) бывший начальник связи Западного фронта Григорьев А. Т., имея возможность к установлению бесперебойной связи штаба фронта с действующими частями и соединениями, проявил паникерство и преступное бездействие, не использовал радиосвязь в результате чего с первых дней военных действий было нарушено управление войсками;
в) бывший командующий 4-й армией Западного фронта Коробков А. А. проявил трусость, малодушие и преступное бездействие, позорно бросил вверенные ему части, в результате чего армия была дезорганизована и понесла тяжелые потери.
Таким образом, Павлов Д. Г., Климовских В. Е., Григорьев А. Т. и Коробков А. А. нарушили военную присягу, обесчестили высокое звание воина Красной Армии, забыли свой долг перед Родиной, своей трусостью и паникерством, преступным бездействием, развалом управления войсками, сдачей оружия и складов противнику, допущением самовольного оставления боевых позиций частями нанесли серьёзный ущерб войскам Западного фронта.
Верховным судом Союза ССР Павлов Д. Г., Климовских В. Е., Григорьев А. Т. и Коробков А. А. лишены военных званий и приговорены к расстрелу[a].
Приговор приведен в исполнение.
Предупреждаю, что и впредь все нарушающие военную присягу, забывающие долг перед Родиной, порочащие высокое звание воина Красной армии, все трусы и паникеры, самовольно оставляющие боевые позиции и сдающие оружие противнику без боя, будут беспощадно караться по всем строгостям законов военного времени, не взирая на лица.
Приказ объявить всему начсоставу от командира полка и выше.
Народный комиссар обороны СССР И. Сталин
------------------------------------------------------------------
Генерал Павлов и его подчинённые должны были стать главными псами-волкодавами Красного Тамерлана, которых он собирался спустить на Германию и всю континентальную Европу (для начала) 23 июня 1941 года.
Однако не сложилось – Гитлер опередил Сталина. Опередил всего на сутки – но этого оказалось достаточно. В результате командующий Западным фронтом и его непосредственные подчинённые стали псами отпущения…
Дмитрий Григорьевич Павлов родился 4 ноября 1897 года в деревне Вонюх, Кологривского уезда, Костромской губернии Российской империи в крестьянской семье. Окончил 4 класса церковно-приходской школы, 2-классное училище в селе Суховерхово и экстерном сдал экзамены за 4 класса гимназии.
Был зачислен вольноопределяющимся в Русскую императорскую армию вскоре после начала Великой войны и сразу попал на фронт. Дослужился до старшего унтер-офицера. В июне 1916 года был ранен и взят в плен в Ковельском сражении на реке Стоход. В плену работал на шахтах в Германии.
Освобождён после окончания войны в январе 1919 года. После возвращения из плена полгода работал в подотделе социального обеспечения и охраны труда при Кологривском уездном отделе труда, откуда в конце августа того же года был призван в Красную армию.
С августа 1919 года — боец 56-го продовольственного батальона, затем делопроизводитель продотряда (красный упырь, в общем – эти части отличались чудовищной жестокостью даже по меркам Гражданской войны). В конце 1919 года направлен на учёбу и в 1920 году окончил командные курсы в Костроме.
С апреля 1920 года — командир взвода и кавалерийского дивизиона в 8-й Казачьей кавалерийской дивизии. С октября 1920 года — инспектор для поручения в инспекции кавалерии 13-й армии, с декабря 1920 — в инспекции кавалерии Южного фронта.
Воевал на Юго-Западном и Южном фронтах. Вступил в ВКП(б) в 1919 году. Окончил 24-ю Омскую пехотную школу имени Коминтерна в 1922 года. С апреля 1922 года командовал кавалерийским полком 10-й кавалерийской дивизии (полк дислоцировался в Семипалатинске).
С июня 1922 года — помощник командира 56-го кавалерийского полка 6-й Алтайской отдельной кавалерийской бригаде, во главе его вёл активные боевые действия против антисоветского вооружённого отряда Сальникова и Кайгородова в Барнаульском уезде. Каратель, короче (в таких операциях иначе не было).
В начале 1923 года был переброшен на Туркестанский фронт. С февраля 1923 года в должности начальника истребительного (карательного) отряда воевал против отряда басмачей курбаши Турдыбая в районе Ходжента.
С августа 1923 года в Восточной Бухаре командовал 77-м кавалерийским полком в боях против отрядов Ибрагим-бека, Ала-Назара, Барота, Ходмана, Хаджи-Али. С июня 1924 года — помощник командира полка по стрелковой подготовке.
Окончил Военную академию РККА имени М. В. Фрунзе (учился с октября 1925 по июнь 1928). С 1928 года — командир и комиссар 75-го кавалерийского полка 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады.
Бригада дислоцировалась на станции Даурия. Во главе полка отличился в конфликте на КВЖД, участвуя в глубоком обходе группировки китайских войск и в разгроме численно превосходящей Маньчжуро-Чжалайнорской группировки противника в ноябре 1929 года.
В марте 1930 года был отозван в Москву и направлен на учёбу. В следующем году окончил академические курсы технического усовершенствования начсостава при Военно-технической академии. С марта 1931 года — командир 6-го механизированного полка (Гомель), с февраля 1934 года — командир и комиссар 4-й механизированной бригады (Бобруйск) в Белорусском военном округе.
Бригада под его командованием стала одной из лучших механизированных частей в РККА, отлично проявила себя на Больших Киевских манёврах 1935 года. За отличную боевую подготовку в 1936 году был награждён орденом Ленина. Явно не за это (таких случаев было немало), ибо такой орден можно было получить только за серьёзную тайную операцию… понятно, где.
Во время Гражданской войны в Испании, с октября 1936 по июнь 1937 года, сражался на стороне республиканского правительства в числе советских добровольцев, был командиром танковой бригады под псевдонимом «Пабло».
Командовал крупными сводными танковыми группировками войск. Особенно отличился при отражении прорыва фронта под городом Махадаонда (январь 1937), в Харамской операции (февраль 1937), в Гвадалахарской операции (март 1937). За Харамское сражение был награждён республиканским правительством испанским боевым орденом в июле 1937 года.
С июля 1937 года — заместитель начальника, а с ноября 1937 года — начальник Автобронетанкового управления РККА. Одновременно с марта 1938 года — член Главного военного совета РККА.
Сыграл значительную роль (однако не во всём позитивную) в развитии советских бронетанковых войск перед советско-германской войной. Летом 1939 года участвовал в боевых действиях на Халхин-Голе в качестве военного советника по применению бронетанковых войск.
Участвовал в Финской войне, будучи инспектором по боевому применению танковых войск, а с 17 января по 29 февраля 1940 года — командующего Резервной группой войск (3 стрелковых дивизии, 2 кавалерийских дивизии, 1 танковая бригада).
Эта группа была предназначена для глубокого обхода Линии Маннергейма по льду Финского залива, но после первой неудачной попытки форсирования залива операция была отменена. С июня 1940 — командующий войсками Западного особого военного округа. С 1939 года кандидат в члены ЦК ВКП(б).
Опираясь на опыт боевых действий в Испании, настоял на создании танков Т-34 с дизельными двигателями, противоснарядным бронированием и пушками, способными пробивать противоснарядное бронирование вражеских танков.
По его настоянию был создан и «тяжёлый танк прорыва» КВ. Создан для прорыва в Европу (с последующей оккупацией последней) … но не случилось. В оборонительных боях и (особенно) в контратаках КВ оказался бесполезен – их легко и непринуждённо расстреливали 88-миллиметровые зенитки (даже болванка отрывала башню), коих в вермахте было… достаточно.
Аналогичное фиаско постигло лёгкий танк БТ с противопульным бронированием, оптимизированный под скорость (лавины этих танков должны были устремиться в прорывы, пробитые Т-34 и КВ), захватывая огромные территории… только вот не получились прорывы.
Точнее, прорывы-то получились… только панцерваффе (и вообще вермахта) оборонительных линий РККА. Разработанная при деятельном участии Павлова самоубийственная доктрина танковых контратак привела к тому, что противник расстреливал танки «советских панцерваффе» как в тире.
В результате только за неполное лето 1941 года (с 22 июня по 31 августа) РККА потеряла более 15 тысяч танков (!!). Вчетверо больше, чем у вермахта было на момент начала Операции Барбаросса.
В результате катастрофы в треугольнике Луцк — Броды — Дубно (крупнейшего чисто танкового сражения в истории) РККА безвозвратно потеряли 2648 танков. Безвозвратные потери панцерваффе вермахта составили… 85 машин. В тридцать (!!!) раз меньше.
И «благодарить» за это Красная Армия должна в первую очередь «великого танкового гения», начальника Автобронетанкового управления РККА генерала армии Павлова. Так что, хотя по приговору не за это совсем, расстреляли его очень даже по делу (за профнепригодность с катастрофическими последствиями).
Сталин что-то подозревал – и 7 июня 1940 года его сняли с должности начальника Автобронетанкового управления Красной армии и отправили командовать Белорусским особым военным округом.
Который через несколько дней после назначения Павлова был преобразован в Западный особый, а за день до начала Операции Барбаросса – в Западный фронт. Что означало войну… только вот 21 июня Сталин пребывал в полной уверенности, что Гитлер не нападёт, пока не подпишет мир с Великобританией. Так что какую войну это означало – вопрос риторический.
Командовал Павлов настолько блестяще, что уже 28 июня 1941 года вермахт взял Минск, а практически все армии фронта перестали существовать как организованная военная сила.
30 июня 1941 года Павлов был отстранён от должности командующего фронтом и вызван в Москву. Второго июля был возвращён на фронт, но с понижением на должность заместителя командующего Западным фронтом. Командующим стал народный комиссар обороны Тимошенко.
Однако Сталину срочно были нужны псы отпущения, поэтому уже два дня спустя Павлов был арестован и доставлен в Москву. 22 июля 1941 года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила его и его подельников к смертной казни с конфискацией имущества и лишением воинского звания. В этот же день они был расстреляны и похоронены на печально знаменитой Коммунарке.
Почему Павлов и его подчинённые считаются «псами отпущения?». А потому, что они (как и командование всех остальных фронтов) были вынуждены действовать в установленных Красным Тамерланом «прокрустовых рамках».
С одинаковым катастрофическим результатом: все три фронта (Западный, Юго-Западный и Северный); то есть весь Первый стратегический эшелон РККА – а за ним и Второй - были наголову разгромлены победоносным вермахтом.
Разгромлены потому, что по приказу Сталина всё время, силы и ресурсы следовало тратить на подготовку «освободительного похода в Европу» (Операции Гроза), а вариант внезапного нападения вермахта даже не рассматривался – не то, что не отрабатывался.
В результате, когда грянула Операция Барбаросса, войска всех фронтов РККА – от рядового до командующего – просто понятия не имели, что им делать. И потому стали лёгкой добычей вермахта, который расправлялся с ними как в тире…
По постановлению Государственного Комитета Обороны были арестованы и преданы суду военного трибунала за трусость, самовольное оставление стратегических пунктов без разрешения высшего командования, развал управления войсками, бездействие власти бывший командующий Западным фронтом генерал армии Павлов Д. Г., бывший начальник штаба того же фронта генерал-майор Климовских В. Е., бывший начальник связи того же фронта генерал-майор Григорьев А. Т., бывший командующий 4-й армией генерал-майор Коробков А. А.
Верховный суд Союза ССР 22 июля 1941 г. рассмотрел дело по обвинению Павлова Д. Г., Климовских В. Е., Григорьева А. Т. и Коробкова А. А.
Судебным следствием установлено, что:
а) бывший командующий Западным фронтом Павлов Д. Г. и бывший начальник штаба того же фронта Климовских В. Е. с начала военных действий немецко-фашистских войск против СССР проявили трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, допустили развал управления войсками, сдачу оружия и складов противнику, самовольное оставление боевых позиций частями Западного фронта и этим дали врагу возможность прорвать фронт;
б) бывший начальник связи Западного фронта Григорьев А. Т., имея возможность к установлению бесперебойной связи штаба фронта с действующими частями и соединениями, проявил паникерство и преступное бездействие, не использовал радиосвязь в результате чего с первых дней военных действий было нарушено управление войсками;
в) бывший командующий 4-й армией Западного фронта Коробков А. А. проявил трусость, малодушие и преступное бездействие, позорно бросил вверенные ему части, в результате чего армия была дезорганизована и понесла тяжелые потери.
Таким образом, Павлов Д. Г., Климовских В. Е., Григорьев А. Т. и Коробков А. А. нарушили военную присягу, обесчестили высокое звание воина Красной Армии, забыли свой долг перед Родиной, своей трусостью и паникерством, преступным бездействием, развалом управления войсками, сдачей оружия и складов противнику, допущением самовольного оставления боевых позиций частями нанесли серьёзный ущерб войскам Западного фронта.
Верховным судом Союза ССР Павлов Д. Г., Климовских В. Е., Григорьев А. Т. и Коробков А. А. лишены военных званий и приговорены к расстрелу[a].
Приговор приведен в исполнение.
Предупреждаю, что и впредь все нарушающие военную присягу, забывающие долг перед Родиной, порочащие высокое звание воина Красной армии, все трусы и паникеры, самовольно оставляющие боевые позиции и сдающие оружие противнику без боя, будут беспощадно караться по всем строгостям законов военного времени, не взирая на лица.
Приказ объявить всему начсоставу от командира полка и выше.
Народный комиссар обороны СССР И. Сталин
------------------------------------------------------------------
Генерал Павлов и его подчинённые должны были стать главными псами-волкодавами Красного Тамерлана, которых он собирался спустить на Германию и всю континентальную Европу (для начала) 23 июня 1941 года.
Однако не сложилось – Гитлер опередил Сталина. Опередил всего на сутки – но этого оказалось достаточно. В результате командующий Западным фронтом и его непосредственные подчинённые стали псами отпущения…
Дмитрий Григорьевич Павлов родился 4 ноября 1897 года в деревне Вонюх, Кологривского уезда, Костромской губернии Российской империи в крестьянской семье. Окончил 4 класса церковно-приходской школы, 2-классное училище в селе Суховерхово и экстерном сдал экзамены за 4 класса гимназии.
Был зачислен вольноопределяющимся в Русскую императорскую армию вскоре после начала Великой войны и сразу попал на фронт. Дослужился до старшего унтер-офицера. В июне 1916 года был ранен и взят в плен в Ковельском сражении на реке Стоход. В плену работал на шахтах в Германии.
Освобождён после окончания войны в январе 1919 года. После возвращения из плена полгода работал в подотделе социального обеспечения и охраны труда при Кологривском уездном отделе труда, откуда в конце августа того же года был призван в Красную армию.
С августа 1919 года — боец 56-го продовольственного батальона, затем делопроизводитель продотряда (красный упырь, в общем – эти части отличались чудовищной жестокостью даже по меркам Гражданской войны). В конце 1919 года направлен на учёбу и в 1920 году окончил командные курсы в Костроме.
С апреля 1920 года — командир взвода и кавалерийского дивизиона в 8-й Казачьей кавалерийской дивизии. С октября 1920 года — инспектор для поручения в инспекции кавалерии 13-й армии, с декабря 1920 — в инспекции кавалерии Южного фронта.
Воевал на Юго-Западном и Южном фронтах. Вступил в ВКП(б) в 1919 году. Окончил 24-ю Омскую пехотную школу имени Коминтерна в 1922 года. С апреля 1922 года командовал кавалерийским полком 10-й кавалерийской дивизии (полк дислоцировался в Семипалатинске).
С июня 1922 года — помощник командира 56-го кавалерийского полка 6-й Алтайской отдельной кавалерийской бригаде, во главе его вёл активные боевые действия против антисоветского вооружённого отряда Сальникова и Кайгородова в Барнаульском уезде. Каратель, короче (в таких операциях иначе не было).
В начале 1923 года был переброшен на Туркестанский фронт. С февраля 1923 года в должности начальника истребительного (карательного) отряда воевал против отряда басмачей курбаши Турдыбая в районе Ходжента.
С августа 1923 года в Восточной Бухаре командовал 77-м кавалерийским полком в боях против отрядов Ибрагим-бека, Ала-Назара, Барота, Ходмана, Хаджи-Али. С июня 1924 года — помощник командира полка по стрелковой подготовке.
Окончил Военную академию РККА имени М. В. Фрунзе (учился с октября 1925 по июнь 1928). С 1928 года — командир и комиссар 75-го кавалерийского полка 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады.
Бригада дислоцировалась на станции Даурия. Во главе полка отличился в конфликте на КВЖД, участвуя в глубоком обходе группировки китайских войск и в разгроме численно превосходящей Маньчжуро-Чжалайнорской группировки противника в ноябре 1929 года.
В марте 1930 года был отозван в Москву и направлен на учёбу. В следующем году окончил академические курсы технического усовершенствования начсостава при Военно-технической академии. С марта 1931 года — командир 6-го механизированного полка (Гомель), с февраля 1934 года — командир и комиссар 4-й механизированной бригады (Бобруйск) в Белорусском военном округе.
Бригада под его командованием стала одной из лучших механизированных частей в РККА, отлично проявила себя на Больших Киевских манёврах 1935 года. За отличную боевую подготовку в 1936 году был награждён орденом Ленина. Явно не за это (таких случаев было немало), ибо такой орден можно было получить только за серьёзную тайную операцию… понятно, где.
Во время Гражданской войны в Испании, с октября 1936 по июнь 1937 года, сражался на стороне республиканского правительства в числе советских добровольцев, был командиром танковой бригады под псевдонимом «Пабло».
Командовал крупными сводными танковыми группировками войск. Особенно отличился при отражении прорыва фронта под городом Махадаонда (январь 1937), в Харамской операции (февраль 1937), в Гвадалахарской операции (март 1937). За Харамское сражение был награждён республиканским правительством испанским боевым орденом в июле 1937 года.
С июля 1937 года — заместитель начальника, а с ноября 1937 года — начальник Автобронетанкового управления РККА. Одновременно с марта 1938 года — член Главного военного совета РККА.
Сыграл значительную роль (однако не во всём позитивную) в развитии советских бронетанковых войск перед советско-германской войной. Летом 1939 года участвовал в боевых действиях на Халхин-Голе в качестве военного советника по применению бронетанковых войск.
Участвовал в Финской войне, будучи инспектором по боевому применению танковых войск, а с 17 января по 29 февраля 1940 года — командующего Резервной группой войск (3 стрелковых дивизии, 2 кавалерийских дивизии, 1 танковая бригада).
Эта группа была предназначена для глубокого обхода Линии Маннергейма по льду Финского залива, но после первой неудачной попытки форсирования залива операция была отменена. С июня 1940 — командующий войсками Западного особого военного округа. С 1939 года кандидат в члены ЦК ВКП(б).
Опираясь на опыт боевых действий в Испании, настоял на создании танков Т-34 с дизельными двигателями, противоснарядным бронированием и пушками, способными пробивать противоснарядное бронирование вражеских танков.
По его настоянию был создан и «тяжёлый танк прорыва» КВ. Создан для прорыва в Европу (с последующей оккупацией последней) … но не случилось. В оборонительных боях и (особенно) в контратаках КВ оказался бесполезен – их легко и непринуждённо расстреливали 88-миллиметровые зенитки (даже болванка отрывала башню), коих в вермахте было… достаточно.
Аналогичное фиаско постигло лёгкий танк БТ с противопульным бронированием, оптимизированный под скорость (лавины этих танков должны были устремиться в прорывы, пробитые Т-34 и КВ), захватывая огромные территории… только вот не получились прорывы.
Точнее, прорывы-то получились… только панцерваффе (и вообще вермахта) оборонительных линий РККА. Разработанная при деятельном участии Павлова самоубийственная доктрина танковых контратак привела к тому, что противник расстреливал танки «советских панцерваффе» как в тире.
В результате только за неполное лето 1941 года (с 22 июня по 31 августа) РККА потеряла более 15 тысяч танков (!!). Вчетверо больше, чем у вермахта было на момент начала Операции Барбаросса.
В результате катастрофы в треугольнике Луцк — Броды — Дубно (крупнейшего чисто танкового сражения в истории) РККА безвозвратно потеряли 2648 танков. Безвозвратные потери панцерваффе вермахта составили… 85 машин. В тридцать (!!!) раз меньше.
И «благодарить» за это Красная Армия должна в первую очередь «великого танкового гения», начальника Автобронетанкового управления РККА генерала армии Павлова. Так что, хотя по приговору не за это совсем, расстреляли его очень даже по делу (за профнепригодность с катастрофическими последствиями).
Сталин что-то подозревал – и 7 июня 1940 года его сняли с должности начальника Автобронетанкового управления Красной армии и отправили командовать Белорусским особым военным округом.
Который через несколько дней после назначения Павлова был преобразован в Западный особый, а за день до начала Операции Барбаросса – в Западный фронт. Что означало войну… только вот 21 июня Сталин пребывал в полной уверенности, что Гитлер не нападёт, пока не подпишет мир с Великобританией. Так что какую войну это означало – вопрос риторический.
Командовал Павлов настолько блестяще, что уже 28 июня 1941 года вермахт взял Минск, а практически все армии фронта перестали существовать как организованная военная сила.
30 июня 1941 года Павлов был отстранён от должности командующего фронтом и вызван в Москву. Второго июля был возвращён на фронт, но с понижением на должность заместителя командующего Западным фронтом. Командующим стал народный комиссар обороны Тимошенко.
Однако Сталину срочно были нужны псы отпущения, поэтому уже два дня спустя Павлов был арестован и доставлен в Москву. 22 июля 1941 года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила его и его подельников к смертной казни с конфискацией имущества и лишением воинского звания. В этот же день они был расстреляны и похоронены на печально знаменитой Коммунарке.
Почему Павлов и его подчинённые считаются «псами отпущения?». А потому, что они (как и командование всех остальных фронтов) были вынуждены действовать в установленных Красным Тамерланом «прокрустовых рамках».
С одинаковым катастрофическим результатом: все три фронта (Западный, Юго-Западный и Северный); то есть весь Первый стратегический эшелон РККА – а за ним и Второй - были наголову разгромлены победоносным вермахтом.
Разгромлены потому, что по приказу Сталина всё время, силы и ресурсы следовало тратить на подготовку «освободительного похода в Европу» (Операции Гроза), а вариант внезапного нападения вермахта даже не рассматривался – не то, что не отрабатывался.
В результате, когда грянула Операция Барбаросса, войска всех фронтов РККА – от рядового до командующего – просто понятия не имели, что им делать. И потому стали лёгкой добычей вермахта, который расправлялся с ними как в тире…
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38363
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 653 times
- Been thanked: 11350 times
Дело авиаторов. Эпилог
Шеф РСХА и рейхспротектор Богемии и Моравии Рейнгард Гейдрих предсказуемо доигрался – результатом его полного пренебрежения к самым элементарным принципам личной безопасности стало покушение, организованное Управлением Специальных операций.
Утром 27 мая 1942 года в пражском пригороде Либень на пути из загородной резиденции Гейдриха Юнгферн Брешан к центру Праги британские террористы-киллеры чехословацкого происхождения Йозеф Габчик и Ян Кубиш взрывом ручной гранаты тяжело ранили Гейдриха.
Рейхспротектора доставили в ближайший госпиталь (Буловка) в грузовике, который остановил случайно оказавшийся на месте покушения чешский полицейский.
Что произошло дальше, покрыто мраком неизвестности. Известно только, что в тот же день в госпиталь прибыл личный врач Гиммлера Карл Гебхардт. Какое лечение он прописал Гейдриху, неизвестно, но оно оказалось в высшей степени неудачным.
Четвёртого июня, не приходя в сознание, обергруппенфюрер СС, начальник Главного управления имперской безопасности (РСХА), рейхспротектор Богемии и Моравии Рейган Тристан Ойген Гейдрих скончался.
В качестве причины смерти была указана «септическая полиорганная недостаточность» - одновременный отказ сразу нескольких функциональных систем организма в результате сепсиса (заражения крови). Однако это была лишь отписка – настоящая причина смерти Гейдриха неизвестна до сих пор…
Согласно показаниям различных свидетелей, допрошенных западногерманской полицией в 1961 году, в последний раз шефа гестапо Генриха Мюллера видели живым вечером 1 мая 1945 года в фюрербункере – на следующий день после самоубийства фюрера. Несколько очевидцев заявили, что он отказался примкнуть к группе, которая ночью пошла на прорыв из окружения.
Отказался потому, что (спасибо Колокольцеву) у него был гораздо лучший дополнительный ход в запасном выходе (выражаясь словами адмирала Канариса). Подземный ход из фюрербункера, прокопанный ещё в 1943 году по приказу предусмотрительного «главного строителя СС» Ханса Каммлера.
По этому ходу Мюллер (вместе с Евой Браун, убийство/самоубийство которой было грамотно инсценировано Колокольцевым «в киевском стиле») вышел из фюрербункера, переодевшись в католического священника. После чего благополучно перебрался в Швейцарию, где предсказуемо возглавил службу безопасности Die Neue SS.
По официальной версии, генерал-майор вермахта Ханс Пауль Остер был повешен на рояльной струне 9 апреля 1945 года в концлагере Флоссенбург по приговору Имперского народного суда.
На самом же деле, он - в результате очередной аферы теперь уже СС-группенфюрера Роланда фон Таубе - перебрался в немецкую Швейцарию. Где без особого энтузиазма, но все же принял предложение Генриха Гиммлера и возглавил разведку Die Neue SS.
Несмотря на то, что весной — в начале лета 1941 г. органам НКГБ удалось ликвидировать часть связанного с Литовским фронтом активистов подполья, в частности, штаб ЛФА в Вильнюсе, а затем лишить его части базы в ходе депортаций 14 июня 1941 года, вскрыть организацию полностью не удалось.
22 июня 1941 года ЛФА начал восстание в тылу Красной армии, которое плавно перетекло в кровавые еврейские погромы. К 25 июня, когда в Каунас вошли части вермахта, город уже был полностью под контролем повстанцев ЛФА.
22 июня 1941 года в Каунасе сторонники ЛФА сформировали Временное правительство Литвы, в котором Шкирпа был назначен премьер-министром, однако уже 25 июня он был отправлен гестапо под домашний арест в Берлине.
Реальной власти Шкирпа так и не получил. Никем не признанное правительство Литвы во главе с министром просвещения профессором Амбразявичюсом было распущено оккупантами через шесть недель.
После неудач вермахта на фронте, Шкирпа надеялся, что политика немцев в отношении Литвы изменится на фоне их военных неудач. В октябре 1943 года Шкирпа посетил Литву, а вернувшись в Берлин, 5 февраля 1944 года вручил германскому правительству меморандум с предложением передать власть в Литве самим литовцам.
Посол Японии генерал Хироси Осима ещё в 1943 году пытался убедить Гитлера, что было бы полезно признать государственный суверенитет Литвы, Латвии, Эстонии… и Украины.
Которые в этом случае могли бы сформировать коллаборационистские армии и спасти положение после Сталинградской битвы, вернуть инициативу на фронте вермахту. Гитлер категорически отверг это предложение, Шкирпа был интернирован в лагере политзаключённых в Бад-Годесберге, откуда в 1945 году был переведён в замок Айзенберг в Судетах.
После окончания войны Шкирпа был эвакуирован в Париж, в 1946 эмигрировал в Дублин, где преподавал русский язык в университете. В 1949 года переехал в США, где всю оставшуюся жизнь работал в Библиотеке Конгресса. В 1975 году была опубликована его книга о Литовском Фронте Активистов "Sukilimas" ("Восстание").
Шкирпа скончался 18 августа 1979 в столице США, в возрасте 84 лет. Первоначально был погребен там же, но в 1995 году его останки были возвращены на родину и перезахоронены в Каунасе на Пятрашюнском кладбище (в пантеоне выдающихся деятелей Литвы).
В июле 1942 года отделу дешифровки абвера удалось расшифровать перехваченную 26 августа 1941 года радиограмму советской военной разведки, в которой называлось имя Шульце-Бойзена и его адрес. Эта несусветная глупость руководства ГРУ стоила жизни всем участникам берлинской Красной Капеллы.
31 августа гестапо арестовало Шульце-Бойзена, 8 сентября 1942 года была арестована его жена Либертас. 19 декабря 1942 года Народная Судебная Палата приговорил Харро Шульце-Бойзена, Либертас Шульце-Бойзен и Арвида Харнака к смертной казни.
22 декабря 1942 года в 19 часов 5 минут Харро Шульце-Бойзен был повешен на рояльной струне на крюке для мясных туш (как предатель) в берлинской тюрьме Плётцензее, а его жена Либертас Шульце-Бойзен примерно через час гильотинирована там же.
7 сентября 1942 года Арвид Харнак и его супруга Милдред были арестованы гестапо. 19 декабря 1942 года Арвид Харнак был приговорён к смертной казни и 22 декабря 1942 года повешен в тюрьме Плётцензее (как и Шульце-Бойзен).
Милдред Фиш сначала была приговорена к шести годам заключения, однако 16 января 1943 года по личному распоряжению Гитлера этот приговор был заменён на смертную казнь. 16 февраля 1943 года она была гильотинирована в тюрьме Плётцензее в Берлине. Тела казнённых Шульце-Бойзенов и Харнака были переданы Герману Стеве для анатомических исследований.
После разгрома берлинской Красной Капеллы Леопольд Треппер благоразумно ушёл в подполье. Однако в дело вмешалась острая зубная боль. 24 ноября 1942 года Треппер вынужденно отправился к зубному врачу.
Гестапо узнало об этом от своих информаторов – и «Жан Жильбер» был арестован прямо в зубоврачебном кресле. К тому времени были разгромлены и парижская, и брюссельская «Красные Капеллы» (Колокольцев не имел к этому ни малейшего отношения – ему было вообще не до этого).
Раскрыв сеть радиопередатчиков «Красной капеллы», РСХА решило использовать её для дезинформации Москвы. Гиммлер хотел — ни больше ни меньше — предложить Советскому Союзу сепаратный мир. Его целью было внести раскол между СССР и его союзниками.
Треппер – который в обмен на сохранение жизни сдал всех своих подельников – согласился на участие в радиоигре. Согласился и Гуревич – на тех же условиях. Однако связные между Треппером и подпольной компартией успели передать в Москву сигнал тревоги – и Сталин был предупреждён.
Когда Треппер пережил свою полезность для Гиммлера, тот… приказал его отпустить. Ибо решил не пачкать руки о предателя – пусть его накажут свои. Пол приказу рейхсфюрера, 13 сентября 1943 года Трепперу устроили якобы побег.
В январе 1945 года Треппер, руководитель разведгруппы в Швейцарии Шандор Радо, его заместитель Александер Фут — всего 12 человек — уже в освобождённом Париже сели в самолёт, который отправился в Москву.
По прибытии в Центр, Треппер был немедленно арестован НКГБ. Гиммлер не ошибся… однако, когда следствие по делу Треппера было закончено, времени в СССР уже была отменена смертная казнь.
Поэтому 19 июня 1947 года Особое совещание при НКВД СССР (совершенно по делу) осудило Треппера «всего лишь» на 15 лет заключения - позднее срок сократили до 10 лет. Такой же приговор был вынесен и Шандору Радо.
В 1954 году, после смерти Сталина, Треппер был реабилитирован. Когда его привезли в квартиру, где жила его семья, сыновья не хотели признать его отцом; они были уверены, что их отец погиб.
В 1957 году Треппер получил разрешение выехать с семьёй в Польшу. Там он работал директором варшавского Еврейского культурно-общественного объединения и его издательства «Идиш Бух» под псевдонимом Лейб Домб.
После закрытия издательства властями написал книгу воспоминаний о его деятельности, которая осталась неопубликованной. После антиеврейской акции лидера Польши Владислава Гомулки Треппер в 1970 году решил уехать в Израиль, но получил отказ. Его сыновьям Мишелю, Пьеру и Эдгару разрешили уехать, но самого Треппера несколько лет не выпускали.
Только в конце 1973 года Треппер с женой Любой смог выехать на лечение в Лондон, откуда не вернулся в Польшу и уехал в Израиль. В 1975 году он издал на французском языке книгу «Большая игра» о своей шпионской деятельности. Которая имела к реальности отношение весьма отдалённое.
Леопольд Треппер скончался в Государстве Израиль в 1982 году. Похоронен в Иерусалиме на кладбище Хар ха-Менухот (крупнейшем кладбище города). Посмертно награждён медалью "Национальным бойцам", которую тогдашний министр обороны Израиля Ариэль Шарон вручил его вдове Любе Бройде.
После того как «Симекс» прочно встал на ноги, Гроссфогель отошёл от дел. В начале сороковых годов Гроссфогель женился, в 1942 году у него родилась дочь.
В декабре 1942 года, Гроссфогель был арестован в Париже в «Кафе де ля Пэ» и доставлен в гестапо. Его допросили, однако ничего нового он сообщить не мог – Треппер уже всё рассказал. Гроссфогель был приговорён к смерти бельгийским судом и гильотинирован 16 декабря 1942 года в Брюсселе.
Рихард Зорге в конце концов предсказуемо совсем потерял осторожность и своим беспробудным пьянством и сексуальными похождениями сам привёз себе арест и (в конечном итоге) казнь. И ладно бы только себе…
18 октября 1941 года 25 из 32 разведчиков группы Зорге (сам Зорге и 24 агента его сети) были арестованы японской контрразведкой. При обыске домов основных членов группы документы, свидетельствующие о шпионской деятельности, были найдены у всех, начиная с самого Зорге (это к вопросу об их профессионализме).
Однако донесения Зорге удалось расшифровать только после того, как на первом же допросе радист группы Макс Клаузен выдал всё, что он знал о шифрах, японцы смогли расшифровать и прочитать всю подборку перехваченных донесений за несколько лет. Эти донесения фигурировали в материалах следствия, и по ним обвиняемые давали свои пояснения.
Всего по делу группы Зорге было арестовано 35 человек, но привлечено к суду только 17. Дознание длилось до мая 1942 года. В июне 1942 года дела 17 обвиняемых были направлены в Токийский окружной уголовный суд.
Однако, прежде чем начались судебные заседания, Зорге и остальные обвиняемые в течение полугода подвергались повторным допросам — теперь уже судьями (о, легендарная японская бюрократия…)
Дело каждого обвиняемого рассматривалось отдельно тремя судьями. По каждому обвиняемому выносился отдельный приговор. Приговоры основным обвиняемым были вынесены 29 сентября 1943 года. Зорге и Одзаки были приговорены к смертной казни через повешение, Вукелич и Клаузен — к пожизненному тюремному заключению.
Имперский Верховный Суд Японии 20 января 1944 года отклонил кассационную жалобу Зорге под формальным предлогом, что эта жалоба была доставлена в Верховный суд на одни сутки позже установленного срока. 5 апреля 1944 года был оставлен в силе смертный приговор Одзаки, хотя его кассационная жалоба и была представлена вовремя.
Германские официальные лица после ареста Рихарда Зорге долго ставили под сомнение его вину. После предоставления неопровержимых доказательств (расшифрованные радиограммы, показания Зорге) Гитлер лично потребовал от японских властей выдачи предателя.
Потребовал с подачи Колокольцева, который намеревался инсценировать смерть Зорге, после чего отправить его лечиться от алкоголизма в Швейцарию (в качестве награды за предоставленную ценную информацию). Однако японцы упёрлись – и фюреру отказали.
А потом казнили, что было очень и очень странно. Ибо по японским законам того времени, казни подлежали шпионы во время войны... а в 1944 году Япония с СССР ещё не воевала (более того, злить Советы самураям было не с руки совсем).
Однако казнили... а почему казнили, было известно считанному числу посвящённых (по пальцам двух рук можно было пересчитать). В мае 1941 года Зорге удалось добыть предварительный план нападения Японии на базу США в Перл-Харборе.
Который он немедленно переслал Колокольцеву; тот – Саре Бернштейн… однако ни Черчилль, ни Рузвельт просто не поверили. Ибо были расистами до мозга костей и считали, что «эти жёлтые обезьяны» просто не способны реализовать такой план. Оказалось, что очень даже способны…
Один из соратников Зорге (который и добыл этот план) признался полиции в обмен на жизнь и свободу …, и самураи предсказуемо осатанели. Ибо если бы Черчилль и Рузвельт поверили, «тихоокеанский блицкриг» Японии ожидало бы сокрушительное поражение. И потому наплевали на имперский закон…
Показания Зорге о работе в Японии его разветвлённой разведывательной сети н сыграли существенную роль в разыгранной японскими спецслужбами операции по компрометации японских коммунистов и разгрому компартии Японии.
На всех подконтрольных Японии территориях прошли аресты японских коммунистов. После провала советской резидентуры, возглавляемой Рихардом Зорге, разведка СССР не имела надёжного источника информации в Японии.
Казнь Зорге состоялась в токийской тюрьме «Сугамо» в 10:20 утра 7 ноября 1944 года, после чего был казнён и Одзаки. Врач зафиксировал в протоколе, что после того, как Зорге сняли с виселицы, его сердце билось ещё восемь минут. В печати об этом ничего сообщено не было.
Советский Союз в течение 20 лет не признавал Зорге своим агентом. В 1964 году Хрущёв увидел фильм «Кто вы, доктор Зорге?». Генсек был буквально поражён увиденным. Узнав от руководителей советской разведки, присутствовавших на кинопоказе, о том, что Рихард Зорге реальный разведчик, Хрущёв приказал подготовить ему все материалы по этому делу.
Пятого ноября 1964 года Рихарду Зорге присвоили звание Героя Советского Союза (посмертно). Несколько членов его группы было награждено боевыми орденами.
В 1997 году группа японских адвокатов после многолетних усилий добилась, чтобы прокуратура города Йокогамы сняла с Рихарда Зорге обвинение в шпионаже, фактически признав, что он не был врагом Японии…
Кирилл Мерецков 28 августа из заключения написал письмо Сталину с просьбой направить его на фронт «в любом звании и в любом качестве». 6 сентября он был «освобождён на основании указаний директивных органов по соображениям особого порядка».
С 24 сентября 1941 года командовал 7-й отдельной армией, которая остановила наступление финских войск на реке Свирь. С 9 ноября 1941 года — командующий войсками 4-й отдельной армии, участвовал в Тихвинской наступательной операции. С 17 декабря 1941 года — командующий войсками Волховского фронта.
8 марта 1942 года заместителем Мерецкова был назначен генерал-лейтенант Андрей Власов (20 апреля Власов был назначен командующим 2-й ударной армии, оставаясь по совместительству заместителем командующего фронтом).
На этом посту он завершил проведение операции по выводу из окружения 2-й ударной армии. Лишь 21 июня ценой больших потерь был пробит узкий коридор, через который в течение трёх ночей разрозненные группы бойцов прорывались из окружения. 25 июня противник ликвидировал этот прорыв и оставшиеся в котле разрозненные остатки армии погибли. Командующий армией Андрей Власов сдался в плен 11 июля и впоследствии перешёл на службу к оккупантам.
В январе 1943 года Мерецков отличился в прорыве блокады Ленинграда в ходе Операции «Искра». В январе 1944 года сыграл большую роль в победе в Ленинградско-Новгородской операции.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 октября 1944 года было присвоено звание Маршала Советского Союза. С апреля 1945 года — командующий Приморской группой войск Дальневосточного фронта. Участник Парада Победы в Москве 24 июня 1945 года.
С 5 августа 1945 года командовал 1-м Дальневосточным фронтом, который наносил главный удар по японским войскам в Маньчжурии в ходе Советско-японской войны. 3 сентября 1945 года Мерецков был награждён орденом «Победа» за разгром Квантунской армии и победу над Японией.
После войны Мерецков командовал войсками ряда военных округов. С мая 1954 года — начальник Высших стрелково-тактических курсов усовершенствования командного состава пехоты «Выстрел».
С августа 1955 года — помощник Министра обороны СССР по высшим военно-учебным заведениям. С апреля 1964 года — генеральный инспектор Группы генеральных инспекторов Министерства обороны СССР. Скончался 30 декабря 1968 года в возрасте 71 года. Урна с его прахом захоронена в Кремлёвской стене.
Борис Ванников под пытками оговорил своего непосредственного начальника — Михаила Кагановича (старший брат Лазаря Кагановича – члена Политбюро ЦК и Первого зампреда предсовнаркома СССР). Первого июля Михаил Каганович был вызван в НКВД для очной ставки с Ванниковым. Улучив момент, он вышел в туалет и застрелился.
14 августа 1941 года Ванников был освобождён из заключения и назначен заместителем народного комиссара вооружения. Причина была банальна - через месяц с начала войны обнаружились большие перебои с поставками боеприпасов в войска… и выяснилось, что только Ванников может исправить ситуацию.
Сталин поинтересовался у Берии судьбой Ванникова. Последний содержался во внутренней тюрьме на Лубянке, откуда его срочно доставили к вождю. Состоялась долгая беседа, в ходе которой Сталин предложил Ванникову пост и попросил «обиды за случившееся не держать». Сталин сказал, что тоже сидел в тюрьме, на что Ванников ответил «Вы, товарищ Сталин, сидели у врагов, а я у своих».
16 февраля 1942 Ванников был назначен наркомом боеприпасов СССР. В конце 1942 года выпуск боеприпасов втрое превысил их производство в 1941 году, а в 1943 году по сравнению с 1941-м производство возросло вчетверо.
При этом удалось удешевить производство, улучшить качество, баллистические данные снарядов. В результате с 1943 года действующая армия не испытывала недостатка в снарядах, что способствовало достижению победы в войне.
За работу на этом посту Ванников был награждён званием Героя Социалистического Труда, а в 1944 году ему было присвоено воинское звание генерал-полковника.
В 1945—1953 годах играл важную роль в работах по созданию в СССР атомной бомбы, а затем и по производству ядерного оружия. В Специальном комитете атомного проекта Ванников был заместителем Берии (руководителя проекта) и отвечал за инженерно-технические работы.
В 1953—1958 годах — первый заместитель министра среднего машиностроения СССР (министерство ведало производством атомного оружия). В 1954 году за руководство при создании водородной бомбы он был удостоен третьей Золотой Звезды. С 1958 года — на пенсии.
Скончался 22 февраля 1962 года в Москве в возрасте 64 лет. Урна с его прахом погребена в Кремлёвской стене.
Утром 27 мая 1942 года в пражском пригороде Либень на пути из загородной резиденции Гейдриха Юнгферн Брешан к центру Праги британские террористы-киллеры чехословацкого происхождения Йозеф Габчик и Ян Кубиш взрывом ручной гранаты тяжело ранили Гейдриха.
Рейхспротектора доставили в ближайший госпиталь (Буловка) в грузовике, который остановил случайно оказавшийся на месте покушения чешский полицейский.
Что произошло дальше, покрыто мраком неизвестности. Известно только, что в тот же день в госпиталь прибыл личный врач Гиммлера Карл Гебхардт. Какое лечение он прописал Гейдриху, неизвестно, но оно оказалось в высшей степени неудачным.
Четвёртого июня, не приходя в сознание, обергруппенфюрер СС, начальник Главного управления имперской безопасности (РСХА), рейхспротектор Богемии и Моравии Рейган Тристан Ойген Гейдрих скончался.
В качестве причины смерти была указана «септическая полиорганная недостаточность» - одновременный отказ сразу нескольких функциональных систем организма в результате сепсиса (заражения крови). Однако это была лишь отписка – настоящая причина смерти Гейдриха неизвестна до сих пор…
Согласно показаниям различных свидетелей, допрошенных западногерманской полицией в 1961 году, в последний раз шефа гестапо Генриха Мюллера видели живым вечером 1 мая 1945 года в фюрербункере – на следующий день после самоубийства фюрера. Несколько очевидцев заявили, что он отказался примкнуть к группе, которая ночью пошла на прорыв из окружения.
Отказался потому, что (спасибо Колокольцеву) у него был гораздо лучший дополнительный ход в запасном выходе (выражаясь словами адмирала Канариса). Подземный ход из фюрербункера, прокопанный ещё в 1943 году по приказу предусмотрительного «главного строителя СС» Ханса Каммлера.
По этому ходу Мюллер (вместе с Евой Браун, убийство/самоубийство которой было грамотно инсценировано Колокольцевым «в киевском стиле») вышел из фюрербункера, переодевшись в католического священника. После чего благополучно перебрался в Швейцарию, где предсказуемо возглавил службу безопасности Die Neue SS.
По официальной версии, генерал-майор вермахта Ханс Пауль Остер был повешен на рояльной струне 9 апреля 1945 года в концлагере Флоссенбург по приговору Имперского народного суда.
На самом же деле, он - в результате очередной аферы теперь уже СС-группенфюрера Роланда фон Таубе - перебрался в немецкую Швейцарию. Где без особого энтузиазма, но все же принял предложение Генриха Гиммлера и возглавил разведку Die Neue SS.
Несмотря на то, что весной — в начале лета 1941 г. органам НКГБ удалось ликвидировать часть связанного с Литовским фронтом активистов подполья, в частности, штаб ЛФА в Вильнюсе, а затем лишить его части базы в ходе депортаций 14 июня 1941 года, вскрыть организацию полностью не удалось.
22 июня 1941 года ЛФА начал восстание в тылу Красной армии, которое плавно перетекло в кровавые еврейские погромы. К 25 июня, когда в Каунас вошли части вермахта, город уже был полностью под контролем повстанцев ЛФА.
22 июня 1941 года в Каунасе сторонники ЛФА сформировали Временное правительство Литвы, в котором Шкирпа был назначен премьер-министром, однако уже 25 июня он был отправлен гестапо под домашний арест в Берлине.
Реальной власти Шкирпа так и не получил. Никем не признанное правительство Литвы во главе с министром просвещения профессором Амбразявичюсом было распущено оккупантами через шесть недель.
После неудач вермахта на фронте, Шкирпа надеялся, что политика немцев в отношении Литвы изменится на фоне их военных неудач. В октябре 1943 года Шкирпа посетил Литву, а вернувшись в Берлин, 5 февраля 1944 года вручил германскому правительству меморандум с предложением передать власть в Литве самим литовцам.
Посол Японии генерал Хироси Осима ещё в 1943 году пытался убедить Гитлера, что было бы полезно признать государственный суверенитет Литвы, Латвии, Эстонии… и Украины.
Которые в этом случае могли бы сформировать коллаборационистские армии и спасти положение после Сталинградской битвы, вернуть инициативу на фронте вермахту. Гитлер категорически отверг это предложение, Шкирпа был интернирован в лагере политзаключённых в Бад-Годесберге, откуда в 1945 году был переведён в замок Айзенберг в Судетах.
После окончания войны Шкирпа был эвакуирован в Париж, в 1946 эмигрировал в Дублин, где преподавал русский язык в университете. В 1949 года переехал в США, где всю оставшуюся жизнь работал в Библиотеке Конгресса. В 1975 году была опубликована его книга о Литовском Фронте Активистов "Sukilimas" ("Восстание").
Шкирпа скончался 18 августа 1979 в столице США, в возрасте 84 лет. Первоначально был погребен там же, но в 1995 году его останки были возвращены на родину и перезахоронены в Каунасе на Пятрашюнском кладбище (в пантеоне выдающихся деятелей Литвы).
В июле 1942 года отделу дешифровки абвера удалось расшифровать перехваченную 26 августа 1941 года радиограмму советской военной разведки, в которой называлось имя Шульце-Бойзена и его адрес. Эта несусветная глупость руководства ГРУ стоила жизни всем участникам берлинской Красной Капеллы.
31 августа гестапо арестовало Шульце-Бойзена, 8 сентября 1942 года была арестована его жена Либертас. 19 декабря 1942 года Народная Судебная Палата приговорил Харро Шульце-Бойзена, Либертас Шульце-Бойзен и Арвида Харнака к смертной казни.
22 декабря 1942 года в 19 часов 5 минут Харро Шульце-Бойзен был повешен на рояльной струне на крюке для мясных туш (как предатель) в берлинской тюрьме Плётцензее, а его жена Либертас Шульце-Бойзен примерно через час гильотинирована там же.
7 сентября 1942 года Арвид Харнак и его супруга Милдред были арестованы гестапо. 19 декабря 1942 года Арвид Харнак был приговорён к смертной казни и 22 декабря 1942 года повешен в тюрьме Плётцензее (как и Шульце-Бойзен).
Милдред Фиш сначала была приговорена к шести годам заключения, однако 16 января 1943 года по личному распоряжению Гитлера этот приговор был заменён на смертную казнь. 16 февраля 1943 года она была гильотинирована в тюрьме Плётцензее в Берлине. Тела казнённых Шульце-Бойзенов и Харнака были переданы Герману Стеве для анатомических исследований.
После разгрома берлинской Красной Капеллы Леопольд Треппер благоразумно ушёл в подполье. Однако в дело вмешалась острая зубная боль. 24 ноября 1942 года Треппер вынужденно отправился к зубному врачу.
Гестапо узнало об этом от своих информаторов – и «Жан Жильбер» был арестован прямо в зубоврачебном кресле. К тому времени были разгромлены и парижская, и брюссельская «Красные Капеллы» (Колокольцев не имел к этому ни малейшего отношения – ему было вообще не до этого).
Раскрыв сеть радиопередатчиков «Красной капеллы», РСХА решило использовать её для дезинформации Москвы. Гиммлер хотел — ни больше ни меньше — предложить Советскому Союзу сепаратный мир. Его целью было внести раскол между СССР и его союзниками.
Треппер – который в обмен на сохранение жизни сдал всех своих подельников – согласился на участие в радиоигре. Согласился и Гуревич – на тех же условиях. Однако связные между Треппером и подпольной компартией успели передать в Москву сигнал тревоги – и Сталин был предупреждён.
Когда Треппер пережил свою полезность для Гиммлера, тот… приказал его отпустить. Ибо решил не пачкать руки о предателя – пусть его накажут свои. Пол приказу рейхсфюрера, 13 сентября 1943 года Трепперу устроили якобы побег.
В январе 1945 года Треппер, руководитель разведгруппы в Швейцарии Шандор Радо, его заместитель Александер Фут — всего 12 человек — уже в освобождённом Париже сели в самолёт, который отправился в Москву.
По прибытии в Центр, Треппер был немедленно арестован НКГБ. Гиммлер не ошибся… однако, когда следствие по делу Треппера было закончено, времени в СССР уже была отменена смертная казнь.
Поэтому 19 июня 1947 года Особое совещание при НКВД СССР (совершенно по делу) осудило Треппера «всего лишь» на 15 лет заключения - позднее срок сократили до 10 лет. Такой же приговор был вынесен и Шандору Радо.
В 1954 году, после смерти Сталина, Треппер был реабилитирован. Когда его привезли в квартиру, где жила его семья, сыновья не хотели признать его отцом; они были уверены, что их отец погиб.
В 1957 году Треппер получил разрешение выехать с семьёй в Польшу. Там он работал директором варшавского Еврейского культурно-общественного объединения и его издательства «Идиш Бух» под псевдонимом Лейб Домб.
После закрытия издательства властями написал книгу воспоминаний о его деятельности, которая осталась неопубликованной. После антиеврейской акции лидера Польши Владислава Гомулки Треппер в 1970 году решил уехать в Израиль, но получил отказ. Его сыновьям Мишелю, Пьеру и Эдгару разрешили уехать, но самого Треппера несколько лет не выпускали.
Только в конце 1973 года Треппер с женой Любой смог выехать на лечение в Лондон, откуда не вернулся в Польшу и уехал в Израиль. В 1975 году он издал на французском языке книгу «Большая игра» о своей шпионской деятельности. Которая имела к реальности отношение весьма отдалённое.
Леопольд Треппер скончался в Государстве Израиль в 1982 году. Похоронен в Иерусалиме на кладбище Хар ха-Менухот (крупнейшем кладбище города). Посмертно награждён медалью "Национальным бойцам", которую тогдашний министр обороны Израиля Ариэль Шарон вручил его вдове Любе Бройде.
После того как «Симекс» прочно встал на ноги, Гроссфогель отошёл от дел. В начале сороковых годов Гроссфогель женился, в 1942 году у него родилась дочь.
В декабре 1942 года, Гроссфогель был арестован в Париже в «Кафе де ля Пэ» и доставлен в гестапо. Его допросили, однако ничего нового он сообщить не мог – Треппер уже всё рассказал. Гроссфогель был приговорён к смерти бельгийским судом и гильотинирован 16 декабря 1942 года в Брюсселе.
Рихард Зорге в конце концов предсказуемо совсем потерял осторожность и своим беспробудным пьянством и сексуальными похождениями сам привёз себе арест и (в конечном итоге) казнь. И ладно бы только себе…
18 октября 1941 года 25 из 32 разведчиков группы Зорге (сам Зорге и 24 агента его сети) были арестованы японской контрразведкой. При обыске домов основных членов группы документы, свидетельствующие о шпионской деятельности, были найдены у всех, начиная с самого Зорге (это к вопросу об их профессионализме).
Однако донесения Зорге удалось расшифровать только после того, как на первом же допросе радист группы Макс Клаузен выдал всё, что он знал о шифрах, японцы смогли расшифровать и прочитать всю подборку перехваченных донесений за несколько лет. Эти донесения фигурировали в материалах следствия, и по ним обвиняемые давали свои пояснения.
Всего по делу группы Зорге было арестовано 35 человек, но привлечено к суду только 17. Дознание длилось до мая 1942 года. В июне 1942 года дела 17 обвиняемых были направлены в Токийский окружной уголовный суд.
Однако, прежде чем начались судебные заседания, Зорге и остальные обвиняемые в течение полугода подвергались повторным допросам — теперь уже судьями (о, легендарная японская бюрократия…)
Дело каждого обвиняемого рассматривалось отдельно тремя судьями. По каждому обвиняемому выносился отдельный приговор. Приговоры основным обвиняемым были вынесены 29 сентября 1943 года. Зорге и Одзаки были приговорены к смертной казни через повешение, Вукелич и Клаузен — к пожизненному тюремному заключению.
Имперский Верховный Суд Японии 20 января 1944 года отклонил кассационную жалобу Зорге под формальным предлогом, что эта жалоба была доставлена в Верховный суд на одни сутки позже установленного срока. 5 апреля 1944 года был оставлен в силе смертный приговор Одзаки, хотя его кассационная жалоба и была представлена вовремя.
Германские официальные лица после ареста Рихарда Зорге долго ставили под сомнение его вину. После предоставления неопровержимых доказательств (расшифрованные радиограммы, показания Зорге) Гитлер лично потребовал от японских властей выдачи предателя.
Потребовал с подачи Колокольцева, который намеревался инсценировать смерть Зорге, после чего отправить его лечиться от алкоголизма в Швейцарию (в качестве награды за предоставленную ценную информацию). Однако японцы упёрлись – и фюреру отказали.
А потом казнили, что было очень и очень странно. Ибо по японским законам того времени, казни подлежали шпионы во время войны... а в 1944 году Япония с СССР ещё не воевала (более того, злить Советы самураям было не с руки совсем).
Однако казнили... а почему казнили, было известно считанному числу посвящённых (по пальцам двух рук можно было пересчитать). В мае 1941 года Зорге удалось добыть предварительный план нападения Японии на базу США в Перл-Харборе.
Который он немедленно переслал Колокольцеву; тот – Саре Бернштейн… однако ни Черчилль, ни Рузвельт просто не поверили. Ибо были расистами до мозга костей и считали, что «эти жёлтые обезьяны» просто не способны реализовать такой план. Оказалось, что очень даже способны…
Один из соратников Зорге (который и добыл этот план) признался полиции в обмен на жизнь и свободу …, и самураи предсказуемо осатанели. Ибо если бы Черчилль и Рузвельт поверили, «тихоокеанский блицкриг» Японии ожидало бы сокрушительное поражение. И потому наплевали на имперский закон…
Показания Зорге о работе в Японии его разветвлённой разведывательной сети н сыграли существенную роль в разыгранной японскими спецслужбами операции по компрометации японских коммунистов и разгрому компартии Японии.
На всех подконтрольных Японии территориях прошли аресты японских коммунистов. После провала советской резидентуры, возглавляемой Рихардом Зорге, разведка СССР не имела надёжного источника информации в Японии.
Казнь Зорге состоялась в токийской тюрьме «Сугамо» в 10:20 утра 7 ноября 1944 года, после чего был казнён и Одзаки. Врач зафиксировал в протоколе, что после того, как Зорге сняли с виселицы, его сердце билось ещё восемь минут. В печати об этом ничего сообщено не было.
Советский Союз в течение 20 лет не признавал Зорге своим агентом. В 1964 году Хрущёв увидел фильм «Кто вы, доктор Зорге?». Генсек был буквально поражён увиденным. Узнав от руководителей советской разведки, присутствовавших на кинопоказе, о том, что Рихард Зорге реальный разведчик, Хрущёв приказал подготовить ему все материалы по этому делу.
Пятого ноября 1964 года Рихарду Зорге присвоили звание Героя Советского Союза (посмертно). Несколько членов его группы было награждено боевыми орденами.
В 1997 году группа японских адвокатов после многолетних усилий добилась, чтобы прокуратура города Йокогамы сняла с Рихарда Зорге обвинение в шпионаже, фактически признав, что он не был врагом Японии…
Кирилл Мерецков 28 августа из заключения написал письмо Сталину с просьбой направить его на фронт «в любом звании и в любом качестве». 6 сентября он был «освобождён на основании указаний директивных органов по соображениям особого порядка».
С 24 сентября 1941 года командовал 7-й отдельной армией, которая остановила наступление финских войск на реке Свирь. С 9 ноября 1941 года — командующий войсками 4-й отдельной армии, участвовал в Тихвинской наступательной операции. С 17 декабря 1941 года — командующий войсками Волховского фронта.
8 марта 1942 года заместителем Мерецкова был назначен генерал-лейтенант Андрей Власов (20 апреля Власов был назначен командующим 2-й ударной армии, оставаясь по совместительству заместителем командующего фронтом).
На этом посту он завершил проведение операции по выводу из окружения 2-й ударной армии. Лишь 21 июня ценой больших потерь был пробит узкий коридор, через который в течение трёх ночей разрозненные группы бойцов прорывались из окружения. 25 июня противник ликвидировал этот прорыв и оставшиеся в котле разрозненные остатки армии погибли. Командующий армией Андрей Власов сдался в плен 11 июля и впоследствии перешёл на службу к оккупантам.
В январе 1943 года Мерецков отличился в прорыве блокады Ленинграда в ходе Операции «Искра». В январе 1944 года сыграл большую роль в победе в Ленинградско-Новгородской операции.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 октября 1944 года было присвоено звание Маршала Советского Союза. С апреля 1945 года — командующий Приморской группой войск Дальневосточного фронта. Участник Парада Победы в Москве 24 июня 1945 года.
С 5 августа 1945 года командовал 1-м Дальневосточным фронтом, который наносил главный удар по японским войскам в Маньчжурии в ходе Советско-японской войны. 3 сентября 1945 года Мерецков был награждён орденом «Победа» за разгром Квантунской армии и победу над Японией.
После войны Мерецков командовал войсками ряда военных округов. С мая 1954 года — начальник Высших стрелково-тактических курсов усовершенствования командного состава пехоты «Выстрел».
С августа 1955 года — помощник Министра обороны СССР по высшим военно-учебным заведениям. С апреля 1964 года — генеральный инспектор Группы генеральных инспекторов Министерства обороны СССР. Скончался 30 декабря 1968 года в возрасте 71 года. Урна с его прахом захоронена в Кремлёвской стене.
Борис Ванников под пытками оговорил своего непосредственного начальника — Михаила Кагановича (старший брат Лазаря Кагановича – члена Политбюро ЦК и Первого зампреда предсовнаркома СССР). Первого июля Михаил Каганович был вызван в НКВД для очной ставки с Ванниковым. Улучив момент, он вышел в туалет и застрелился.
14 августа 1941 года Ванников был освобождён из заключения и назначен заместителем народного комиссара вооружения. Причина была банальна - через месяц с начала войны обнаружились большие перебои с поставками боеприпасов в войска… и выяснилось, что только Ванников может исправить ситуацию.
Сталин поинтересовался у Берии судьбой Ванникова. Последний содержался во внутренней тюрьме на Лубянке, откуда его срочно доставили к вождю. Состоялась долгая беседа, в ходе которой Сталин предложил Ванникову пост и попросил «обиды за случившееся не держать». Сталин сказал, что тоже сидел в тюрьме, на что Ванников ответил «Вы, товарищ Сталин, сидели у врагов, а я у своих».
16 февраля 1942 Ванников был назначен наркомом боеприпасов СССР. В конце 1942 года выпуск боеприпасов втрое превысил их производство в 1941 году, а в 1943 году по сравнению с 1941-м производство возросло вчетверо.
При этом удалось удешевить производство, улучшить качество, баллистические данные снарядов. В результате с 1943 года действующая армия не испытывала недостатка в снарядах, что способствовало достижению победы в войне.
За работу на этом посту Ванников был награждён званием Героя Социалистического Труда, а в 1944 году ему было присвоено воинское звание генерал-полковника.
В 1945—1953 годах играл важную роль в работах по созданию в СССР атомной бомбы, а затем и по производству ядерного оружия. В Специальном комитете атомного проекта Ванников был заместителем Берии (руководителя проекта) и отвечал за инженерно-технические работы.
В 1953—1958 годах — первый заместитель министра среднего машиностроения СССР (министерство ведало производством атомного оружия). В 1954 году за руководство при создании водородной бомбы он был удостоен третьей Золотой Звезды. С 1958 года — на пенсии.
Скончался 22 февраля 1962 года в Москве в возрасте 64 лет. Урна с его прахом погребена в Кремлёвской стене.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38363
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 653 times
- Been thanked: 11350 times
Дело авиаторов. На мирно спящих аэродромах
К моменту начала Операции Барбаросса, ВВС РККА по численности боеготовых самолётов у западных границ превосходили люфтваффе в два с половиной раза (7133 против 2770).
Тем не менее, до конца июля советские ВВС потеряли практически ВСЮ свою боевую авиацию на советско-германском фронте (более 9 000 самолётов). Боевые потери составили около полутора тысяч… остальные (83%) проходили по категории «небоевые». На аэродромах…
Всего за несколько первых дней войны были потеряны более двух тысяч самолётов… почти 1 700 не в бою и не от ударов по аэродромам. А всего до конца года ВВС РККА потеряли почти 21 тысячу боевых самолётов (на 22 июня на всей территории СССР их было примерно 17 500).
Операция Blitzeinschlag-3 завершилась грандиозным успехом, ибо превратила ВВС РККА в такое же неуправляемое, одержимое страхом скопище персонала и боевой техники, как и танковые, и механизированные, и стрелковые, и прочие части сухопутных сил РККА.
Успеху операции немало поспособствовал тот неоспоримый факт, что накануне войны Сталин распространил на авиацию, авиационную промышленность и науку свои специфические методы руководства.
Административный нажим, массовые репрессии, насаждение атмосферы страха, подхалимства и кровавых интриг. В результате были разгромлены сложившиеся научные коллективы, физически уничтожены (или надолго отстранены от работы) лучшие специалисты. Естественный процесс обновления самолетного парка советских ВВС накануне войны был заморожен на 2-3 года.
Результат был аналогичным – как и на земле, в воздухе РККА в лучшем случае пыталась контратаковать… с тем же результатом, что и танковые атаки на земле. Истреблением «сталинских соколов» (особенно бомбардировщиков).
Ибо система управления ВВС РККА была разрушена римейком ежовщины, а к отражению внезапного удара люфтваффе никто не готовился (а могли бы – если бы имевшие опыт войны с Легионом Кондор руководители ВВС не были своевременно нейтрализованы Колокольцевым сотоварища).
В худшем же «сталинские соколы» просто… бросали свои «птички» (и их вооружение), садились на полуторки… и «перебазировались» в тыл. Согласно типичному отчёту того времени, от каждой авиационной части оставались 75% экипажей… и (в лучшем случае) 20% самолётов.
Причины объяснялись в том же отчёте, согласно которому, «все приказы, инструкции и наставления проигнорированы, самолеты выстроены посреди летного поля крылом к крылу, половина личного состава находится в городе у близких, остальные при первых же выстрелах заводят полуторку и уезжают». Перебазируются… на сотни километров в тыл.
После этого либо звено истребителей люфтваффе с бреющего полета, неспешно и старательно, расстреливает брошенные на летном поле советские самолеты… либо (что случалось гораздо чаще) на захваченный за несколько дней до того аэродром советских ВВС приезжала команда немецкой тыловой службы в составе одного фельдфебеля и двух солдат.
Фельдфебель лениво пересчитывает «по хвостам» брошенные самолеты, после чего солдаты сливают бензин из баков на землю и щелкают зажигалкой… в результате имеет место в прямом смысле «уничтожение на земле».
Более того, если фельдфебель был из наземных служб люфтваффе (а так оно, скорее всего, и было), то и самолеты эти можно по праву считать «уничтоженными немецкими ВВС».
Вот только один пример. Командир 127-й авиабазы на площадке Груджай оставил врагу 5 144 авиабомбы (разных марок), 442 500 винтовочных и авиационных патрон и 10 пулеметов ШКАС. В Шяуляе оставлено 18 вагонов авиабомб, три миллиона авиапатронов, несколько тонн бензина; продовольственные, вещевые и технические склады…
Так как главной причиной потерь самолетов на аэродромах было паническое «перебазирование», то и количество потерянных (брошенных на опустевших аэродромах) самолетов прямо зависело от темпов наступления вермахта на различных участках советско-германского фронта.
Причем — и это очень важно отметить — зависимость между темпом отхода наземных частей Красной Армии и «перебазированием» авиации была взаимной. Что логично – оставшиеся без поддержки с воздуха сухопутные силы становились лёгкой добычей люфтваффе… а потом и сухопутных сил вермахта.
Бездействие (а то и бегство) ВВС РККА позволило люфтваффе почти беспрепятственно бомбить боевые порядки наземных войск РККА, что стало одной из причин беспорядочного панического отступления, которое, в свою очередь, еще более подталкивало авиационных командиров к принятию решения о срочном «перебазировании».
Таким образом в считанные дни сформировалась система с «положительной обратной связью», действие которой привело в конечном итоге к тому, что значительная часть самолетного парка ВВС Западного, Северо-Западного и Юго-Западного) фронтов была просто брошена на аэродромах.
Результатом стало самое грандиозное и катастрофическое военное поражение в истории человечества…
Тем не менее, до конца июля советские ВВС потеряли практически ВСЮ свою боевую авиацию на советско-германском фронте (более 9 000 самолётов). Боевые потери составили около полутора тысяч… остальные (83%) проходили по категории «небоевые». На аэродромах…
Всего за несколько первых дней войны были потеряны более двух тысяч самолётов… почти 1 700 не в бою и не от ударов по аэродромам. А всего до конца года ВВС РККА потеряли почти 21 тысячу боевых самолётов (на 22 июня на всей территории СССР их было примерно 17 500).
Операция Blitzeinschlag-3 завершилась грандиозным успехом, ибо превратила ВВС РККА в такое же неуправляемое, одержимое страхом скопище персонала и боевой техники, как и танковые, и механизированные, и стрелковые, и прочие части сухопутных сил РККА.
Успеху операции немало поспособствовал тот неоспоримый факт, что накануне войны Сталин распространил на авиацию, авиационную промышленность и науку свои специфические методы руководства.
Административный нажим, массовые репрессии, насаждение атмосферы страха, подхалимства и кровавых интриг. В результате были разгромлены сложившиеся научные коллективы, физически уничтожены (или надолго отстранены от работы) лучшие специалисты. Естественный процесс обновления самолетного парка советских ВВС накануне войны был заморожен на 2-3 года.
Результат был аналогичным – как и на земле, в воздухе РККА в лучшем случае пыталась контратаковать… с тем же результатом, что и танковые атаки на земле. Истреблением «сталинских соколов» (особенно бомбардировщиков).
Ибо система управления ВВС РККА была разрушена римейком ежовщины, а к отражению внезапного удара люфтваффе никто не готовился (а могли бы – если бы имевшие опыт войны с Легионом Кондор руководители ВВС не были своевременно нейтрализованы Колокольцевым сотоварища).
В худшем же «сталинские соколы» просто… бросали свои «птички» (и их вооружение), садились на полуторки… и «перебазировались» в тыл. Согласно типичному отчёту того времени, от каждой авиационной части оставались 75% экипажей… и (в лучшем случае) 20% самолётов.
Причины объяснялись в том же отчёте, согласно которому, «все приказы, инструкции и наставления проигнорированы, самолеты выстроены посреди летного поля крылом к крылу, половина личного состава находится в городе у близких, остальные при первых же выстрелах заводят полуторку и уезжают». Перебазируются… на сотни километров в тыл.
После этого либо звено истребителей люфтваффе с бреющего полета, неспешно и старательно, расстреливает брошенные на летном поле советские самолеты… либо (что случалось гораздо чаще) на захваченный за несколько дней до того аэродром советских ВВС приезжала команда немецкой тыловой службы в составе одного фельдфебеля и двух солдат.
Фельдфебель лениво пересчитывает «по хвостам» брошенные самолеты, после чего солдаты сливают бензин из баков на землю и щелкают зажигалкой… в результате имеет место в прямом смысле «уничтожение на земле».
Более того, если фельдфебель был из наземных служб люфтваффе (а так оно, скорее всего, и было), то и самолеты эти можно по праву считать «уничтоженными немецкими ВВС».
Вот только один пример. Командир 127-й авиабазы на площадке Груджай оставил врагу 5 144 авиабомбы (разных марок), 442 500 винтовочных и авиационных патрон и 10 пулеметов ШКАС. В Шяуляе оставлено 18 вагонов авиабомб, три миллиона авиапатронов, несколько тонн бензина; продовольственные, вещевые и технические склады…
Так как главной причиной потерь самолетов на аэродромах было паническое «перебазирование», то и количество потерянных (брошенных на опустевших аэродромах) самолетов прямо зависело от темпов наступления вермахта на различных участках советско-германского фронта.
Причем — и это очень важно отметить — зависимость между темпом отхода наземных частей Красной Армии и «перебазированием» авиации была взаимной. Что логично – оставшиеся без поддержки с воздуха сухопутные силы становились лёгкой добычей люфтваффе… а потом и сухопутных сил вермахта.
Бездействие (а то и бегство) ВВС РККА позволило люфтваффе почти беспрепятственно бомбить боевые порядки наземных войск РККА, что стало одной из причин беспорядочного панического отступления, которое, в свою очередь, еще более подталкивало авиационных командиров к принятию решения о срочном «перебазировании».
Таким образом в считанные дни сформировалась система с «положительной обратной связью», действие которой привело в конечном итоге к тому, что значительная часть самолетного парка ВВС Западного, Северо-Западного и Юго-Западного) фронтов была просто брошена на аэродромах.
Результатом стало самое грандиозное и катастрофическое военное поражение в истории человечества…
Scribo, ergo sum