Средства массовой дезинформации 1930-х годов, разнообразный худлит и прочий Голливуд (и даже некоторые вроде бы документальные детективы) создали совершенно неверное представление о Бонни Паркер и Клайде Барроу.
До сих пор массовое сознание совершенно некорректно воспринимает их как чуть ли не «народных героев» периода Великой Депрессии; пару «Робин Гудов», грабивших исключительно банки, наживавшиеся на страданиях простых американцев; а если и убивавшиех то только продажных полицейских – и то исключительно в качестве самообороны.
В реальности Бонни и Клайд были создателями и лидерами банды, в которую входило до девяти человек (количество членов банды постоянно менялось). Грабили они в основном не банки (хотя и такое случалось), а небольшие магазинчики, парикмахерские и заправки.
Всего они убили двенадцать человек – двоих гражданских, двоих тюремщиков и восемь полицейских, просто честно выполнявших свой долг. Ни одно убийство не было вызвано необходимостью - бандиты (особенно инфернальная фурия Бонни) убивали просто потому, что им нравилось убивать.
Вопреки распространённейшим заблуждениям, Бонни и Клайд (это вполне реалистично показано в фильме The Highwaymen) были парой даже по тем временам лютых отморозков-психопатов, утративших всё человеческое и заключивших что-то вроде суицидального пакта (ибо знали, что их убьют).
Причём стремились они к тому, что, в конце концов, и получили: suicide by cop. Самоубийство руками полицейских. 23 мая 1934 года они были в упор расстреляны без суда в своём автомобиле на просёлочной дороге в округе Бьенвилль в Луизиане техасскими рейнджерами и местными полицейскими.
Собственно, именно эта жирная точка в кровавой эпопее Бонни и Клайда и стала самым важным и значимым событием 1934 года… и эхом аукнулась спустя три десятилетия. Ибо впервые в тогдашней войне с «врагами общества» бандиты были целенаправленно убиты без суда и без предупреждения – их даже не попытались задержать. Что было чистой воды беззаконием.
В том же году аналогичным образом были убиты бандиты Малыш Нельсон, Красавчик Флойд – и Джон Диллинджер. Именно ликвидация последнего и стало той гранью, перешагнув которую, директор тогда ещё просто Бюро Расследований Джон Эдгар Гувер летом 1963 года уже совершенно спокойно и без эмоций отдал самый важный приказ в своей жизни и в истории ФБР.
Приказ о ликвидации президента США Джона Кеннеди. Впрочем, это уже совсем другая история, которую я обязательно расскажу в одной из следующих книг.
А пока вернёмся к Бонни и Клайду. Бонни Элизабет Паркер родилась 1 октября 1910 года в Роуене, штат Техас второй из трёх детей. Бонни писала стихи, такие как «История Самоубийцы Сэла» (что характерно) и «Конец тропы» - последнее более известно как «История Бонни и Клайда».
Бонни была умной и романтичной девочкой, однако постоянно требовала внимания… обычное дело для ребёнка женского пола. Ей нравилось выступать на сцене; она мечтала стать актрисой… и таки стала. Сыграв в реальной жизни такую роль, что никакой Голливуд и рядом не стоял – после чего стала знаменитостью на зависть кинозвёздам первой величины.
В 15-летнем возрасте, Бонни познакомилась с Роем Торнтоном, который был на два года старше. Они синхронно бросили школу и поженились 25 сентября 1926 года, за шесть дней до ее 16-летия. Семейная жизнь сразу не заладилась из-за его частого отсутствия и проблем с законом. Три года спустя они расстались.
В момент гибели, Бонни все еще носила обручальное кольцо, подаренное ей Торнтоном. Он находился в тюрьме, когда узнал о ее смерти, и вздохнул: «Я рад, что они ушли, как ушли. Это гораздо лучше, чем попасться и умереть на электрическом стуле».
Торнтон закончил свою короткую жизнь схожим с Бонни образом. Приговоренный в 1933 году к пяти годам заключения за грабеж, после нескольких попыток побега из других тюрем, он был убит при попытке побега из тюрьмы Хантсвилля 3 октября 1937 года.
После того как она рассталась с Торнтоном, Бонни вернулась к матери и работала официанткой в Далласе. Одним из ее постоянных клиентов был почтовый служащий Тед Хинтон. В 1932 году он поступил на службу в управление шерифа округа Даллас и, в конечном итоге, стал членом отряда, убившего Бонни и Клайда.
В начале 1929 года, когда ей было 18 лет, Паркер недолго вела дневник, в котором писала о своем одиночестве, тоскливой жизни в Далласе и любви к фотографии.
Клайд Барроу родился 24 марта 1909 года в бедной фермерской семье в городке Телико недалеко от Далласа, пятым из семи детей. В начале 1920-х годов семья переехала в Даллас. Первые месяцы в городе Далласе семья Барроу провела, живя под своим фургоном, пока не накопила достаточно денег на покупку палатки.
Кромешная нищета прямо-таки вытолкнула Клайда на преступную стезю – как и тысячи других подростков. Впервые он был арестован в конце 1926 года, в возрасте 17 лет, после того как сбежал, когда полиция задержала его из-за арендованного автомобиля, который он не вернул вовремя (украл, то бишь). Однако отделался лёгким наказанием.
Вскоре после этого он был арестован во второй раз вместе со своим братом Баком за хранение украденных индюшек (!!). После чего взялся за криминальные дела уже всерьёз и по-взрослому: взламывал сейфы, грабил магазины и угонял автомобили.
В январе 1930 года он познакомился с 19-летней Бонни, которая (как и многие девушки) увлеклась уголовной романтикой и быстро стала не столько любовницей Клайда (хотя и не без этого), сколько криминальным партнёром.
Вскоре Клайд был арестован и осужден за угон автомобиля. 11 марта 1930 года он сбежал из тюрьмы с помощью пистолета, который Бонни пронесла в тюрьму. Однако через неделю снова попался, после чего отправился сначала в тюрьму, а затем был направлен на тюремную ферму Истхэм (типа ИТЛ по-техасски).
В тюрьме он подвергся сексуальному насилию и отомстил, напав на своего мучителя и убив его трубой, раздробив ему череп. Это было его первое убийство… но далеко не последнее. Ответственность за убийство взял на себя другой заключенный, который уже отбывал пожизненное заключение (видимо, Бонни ему очень хорошо заплатила).
Это был исключительно важный эпизод в жизни Клайда – именно он впоследствии превратил мелкого преступника в хладнокровного и безжалостного серийного убийцу.
Чтобы избежать тяжелого труда на ферме, в конце января 1932 года Барроу ампутировал себе два пальца на ноге — то ли с помощью другого заключённого, то ли самостоятельно.
Из-за этого он до конца жизни хромал. Ампутация замедлила его физические способности, затрудняя побег от правоохранительных органов и ограничивая его мобильность во время многочисленных ограблений.
Однако, без его ведома, его мать успешно подала прошение об его освобождении, и он был освобожден через шесть дней после нанесения себе умышленной травмы (так что все его страдания и травмы были напрасны).
Второго февраля 1932 года он был условно-досрочно освобожден, став к тому времени закоренелым и озлобленным преступником. Его сестра Мари впоследствии рассказывала:
«С ним наверняка произошло что-то ужасное в тюрьме, потому что, когда он вышел, он был уже не тем человеком, как до того». Точнее, уже не-совсем-человеком. Сокамерник Клайда заявил, что на его глазах Клайд «превратился из школьника в гремучую змею».
Выйдя на свободу, Клайд немедленно вернулся на преступную стезю… причём вернулся с шиком. Ибо грабил продуктовые магазины и заправочные станции, угрожая… армейской автоматической винтовкой Браунинга M1918. Которая в те годы свободно продавалась всем желающим… даже уголовникам.
Клайд утверждал, что целью его жизни было не приобрести славу или богатство за счет ограблений, а отомстить тюремной системе Техаса за жестокое обращение, которому он подвергался во время отбывания наказания.
Это вранье (обычное дело для уголовника – все они мифоманы в той или иной степени). На самом деле, Клайдом двигали три фактора. Во-первых (как и многие в те времена), он не вписался в американское общество времён Великой Депрессии и просто не мог жить иначе как криминальной жизнью. Нет, теоретически мог, конечно… но лишь теоретически.
Во-вторых, хотя он действительно не был особо меркантильным, он очень, очень хотел славы. Которой мог добиться только одним путём – криминальным. И таки добился, попав в топ-5 «врагов американского общества».
В-третьих, у него уже тогда был суицидальный синдром (жажда suicide by cop), которым он явно заразился от своей подруги-подельницы Бонни. Ибо он прекрасно понимал, что никакого иного будущего у него нет и быть не может.
И, наконец, для него жизнь была не жизнью, а войной. Войной с полицией. А на войне убивают… вот он и убивал. Убивал, ненавидя противостоявших ему полицейских - как во время Великой войны солдаты армии США ненавидели противостоявших им немцев и австрийцев.
Пятого августа 1932 года Клайд и его сообщники совершили первое убийство «на свободе». В тот вечер Клайд, Гамильтон и Дайер пили самогон на парковке, когда к ним подошли местный шериф и его помощник. Клайд и Гамильтон немедленно открыли огонь, убив помощника шерифа и тяжело ранив самого шерифа. Помощник стал первым офицером полиции, убитым Клайдом и его бандой. В итоге они убили девять их коллег.
В Рождество 1932 года, Клайд и его подельник убили мужчину во время попытки угнать его автомобиль 6 января 1933 года Клайд убил заместителя шерифа округа Таррант, когда банда попала в полицейскую засаду, устроенную для другого преступника. Всего с апреля 1932 года банда Барроу убила пять человек.
10 июня 1933 года та же троица попала в автомобильную аварию - их автомобиль перевернулся и скатился в овраг. Бонни получила ожоги третьей степени правой ноги. Позднее Джонс вспоминал: «Она была так сильно обожжена, что никто из нас не думал, что она выживет. Кожа на её правой ноге отсутствовала от бедра до лодыжки. В некоторых местах я мог видеть кость». Бонни едва могла ходить; она либо прыгала на здоровой ноге, либо ее нес Клайд.
Это её сильно обозлило – и она начала мстить всем попавшимся под руку.
Криминальные эскапады банды не остались незамеченными властями. 28 ноября большое жюри Далласа предъявило Барроу и Паркер обвинение в убийстве заместителя шерифа, совершённом пятого августа.
16 января 1934 года Барроу организовал побег Гамильтона, Метвина и нескольких других заключённых с тюремной фермы в Истхэме (хорошо ему знакомой, ибо он отбывал там наказание). В процессе побега был смертельно ранен охранник.
Этот дерзкий рейд вызвал негативный резонанс в Техасе и серьёзно подмочил репутацию губернатора Мириам Фергюсон (второй женщиной в истории США, заступившей на пост губернатора штата). Это была фатальная ошибка бандитов - ибо таких фурий, как Ма Фергюсон, злить не рекомендуется. Опасно для жизни.
По её поручению, на поиски и ликвидацию банды Барроу были брошены все силы правительства Техаса и федерального правительства к розыску Барроу и Паркера. Пока охранник боролся за жизнь, начальник тюрьмы Ли Симмонс, пообещал ему, что все лица, причастные к побегу, будут выслежены и убиты. В конце концов, все они были убиты, за исключением Метвина, который спас свою жизнь, сдав Бонни и Клайда, что привело к их гибели.
Департамент исправительных учреждений Техаса обратился к бывшему капитаном техасских рейнджеров (которые к тому времени были распущены губернатором) Фрэнком Хеймером и убедил его выследить банду Барроу.
С 10 февраля Хеймер стал постоянной тенью Барроу и Паркера, живя в своей машине и отставая от них всего на один-два городка… однако серия убийств, совершаемых бандой Барроу, пока продолжалась.
В пасхальное воскресенье, 1 апреля 1934 года, на техасском шоссе 114 двое патрульных полицейских остановили свои мотоциклы, полагая, что автомобилисту нужна помощь. Однако в машине находилась банда Барроу.
Бандиты немедленно открыли огонь из дробовика и пистолета, убив обоих полицейских (есть подозрение, что они устроили засаду на полицию – такие же устраивали московские банды на милиционеров в 1918-19 годах). Для техасских ширнармасс и СМИ это было уже слишком – требования ликвидировать банду звучали всё громче (героев из них сделают позже).
Общественный резонанс подтолкнул власти к ещё более решительным действиям. Начальник дорожной полиции объявил награду в размере 1000 долларов (25 000 долларов сегодня) … что характерно, за «трупы убийц»
Губернатор Техаса добавила еще 500 долларов за каждого из двух убийц, что означало, что впервые за голову Бонни была назначена конкретная цена, поскольку многие были уверены, что именно она застрелила одного из полицейских на техасском шоссе. Впервые Бонни рассматривали как убийцу, такую же, как Клайд. Любые шансы на помилование, которые у нее были, только что упали до нуля.
Ярость ширнармасс усилилась пять дней спустя, когда Барроу и Метвин убили 60-летнего констебля в Оклахоме. Затем они похитили начальника полиции города, пересекли границу штата и въехали в Канзас, а затем отпустили его, дав ему чистую рубашку, несколько долларов и просьбу от Бонни рассказать миру, что она не курит сигары.
Газета «Даллас Джорнал» напечатала на своей редакционной странице рисунок, на котором был изображен пустой электрический стул с табличкой «Зарезервировано» и надписью «Клайд и Бонни».
Хеймер, который начал следить за бандой 12 февраля, возглавил «охотничью команду». Он изучил маршруты передвижения банды и обнаружил, что они двигались по кругу, огибая границы пяти штатов Среднего Запада.
Пользуясь правилом «государственной границы», которое не позволяло полицейским преследовать беглеца за пределами своей юрисдикции, банда Барроу двигалась по фиксированному маршруту. Хеймер нанес его путь на карту и вычислил, куда тот направится.
21 мая четверо охотников из Техаса прибыли в Шривпорт (штат Луизиана). От информатора (Метвина) они узнали, что Бонни и планируют навестить его отца в округе Бьенвилль.
Охотники устроил засаду вдоль шоссе к югу от Гибсленда в направлении Сейлса. Стражи закона (если быть совсем честным, то законность их действий была сомнительна) заняли свои позиции к 21:00 и прождали весь следующий день (22 мая), но бандиты не появились.
Примерно в 9:15 утра 23 мая члены отряда все еще скрывались в кустах и уже решили, что Бонни и Клайд так и не появятся, когда услышали приближающийся на высокой скорости автомобиль. Это был «Форд» Бонни и Клайда.
Ещё утром они убедили отца Метвина поставить свой пикап на обочине дороги. Они надеялись, что Клайд остановится, чтобы поговорить с ним, и подъедет близко к месту, где в кустах скрывалась ягдкоманда.
Как и ожидалось, увидев пикап Метвина, Клайд существенно сбавил скорость. Когда он поравнялся с местом засады, охотники открыли огонь на поражение (они даже не попытались задержать бандитов).
Было выпущено 130 пуль; Клайд и Бонни были буквально изрешечены пулями. Они погибли на месте. Стрельба была настолько громкой, что охотники временно оглохли на весь день.
И это было только начало внесудебной расправы с «врагами общества» … только теперь этим занялись федералы. Они убили Диллинджера через два месяца после Бонни и Клайда, Красавчика Флойда — через три месяца после Диллинджера, а Малыша Нельсона — через месяц после убийства Флойда.
Об этих ликвидациях я расскажу в следующих главах книги.
Ещё 50 казнённых знаменитых преступников
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
Ещё 50 казнённых преступников. Джон Диллинджер
Сама по себе история Джона Диллинджера (как и он сам) не особо интересна: это довольно заурядный бандит той эпохи – только до невозможности распиаренный как федералами (гуверовского тогда ещё просто Бюро Расследований), так и средствами массовой дезинформации.
Интересно его убийство – именно убийство, причём заказное, группой лиц, по предварительному сговору… поэтому с точки зрения УК штата Иллинойс (Диллинджер был убит в Чикаго) оно ничем не отличалось от преступных деяний, совершённых бандой Барроу.
А вот от расстрела Бонни и Клайда в Луизиане отличалось – ибо, по утверждению «охотников на Бонни и Клайда», они попытались задержать «сладкую парочку». Однако вооружённые до зубов автоматическим оружием бандиты предсказуемо попытались оказать сопротивление… и потому были расстреляны в упор.
Все понимали, что это было наглое враньё – никакого предупреждения и близко не было (сцена с Кевином Костнером в фильме The Highwaymen - чистая сказка). Однако юридические формальности были соблюдены – поэтому претензий к «киллерам в законе» не было и быть не могло.
Диллинджер был вооружён малокалиберным пистолетом, который ещё нужно было выхватить… да и не факт, что в патроннике был патрон (в то время это могло привести к осечке, поэтому для мгновенного ответа юзали револьверы).
Ему противостояли минимум полдюжины хорошо вооружённых крепких федералов, которые могли легко (и совершенно законно) его без предупреждения скрутить… однако Диллинджер был (совершенно незаконно) расстрелян в упор из крупнокалиберного (ноль-сорок-пять) армейского Кольта М1911А1. Из которого можно надёжно завалить среднего размера кабана.
Расстрелян по прямом приказу директора Бюро Расследований Джона Эдгара Гувера, которому – как и исполнителям, и организаторам этого заказного убийства при отягчающих обстоятельствах – по законам штата Иллинойс полагался совершенно заслуженный «горячий стульчик».
Однако им это сошло с рук… а вот почему сошло – и почему Гувер столь уверенно отдал этот приказ (ибо у него в США и близко не было такой власти, как у Гейдриха в Третьем рейхе), я и попробую разобраться в этой главе.
Однако начну я – как обычно – с очень краткой биографии «преступника номер один» (таковым Диллинджера считали в США вполне официально).
Джон Герберт Диллинджер родился 22 июня 1903 года в городе Индианаполис, штат Индиана. У него была старшая сестра, которая после смерти их матери (Джону было четыре года) воспитывала младшего брата. Впрочем, воспитывал и отец… в основном, ремнём. Ничего удивительного в этом не было – детей в то время в тех краях (и не только в тех) пороли чуть ли не в каждой семье.
В подростковом возрасте Диллинджер часто попадал в неприятности из-за драк, мелких краж и издевательств над младшими детьми. В 14 лет он вообще бросил школу, и стал работать в механическом цехе в Индианаполисе.
Опасаясь, что город развращает его сына (распространённое заблуждение), отец Диллинджера в 1921 году перевез семью в небольшой (даже сейчас в нём чуть более девяти тысяч жителей) городок Мурсвилл в том же штате Индиана.
Однако, несмотря на новую сельскую жизнь, буйное и бунтарское поведение Диллинджера осталось прежним. Если не ухудшилось. В 1922 году он был арестован за угон автомобиля, а его отношения с отцом развалились совсем.
В ретроспективе можно с уверенностью заключить, что решение отца переселиться в практически сельскую местность дало прямо обратный эффект… а в конечном итоге привело к катастрофическим последствиям.
Ибо в Мурсвилле – жуткой дыре даже по меркам Индианы – активному, энергичному, предприимчивому, независимому юноше было просто негде себя реализовать, кроме как в криминале.
Джона попытались «исправить» стандартным способом всех времён и народов – отправкой в Вооружённые Силы. В его случае – в ВМС (подальше от чисто сухопутной Индианы), где он дослужился до старшины второй статьи (следующее звание после рядового матроса) на вполне современном линкоре Юта.
Однако подчинение кому-либо для Джонни было категорически неприемлемо… поэтому неудивительно, что при первой же возможности он дезертировал, после чего с позором (dishonorable discharge) был уволен из флота.
Диллинджер вернулся в Мурсвилл, где познакомился с некоей Берил Этель Ховиус. 12 апреля 1924 года они поженились. Несмотря на попытки Диллинджера устроиться в жизни, ему было трудно найти работу. Что с его психотипом и непривлекательным прошлым было совершенно неудивительно.
Диллинджер и его приятель Синглтон ограбили продуктовый магазин в Мурсвилле, похитив 50 долларов (около тысячи долларов в нынешних ценах). Во время ограбления Диллинджер ударил жертву по голове болтом, обернутым в ткань, и был вооружен пистолетом, который, хотя и выстрелил, никого не задел.
Когда преступники покидали место преступления, их заметил священник, который узнал обоих грабителей и сообщил о них в полицию. На следующий день они были предсказуемо арестованы.
Синглтон не признал себя виновным, а Диллинджера отец уговорил вину признать (окружной прокурор пообещал снисхождение). Однако обманул – рассчитывавший на небольшой срок Джон получил «от 10 до 20» за грабёж и нанесение телесных повреждений с целью ограбления, а также в сговоре с целью совершения тяжкого преступления.
Отец Диллинджера заявил журналистам, что сожалеет о своем совете и потрясен жестоким приговором, безуспешно умоляя судью сократить срок наказания. По дороге в Мурсвилл для дачи показаний против Синглтона Диллинджер ненадолго вырвался из-под охраны, но был задержан через несколько минут. Его будущие побеги будут гораздо более успешными.
Ховиус развелась с Диллинджером 20 июня 1929 года, пока он находился в заключении; впоследствии он признался, что это разбило ему сердце и ещё больше подтолкнуло к преступлению.
Результат оказался предсказуемым: Диллинджер с полным на то основанием счёл, что его предали все. И отец, и жена, и прокурор, и судья, и даже подельник – в обмен на показания против Джона Синглтон получил «от двух до 14». И Диллинджер решил мстить… всем. Мстить единственным доступным ему способом – криминальным.
Девять лет, которые он провёл в тюрьме, превратили Диллинджера в умелого, дисциплинированного, жестокого, безжалостного профессионального и дерзкого мстителя. Мятежника, по сути. Настолько дерзкого, что он был официально объявлен американскими властями «врагом общества номер один».
Что совершенно не скрывал: сразу же после поступления в тюрьму штата Индиана он прямо заявил тюремщикам: «Когда я отсюда выйду, я стану самым жестоким ублюдком, которого вы когда-либо видели».
Тюрьма стала для Диллинджера (обычное дело) самым настоящим криминальным университетом: он подружился с другими преступниками, в том числе с опытными грабителями банков, которые научили Диллинджера, как стать успешным преступником.
В частности, он изучил тщательно проработанную систему ограблений банков Германа Ламма и широко использовал её на протяжении всей своей преступной карьеры (в отличие от банды Барроу, Диллинджер действительно грабил банки, а не мелочёвку типа магазинов и автозаправок).
Кусаемый совестью, отец Диллинджера начал публичную кампанию за освобождение сына и смог собрать 188 подписей под петицией. 10 мая 1933 года, отбыв девять с половиной лет, Диллинджер был условно-досрочно освобожден.
Выйдя на свободу в разгар Великой депрессии, Диллинджер, не имея практически никаких шансов найти работу (с реинтеграцией в общество отбывших наказание тогда дело обстояло никак), сразу же вернулся к преступной деятельности. Он предсказуемо занялся ограблением банков.
21 июня 1933 года Диллинджер совершил свое первое ограбление банка, похитив 10 000 долларов (эквивалентно 254 000 долларов в 2026 году) из банка в Нью-Карлайле, штат Огайо. 14 августа он ограбил банк в Блаффтоне, в том же штате.
На этот раз, он попался. Обыскав его перед помещением в тюрьму, полиция обнаружила документ, который, по всей видимости, был планом побега из тюрьмы. Они потребовали, чтобы Диллинджер объяснил, что означает этот документ, но он отказался.
Ранее Диллинджер помог разработать план побега для восьми знакомых по тюрьме. Он попросил друзей пронести оружие в их камеры, которое они использовали для побега через четыре дня после поимки Диллинджера.
После чего организовали алаверды. 12 октября 1933 года трое беглецов представились офицерами полиции штата Индиана, заявив, что приехали для экстрадиции Диллинджера в этот штат. Когда шериф попросил их предъявить удостоверения, один из бандитов застрелил его, а затем освободил Диллинджера. Они вернулись Индиану, где присоединились к остальным бандитам и продолжили заниматься грабежами и прочим криминалом.
Однако уже 25 января 1934 года Диллинджер и его банда были задержаны в Тусоне, штат Аризона. Диллинджера экстрадировали в Индиану, и заключили под стражу по обвинению в убийстве полицейского, который был убит во время ограбления банка бандой Диллинджера в Ист-Чикаго 15 января 1934 года (хотя не было никаких доказательств, что его убил именно Диллинджер).
Местная полиция хвасталась перед местными газетами, что тюрьма была столь же надёжна, как знаменитый Алькатрас и что из неё невозможно сбежать… однако у Диллинджера на этот счёт было прямо противоположное мнение. Он был прав.
Третьего марта 1934 года, Диллинджер внезапно… достал пистолет, застав помощников шерифа и охранников врасплох, и смог покинуть территорию, не произведя ни одного выстрела. Был ли это настоящий пистолет или он взял охранников на понт с помощью деревянной игрушки, историки спорят до сих пор.
Так как Диллинджер совершил преступления в нескольких штатах, его объявили в федеральный розыск. Его это впечатлило…, и он собрал новую банду. Через три дня после побега Диллинджера, его банда ограбила банк в Южной Дакоте.
Неделю спустя они ограбили First National Bank в штате Айова, после чего весьма энергично продолжали в том же духе. Периодически вступая в перестрелки с полицией и федералами, не особо успешные для последних.
Джону Эдгару Гуверу это (предсказуемо) быстро надоело - и он приказал принять решительные меры, чтобы прекратить в это безобразие. Для решения проблемы Диллинджера была создана специальная группа со штаб-квартирой в Чикаго.
Метод решения был выбран простой, эффективный и известный с незапамятных времён: за информацию о бандите была назначена огромная награда. Откликнулась… хозяйка борделя, гражданка Румынии, которой грозила депортация, ибо её признали «иностранкой с низкими моральными качествами». Бюро согласилось на её условия, но впоследствии её всё же депортировали.
Дамочка сообщила, что Диллинджер регулярно проводил время с одной из её девочек Полли Гамильтон; и что на следующий день она и эта пара собирались пойти вместе в кино 22 июля.
Она согласилась надеть оранжевое платье, чтобы полиция и федералы могли легко ее опознать. Она точно не знала, в какой из двух главных чикагских кинотеатров отправятся Диллинджер с проституткой, поэтому были сформированы две группы – каждая для одного кинотеатра.
В 20:30 Диллинджер и девушка были замечены у кинотеатра «Биограф», где демонстрировалась… криминальная драма. Когда фильм закончился, руководитель группы агент БР Мелвин Пёрвис встал у входной двери и зажег сигару, дав сигнал о выходе Диллинджера.
По всем уставам, правилам и законам, опытные и умелые «волкодавы», специально обученные задержанию вооружённых преступников (все федеральные агенты получили соответствующую подготовку), должны были без предупреждения наброситься на «преступника номер один» и скрутить его без единого выстрела. Пользуясь в прямом смысле подавляющим численным превосходством… да и борьбе Диллинджер не был обучен.
Вместо этого они выдали себя (однако не приказали сдаться), вынудив бандита обратиться в бегство… после чего безжалостно (и совершенно незаконно) расстреляли – что характерно, в спину. В Диллинджера попали четыре пули - одна оказалась смертельной. Пуля попала в голову – бандит умер мгновенно.
Зачем это было нужно Гуверу – и президенту США Рузвельту (понятно, что такое нарушение закона должно было быть санкционировано с самого верха)? Всё очень просто – это была акция устрашения. Бандитам, терроризировавшим США, дали и чётко понять – для них не будет ни задержания, ни следствия, ни суда.
Будут эскадроны смерти, которые будут на месте убивать «врагов общества» - не заморачиваясь юридическими формальностями. После того, как до конца года за Диллинджером последовали Малыш Нельсон и Красавчик Флойд, бандиты всё поняли – и криминальная волна пошла на серьёзный спад.
У этой операции оказалась неожиданная побочка. Джон Эдгар Гувер почувствовал безнаказанность и силу принципа «нет человека – нет проблемы». Почти ровно тридцать лет спустя это сильно поможет ему отдать судьбоносный приказ.
О ликвидации президента США Джона Фитцджеральда Кеннеди.
Интересно его убийство – именно убийство, причём заказное, группой лиц, по предварительному сговору… поэтому с точки зрения УК штата Иллинойс (Диллинджер был убит в Чикаго) оно ничем не отличалось от преступных деяний, совершённых бандой Барроу.
А вот от расстрела Бонни и Клайда в Луизиане отличалось – ибо, по утверждению «охотников на Бонни и Клайда», они попытались задержать «сладкую парочку». Однако вооружённые до зубов автоматическим оружием бандиты предсказуемо попытались оказать сопротивление… и потому были расстреляны в упор.
Все понимали, что это было наглое враньё – никакого предупреждения и близко не было (сцена с Кевином Костнером в фильме The Highwaymen - чистая сказка). Однако юридические формальности были соблюдены – поэтому претензий к «киллерам в законе» не было и быть не могло.
Диллинджер был вооружён малокалиберным пистолетом, который ещё нужно было выхватить… да и не факт, что в патроннике был патрон (в то время это могло привести к осечке, поэтому для мгновенного ответа юзали револьверы).
Ему противостояли минимум полдюжины хорошо вооружённых крепких федералов, которые могли легко (и совершенно законно) его без предупреждения скрутить… однако Диллинджер был (совершенно незаконно) расстрелян в упор из крупнокалиберного (ноль-сорок-пять) армейского Кольта М1911А1. Из которого можно надёжно завалить среднего размера кабана.
Расстрелян по прямом приказу директора Бюро Расследований Джона Эдгара Гувера, которому – как и исполнителям, и организаторам этого заказного убийства при отягчающих обстоятельствах – по законам штата Иллинойс полагался совершенно заслуженный «горячий стульчик».
Однако им это сошло с рук… а вот почему сошло – и почему Гувер столь уверенно отдал этот приказ (ибо у него в США и близко не было такой власти, как у Гейдриха в Третьем рейхе), я и попробую разобраться в этой главе.
Однако начну я – как обычно – с очень краткой биографии «преступника номер один» (таковым Диллинджера считали в США вполне официально).
Джон Герберт Диллинджер родился 22 июня 1903 года в городе Индианаполис, штат Индиана. У него была старшая сестра, которая после смерти их матери (Джону было четыре года) воспитывала младшего брата. Впрочем, воспитывал и отец… в основном, ремнём. Ничего удивительного в этом не было – детей в то время в тех краях (и не только в тех) пороли чуть ли не в каждой семье.
В подростковом возрасте Диллинджер часто попадал в неприятности из-за драк, мелких краж и издевательств над младшими детьми. В 14 лет он вообще бросил школу, и стал работать в механическом цехе в Индианаполисе.
Опасаясь, что город развращает его сына (распространённое заблуждение), отец Диллинджера в 1921 году перевез семью в небольшой (даже сейчас в нём чуть более девяти тысяч жителей) городок Мурсвилл в том же штате Индиана.
Однако, несмотря на новую сельскую жизнь, буйное и бунтарское поведение Диллинджера осталось прежним. Если не ухудшилось. В 1922 году он был арестован за угон автомобиля, а его отношения с отцом развалились совсем.
В ретроспективе можно с уверенностью заключить, что решение отца переселиться в практически сельскую местность дало прямо обратный эффект… а в конечном итоге привело к катастрофическим последствиям.
Ибо в Мурсвилле – жуткой дыре даже по меркам Индианы – активному, энергичному, предприимчивому, независимому юноше было просто негде себя реализовать, кроме как в криминале.
Джона попытались «исправить» стандартным способом всех времён и народов – отправкой в Вооружённые Силы. В его случае – в ВМС (подальше от чисто сухопутной Индианы), где он дослужился до старшины второй статьи (следующее звание после рядового матроса) на вполне современном линкоре Юта.
Однако подчинение кому-либо для Джонни было категорически неприемлемо… поэтому неудивительно, что при первой же возможности он дезертировал, после чего с позором (dishonorable discharge) был уволен из флота.
Диллинджер вернулся в Мурсвилл, где познакомился с некоей Берил Этель Ховиус. 12 апреля 1924 года они поженились. Несмотря на попытки Диллинджера устроиться в жизни, ему было трудно найти работу. Что с его психотипом и непривлекательным прошлым было совершенно неудивительно.
Диллинджер и его приятель Синглтон ограбили продуктовый магазин в Мурсвилле, похитив 50 долларов (около тысячи долларов в нынешних ценах). Во время ограбления Диллинджер ударил жертву по голове болтом, обернутым в ткань, и был вооружен пистолетом, который, хотя и выстрелил, никого не задел.
Когда преступники покидали место преступления, их заметил священник, который узнал обоих грабителей и сообщил о них в полицию. На следующий день они были предсказуемо арестованы.
Синглтон не признал себя виновным, а Диллинджера отец уговорил вину признать (окружной прокурор пообещал снисхождение). Однако обманул – рассчитывавший на небольшой срок Джон получил «от 10 до 20» за грабёж и нанесение телесных повреждений с целью ограбления, а также в сговоре с целью совершения тяжкого преступления.
Отец Диллинджера заявил журналистам, что сожалеет о своем совете и потрясен жестоким приговором, безуспешно умоляя судью сократить срок наказания. По дороге в Мурсвилл для дачи показаний против Синглтона Диллинджер ненадолго вырвался из-под охраны, но был задержан через несколько минут. Его будущие побеги будут гораздо более успешными.
Ховиус развелась с Диллинджером 20 июня 1929 года, пока он находился в заключении; впоследствии он признался, что это разбило ему сердце и ещё больше подтолкнуло к преступлению.
Результат оказался предсказуемым: Диллинджер с полным на то основанием счёл, что его предали все. И отец, и жена, и прокурор, и судья, и даже подельник – в обмен на показания против Джона Синглтон получил «от двух до 14». И Диллинджер решил мстить… всем. Мстить единственным доступным ему способом – криминальным.
Девять лет, которые он провёл в тюрьме, превратили Диллинджера в умелого, дисциплинированного, жестокого, безжалостного профессионального и дерзкого мстителя. Мятежника, по сути. Настолько дерзкого, что он был официально объявлен американскими властями «врагом общества номер один».
Что совершенно не скрывал: сразу же после поступления в тюрьму штата Индиана он прямо заявил тюремщикам: «Когда я отсюда выйду, я стану самым жестоким ублюдком, которого вы когда-либо видели».
Тюрьма стала для Диллинджера (обычное дело) самым настоящим криминальным университетом: он подружился с другими преступниками, в том числе с опытными грабителями банков, которые научили Диллинджера, как стать успешным преступником.
В частности, он изучил тщательно проработанную систему ограблений банков Германа Ламма и широко использовал её на протяжении всей своей преступной карьеры (в отличие от банды Барроу, Диллинджер действительно грабил банки, а не мелочёвку типа магазинов и автозаправок).
Кусаемый совестью, отец Диллинджера начал публичную кампанию за освобождение сына и смог собрать 188 подписей под петицией. 10 мая 1933 года, отбыв девять с половиной лет, Диллинджер был условно-досрочно освобожден.
Выйдя на свободу в разгар Великой депрессии, Диллинджер, не имея практически никаких шансов найти работу (с реинтеграцией в общество отбывших наказание тогда дело обстояло никак), сразу же вернулся к преступной деятельности. Он предсказуемо занялся ограблением банков.
21 июня 1933 года Диллинджер совершил свое первое ограбление банка, похитив 10 000 долларов (эквивалентно 254 000 долларов в 2026 году) из банка в Нью-Карлайле, штат Огайо. 14 августа он ограбил банк в Блаффтоне, в том же штате.
На этот раз, он попался. Обыскав его перед помещением в тюрьму, полиция обнаружила документ, который, по всей видимости, был планом побега из тюрьмы. Они потребовали, чтобы Диллинджер объяснил, что означает этот документ, но он отказался.
Ранее Диллинджер помог разработать план побега для восьми знакомых по тюрьме. Он попросил друзей пронести оружие в их камеры, которое они использовали для побега через четыре дня после поимки Диллинджера.
После чего организовали алаверды. 12 октября 1933 года трое беглецов представились офицерами полиции штата Индиана, заявив, что приехали для экстрадиции Диллинджера в этот штат. Когда шериф попросил их предъявить удостоверения, один из бандитов застрелил его, а затем освободил Диллинджера. Они вернулись Индиану, где присоединились к остальным бандитам и продолжили заниматься грабежами и прочим криминалом.
Однако уже 25 января 1934 года Диллинджер и его банда были задержаны в Тусоне, штат Аризона. Диллинджера экстрадировали в Индиану, и заключили под стражу по обвинению в убийстве полицейского, который был убит во время ограбления банка бандой Диллинджера в Ист-Чикаго 15 января 1934 года (хотя не было никаких доказательств, что его убил именно Диллинджер).
Местная полиция хвасталась перед местными газетами, что тюрьма была столь же надёжна, как знаменитый Алькатрас и что из неё невозможно сбежать… однако у Диллинджера на этот счёт было прямо противоположное мнение. Он был прав.
Третьего марта 1934 года, Диллинджер внезапно… достал пистолет, застав помощников шерифа и охранников врасплох, и смог покинуть территорию, не произведя ни одного выстрела. Был ли это настоящий пистолет или он взял охранников на понт с помощью деревянной игрушки, историки спорят до сих пор.
Так как Диллинджер совершил преступления в нескольких штатах, его объявили в федеральный розыск. Его это впечатлило…, и он собрал новую банду. Через три дня после побега Диллинджера, его банда ограбила банк в Южной Дакоте.
Неделю спустя они ограбили First National Bank в штате Айова, после чего весьма энергично продолжали в том же духе. Периодически вступая в перестрелки с полицией и федералами, не особо успешные для последних.
Джону Эдгару Гуверу это (предсказуемо) быстро надоело - и он приказал принять решительные меры, чтобы прекратить в это безобразие. Для решения проблемы Диллинджера была создана специальная группа со штаб-квартирой в Чикаго.
Метод решения был выбран простой, эффективный и известный с незапамятных времён: за информацию о бандите была назначена огромная награда. Откликнулась… хозяйка борделя, гражданка Румынии, которой грозила депортация, ибо её признали «иностранкой с низкими моральными качествами». Бюро согласилось на её условия, но впоследствии её всё же депортировали.
Дамочка сообщила, что Диллинджер регулярно проводил время с одной из её девочек Полли Гамильтон; и что на следующий день она и эта пара собирались пойти вместе в кино 22 июля.
Она согласилась надеть оранжевое платье, чтобы полиция и федералы могли легко ее опознать. Она точно не знала, в какой из двух главных чикагских кинотеатров отправятся Диллинджер с проституткой, поэтому были сформированы две группы – каждая для одного кинотеатра.
В 20:30 Диллинджер и девушка были замечены у кинотеатра «Биограф», где демонстрировалась… криминальная драма. Когда фильм закончился, руководитель группы агент БР Мелвин Пёрвис встал у входной двери и зажег сигару, дав сигнал о выходе Диллинджера.
По всем уставам, правилам и законам, опытные и умелые «волкодавы», специально обученные задержанию вооружённых преступников (все федеральные агенты получили соответствующую подготовку), должны были без предупреждения наброситься на «преступника номер один» и скрутить его без единого выстрела. Пользуясь в прямом смысле подавляющим численным превосходством… да и борьбе Диллинджер не был обучен.
Вместо этого они выдали себя (однако не приказали сдаться), вынудив бандита обратиться в бегство… после чего безжалостно (и совершенно незаконно) расстреляли – что характерно, в спину. В Диллинджера попали четыре пули - одна оказалась смертельной. Пуля попала в голову – бандит умер мгновенно.
Зачем это было нужно Гуверу – и президенту США Рузвельту (понятно, что такое нарушение закона должно было быть санкционировано с самого верха)? Всё очень просто – это была акция устрашения. Бандитам, терроризировавшим США, дали и чётко понять – для них не будет ни задержания, ни следствия, ни суда.
Будут эскадроны смерти, которые будут на месте убивать «врагов общества» - не заморачиваясь юридическими формальностями. После того, как до конца года за Диллинджером последовали Малыш Нельсон и Красавчик Флойд, бандиты всё поняли – и криминальная волна пошла на серьёзный спад.
У этой операции оказалась неожиданная побочка. Джон Эдгар Гувер почувствовал безнаказанность и силу принципа «нет человека – нет проблемы». Почти ровно тридцать лет спустя это сильно поможет ему отдать судьбоносный приказ.
О ликвидации президента США Джона Фитцджеральда Кеннеди.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
Ещё 50 казнённых преступников. Бруно Хауптман
Вопреки истеричным воплям американских (и не только) средств массовой дезинформации того времени, преступление, которое совершил Бруно Хауптман, никаким «преступлением века» и близко не было.
Это было довольно банально похищение знаменитости с целью выкупа, коих в те времена хватало и в США, и в других странах. Да, со смертельным исходом для похищенного… но и такое случалось (даже ИНО НКВД так иногда лажало).
Тем не менее, в этой банальной истории есть один в прямом смысле экзистенциальный момент – и один экзистенциальный вопрос. Момент состоит в том, что герр Хауптман был казнён на электрическом стуле не по делу, ибо был виновен не в умышленном убийстве похищенного ребёнка (которого не было), а – как максимум – в причинении смерти по неосторожности (которое было).
Тем более, что вовсе не факт, что именно он (по неосторожности и неумению обращаться с младенцами) нанёс смертельную травму головы похищенному ребёнку… собственно, именно в этом и состоит экзистенциальный вопрос:
Действовал ли Бруно Хауптман в одиночку – или же у него был сообщник… или даже сообщники?
Попробуем разобраться… впрочем, обо всём по порядку. Бруно Рихард Хауптман родился 26 ноября 1899 года в Каменце, городке недалеко от Дрездена в Королевстве Саксония, входившем в состав Германской империи.
Он был самым младшим из пяти детей. В 11 лет Хауптман вступил в организацию немецких скаутов. Днем он ходил в обычную среднюю школу, а вечером — в ремесленную школу, где первый год изучал столярное дело, а затем два года механическое дело.
Отец Хауптмана умер в 1917 году. В том же году Хауптман узнал, что его брат Герман погиб, сражаясь во Франции в Первой мировой войне. Вскоре после этого Хауптману сообщили, что другой брат, Макс, также погиб, сражаясь в России. Вскоре после этого Хауптман был призван в немецкую армию и направлен в артиллерийскую батарею.
Получив приказ, Хауптман был отправлен в Баутцен, но по прибытии переведен в 103-й пехотный полк. Позже он утверждал, что в августе или сентябре 1918 года он был отправлен на запад Франции в составе 177-го пулемётного полка, а затем участвовал в битве при Сен-Мишеле.
Вернувшись в Германию, он демобилизовался… и прочно встал на криминальный путь. Что его на это сподвигло, неясно… вероятнее всего, он просто не видел возможности легально хорошо зарабатывать (что не означает, что таких не было).
Вместе с подельником, угрожая пистолетом (явно прихватизированным после демобилизации), он ограбил двух женщин, перевозивших продукты. Этого ему показалось мало – и он ограбил дом мэра города (!!), забравшись по лестнице в окно второго этажа (впоследствии это станет одним из косвенных доказательств его вины на «процессе века»).
Освободившись после трех лет тюремного заключения, Хауптманн был арестован всего три месяца спустя по подозрению в совершении новых краж со взломом. Однако сумел сбежать – и в ноябре 1923 года нелегально (в трюме корабля) перебрался в США - в Нью-Йорк.
Там его взяла под своё покровительство немалая немецкая община – в частности, помогла получить работу плотника. В 1925 году он женился на немецкой официантке Анне Шёффлер и через несколько лет стал отцом.
А потом решил «подняться» от мелких краж до похищения с целью выкупа. Ничего особо удивительного в этом решении не было – в то время это было весьма распространённое преступление… и относительно безопасное для преступника.
Ибо богатые и знатные родственники похищенных быстро и беспрекословно выплачивали выкуп; похищенных возвращали в целости и сохранности… а полиция особо не усердствовала в раскрытии. Ибо выкуп обычно был сущей мелочью для тех, кто его выплатил - и никто не пострадал.
В качестве объекта для похищения, Хауптманн выбрал 20-месячного сына знаменитости первой величины. Авиатора Чарльза Линдберга, который за пять лет до того совершил первый беспосадочный перелёт из Нью-Йорка в Париж, преодолев расстояние в 3 600 миль и пробыв в одиночном полёте более 33 часов.
Хотя это и не был первый трансатлантический перелет, он стал первым одиночным перелетом через Атлантику и самым длинным на тот момент - почти на 2 000 миль (3 200 км), установив новый мировой рекорд по дальности полета.
Это достижение принесло Линдбергу всемирную славу и считается одним из самых значимых полетов в истории, ознаменовавшим начало новой эры воздушных перевозок (трансатлантических).
Вечером первого марта 1932 года сын авиатора Чарльз Линдберг-младший, был похищен из дома Линдбергов в Хайфилдсе, штат Нью-Джерси; при этом под окном детской комнаты была обнаружена самодельная лестница.
В оставленной на месте преступления записке, похитители потребовали 50 тысяч долларов в качестве выкупа (что эквивалентно 1,2 миллиона долларов в 2026 году). Выкуп был выплачен… однако ребёнка похитители не вернули (получить гарантии, что ребёнок жив, Линдберги не догадались).
12 мая тело ребёнка было найдено в лесу в четырёх милях от места похищения. Он погиб от удара по голове - предположительно случайного, во время похищения. Тем не менее, событие преступления было объявлено умышленным убийством при отягчающих обстоятельствах (похищение). За такое однозначно полагался электрический стул.
Номера переданных преступникам купюр были, разумеется, переписаны… что два с половиной года спустя принесло желаемый результат. 15 сентября 1934 года банковский кассир заметил, что серийный номер 10-долларового золотого сертификата, сданного на кассу заправочной станцией, числился в списке купюр, использованных для выкупа Линдберга-младшего.
На полях купюры работник заправки, посчитавший сертификат подозрительным (no shit!), записал номер автомобиля клиента. Быстро выяснилось, что автомобиль принадлежит Бруно Хауптману.
За ним установили слежку, которую Хауптман обнаружил и попытался скрыться. Неудачно - 19 сентября после краткой авто-погони, он был арестован полицией после того, как его заблокировал грузовик на Парк-авеню (of all places).
Средства массовой дезинформации окрестили судебный процесс над Хауптманом (начавшийся третьего января 1935 года) «процессом века», а подсудимого - «самым ненавидимым человеком в мире».
И то, и другое было полной чушью: процесс 1921 над французским серийником Анри Ландру был гораздо более шокирующим… а наиболее ненавидимым человеком в мире в то время был Сталин.
Доказательства (понятное дело), были лишь косвенными, однако для обвинительного приговора их хватало выше крыши. В гараже подсудимого были обнаружены купюры из выкупа на общую сумму в 14 600 долларов; почерк Хауптмана был похож на почерк записки требованием выкупа.
Кроме того, древесина, использованная для изготовления лестницы, была аналогичной найденной в доме подсудимого; а на внутренней стороне одного из шкафов в его доме были найдены адрес и номер телефона курьера (друга семьи Линдберг), передававшего выкуп. В день выплаты выкупа Хауптман не вышел на работу, а через два дня уволился.
Но, как говорится, имелся нюанс: это доказывало, что Хауптман участвовал в похищении сына Линдберга… но не убийство им ребёнка. Более того, не было ни одного доказательства, что именно он похитил ребёнка – а не его сообщник.
Ибо на использованной похитителем лестнице отпечатки пальцев Бруно найдены не были (на записке тоже) … а передававший выкуп курьер Хауптмана не опознал. Не было ответа и на важный вопрос: куда делись 35 000 долларов выкупа?
Тем не менее, присяжные решили, что Хауптман действовал один и виновен во всём. Судья немедленно приговорил его к смертной казни. Его апелляции не увенчались успехом, хотя казнь дважды откладывалась, пока губернатор Нью-Джерси изучал дело.
Третьего апреля 1936 года Хауптманн был казнен на электрическом стуле в тюрьме штата Нью-Джерси. Он не сделал никаких публичных заявлений. Присутствовавший при казни священник рассказал, что Хауптман сказал ему:
«Ich bin absolut unschuldig an den Verbrechen, die man mir zur Last legt» («Я абсолютно невиновен в преступлениях, в которых меня обвиняют»). Ну, не абсолютно, конечно – в заговоре с целью похищения он был виновен по самые уши – но в убийстве и в собственно похищении, скорее всего, таки нет.
Вдова Хауптмана, Анна, распорядилась кремировать его тело. Два лютеранских пастора провели частную поминальную службу на немецком языке. На церемонии присутствовали около двух тысяч человек.
Согласно одной из альтернативных версий этого преступления (которая мне представляется существенно более близкой к реальности, чем официальная), имел место заговор с целью похищения Линдберга-младшего.
В заговоре участвовали трое американцев немецкого происхождения (или двое плюс гражданин рейха… или Бруно плюс два гражданина рейха); при этом Хауптманн не был ни организатором (это похоже на правду, ибо ни психотип, ни интеллект не те совсем) … ни главным исполнителем.
Хауптман, грубо говоря, стоял на стрёме, когда похититель забрал ребёнка… главарь же получил выкуп и поделился с подельниками. Он не назвал подельников либо потому, что боялся, что они убьют его жену и ребёнка… либо потому, что его подельники уже вернулись в Третий рейх и были вне пределов досягаемости для американского правосудия. Либо по обеим причинам.
Совсем уж конспирологическая версия (её выдвинул писатель Юлиан Семёнов), состоит в том, что похищение осуществили… сотрудники внешней разведки СС (Аусланд-СД). Германия отчаянно нуждалась в твёрдой валюте и даже 35 000 долларов были для страны весьма существенной суммой.
А поскольку эти деньги ушли, скорее всего, в швейцарский банк (или в шведский, или даже в Банк Ватикана), неудивительно, что они так и не всплыли в розничных финансовых операциях.
Эта версия тоже вероятна вполне – СС легко могли заставить помалкивать… да кого угодно, на самом деле. И не только внутри Третьего рейха…
Возникает естественный вопрос: если это так, то сколько всего похищений с целью выкупа успешно реализовали люди Рейнгарда Гейдриха в разных странах?
Это было довольно банально похищение знаменитости с целью выкупа, коих в те времена хватало и в США, и в других странах. Да, со смертельным исходом для похищенного… но и такое случалось (даже ИНО НКВД так иногда лажало).
Тем не менее, в этой банальной истории есть один в прямом смысле экзистенциальный момент – и один экзистенциальный вопрос. Момент состоит в том, что герр Хауптман был казнён на электрическом стуле не по делу, ибо был виновен не в умышленном убийстве похищенного ребёнка (которого не было), а – как максимум – в причинении смерти по неосторожности (которое было).
Тем более, что вовсе не факт, что именно он (по неосторожности и неумению обращаться с младенцами) нанёс смертельную травму головы похищенному ребёнку… собственно, именно в этом и состоит экзистенциальный вопрос:
Действовал ли Бруно Хауптман в одиночку – или же у него был сообщник… или даже сообщники?
Попробуем разобраться… впрочем, обо всём по порядку. Бруно Рихард Хауптман родился 26 ноября 1899 года в Каменце, городке недалеко от Дрездена в Королевстве Саксония, входившем в состав Германской империи.
Он был самым младшим из пяти детей. В 11 лет Хауптман вступил в организацию немецких скаутов. Днем он ходил в обычную среднюю школу, а вечером — в ремесленную школу, где первый год изучал столярное дело, а затем два года механическое дело.
Отец Хауптмана умер в 1917 году. В том же году Хауптман узнал, что его брат Герман погиб, сражаясь во Франции в Первой мировой войне. Вскоре после этого Хауптману сообщили, что другой брат, Макс, также погиб, сражаясь в России. Вскоре после этого Хауптман был призван в немецкую армию и направлен в артиллерийскую батарею.
Получив приказ, Хауптман был отправлен в Баутцен, но по прибытии переведен в 103-й пехотный полк. Позже он утверждал, что в августе или сентябре 1918 года он был отправлен на запад Франции в составе 177-го пулемётного полка, а затем участвовал в битве при Сен-Мишеле.
Вернувшись в Германию, он демобилизовался… и прочно встал на криминальный путь. Что его на это сподвигло, неясно… вероятнее всего, он просто не видел возможности легально хорошо зарабатывать (что не означает, что таких не было).
Вместе с подельником, угрожая пистолетом (явно прихватизированным после демобилизации), он ограбил двух женщин, перевозивших продукты. Этого ему показалось мало – и он ограбил дом мэра города (!!), забравшись по лестнице в окно второго этажа (впоследствии это станет одним из косвенных доказательств его вины на «процессе века»).
Освободившись после трех лет тюремного заключения, Хауптманн был арестован всего три месяца спустя по подозрению в совершении новых краж со взломом. Однако сумел сбежать – и в ноябре 1923 года нелегально (в трюме корабля) перебрался в США - в Нью-Йорк.
Там его взяла под своё покровительство немалая немецкая община – в частности, помогла получить работу плотника. В 1925 году он женился на немецкой официантке Анне Шёффлер и через несколько лет стал отцом.
А потом решил «подняться» от мелких краж до похищения с целью выкупа. Ничего особо удивительного в этом решении не было – в то время это было весьма распространённое преступление… и относительно безопасное для преступника.
Ибо богатые и знатные родственники похищенных быстро и беспрекословно выплачивали выкуп; похищенных возвращали в целости и сохранности… а полиция особо не усердствовала в раскрытии. Ибо выкуп обычно был сущей мелочью для тех, кто его выплатил - и никто не пострадал.
В качестве объекта для похищения, Хауптманн выбрал 20-месячного сына знаменитости первой величины. Авиатора Чарльза Линдберга, который за пять лет до того совершил первый беспосадочный перелёт из Нью-Йорка в Париж, преодолев расстояние в 3 600 миль и пробыв в одиночном полёте более 33 часов.
Хотя это и не был первый трансатлантический перелет, он стал первым одиночным перелетом через Атлантику и самым длинным на тот момент - почти на 2 000 миль (3 200 км), установив новый мировой рекорд по дальности полета.
Это достижение принесло Линдбергу всемирную славу и считается одним из самых значимых полетов в истории, ознаменовавшим начало новой эры воздушных перевозок (трансатлантических).
Вечером первого марта 1932 года сын авиатора Чарльз Линдберг-младший, был похищен из дома Линдбергов в Хайфилдсе, штат Нью-Джерси; при этом под окном детской комнаты была обнаружена самодельная лестница.
В оставленной на месте преступления записке, похитители потребовали 50 тысяч долларов в качестве выкупа (что эквивалентно 1,2 миллиона долларов в 2026 году). Выкуп был выплачен… однако ребёнка похитители не вернули (получить гарантии, что ребёнок жив, Линдберги не догадались).
12 мая тело ребёнка было найдено в лесу в четырёх милях от места похищения. Он погиб от удара по голове - предположительно случайного, во время похищения. Тем не менее, событие преступления было объявлено умышленным убийством при отягчающих обстоятельствах (похищение). За такое однозначно полагался электрический стул.
Номера переданных преступникам купюр были, разумеется, переписаны… что два с половиной года спустя принесло желаемый результат. 15 сентября 1934 года банковский кассир заметил, что серийный номер 10-долларового золотого сертификата, сданного на кассу заправочной станцией, числился в списке купюр, использованных для выкупа Линдберга-младшего.
На полях купюры работник заправки, посчитавший сертификат подозрительным (no shit!), записал номер автомобиля клиента. Быстро выяснилось, что автомобиль принадлежит Бруно Хауптману.
За ним установили слежку, которую Хауптман обнаружил и попытался скрыться. Неудачно - 19 сентября после краткой авто-погони, он был арестован полицией после того, как его заблокировал грузовик на Парк-авеню (of all places).
Средства массовой дезинформации окрестили судебный процесс над Хауптманом (начавшийся третьего января 1935 года) «процессом века», а подсудимого - «самым ненавидимым человеком в мире».
И то, и другое было полной чушью: процесс 1921 над французским серийником Анри Ландру был гораздо более шокирующим… а наиболее ненавидимым человеком в мире в то время был Сталин.
Доказательства (понятное дело), были лишь косвенными, однако для обвинительного приговора их хватало выше крыши. В гараже подсудимого были обнаружены купюры из выкупа на общую сумму в 14 600 долларов; почерк Хауптмана был похож на почерк записки требованием выкупа.
Кроме того, древесина, использованная для изготовления лестницы, была аналогичной найденной в доме подсудимого; а на внутренней стороне одного из шкафов в его доме были найдены адрес и номер телефона курьера (друга семьи Линдберг), передававшего выкуп. В день выплаты выкупа Хауптман не вышел на работу, а через два дня уволился.
Но, как говорится, имелся нюанс: это доказывало, что Хауптман участвовал в похищении сына Линдберга… но не убийство им ребёнка. Более того, не было ни одного доказательства, что именно он похитил ребёнка – а не его сообщник.
Ибо на использованной похитителем лестнице отпечатки пальцев Бруно найдены не были (на записке тоже) … а передававший выкуп курьер Хауптмана не опознал. Не было ответа и на важный вопрос: куда делись 35 000 долларов выкупа?
Тем не менее, присяжные решили, что Хауптман действовал один и виновен во всём. Судья немедленно приговорил его к смертной казни. Его апелляции не увенчались успехом, хотя казнь дважды откладывалась, пока губернатор Нью-Джерси изучал дело.
Третьего апреля 1936 года Хауптманн был казнен на электрическом стуле в тюрьме штата Нью-Джерси. Он не сделал никаких публичных заявлений. Присутствовавший при казни священник рассказал, что Хауптман сказал ему:
«Ich bin absolut unschuldig an den Verbrechen, die man mir zur Last legt» («Я абсолютно невиновен в преступлениях, в которых меня обвиняют»). Ну, не абсолютно, конечно – в заговоре с целью похищения он был виновен по самые уши – но в убийстве и в собственно похищении, скорее всего, таки нет.
Вдова Хауптмана, Анна, распорядилась кремировать его тело. Два лютеранских пастора провели частную поминальную службу на немецком языке. На церемонии присутствовали около двух тысяч человек.
Согласно одной из альтернативных версий этого преступления (которая мне представляется существенно более близкой к реальности, чем официальная), имел место заговор с целью похищения Линдберга-младшего.
В заговоре участвовали трое американцев немецкого происхождения (или двое плюс гражданин рейха… или Бруно плюс два гражданина рейха); при этом Хауптманн не был ни организатором (это похоже на правду, ибо ни психотип, ни интеллект не те совсем) … ни главным исполнителем.
Хауптман, грубо говоря, стоял на стрёме, когда похититель забрал ребёнка… главарь же получил выкуп и поделился с подельниками. Он не назвал подельников либо потому, что боялся, что они убьют его жену и ребёнка… либо потому, что его подельники уже вернулись в Третий рейх и были вне пределов досягаемости для американского правосудия. Либо по обеим причинам.
Совсем уж конспирологическая версия (её выдвинул писатель Юлиан Семёнов), состоит в том, что похищение осуществили… сотрудники внешней разведки СС (Аусланд-СД). Германия отчаянно нуждалась в твёрдой валюте и даже 35 000 долларов были для страны весьма существенной суммой.
А поскольку эти деньги ушли, скорее всего, в швейцарский банк (или в шведский, или даже в Банк Ватикана), неудивительно, что они так и не всплыли в розничных финансовых операциях.
Эта версия тоже вероятна вполне – СС легко могли заставить помалкивать… да кого угодно, на самом деле. И не только внутри Третьего рейха…
Возникает естественный вопрос: если это так, то сколько всего похищений с целью выкупа успешно реализовали люди Рейнгарда Гейдриха в разных странах?
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
Ещё 50 казнённых преступников. Петер Кюртен
Петер Кюртен получил незаслуженное прозвище «дюссельдорфский вампир». Незаслуженное потому, что вампир – по определению – пьёт кровь своих жертв, а никаких доказательств «кровопийства» Кюртена найдено не было. Только его признания, доверия которым… немного.
В реальности, Кюртен был серийным убийцей (на нём девять доказанных убийств и семь покушений на убийство) … и патологическим лжецом – как и едва ли не почти все серийники. Поэтому что из его (не подкреплённых вещдоками или другими показаниями) шокирующих признаний соответствует действительности, а что чистая выдумка, неясно совсем.
Но обо всём по порядку. Петер Кюртен родился 26 мая 1883 года в Мюльхайме-на-Рейне близ Кёльна в бедной семье, где царило насилие; он был старшим из тринадцати детей (двое из которых умерли в раннем возрасте).
Родители Кюртена были алкоголиками и жили в однокомнатной квартире; отец Кюртена часто избивал жену и детей, особенно когда был пьян. Что очень похоже на правду – таких семей многие тысячи… если не десятки тысяч по всему миру.
По словам Петера, в состоянии сильного алкогольного опьянения Кюртен-старший нередко заставлял жену и детей собираться перед ним, а затем приказывал жене раздеться догола и заниматься сексом на глазах у детей.
Это уже непохоже на правду – скорее всего, это фантазии Кюртена-младшего… впрочем, весьма возможно, что (как и многие мифоманы), он искренне верил в свою ложь.
В 1897 году отец Петера был приговорён к восемнадцати месяцам тюремного заключения за неоднократное изнасилование своей старшей дочери, которой на тот момент было 13 лет. Это тоже похоже на правду – таких случаев тысячи… только вот приговор на удивления мягкий.
В любом случае, очевидно, что родная семья Кюртен была настолько неблагополучной, что Петер не смог интегрироваться в общество и потому стал даже не просто профессиональным преступником. Это был его стиль жизни… точнее, даже, его жизнь. Да, он жил в мире человеческом, но не был его частью – он был частью мира криминального. Он стал криминальным изгоем.
Вскоре после этого мать Кюртена получила разрешение на развод, а позже вышла замуж во второй раз и переехала в Дюссельдорф. В девятилетнем возрасте Петер якобы пытался утопить одного из своих дворовых приятелей… якобы успешно.
Он якобы толкнул мальчика, о котором знал, что тот не умеет плавать, с плота из бревен. Когда второй мальчик попытался спасти тонущего, Кюртен якобы погрузил его головой в воду, в результате чего оба мальчика утонули.
Действительно утонули – это установленный факт… однако полицейское расследование пришло к выводу, что это были несчастные случаи. Поэтому Кюртен нагло врал о своих детских «подвигах».
В 13-летнем возрасте он подружился с местным ловцом бродячих собак, который жил в том же доме, что и его семья, и начал сопровождать его во время чисток. Догхантер часто мучил и убивал пойманных им животных, и Кюртен вскоре стал активным и охотным участником истязаний несчастных четвероногих.
Это тоже очень похоже на правду – свои боль и страдания в неблагополучной семье дети нередко вымещают на живых существах. Кошках, собаках… а потом и на людях (впрочем, тут Петер Кюртен, судя по всему, соригинальничал).
Тем более, что отец лупцевал Петера ремнём почём зря (похоже, было за что) … в результате мальчик больше жил на улице, чем дома… с неизбежной криминальной побочкой (надо же было как-то прокормиться, а работы для подростка явно не было).
В 13 лет Кюртен завязал отношения с девочкой своего возраста, и, хотя она позволяла ему раздевать её и ласкать, она сопротивлялась любым его попыткам вступить с ней в половую связь (не редкость в этом возрасте).
Чтобы удовлетворить свои сексуальные потребности, Кюртен якобы прибегал к зоофилии с овцами, свиньями и козами, и утверждал, что испытывал наибольшее наслаждение, если наносил животным ножевые ранения непосредственно перед достижением оргазма.
Первое маловероятно… второе же очень даже может быть. Ибо «квантовый скачок» от убийства собаки к убийству овцы вполне возможен… а вот к сексу с козой всё же из области фантастики. Ибо это совершенно разные действа.
Однажды его застукали за нанесением порезов свинье (бедная животина), после чего, видимо, отец (или мать) его так за это отделали, что навсегда выбили соответствующие желания… по отношению к домашней скотине.
Предсказуемо решив, что если можно отцу, то можно и старшему сыну, он решил изнасиловать сестру (которую пользовал Кюртен-старший) … но, видимо, получил серьёзный отпор.
В 14-летнем возрасте, Кюртен бросил школу. По настоянию отца он устроился на работу учеником формовщика. Ученичество длилось два года, пока Кюртен не украл все деньги, которые смог найти в доме, плюс примерно триста марок (2500 евро в 2026 году) у своего работодателя, и не сбежал из дома.
Он переехал в Кобленц, где завязал кратковременные отношения с проституткой, которая была на два года старше его и, по его утверждению, добровольно подчинялась всем формам сексуальных извращений, которых он от нее требовал. Сильно маловероятно… насчёт извращений (кроме зоофильских фантазий, похоже, что его половая жизнь была самой обычной).
Четыре недели спустя он был задержан и обвинен в незаконном проникновении в жилище и в краже, и приговорен к одному месяцу тюремного заключения. В августе 1899 года он был освобожден из тюрьмы и (предсказуемо) вернулся к жизни мелкого преступника.
Кюртен утверждал, что совершил своё первое убийство во взрослом возрасте в ноябре 1899 года. В своих признаниях, данных следователям в 1930 году, он утверждал, что подцепил 18-летнюю девушку на Аллестрассе и уговорил её пойти с ним в Хофгартен (центральный парк Дюссельдорфа).
Там, как он утверждал, он вступил с девушкой в половую связь, а затем задушил её голыми руками до потери сознания, после чего покинул место преступления, полагая, что она мертва.
Это ложь – ибо место это не менее людное, чем московское Коломенское, поэтому тело было бы обнаружено почти сразу… однако не было. Поэтому либо имела место лишь попытка… либо он вообще всё это выдумал (что более реально).
Год спустя его арестовали по обвинению в мошенничестве… к которым вскоре добавились обвинения в кражах и в покушении на убийство с применением огнестрельного оружия. По совокупности, в октябре 1900 года Кюртен был приговорен к четырём годам лишения свободы.
Освободившись летом 1904 года, Кюртен был призван в Императорскую германскую армию; его направили в город Мец в Лотарингии для службы в 98-м пехотном полку, однако вскоре он (предсказуемо) дезертировал.
Той же осенью он начал совершать поджоги (второе типичное занятие для будущего серийника после истязаний животных), за которыми он незаметно наблюдал издалека, пока аварийные службы пытались потушить пожары.
Большинство этих пожаров происходило в сараях и сеновалах; Кюртен признался полиции, что совершил около двадцати четырёх поджогов, когда его арестовали в канун Нового года.
Он также утверждал, что эти пожары были устроены как для получения сексуального возбуждения, так и в надежде сжечь заживо спящих бродяг (второе сильно маловероятно – это совсем другой уровень жестокости).
Быстро выяснилось, что он дезертир… теперь по совокупности он получил уже восемь лет. «Украл – выпил - в тюрьму» не совсем про него… однако близко. Он отбывал наказание в Мюнстере, причем большую часть времени проводил в одиночной камере за неоднократные случаи неподчинения тюремщикам.
Впоследствии он утверждал следователям и психологам, что именно в этот период заключения он впервые столкнулся с суровыми формами дисциплины, в результате чего, эротические фантазии, которые у него развились во время предыдущего заключения, расширились и стали включать в себя фантазии о том, как он наносит удар по обществу и убивает массы людей.
Это похоже на правду… только (к счастью) дистанция от таких фантазий до бойни в стиле Чарльза Уитмена… или Уильяма Унека огромного размера.
Первое доказанное убийство, совершённое Кюртеном, произошло 25 мая 1913 года. Во время ограбления жома в Мюльхайме-на-Рейне он наткнулся на девятилетнюю девочку по имени Кристине Кляйн, спавшую в своей постели.
Кюртен задушил её, а затем перерезал ей горло карманным ножом, испытывая сексуальное возбуждение, когда видел, как её кровь капает из ран на пол у кровати и на его руку.
На следующий день Кюртен специально вернулся в Кёльн, чтобы выпить в таверне, расположенной прямо напротив дома, в котором он убил Кляйн, чтобы послушать реакцию местных жителей на убийство ребенка.
Позже он сообщил следователям, что испытывал чрезвычайное чувство удовлетворения от всеобщего отвращения, отторжения и возмущения, которые он слышал в разговорах посетителей. Пси-мазохист до кучи, короче.
В течение нескольких недель после похорон Кляйн Кюртен время от времени ездил в Мюльхайм-на-Рейне, чтобы посетить могилу девочки, добавляя, что, когда он прикасался к земле, покрывающей могилу, у него происходила спонтанная эякуляция.
Два месяца спустя — снова в ходе совершения кражи со взломом с помощью отмычки — Кюртен проник в дом в Дюссельдорфе. Обнаружив спящую в своей постели 17-летнюю девушку, Кюртен задушил её руками, эякулировав при виде крови, которая потекла из её рта, после чего покинул место преступления.
Увы, логичная эскалация: сначала он резал горло собакам; потом козам, овцам и свиньям… а потом ему захотелось более острых ощущений (ибо соответствующие фантазии у него были уже давно) – и он убил человеческое существо.
И понеслось… ко второй декаде ноября 1929 года, на кровавом счету душегуба было уже девять убийств. А потом ему захотелось славы Джека-Потрошителя – нередкое явление в мире серийных убийц.
Через два дня после последнего (действительно последнего) убийства в местную коммунистическую (!!!) газету пришло письмо без обратного адреса. В конверте находилась карта, на которой было указано местонахождение могилы Марии Ханн, которая исчезла (она была убита Кюртеном) 11 августа.
На этом чертеже Кюртен также точно указал, где он оставил тело своей последней жертвы Гертруды Альберманн (которое было найдено ранее в тот же день), описав точное положение её тела - лицом вниз среди кирпичей и обломков.
Анализ почерка показал, что автор был тем же человеком, который анонимно сообщил полиции в письме ещё от 14 октября, что он убил Хан и закопал её тело «на опушке леса».
Каждое из трех писем, которые Кюртен к тому моменту отправил в газеты и полицию, описывая свои «подвиги» и угрожая новыми нападениями и убийствами, было изучено графологом.
Графолог подтвердил, что все письма были написаны одним и тем же человеком, что привело Эрнста Генната, криминалькомиссара берлинской полиции (именно он изобрёл термин «серийный убийца»), к выводу о том, что все убийства в этой серии совершает один и тот же человек.
А потом Петер попался, совершив фатальную ошибку (интеллектом он явно не блистал). Он пригласил женщину к себе домой, а когда она отказалась заниматься с ним сексом… отнёсся к этому неожиданно спокойно и с пониманием. Даже вызвался её проводить, однако по дороге, в лесу, изнасиловал и попытался задушить. Не получилось – сильная женщина вырвалась и убежала.
Она не сообщила о нападении в полицию (обычное дело для жертв сексуального насилия – особенно в те времена) … а потом в дело вмешался Его Величество Случай. В высшей степени благоприятный для полиции Дюссельдорфа.
Женщина описала пережитое в письме к подруге… и указала неверный адрес. Согласно правилам, почтовый служащий вскрыл письмо… и пришёл в ужас. После чего немедленно переслал письмо в полицию.
Письмо прочитал криминалькомиссар Геннат, который предположил, что существует небольшая вероятность того, что нападавший на женщину мог быть дюссельдорфским убийцей. Он допросил жертву, которая подтвердила всё изложенное в письме.
Она согласилась провести полицию к дому Кюртена на Меттманнер-штрассе. Когда хозяйка дома впустила женщину в комнату № 71, она подтвердила Геннату, что это адрес насильника. Хозяйка сообщила криминалькомиссару, что имя арендатора — Петер Кюртен.
Кюртена не было дома, однако он заметил незнакомцев и сразу понял, что они пришли по его душу и что финита ля трагедия. Понимая, что его личность теперь известна полиции, и что обвинение по делу о серии убийств лишь вопрос времени, он… признался жене. И попросил, чтобы она… сдала его в полицию, получив немалую награду, установленную властями.
На следующий день Августа Кюртен связалась с полицией. В информации, предоставленной детективам, жена Кюртена объяснила, что, хотя она знала, что её муж неоднократно попадал в тюрьму в прошлом, она не подозревала о его причастности к каким-либо убийствам.
Затем она добавила, что её муж признался ей в своей причастности к убийствам в Дюссельдорфе и что он готов признаться в этом же полиции. Он должен был встретиться с ней возле церкви Святого Рохуса позже в тот же день. В тот же день, во второй половине дня, Петер Кюртен был арестован.
13 апреля 1931 года в Дюссельдорфе начался суд. Кюртену было предъявлено обвинение в девяти убийствах и семи покушениях на убийство. Изначально Петер Кюртен по всем пунктам обвинения заявил о своей невиновности по причине невменяемости.
За исключением моментов дачи показаний, Кюртен проводил время судебного процесса в тщательно охраняемой железной клетки высотой до плеч, специально построенной для его защиты от разъяренных родственников его жертв, а его ноги были скованны кандалами всякий раз, когда он находился внутри этой клетки.
Судебный процесс длился десять дней. 22 апреля присяжные удалились для вынесения вердикта. Они совещались менее двух часов, прежде чем объявили своё решение: Кюртен был признан виновным и приговорен к смертной казни по девяти пунктам обвинения в убийстве.
Он также был признан виновным по семи пунктам обвинения в покушении на убийство. Кюртен не проявил никаких эмоций, когда был вынесен приговор, однако в своем последнем слове заявил, что теперь считает свои преступления «настолько ужасными, что у них нет и не может быть оправдания».
Кюртен не подал апелляцию на приговор, хотя направил прошение о помиловании министру юстиции, который был известным противником смертной казни. Ходатайство было (предсказуемо) отклонено первого июля.
Узнав об этом, Кюртен сохранил самообладание и попросил разрешения увидеться со своим духовником, написать письма с извинениями родственникам своих жертв и прощальное письмо своей жене. Все просьбы были удовлетворены.
Второго июля 1931 года ровно в шесть утра, Петер Кюртен был обезглавлен на гильотине на территории тюрьмы Клингльпютц в Кёльне. Он самостоятельно подошёл к гильотине в сопровождении тюремного психиатра и священника.
Перед тем, как его уложили на доску гильотины, Кюртен обратился к тюремному психиатру:
«Скажите мне... после того, как мою голову отрубят, смогу ли я ещё, хотя бы на мгновение, услышать звук собственной крови, хлещущей из обрубка шеи? Это было бы наслаждением, превосходящим все наслаждения».
В реальности, Кюртен был серийным убийцей (на нём девять доказанных убийств и семь покушений на убийство) … и патологическим лжецом – как и едва ли не почти все серийники. Поэтому что из его (не подкреплённых вещдоками или другими показаниями) шокирующих признаний соответствует действительности, а что чистая выдумка, неясно совсем.
Но обо всём по порядку. Петер Кюртен родился 26 мая 1883 года в Мюльхайме-на-Рейне близ Кёльна в бедной семье, где царило насилие; он был старшим из тринадцати детей (двое из которых умерли в раннем возрасте).
Родители Кюртена были алкоголиками и жили в однокомнатной квартире; отец Кюртена часто избивал жену и детей, особенно когда был пьян. Что очень похоже на правду – таких семей многие тысячи… если не десятки тысяч по всему миру.
По словам Петера, в состоянии сильного алкогольного опьянения Кюртен-старший нередко заставлял жену и детей собираться перед ним, а затем приказывал жене раздеться догола и заниматься сексом на глазах у детей.
Это уже непохоже на правду – скорее всего, это фантазии Кюртена-младшего… впрочем, весьма возможно, что (как и многие мифоманы), он искренне верил в свою ложь.
В 1897 году отец Петера был приговорён к восемнадцати месяцам тюремного заключения за неоднократное изнасилование своей старшей дочери, которой на тот момент было 13 лет. Это тоже похоже на правду – таких случаев тысячи… только вот приговор на удивления мягкий.
В любом случае, очевидно, что родная семья Кюртен была настолько неблагополучной, что Петер не смог интегрироваться в общество и потому стал даже не просто профессиональным преступником. Это был его стиль жизни… точнее, даже, его жизнь. Да, он жил в мире человеческом, но не был его частью – он был частью мира криминального. Он стал криминальным изгоем.
Вскоре после этого мать Кюртена получила разрешение на развод, а позже вышла замуж во второй раз и переехала в Дюссельдорф. В девятилетнем возрасте Петер якобы пытался утопить одного из своих дворовых приятелей… якобы успешно.
Он якобы толкнул мальчика, о котором знал, что тот не умеет плавать, с плота из бревен. Когда второй мальчик попытался спасти тонущего, Кюртен якобы погрузил его головой в воду, в результате чего оба мальчика утонули.
Действительно утонули – это установленный факт… однако полицейское расследование пришло к выводу, что это были несчастные случаи. Поэтому Кюртен нагло врал о своих детских «подвигах».
В 13-летнем возрасте он подружился с местным ловцом бродячих собак, который жил в том же доме, что и его семья, и начал сопровождать его во время чисток. Догхантер часто мучил и убивал пойманных им животных, и Кюртен вскоре стал активным и охотным участником истязаний несчастных четвероногих.
Это тоже очень похоже на правду – свои боль и страдания в неблагополучной семье дети нередко вымещают на живых существах. Кошках, собаках… а потом и на людях (впрочем, тут Петер Кюртен, судя по всему, соригинальничал).
Тем более, что отец лупцевал Петера ремнём почём зря (похоже, было за что) … в результате мальчик больше жил на улице, чем дома… с неизбежной криминальной побочкой (надо же было как-то прокормиться, а работы для подростка явно не было).
В 13 лет Кюртен завязал отношения с девочкой своего возраста, и, хотя она позволяла ему раздевать её и ласкать, она сопротивлялась любым его попыткам вступить с ней в половую связь (не редкость в этом возрасте).
Чтобы удовлетворить свои сексуальные потребности, Кюртен якобы прибегал к зоофилии с овцами, свиньями и козами, и утверждал, что испытывал наибольшее наслаждение, если наносил животным ножевые ранения непосредственно перед достижением оргазма.
Первое маловероятно… второе же очень даже может быть. Ибо «квантовый скачок» от убийства собаки к убийству овцы вполне возможен… а вот к сексу с козой всё же из области фантастики. Ибо это совершенно разные действа.
Однажды его застукали за нанесением порезов свинье (бедная животина), после чего, видимо, отец (или мать) его так за это отделали, что навсегда выбили соответствующие желания… по отношению к домашней скотине.
Предсказуемо решив, что если можно отцу, то можно и старшему сыну, он решил изнасиловать сестру (которую пользовал Кюртен-старший) … но, видимо, получил серьёзный отпор.
В 14-летнем возрасте, Кюртен бросил школу. По настоянию отца он устроился на работу учеником формовщика. Ученичество длилось два года, пока Кюртен не украл все деньги, которые смог найти в доме, плюс примерно триста марок (2500 евро в 2026 году) у своего работодателя, и не сбежал из дома.
Он переехал в Кобленц, где завязал кратковременные отношения с проституткой, которая была на два года старше его и, по его утверждению, добровольно подчинялась всем формам сексуальных извращений, которых он от нее требовал. Сильно маловероятно… насчёт извращений (кроме зоофильских фантазий, похоже, что его половая жизнь была самой обычной).
Четыре недели спустя он был задержан и обвинен в незаконном проникновении в жилище и в краже, и приговорен к одному месяцу тюремного заключения. В августе 1899 года он был освобожден из тюрьмы и (предсказуемо) вернулся к жизни мелкого преступника.
Кюртен утверждал, что совершил своё первое убийство во взрослом возрасте в ноябре 1899 года. В своих признаниях, данных следователям в 1930 году, он утверждал, что подцепил 18-летнюю девушку на Аллестрассе и уговорил её пойти с ним в Хофгартен (центральный парк Дюссельдорфа).
Там, как он утверждал, он вступил с девушкой в половую связь, а затем задушил её голыми руками до потери сознания, после чего покинул место преступления, полагая, что она мертва.
Это ложь – ибо место это не менее людное, чем московское Коломенское, поэтому тело было бы обнаружено почти сразу… однако не было. Поэтому либо имела место лишь попытка… либо он вообще всё это выдумал (что более реально).
Год спустя его арестовали по обвинению в мошенничестве… к которым вскоре добавились обвинения в кражах и в покушении на убийство с применением огнестрельного оружия. По совокупности, в октябре 1900 года Кюртен был приговорен к четырём годам лишения свободы.
Освободившись летом 1904 года, Кюртен был призван в Императорскую германскую армию; его направили в город Мец в Лотарингии для службы в 98-м пехотном полку, однако вскоре он (предсказуемо) дезертировал.
Той же осенью он начал совершать поджоги (второе типичное занятие для будущего серийника после истязаний животных), за которыми он незаметно наблюдал издалека, пока аварийные службы пытались потушить пожары.
Большинство этих пожаров происходило в сараях и сеновалах; Кюртен признался полиции, что совершил около двадцати четырёх поджогов, когда его арестовали в канун Нового года.
Он также утверждал, что эти пожары были устроены как для получения сексуального возбуждения, так и в надежде сжечь заживо спящих бродяг (второе сильно маловероятно – это совсем другой уровень жестокости).
Быстро выяснилось, что он дезертир… теперь по совокупности он получил уже восемь лет. «Украл – выпил - в тюрьму» не совсем про него… однако близко. Он отбывал наказание в Мюнстере, причем большую часть времени проводил в одиночной камере за неоднократные случаи неподчинения тюремщикам.
Впоследствии он утверждал следователям и психологам, что именно в этот период заключения он впервые столкнулся с суровыми формами дисциплины, в результате чего, эротические фантазии, которые у него развились во время предыдущего заключения, расширились и стали включать в себя фантазии о том, как он наносит удар по обществу и убивает массы людей.
Это похоже на правду… только (к счастью) дистанция от таких фантазий до бойни в стиле Чарльза Уитмена… или Уильяма Унека огромного размера.
Первое доказанное убийство, совершённое Кюртеном, произошло 25 мая 1913 года. Во время ограбления жома в Мюльхайме-на-Рейне он наткнулся на девятилетнюю девочку по имени Кристине Кляйн, спавшую в своей постели.
Кюртен задушил её, а затем перерезал ей горло карманным ножом, испытывая сексуальное возбуждение, когда видел, как её кровь капает из ран на пол у кровати и на его руку.
На следующий день Кюртен специально вернулся в Кёльн, чтобы выпить в таверне, расположенной прямо напротив дома, в котором он убил Кляйн, чтобы послушать реакцию местных жителей на убийство ребенка.
Позже он сообщил следователям, что испытывал чрезвычайное чувство удовлетворения от всеобщего отвращения, отторжения и возмущения, которые он слышал в разговорах посетителей. Пси-мазохист до кучи, короче.
В течение нескольких недель после похорон Кляйн Кюртен время от времени ездил в Мюльхайм-на-Рейне, чтобы посетить могилу девочки, добавляя, что, когда он прикасался к земле, покрывающей могилу, у него происходила спонтанная эякуляция.
Два месяца спустя — снова в ходе совершения кражи со взломом с помощью отмычки — Кюртен проник в дом в Дюссельдорфе. Обнаружив спящую в своей постели 17-летнюю девушку, Кюртен задушил её руками, эякулировав при виде крови, которая потекла из её рта, после чего покинул место преступления.
Увы, логичная эскалация: сначала он резал горло собакам; потом козам, овцам и свиньям… а потом ему захотелось более острых ощущений (ибо соответствующие фантазии у него были уже давно) – и он убил человеческое существо.
И понеслось… ко второй декаде ноября 1929 года, на кровавом счету душегуба было уже девять убийств. А потом ему захотелось славы Джека-Потрошителя – нередкое явление в мире серийных убийц.
Через два дня после последнего (действительно последнего) убийства в местную коммунистическую (!!!) газету пришло письмо без обратного адреса. В конверте находилась карта, на которой было указано местонахождение могилы Марии Ханн, которая исчезла (она была убита Кюртеном) 11 августа.
На этом чертеже Кюртен также точно указал, где он оставил тело своей последней жертвы Гертруды Альберманн (которое было найдено ранее в тот же день), описав точное положение её тела - лицом вниз среди кирпичей и обломков.
Анализ почерка показал, что автор был тем же человеком, который анонимно сообщил полиции в письме ещё от 14 октября, что он убил Хан и закопал её тело «на опушке леса».
Каждое из трех писем, которые Кюртен к тому моменту отправил в газеты и полицию, описывая свои «подвиги» и угрожая новыми нападениями и убийствами, было изучено графологом.
Графолог подтвердил, что все письма были написаны одним и тем же человеком, что привело Эрнста Генната, криминалькомиссара берлинской полиции (именно он изобрёл термин «серийный убийца»), к выводу о том, что все убийства в этой серии совершает один и тот же человек.
А потом Петер попался, совершив фатальную ошибку (интеллектом он явно не блистал). Он пригласил женщину к себе домой, а когда она отказалась заниматься с ним сексом… отнёсся к этому неожиданно спокойно и с пониманием. Даже вызвался её проводить, однако по дороге, в лесу, изнасиловал и попытался задушить. Не получилось – сильная женщина вырвалась и убежала.
Она не сообщила о нападении в полицию (обычное дело для жертв сексуального насилия – особенно в те времена) … а потом в дело вмешался Его Величество Случай. В высшей степени благоприятный для полиции Дюссельдорфа.
Женщина описала пережитое в письме к подруге… и указала неверный адрес. Согласно правилам, почтовый служащий вскрыл письмо… и пришёл в ужас. После чего немедленно переслал письмо в полицию.
Письмо прочитал криминалькомиссар Геннат, который предположил, что существует небольшая вероятность того, что нападавший на женщину мог быть дюссельдорфским убийцей. Он допросил жертву, которая подтвердила всё изложенное в письме.
Она согласилась провести полицию к дому Кюртена на Меттманнер-штрассе. Когда хозяйка дома впустила женщину в комнату № 71, она подтвердила Геннату, что это адрес насильника. Хозяйка сообщила криминалькомиссару, что имя арендатора — Петер Кюртен.
Кюртена не было дома, однако он заметил незнакомцев и сразу понял, что они пришли по его душу и что финита ля трагедия. Понимая, что его личность теперь известна полиции, и что обвинение по делу о серии убийств лишь вопрос времени, он… признался жене. И попросил, чтобы она… сдала его в полицию, получив немалую награду, установленную властями.
На следующий день Августа Кюртен связалась с полицией. В информации, предоставленной детективам, жена Кюртена объяснила, что, хотя она знала, что её муж неоднократно попадал в тюрьму в прошлом, она не подозревала о его причастности к каким-либо убийствам.
Затем она добавила, что её муж признался ей в своей причастности к убийствам в Дюссельдорфе и что он готов признаться в этом же полиции. Он должен был встретиться с ней возле церкви Святого Рохуса позже в тот же день. В тот же день, во второй половине дня, Петер Кюртен был арестован.
13 апреля 1931 года в Дюссельдорфе начался суд. Кюртену было предъявлено обвинение в девяти убийствах и семи покушениях на убийство. Изначально Петер Кюртен по всем пунктам обвинения заявил о своей невиновности по причине невменяемости.
За исключением моментов дачи показаний, Кюртен проводил время судебного процесса в тщательно охраняемой железной клетки высотой до плеч, специально построенной для его защиты от разъяренных родственников его жертв, а его ноги были скованны кандалами всякий раз, когда он находился внутри этой клетки.
Судебный процесс длился десять дней. 22 апреля присяжные удалились для вынесения вердикта. Они совещались менее двух часов, прежде чем объявили своё решение: Кюртен был признан виновным и приговорен к смертной казни по девяти пунктам обвинения в убийстве.
Он также был признан виновным по семи пунктам обвинения в покушении на убийство. Кюртен не проявил никаких эмоций, когда был вынесен приговор, однако в своем последнем слове заявил, что теперь считает свои преступления «настолько ужасными, что у них нет и не может быть оправдания».
Кюртен не подал апелляцию на приговор, хотя направил прошение о помиловании министру юстиции, который был известным противником смертной казни. Ходатайство было (предсказуемо) отклонено первого июля.
Узнав об этом, Кюртен сохранил самообладание и попросил разрешения увидеться со своим духовником, написать письма с извинениями родственникам своих жертв и прощальное письмо своей жене. Все просьбы были удовлетворены.
Второго июля 1931 года ровно в шесть утра, Петер Кюртен был обезглавлен на гильотине на территории тюрьмы Клингльпютц в Кёльне. Он самостоятельно подошёл к гильотине в сопровождении тюремного психиатра и священника.
Перед тем, как его уложили на доску гильотины, Кюртен обратился к тюремному психиатру:
«Скажите мне... после того, как мою голову отрубят, смогу ли я ещё, хотя бы на мгновение, услышать звук собственной крови, хлещущей из обрубка шеи? Это было бы наслаждением, превосходящим все наслаждения».
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
Ещё 50 казнённых преступников. Карл Панцрам
Карл (на самом деле, Чарльз) Панцрам был во многом уникальным серийным убийцей. И географически (США, Африка… и борт яхты) – и тем, что, хотя расследование подтвердило, что он убил пять человек (вряд ли больше), он был повешен за убийство, которое совершил, уже находясь в тюрьме.
Кроме того, он чуть ли не единственный серийник, который в тюрьме написал автобиографию. Впрочем, это скорее всё же худлит – он сам признался к патологической склонности к вранью, что было многократно подтверждено.
Впрочем, обо всём по порядку. Карл Панцрам родился 28 июня 1891 года на ферме недалеко от Ист-Гранд-Форкс, штат Миннесота, шестым из семи детей в семье иммигрантов из Восточной Пруссии (ныне Калининградская область).
По словам Панцрама (которым в данном случае вполне можно доверять), уже в пять лет он был отпетым лжецом и вором; причём чем старше, тем злее. Отец Панцрама бросил семью, когда ему было семь лет.
Примерно в то же время у Панцрама развилась инфекция сосцевидного отростка височной кости, из-за чего ему пришлось перенести операцию, которая была проведена на дому и только усугубила инфекцию, поэтому позже его доставили в больницу для повторной операции. Неизвестно, получил ли он в результате повреждение мозга (думаю, что скорее нет, чем да).
Неприятности Панцрама с законом начались в 1899 году, когда ему было всего восемь лет - он предстал перед судом по делам несовершеннолетних по обвинению в пьянстве (!!!) и нарушении общественного порядка.
В 1903 году, в возрасте двенадцати лет, он был арестован и заключён в тюрьму за пьянство и «неисправимость». Вскоре после этого второго ареста Панцрам украл из дома соседа пирог, яблоки… и револьвер.
В октябре 1903 года мать Панцрама отправила его в Миннесотскую государственную исправительную школу. Позже Панцрам написал в своей автобиографии, что его неоднократно избивали, истязали и насиловали сотрудники в мастерской, которую дети прозвали «малярной», поскольку из этой комнаты они выходили «разрисованными» синяками и кровью.
Что из этого было правдой, неясно… однако хорошо известно, что подобные заведения обычно создавались не для исправления, а для наказания… с соответствующими катастрофическими последствиями.
Как ни странно, гораздо более эффективными – в случае уголовных преступников – были «мозгоисправительные» заведения в странах с тоталитарными режимами – в Третьем рейхе и в сталинском СССР. Возможно, потому, что там контингент с утра до ночи постоянно накачивали идеологией…
Панцрам настолько возненавидел школу, что решил сжечь её, и 7 июля 1905 года ему это удалось, причём его не поймали. Есть сильное подозрение, что он спалил заведение чисто ради удовольствия… а оправдание придумал.
Он впоследствии утверждал, что во время пребывания в школе убил 12-летнего мальчика… однако никаких доказательств этому не было найдено. К началу подросткового возраста Панцрам страдал алкоголизмом (!!) и имел длинный список судимостей, в основном за кражи со взломом и грабежи.
Я далеко не поклонник Третьего рейха, однако нельзя не признать, что практика бессрочного заключения таких сабжей в концлагеря (как «социально опасных элементов») весьма эффективно защищает общество от их художеств. Если бы Панцрама закатали за решётку пожизненно уже в подростковом возрасте, удалось бы спасти не одну человеческую жизнь.
В 14 лет, через пару недель после освобождения и через две недели после попытки убить лютеранского священника (!!) из револьвера, Панцрам сбежал из дома и стал жить на улице.
Он много путешествовал в вагонах поездов и позже утверждал, что однажды подвергся групповому изнасилованию со стороны группы бездомных мужчин. Так это или нет, неясно (скорее нет, чем да; вероятнее всего, гомосеком его сделали – это приобретённое, а не врождённое - в «исправительной» школе, ибо такие заведения просто кишат педофилами).
Летом 1906 года Панцрам был арестован за кражу со взломом в городе Бьют, штат Монтана, и приговорен к одному году заключения в исправительной школе в Майлс-Сити.
Позже он утверждал, что после того, как охранник наказал его, Панцрам напал на него и нанес тяжелые ранения деревянной доской. В наказание Панцрам был помещен на некоторое время в карцер.
В 1907 году Панцрам и взломщик сейфов Джеймс Бенсон сбежали из исправительной школы, взломали оружейку и похитили из неё оружие. В последующие недели Панцрам и Бенсон грабили людей и дома, неоднократно врывались в магазины и поджигали здания, особенно церкви (чем-то священники им сильно насолили… вероятнее всего, лицемерием).
В какой-то момент (по его последующим утверждениям, спьяну), Панцрам решил завязать… и записался добровольцем в армию США. Он был направлен в 6-ю пехотную дивизию в Форт-Уильям-Генри-Харрисон.
Однако быстро попал уже в военную тюрьму за неподчинение приказу и кражи (приговорён к двум годам тюрьмы). По словам Панцрама, военная тюрьма окончательно добила в нём всё человеческое и превратила в чудовище… что весьма похоже на правду (такое, увы, не редкость).
После освобождения и увольнения из армии с позором (dishonorable discharge) Панцрам возобновил свою преступную деятельность. Знаменитое «украл – выпил - в тюрьму» (крал он от велосипедов до яхт – он был заядлым яхтсменом) описывает его криминальные похождения просто идеально.
По местам его подвигов вполне можно было изучать географию США: Калифорния, Техас, Орегон, Айдахо, Монтана, Коннектикут, Нью-Йорк, округ Колумбия, Канзас...
Находясь в заключении, Панцрам демонстрировал буйный нрав: он часто нападал на охранников и отказывался выполнять их приказы (в конечном итоге, это приведёт его на виселицу). Охранники мстили ему, подвергая его избиениям и другим наказаниям.
В своей автобиографии Панцрам писал, что он был «воплощением злобы» и что он часто насиловал мужчин, которых ограбил (жертва становится насильником – увы, обычное дело).
Он отличался крупным телосложением и огромной физической силой — благодаря многолетнему тяжелому труду в тюрьмах — что помогало ему одолевать почти любого мужчину.
Его криминальная деятельность продолжалась два десятилетия, за которые он успел и вдоволь поплавать на яхтах (по его словам, он использовал их в качестве мест для убийств, что вряд ли) … и даже пару лет прожить в Анголе.
Однако как верёвочке не виться… 30 августа 1928 года Панцрам был арестован в Балтиморе по подозрению в краже со взломом, совершенной 20 августа в столице, в ходе которой из дома стоматолога были похищены радиоприемник и драгоценности.
В качестве соучастников были арестованы трое мужчин, и большая часть драгоценностей была возвращена. Панцрам назвал своё настоящее имя, хотя и солгал, указав, что ему 41 год (ему было 37) и что он родом из Невады.
Во время допроса он признался в убийстве трех мальчиков в начале того же месяца: одного в Салеме, одного в Коннектикуте и 14-летнего разносчика газет в Филадельфии летом 1928 года.
Панцрам заставил мальчика помочь ему украсть вещи с яхты на реке Делавэр, а после убийства завернул его тело в одеяло вместе с частями радиоприемника. Признание Панцрама в убийстве мальчика на 28-м пирсе на острове Лиг недалеко от Филадельфии в августе 1928 года было подтверждено.
Позже Панцрам написал, что он подумывал о массовых убийствах и других террористических актах, таких как отравление городского водоснабжения мышьяком или потопление британского военного корабля в гавани Нью-Йорка (!!), чтобы спровоцировать войну между США и Великобританией (!!!).
Во время своего последнего ареста, когда он признался в убийстве мальчика, его спросили, какой смысл в убийстве ребенка. На это Панцрам ответил, что он ненавидит человечество и что ему доставляет удовольствие убивать людей. Весьма похоже на правду – за всю свою жизнь он не получил от человечества ничего хорошего и платил ему той же монетой. Сторицей.
Как ни странно (американская Фемида в те годы гуманизмом не отличалась), даже таких художеств не хватило для смертного приговора. Панцрам был приговорен «всего лишь» к 25 годам лишения свободы - с возможностью выхода по УДО.
Он честно предупредил начальника тюрьмы: «Я убью любого, кто меня тронет». Поскольку его считали слишком опасным, его направили работать в одиночку в тюремную прачечную.
Это была фатальная ошибка, ибо бригадир Роберт Варнке (это было хорошо известно), постоянно издевался над другими заключенными и подчиненными.
Несмотря на неоднократные предупреждения Панцрама, Варнке продолжал доставать его. Результат был предсказуем: 20 июня 1929 года Панцрам забил Варнке до смерти железным прутом.
Он был признан виновным и приговорен к смертной казни. Панцрам отказался от любой апелляции по своему приговору. В ответ на предложения противников смертной казни и правозащитников вмешаться в дело он написал:
«Единственная благодарность, которую вы и ваши соратники когда-либо получите от меня за ваши усилия в мою пользу, заключается в том, что я желаю вам всем иметь по одной шее, а мне — иметь руки на ней!».
Находясь в камере смертников, Панцрам подружился с охранником, который давал ему деньги на сигареты. Панцрам был настолько потрясён этим актом доброты, что после того, как охранник предоставил ему письменные принадлежности, Панцрам написал подробное изложение своих преступлений и своей нигилистической философии в ожидании казни.
Панцрам был повешен пятого сентября 1930 года. Когда офицеры попытались надеть на его голову традиционный черный капюшон, он плюнул в лицо палачу.
Кроме того, он чуть ли не единственный серийник, который в тюрьме написал автобиографию. Впрочем, это скорее всё же худлит – он сам признался к патологической склонности к вранью, что было многократно подтверждено.
Впрочем, обо всём по порядку. Карл Панцрам родился 28 июня 1891 года на ферме недалеко от Ист-Гранд-Форкс, штат Миннесота, шестым из семи детей в семье иммигрантов из Восточной Пруссии (ныне Калининградская область).
По словам Панцрама (которым в данном случае вполне можно доверять), уже в пять лет он был отпетым лжецом и вором; причём чем старше, тем злее. Отец Панцрама бросил семью, когда ему было семь лет.
Примерно в то же время у Панцрама развилась инфекция сосцевидного отростка височной кости, из-за чего ему пришлось перенести операцию, которая была проведена на дому и только усугубила инфекцию, поэтому позже его доставили в больницу для повторной операции. Неизвестно, получил ли он в результате повреждение мозга (думаю, что скорее нет, чем да).
Неприятности Панцрама с законом начались в 1899 году, когда ему было всего восемь лет - он предстал перед судом по делам несовершеннолетних по обвинению в пьянстве (!!!) и нарушении общественного порядка.
В 1903 году, в возрасте двенадцати лет, он был арестован и заключён в тюрьму за пьянство и «неисправимость». Вскоре после этого второго ареста Панцрам украл из дома соседа пирог, яблоки… и револьвер.
В октябре 1903 года мать Панцрама отправила его в Миннесотскую государственную исправительную школу. Позже Панцрам написал в своей автобиографии, что его неоднократно избивали, истязали и насиловали сотрудники в мастерской, которую дети прозвали «малярной», поскольку из этой комнаты они выходили «разрисованными» синяками и кровью.
Что из этого было правдой, неясно… однако хорошо известно, что подобные заведения обычно создавались не для исправления, а для наказания… с соответствующими катастрофическими последствиями.
Как ни странно, гораздо более эффективными – в случае уголовных преступников – были «мозгоисправительные» заведения в странах с тоталитарными режимами – в Третьем рейхе и в сталинском СССР. Возможно, потому, что там контингент с утра до ночи постоянно накачивали идеологией…
Панцрам настолько возненавидел школу, что решил сжечь её, и 7 июля 1905 года ему это удалось, причём его не поймали. Есть сильное подозрение, что он спалил заведение чисто ради удовольствия… а оправдание придумал.
Он впоследствии утверждал, что во время пребывания в школе убил 12-летнего мальчика… однако никаких доказательств этому не было найдено. К началу подросткового возраста Панцрам страдал алкоголизмом (!!) и имел длинный список судимостей, в основном за кражи со взломом и грабежи.
Я далеко не поклонник Третьего рейха, однако нельзя не признать, что практика бессрочного заключения таких сабжей в концлагеря (как «социально опасных элементов») весьма эффективно защищает общество от их художеств. Если бы Панцрама закатали за решётку пожизненно уже в подростковом возрасте, удалось бы спасти не одну человеческую жизнь.
В 14 лет, через пару недель после освобождения и через две недели после попытки убить лютеранского священника (!!) из револьвера, Панцрам сбежал из дома и стал жить на улице.
Он много путешествовал в вагонах поездов и позже утверждал, что однажды подвергся групповому изнасилованию со стороны группы бездомных мужчин. Так это или нет, неясно (скорее нет, чем да; вероятнее всего, гомосеком его сделали – это приобретённое, а не врождённое - в «исправительной» школе, ибо такие заведения просто кишат педофилами).
Летом 1906 года Панцрам был арестован за кражу со взломом в городе Бьют, штат Монтана, и приговорен к одному году заключения в исправительной школе в Майлс-Сити.
Позже он утверждал, что после того, как охранник наказал его, Панцрам напал на него и нанес тяжелые ранения деревянной доской. В наказание Панцрам был помещен на некоторое время в карцер.
В 1907 году Панцрам и взломщик сейфов Джеймс Бенсон сбежали из исправительной школы, взломали оружейку и похитили из неё оружие. В последующие недели Панцрам и Бенсон грабили людей и дома, неоднократно врывались в магазины и поджигали здания, особенно церкви (чем-то священники им сильно насолили… вероятнее всего, лицемерием).
В какой-то момент (по его последующим утверждениям, спьяну), Панцрам решил завязать… и записался добровольцем в армию США. Он был направлен в 6-ю пехотную дивизию в Форт-Уильям-Генри-Харрисон.
Однако быстро попал уже в военную тюрьму за неподчинение приказу и кражи (приговорён к двум годам тюрьмы). По словам Панцрама, военная тюрьма окончательно добила в нём всё человеческое и превратила в чудовище… что весьма похоже на правду (такое, увы, не редкость).
После освобождения и увольнения из армии с позором (dishonorable discharge) Панцрам возобновил свою преступную деятельность. Знаменитое «украл – выпил - в тюрьму» (крал он от велосипедов до яхт – он был заядлым яхтсменом) описывает его криминальные похождения просто идеально.
По местам его подвигов вполне можно было изучать географию США: Калифорния, Техас, Орегон, Айдахо, Монтана, Коннектикут, Нью-Йорк, округ Колумбия, Канзас...
Находясь в заключении, Панцрам демонстрировал буйный нрав: он часто нападал на охранников и отказывался выполнять их приказы (в конечном итоге, это приведёт его на виселицу). Охранники мстили ему, подвергая его избиениям и другим наказаниям.
В своей автобиографии Панцрам писал, что он был «воплощением злобы» и что он часто насиловал мужчин, которых ограбил (жертва становится насильником – увы, обычное дело).
Он отличался крупным телосложением и огромной физической силой — благодаря многолетнему тяжелому труду в тюрьмах — что помогало ему одолевать почти любого мужчину.
Его криминальная деятельность продолжалась два десятилетия, за которые он успел и вдоволь поплавать на яхтах (по его словам, он использовал их в качестве мест для убийств, что вряд ли) … и даже пару лет прожить в Анголе.
Однако как верёвочке не виться… 30 августа 1928 года Панцрам был арестован в Балтиморе по подозрению в краже со взломом, совершенной 20 августа в столице, в ходе которой из дома стоматолога были похищены радиоприемник и драгоценности.
В качестве соучастников были арестованы трое мужчин, и большая часть драгоценностей была возвращена. Панцрам назвал своё настоящее имя, хотя и солгал, указав, что ему 41 год (ему было 37) и что он родом из Невады.
Во время допроса он признался в убийстве трех мальчиков в начале того же месяца: одного в Салеме, одного в Коннектикуте и 14-летнего разносчика газет в Филадельфии летом 1928 года.
Панцрам заставил мальчика помочь ему украсть вещи с яхты на реке Делавэр, а после убийства завернул его тело в одеяло вместе с частями радиоприемника. Признание Панцрама в убийстве мальчика на 28-м пирсе на острове Лиг недалеко от Филадельфии в августе 1928 года было подтверждено.
Позже Панцрам написал, что он подумывал о массовых убийствах и других террористических актах, таких как отравление городского водоснабжения мышьяком или потопление британского военного корабля в гавани Нью-Йорка (!!), чтобы спровоцировать войну между США и Великобританией (!!!).
Во время своего последнего ареста, когда он признался в убийстве мальчика, его спросили, какой смысл в убийстве ребенка. На это Панцрам ответил, что он ненавидит человечество и что ему доставляет удовольствие убивать людей. Весьма похоже на правду – за всю свою жизнь он не получил от человечества ничего хорошего и платил ему той же монетой. Сторицей.
Как ни странно (американская Фемида в те годы гуманизмом не отличалась), даже таких художеств не хватило для смертного приговора. Панцрам был приговорен «всего лишь» к 25 годам лишения свободы - с возможностью выхода по УДО.
Он честно предупредил начальника тюрьмы: «Я убью любого, кто меня тронет». Поскольку его считали слишком опасным, его направили работать в одиночку в тюремную прачечную.
Это была фатальная ошибка, ибо бригадир Роберт Варнке (это было хорошо известно), постоянно издевался над другими заключенными и подчиненными.
Несмотря на неоднократные предупреждения Панцрама, Варнке продолжал доставать его. Результат был предсказуем: 20 июня 1929 года Панцрам забил Варнке до смерти железным прутом.
Он был признан виновным и приговорен к смертной казни. Панцрам отказался от любой апелляции по своему приговору. В ответ на предложения противников смертной казни и правозащитников вмешаться в дело он написал:
«Единственная благодарность, которую вы и ваши соратники когда-либо получите от меня за ваши усилия в мою пользу, заключается в том, что я желаю вам всем иметь по одной шее, а мне — иметь руки на ней!».
Находясь в камере смертников, Панцрам подружился с охранником, который давал ему деньги на сигареты. Панцрам был настолько потрясён этим актом доброты, что после того, как охранник предоставил ему письменные принадлежности, Панцрам написал подробное изложение своих преступлений и своей нигилистической философии в ожидании казни.
Панцрам был повешен пятого сентября 1930 года. Когда офицеры попытались надеть на его голову традиционный черный капюшон, он плюнул в лицо палачу.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
Ещё 50 казнённых преступников. Луис Бухальтер
Считается, что Луис («Лепке») Бухальтер был единственным казнённым главарём американской мафии. Это не совсем так – по ряду причин. Во-первых, хотя Бухальтер был известным крупным рэкетиром, он всё же не был «главарём мафии». Он не руководил мафией - он на неё работал, став создателем «эскадрона смерти», который СМИ окрестили Murder, Inc.
Кроме того, термин «мафия» в изначальном смысле означает итальянскую этническую ОПГ (это итальянское слово), а Бухальтер был видным представителем еврейской ОПГ.
Любопытно, что создателем американской мафии как огромной криминальной корпорации стал… еврей по имени Арнольд Ротштейн (этот факт активно использовала юдофобская пропаганда в Третьем рейхе).
Именно Ротштейн превратил организованную преступность из бандитско-хулиганской деятельности уличных отморозков в крупный бизнес, управляемый как современная ему корпорация. Он хотел встать во главе этой корпорации, но в люто юдофобских США того времени это было невозможно.
Поэтому почти вся слава досталась итальянцам, а Ротштейн и другие еврейские гангстеры оставались в тени. Однако пройти мимо него было практически невозможно. Ротштейн понял суть американского капитализма начала XX века и построил организованную преступность соответственно.
Лаки Лучано, который впоследствии стал видным боссом итало-американской мафии и помог организовать знаменитую Комиссию глав «Пяти семей» Нью-Йорка), однажды заявил, что именно Ротштейн научил его, как нужно одеваться. Стереотипная одежда и стиль поведения американского гангстера, изображаемые в фильмах – детище Ротштейна («отца американской мафии»).
Происхождение слова «мафия» доподлинно неизвестно. По наиболее распространённой версии, ещё столетия назад на Сицилии местные ОПГ стали себя так называть, чтобы подчеркнуть свой… патриотизм (мафия была одним из элементов «параллельного правительства» на острове, в которое, кроме неё, входили местные землевладельцы и иерархи католической Церкви).
Согласно этой версии, «мафия» — это аббревиатура, которая появилась ещё в XIII веке, во время народного восстания сицилийцев против французских оккупантов. Лозунг Morte Alla Francia, Italia Anela – MAFIA означал «Смерть Франции, слава Италии». Восстание увенчалось успехом - было убито большинство оккупантов, остальные в панике бежали с Сицилии.
В любой стране, мафия, по сути, представляет собой бизнес-конгломерат, который предоставляет незаконные, но чрезвычайно востребованные услуги. Проституцию (плюс сопутствующие порнографию, стриптиз и так далее), азартные игры, наркотики, контрабанду… и так далее.
Особняком стоит вымогательство (рэкет), от мелкого бизнеса до огромных легальных корпораций – в последнем случае активно используются профсоюзы, которые американская мафия контролировала почти до конца ХХ века.
Власти прекрасно понимают, что ликвидировать нелегальный бизнес невозможно – ибо спрос ВСЕГДА рождает предложение… поэтому политика государства по отношению к мафии всегда и везде состояла в том, чтобы удерживать оргпреступность в определённых рамках (ибо любая организация всяко лучше, чем полный хаос).
Исключения были – и их было три. Третий рейх, сталинский СССР… и США периода «сухого закона». Для Гитлера существование любой неподконтрольной ему системы в Германии было абсолютным харам (ферботен), поэтому – благо это позволял указ Гинденбурга от 28 февраля 1933 года – всех немецких мафиози… правильно, отправили на ПМЖ в концлагеря СС. Наиболее опасных расстреляли без суда, следствия и Святого Причастия.
Для Сталина аналогично… только в его СССР с оргпреступностью было покончено ещё во второй половине 1920-х (в рамках малоизвестной кампании по борьбе с бандитизмом, число жертв которой исчислялось десятками тысяч). Наиболее опасных расстреляли; прочих отправили в ГУЛАГ… где они и скончались.
И там, и там это была правильная, праведная и разумная политика (везде бы так – глядишь, и не было бы проблемы ОПГ… нигде) … а вот американский подход оказался на удивление идиотским (другого слова не подберёшь). Особенно учитывая (якобы) прагматичность и рациональность американцев.
Всё началось… правильно, с введения в США донельзя дурацкого Сухого закона. Введённого – ни много ни мало – 18-й поправкой к Конституции США (дурить – так по полной программе, с американским размахом).
Чтобы понять причину этого галактического кретинизма (иначе это не назовёшь), нужно знать весьма существенный факт из истории США: вплоть до примерно 1960-х годов в ней де-факто господствовала протестантская идеология.
Нет, США, конечно, не были христианской протестантской теократией, но многие решения – даже на высшем стратегическом уровне – принимались исходя не из здравого смысла, а из идеологических соображений.
Мало кто осознаёт, что американское общество начала ХХ века было несопоставимо более идеологизированым, чем Третий рейх и даже сталинский СССР (ибо в обеих тоталитарных системах решения принимались в гораздо большей степени на основе логики – хоть и нередко искажённой идеологией).
Именно протестантские фанатики (если называть вещи своими именами) – в первую очередь, на всю голову отмороженные фанатички – и продавили имевший катастрофические последствия Сухой закон.
Резолюция, призывающая к конституционной поправке, вводящей общенациональный запрет на производство, транспортировку и продажу спиртного, была принята обеими палатами Конгресса в декабре 1917 года.
К 16 января 1919 года поправку ратифицировали 36 из 48 штатов, что сделало её частью Конституции. В конечном счёте только два штата — Коннектикут и Род-Айленд — так и не ратифицировали её.
Действие общенационального запрета на алкоголь началось 17 января 1920 года, когда вступил в силу закон Волстеда, уточнявший и конкретизировавший положения Восемнадцатой поправки.
Результат оказался предсказуемым (нужно было быть клиническим идиотом, чтобы этого не увидеть… или протестантским фанатиком). Целая гигантская отрасль экономики (производства, дистрибуции и розничной продажи алкоголя) была, по сути, подарена американской оргпреступности.
Что сделало последнюю едва ли не более влиятельной, чем правительство на всех уровнях – от местного до федерального. Ибо власть в то время была продажна по самое не могу.
Но это был ещё не весь идиотизм. По неясной причине (я постараюсь оную выяснить в одной из своих будущих книг), директор ФБР Джон Эдгар Гувер до конца своих дней (он умер в 1972 году) … упорно отрицал существование мафии в США. Прямо как ЦК КПСС в 1980-х…
Феерическое безумие невиданных для ХХ века масштабов продолжалось целых тринадцать лет. Восемнадцатая поправка была отменена 5 декабря 1933 года, с ратификацией Двадцать первой поправки.
Однако к тому времени американская мафия превратилась в грозную силу, а созданная и возглавляемая Лепке Бухальтером Murder Inc. – в её убийственно-эффективный инструмент.
Луис Бухальтер родился 6 февраля 1897 года в многодетной семье ашкеназских евреев на Нижнем Ист-Сайде Манхэттена. Его родители эмигрировали из Российской империи и поженились в 1893 году в Нью-Йорке. У них родилось трое сыновей. Мать называла Луи, своего второго сына, «Лепкеле» («маленький Луи» на идише), что позже превратилось в «Лепке».
В 1909 году, когда Бухальтеру было 12 лет, умер его отец. В 1910 году он закончил начальную школу и устроился на работу продавцом театральных товаров. На Нижнем Ист-Сайде он учился в школе раввина Джейкоба Джозефа, где был отличником. Вскоре после этого его мать переехала в Аризону по состоянию здоровья, оставив Лепке на попечение своей сестры Сары.
Попечение оказалось неэффективным – уже в 17 лет Луис уверенно встал на преступный путь. Причина была банальной – он просто не видел иного способа вырваться из кромешной нищеты (что вовсе не означает, что такого не было).
Второго сентября 1915 года Бухальтер был впервые арестован за кражу со взломом, но по неясной причине дело было закрыто, а Луиса выпустили. Скорее всего, полиция посчитала улики недостаточными для обвинительного приговора.
Однако уже 29 февраля 1916 года Бухальтер был арестован в Бриджпорте (штат Коннектикут, куда Луис переехал к дяде) по обвинению в краже со взломом и отправлен в исправительное учреждение для несовершеннолетних в Чешире, штат Коннектикут, где пробыл до 12 июля 1917 года, после чего вернулся в Большое Яблоко… и продолжил в том же духе.
28 сентября 1917 года Бухальтер был приговорен в Нью-Йорке к 18 месяцам заключения в знаменитой тюрьме Синг-Синг по обвинению в крупной краже. Реально крупной – мелочёвку в Синг-Синг не отправляют.
27 января 1919 года был освобождён… однако уже 22 января 1920 года вернулся в тюрьму Синг-Синг, получив 30-месячный срок за покушение на кражу со взломом. Он был освобожден 16 марта 1922 года и принял судьбоносное решение.
Нет, не завязать – к тому времени он был уже настолько профессиональным преступником, что жить по-другому уже не мог… да и не хотел. Просто у него хватило ума понять, что, если «обычные» уличные преступления у него не получаются (что было правдой), нужно радикально сменить специальность.
И он сменил - начал работать со своим другом детства, к тому времени уже опытным гангстером Джейкобом Шапиро (он умрёт в тюрьме в 1947 году). И занялись рэкетом, причём масштабным рэкетом, установив (преступными методами) контроль над профсоюзами швейной промышленности.
Затем они использовал эти профсоюзы, чтобы угрожать забастовками и требовать еженедельных выплат от владельцев фабрик, одновременно обчищая банковские счета профсоюзов (в партнёрстве с коррумпированным руководством).
Контроль над профсоюзами превратился в рэкет по сбору «защитных» взносов, распространившись и на другие отрасли экономики, в частности, на грузоперевозку хлебобулочных изделий. Правда, вскоре партнёрам пришлось взять в долю итальянских гангстеров (куда ж без них).
В 1927 году Бухальтер и Шапиро были арестованы за убийство Джейкоба Оргена и покушение на убийство ирландского бутлегера Джека Даймонда – их криминального конкурента. Однако обвинения были впоследствии сняты из-за недостатка доказательств (обычное дело для мафиозных разборок… где угодно).
В начале 1930-х годов Бухальтер разработал эффективную систему выполнения заказных убийств для итальянских и еврейских гангстеров. У этого эскадрона смерти не было названия; пресса окрестила ее Murder, Inc.
Партнер Бухальтера, итальянский гангстер Альберт Анастасия (убит в 1957 году), передавал Бухальтеру запросы на заказные убийства от Коза Ностра. Бухальтер поручал работу членам еврейских и итальянских уличных банд из Бруклина.
Ни один из этих наемных убийц не имел никаких связей с крупными преступными семьями. Если их ловили, они не могли уличить своих работодателей из Коза Ностра в преступлениях.
Бухальтер использовал тех же убийц для выполнения своих собственных заказов на убийства. Убийцы Murder, Inc. вскоре выполняли заказы уже по всей стране для своих боссов-гангстеров.
В 1935 году Бухальтер организовал свое самое значительное убийство: убийство влиятельного нью-йоркского гангстера Голландца Шульца. Шульц предложил Национальному преступному синдикату, конфедерации гангстеров, убить окружного прокурора Нью-Йорка Томаса Дьюи.
Соучредитель Синдиката и ведущий мафиози Чарльз «Лаки» Лучано был категорически против, обоснованно утверждая, что убийство Дьюи вызовет массированные репрессии со стороны правоохранительных органов.
Разъяренный Шульц заявил, что все равно убьет Дьюи, и вышел из заседания. После шести часов обсуждений Комиссия приказала Бухальтеру устранить Шульца. 23 октября 1935 года Шульц был расстрелян в таверне в Ньюарке, штат Нью-Джерси, и на следующий день скончался от полученных ранений.
В 1935 году правоохранительные органы оценили, что на Бухальтера и Шапиро работало 250 человек, а годовой доход превышал миллион долларов (примерно 25 миллионов долларов в текущих ценах). Они контролировали рэкет в сфере грузоперевозок, хлебопечения и швейной промышленности по всему Нью-Йорку.
А затем произошло нечто из ряда вон. После того, как его обвинили в рэкете, Лепке ударился в бега, однако 24 августа 1939 года… сдался лично директору ФБР Джону Эдгару Гуверу. В общей сложности, гангстер получил 44 года тюрьмы (де-факто пожизненное) … однако дальше стало намного хуже.
Второго декабря 1941 года Бухальтер был приговорён к смертной казни за убийство в 1936 году Джозефа Розена (по его мнению, тот работал на полицию). 4 марта 1944 года Луис Бухальтер и два его сообщника были казнены на электрическом стуле в тюрьме Синг-Синг.
Кроме того, термин «мафия» в изначальном смысле означает итальянскую этническую ОПГ (это итальянское слово), а Бухальтер был видным представителем еврейской ОПГ.
Любопытно, что создателем американской мафии как огромной криминальной корпорации стал… еврей по имени Арнольд Ротштейн (этот факт активно использовала юдофобская пропаганда в Третьем рейхе).
Именно Ротштейн превратил организованную преступность из бандитско-хулиганской деятельности уличных отморозков в крупный бизнес, управляемый как современная ему корпорация. Он хотел встать во главе этой корпорации, но в люто юдофобских США того времени это было невозможно.
Поэтому почти вся слава досталась итальянцам, а Ротштейн и другие еврейские гангстеры оставались в тени. Однако пройти мимо него было практически невозможно. Ротштейн понял суть американского капитализма начала XX века и построил организованную преступность соответственно.
Лаки Лучано, который впоследствии стал видным боссом итало-американской мафии и помог организовать знаменитую Комиссию глав «Пяти семей» Нью-Йорка), однажды заявил, что именно Ротштейн научил его, как нужно одеваться. Стереотипная одежда и стиль поведения американского гангстера, изображаемые в фильмах – детище Ротштейна («отца американской мафии»).
Происхождение слова «мафия» доподлинно неизвестно. По наиболее распространённой версии, ещё столетия назад на Сицилии местные ОПГ стали себя так называть, чтобы подчеркнуть свой… патриотизм (мафия была одним из элементов «параллельного правительства» на острове, в которое, кроме неё, входили местные землевладельцы и иерархи католической Церкви).
Согласно этой версии, «мафия» — это аббревиатура, которая появилась ещё в XIII веке, во время народного восстания сицилийцев против французских оккупантов. Лозунг Morte Alla Francia, Italia Anela – MAFIA означал «Смерть Франции, слава Италии». Восстание увенчалось успехом - было убито большинство оккупантов, остальные в панике бежали с Сицилии.
В любой стране, мафия, по сути, представляет собой бизнес-конгломерат, который предоставляет незаконные, но чрезвычайно востребованные услуги. Проституцию (плюс сопутствующие порнографию, стриптиз и так далее), азартные игры, наркотики, контрабанду… и так далее.
Особняком стоит вымогательство (рэкет), от мелкого бизнеса до огромных легальных корпораций – в последнем случае активно используются профсоюзы, которые американская мафия контролировала почти до конца ХХ века.
Власти прекрасно понимают, что ликвидировать нелегальный бизнес невозможно – ибо спрос ВСЕГДА рождает предложение… поэтому политика государства по отношению к мафии всегда и везде состояла в том, чтобы удерживать оргпреступность в определённых рамках (ибо любая организация всяко лучше, чем полный хаос).
Исключения были – и их было три. Третий рейх, сталинский СССР… и США периода «сухого закона». Для Гитлера существование любой неподконтрольной ему системы в Германии было абсолютным харам (ферботен), поэтому – благо это позволял указ Гинденбурга от 28 февраля 1933 года – всех немецких мафиози… правильно, отправили на ПМЖ в концлагеря СС. Наиболее опасных расстреляли без суда, следствия и Святого Причастия.
Для Сталина аналогично… только в его СССР с оргпреступностью было покончено ещё во второй половине 1920-х (в рамках малоизвестной кампании по борьбе с бандитизмом, число жертв которой исчислялось десятками тысяч). Наиболее опасных расстреляли; прочих отправили в ГУЛАГ… где они и скончались.
И там, и там это была правильная, праведная и разумная политика (везде бы так – глядишь, и не было бы проблемы ОПГ… нигде) … а вот американский подход оказался на удивление идиотским (другого слова не подберёшь). Особенно учитывая (якобы) прагматичность и рациональность американцев.
Всё началось… правильно, с введения в США донельзя дурацкого Сухого закона. Введённого – ни много ни мало – 18-й поправкой к Конституции США (дурить – так по полной программе, с американским размахом).
Чтобы понять причину этого галактического кретинизма (иначе это не назовёшь), нужно знать весьма существенный факт из истории США: вплоть до примерно 1960-х годов в ней де-факто господствовала протестантская идеология.
Нет, США, конечно, не были христианской протестантской теократией, но многие решения – даже на высшем стратегическом уровне – принимались исходя не из здравого смысла, а из идеологических соображений.
Мало кто осознаёт, что американское общество начала ХХ века было несопоставимо более идеологизированым, чем Третий рейх и даже сталинский СССР (ибо в обеих тоталитарных системах решения принимались в гораздо большей степени на основе логики – хоть и нередко искажённой идеологией).
Именно протестантские фанатики (если называть вещи своими именами) – в первую очередь, на всю голову отмороженные фанатички – и продавили имевший катастрофические последствия Сухой закон.
Резолюция, призывающая к конституционной поправке, вводящей общенациональный запрет на производство, транспортировку и продажу спиртного, была принята обеими палатами Конгресса в декабре 1917 года.
К 16 января 1919 года поправку ратифицировали 36 из 48 штатов, что сделало её частью Конституции. В конечном счёте только два штата — Коннектикут и Род-Айленд — так и не ратифицировали её.
Действие общенационального запрета на алкоголь началось 17 января 1920 года, когда вступил в силу закон Волстеда, уточнявший и конкретизировавший положения Восемнадцатой поправки.
Результат оказался предсказуемым (нужно было быть клиническим идиотом, чтобы этого не увидеть… или протестантским фанатиком). Целая гигантская отрасль экономики (производства, дистрибуции и розничной продажи алкоголя) была, по сути, подарена американской оргпреступности.
Что сделало последнюю едва ли не более влиятельной, чем правительство на всех уровнях – от местного до федерального. Ибо власть в то время была продажна по самое не могу.
Но это был ещё не весь идиотизм. По неясной причине (я постараюсь оную выяснить в одной из своих будущих книг), директор ФБР Джон Эдгар Гувер до конца своих дней (он умер в 1972 году) … упорно отрицал существование мафии в США. Прямо как ЦК КПСС в 1980-х…
Феерическое безумие невиданных для ХХ века масштабов продолжалось целых тринадцать лет. Восемнадцатая поправка была отменена 5 декабря 1933 года, с ратификацией Двадцать первой поправки.
Однако к тому времени американская мафия превратилась в грозную силу, а созданная и возглавляемая Лепке Бухальтером Murder Inc. – в её убийственно-эффективный инструмент.
Луис Бухальтер родился 6 февраля 1897 года в многодетной семье ашкеназских евреев на Нижнем Ист-Сайде Манхэттена. Его родители эмигрировали из Российской империи и поженились в 1893 году в Нью-Йорке. У них родилось трое сыновей. Мать называла Луи, своего второго сына, «Лепкеле» («маленький Луи» на идише), что позже превратилось в «Лепке».
В 1909 году, когда Бухальтеру было 12 лет, умер его отец. В 1910 году он закончил начальную школу и устроился на работу продавцом театральных товаров. На Нижнем Ист-Сайде он учился в школе раввина Джейкоба Джозефа, где был отличником. Вскоре после этого его мать переехала в Аризону по состоянию здоровья, оставив Лепке на попечение своей сестры Сары.
Попечение оказалось неэффективным – уже в 17 лет Луис уверенно встал на преступный путь. Причина была банальной – он просто не видел иного способа вырваться из кромешной нищеты (что вовсе не означает, что такого не было).
Второго сентября 1915 года Бухальтер был впервые арестован за кражу со взломом, но по неясной причине дело было закрыто, а Луиса выпустили. Скорее всего, полиция посчитала улики недостаточными для обвинительного приговора.
Однако уже 29 февраля 1916 года Бухальтер был арестован в Бриджпорте (штат Коннектикут, куда Луис переехал к дяде) по обвинению в краже со взломом и отправлен в исправительное учреждение для несовершеннолетних в Чешире, штат Коннектикут, где пробыл до 12 июля 1917 года, после чего вернулся в Большое Яблоко… и продолжил в том же духе.
28 сентября 1917 года Бухальтер был приговорен в Нью-Йорке к 18 месяцам заключения в знаменитой тюрьме Синг-Синг по обвинению в крупной краже. Реально крупной – мелочёвку в Синг-Синг не отправляют.
27 января 1919 года был освобождён… однако уже 22 января 1920 года вернулся в тюрьму Синг-Синг, получив 30-месячный срок за покушение на кражу со взломом. Он был освобожден 16 марта 1922 года и принял судьбоносное решение.
Нет, не завязать – к тому времени он был уже настолько профессиональным преступником, что жить по-другому уже не мог… да и не хотел. Просто у него хватило ума понять, что, если «обычные» уличные преступления у него не получаются (что было правдой), нужно радикально сменить специальность.
И он сменил - начал работать со своим другом детства, к тому времени уже опытным гангстером Джейкобом Шапиро (он умрёт в тюрьме в 1947 году). И занялись рэкетом, причём масштабным рэкетом, установив (преступными методами) контроль над профсоюзами швейной промышленности.
Затем они использовал эти профсоюзы, чтобы угрожать забастовками и требовать еженедельных выплат от владельцев фабрик, одновременно обчищая банковские счета профсоюзов (в партнёрстве с коррумпированным руководством).
Контроль над профсоюзами превратился в рэкет по сбору «защитных» взносов, распространившись и на другие отрасли экономики, в частности, на грузоперевозку хлебобулочных изделий. Правда, вскоре партнёрам пришлось взять в долю итальянских гангстеров (куда ж без них).
В 1927 году Бухальтер и Шапиро были арестованы за убийство Джейкоба Оргена и покушение на убийство ирландского бутлегера Джека Даймонда – их криминального конкурента. Однако обвинения были впоследствии сняты из-за недостатка доказательств (обычное дело для мафиозных разборок… где угодно).
В начале 1930-х годов Бухальтер разработал эффективную систему выполнения заказных убийств для итальянских и еврейских гангстеров. У этого эскадрона смерти не было названия; пресса окрестила ее Murder, Inc.
Партнер Бухальтера, итальянский гангстер Альберт Анастасия (убит в 1957 году), передавал Бухальтеру запросы на заказные убийства от Коза Ностра. Бухальтер поручал работу членам еврейских и итальянских уличных банд из Бруклина.
Ни один из этих наемных убийц не имел никаких связей с крупными преступными семьями. Если их ловили, они не могли уличить своих работодателей из Коза Ностра в преступлениях.
Бухальтер использовал тех же убийц для выполнения своих собственных заказов на убийства. Убийцы Murder, Inc. вскоре выполняли заказы уже по всей стране для своих боссов-гангстеров.
В 1935 году Бухальтер организовал свое самое значительное убийство: убийство влиятельного нью-йоркского гангстера Голландца Шульца. Шульц предложил Национальному преступному синдикату, конфедерации гангстеров, убить окружного прокурора Нью-Йорка Томаса Дьюи.
Соучредитель Синдиката и ведущий мафиози Чарльз «Лаки» Лучано был категорически против, обоснованно утверждая, что убийство Дьюи вызовет массированные репрессии со стороны правоохранительных органов.
Разъяренный Шульц заявил, что все равно убьет Дьюи, и вышел из заседания. После шести часов обсуждений Комиссия приказала Бухальтеру устранить Шульца. 23 октября 1935 года Шульц был расстрелян в таверне в Ньюарке, штат Нью-Джерси, и на следующий день скончался от полученных ранений.
В 1935 году правоохранительные органы оценили, что на Бухальтера и Шапиро работало 250 человек, а годовой доход превышал миллион долларов (примерно 25 миллионов долларов в текущих ценах). Они контролировали рэкет в сфере грузоперевозок, хлебопечения и швейной промышленности по всему Нью-Йорку.
А затем произошло нечто из ряда вон. После того, как его обвинили в рэкете, Лепке ударился в бега, однако 24 августа 1939 года… сдался лично директору ФБР Джону Эдгару Гуверу. В общей сложности, гангстер получил 44 года тюрьмы (де-факто пожизненное) … однако дальше стало намного хуже.
Второго декабря 1941 года Бухальтер был приговорён к смертной казни за убийство в 1936 году Джозефа Розена (по его мнению, тот работал на полицию). 4 марта 1944 года Луис Бухальтер и два его сообщника были казнены на электрическом стуле в тюрьме Синг-Синг.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
Ещё 50 казнённых преступников. Альберт Фиш
Альберт Фиш был бы самым жутким серийником – даже самые жуткие ужастики и рядом не стояли (и книги, и фильмы) … если бы его признания не были феерической ложью.
Как и чуть ли не почти все серийные убийцы, Фиш был законченным, неисправимым мифоманом… кроме того, имел настолько серьёзные проблемы с психикой, что постоянно путал свои фантазии с реальностью.
Обследовавшие его психиатры весьма обоснованно утверждали, что место ему не на электрическом стуле (куда он в конечном итоге попал), а пожизненно в дурке… тем более, что ему было уже немало лет (66). Но «суд общественного мнения» американских ширнармасс его уже приговорил, поэтому его казнили.
Альберт Фиш был казнён за одно убийство; на первый взгляд, достаточно убедительно доказаны три… правда, найдено было всего одно тело (причём не той девочки, за убийство которой его казнили). Подозревают его в десяти.
Фиш весьма необычный серийник… нет не потому, что он (якобы) был каннибалом. Ибо, во-первых, не он один… а, во-вторых, есть очень серьёзные сомнения в том, что он съел даже одну. Ибо жертва номер три была найдена в целости и сохранности (только мёртвой)… а каннибал если каннибал, то ест всех.
А потому, что начал убивать… в 58 лет; что просто невероятно поздно… и потому, что его мотив так и остался до конца не выясненным. Скорее всего, так и останется не выясненным, ибо к тому времени психика у Фиша была повреждена настолько, что функционировала вообще без какого-либо мотива. Если он вообще убивал…
Но обо всём по порядку. Гамильтон Говард “Альберт” Фиш родился 19 мая 1870 года в Вашингтоне, округ Колумбия (в столице США). Его отец был на сорок три года старше матери и на момент его рождения ему было 75 лет… что вызывает обоснованные сомнения в его отцовстве.
Фиш был самым младшим ребенком в семье – у него было два брата и сестра. Он хотел, чтобы его звали «Альберт» в честь умершего брата. Его семья была «психически неблагополучной»: его дядя страдал манией, один из братьев находился в психушке, сводный брат по отцу страдал шизофренией, а у его сестры Энни диагностировали неопределённое «психическое расстройство».
Еще у трех его родственников были диагностированы психические заболевания, а у его матери наблюдались слуховые и/или зрительные галлюцинации. Так что проблемы с психикой у Альберта были семейные (наследственные).
16 октября 1875 года отец Фиша скончался от сердечного приступа. После этого мать поместила его в приют Святого Иоанна в Вашингтоне, где он часто подвергался физическому насилию.
Сработал механизм психологической самозащиты - Фиш начал получать удовольствие от физической боли, причиняемой побоями. Стал мазохистом, иными словами, что делает его превращение в садиста в почти старости… маловероятным. Ибо если мазохисты и свитчуют, то гораздо раньше – в 58 лет либидо уже не то совсем.
К 1880 году мать Фиша устроилась на государственную работу и смогла забрать сына из приюта. В 1882 году, в возрасте 12 лет, Фиш завязал мазо-отношения с мальчиком-телеграфистом.
Этот юноша приучил Фиша к таким практикам, как питье мочи и поедание фекалий (не такая уж и редкость в БДСМ – «золотой дождь» и копро). Фиш начал посещать общественные бани, где мог наблюдать, как раздеваются другие мальчики, и проводил большую часть своих выходных на этих посещениях.
Однако не стал чистым гомосеком - на протяжении всей своей жизни он писал непристойные письма женщинам, имена которых он узнавал из объявлений в газетах и брачных агентств. И произвёл на свет аж шесть (!!) детей.
Иными словами, стал бисексуалом (к однополой любви его явно приучили в приюте). Вообще, если внимательно изучить историю каждого гомосека, то выяснится, что гомосексуализм – девиация не врождённая, а приобретённая; психология, а не биология. Вопреки безумным бредням либерастов-гомофилов.
К 1890 году, в возрасте 20 лет, Фиш переехал в Нью-Йорк. Там он (якобы) занимался мужской проституцией и (якобы) начал регулярно насиловать мальчиков, в основном младше шести лет.
Первое похоже на правду – ибо это характерно для пассивного гомосека-мазохиста… второе явно выдумка Фиша, ибо для этого нужен психотип активного гомосека-садиста, коим Фиш и близко не был. Впрочем, никаких доказательств ни первого, ни второго найдено не было.
В 1898 году мать Фиша устроила ему брак с Анной Мэри Хоффман, которая была на девять лет моложе его. У них было шестеро детей: Альберт, Анна, Гертруда, Юджин, Джон и Генри Фиш… что ставит под сомнение гомосексуализм Фиша – гомосеки столь плодовитыми обычно не бывают.
В 1903 году Фиш был арестован за хищение, осужден и заключен в тюрьму Синг-Синг. Позже Фиш рассказал об инциденте, когда его любовник-мужчина отвел его в музей восковых фигур, где он был очарован разрезом человеческого пениса и впоследствии стал одержим идеей сексуального увечья.
Скорее всего, никакого любовника не было (Фиш был патологическим лжецом) … впрочем, это неважно. Важно, что на следствии он заявил, что в 1910 году нанёс сексуальные увечья некоему Томасу Беддену… однако никаких доказательств этого (как обычно) найдено не было.
В январе 1917 года жена Фиша ушла от него к Джону Страубе, разнорабочему, который снимал комнату у семьи Фишей. Фиш был вынужден воспитывать детей в одиночку. После ареста Фиш рассказал газете, что, уходя от него, жена забрала с собой почти все, что принадлежало семье.
У Фиша начались слуховые галлюцинации; однажды он обернулся ковром, заявив, что следует указаниям апостола Иоанна. Примерно в это же время Фиш начал наносить себе увечья, втыкая иглы в пах и живот (весьма распространённая практика «самосада» у мазохистов).
После ареста рентген показал, что в области таза у Фиша застряли по меньшей мере двадцать девять игл (!!). Он также (якобы) неоднократно бил себя лопаткой, оббитой гвоздями, и вводил в анус шерсть, пропитанную жидкостью для зажигалок, после чего поджигал её (никаких следов этого найдено не было).
Хотя Фиш, как полагают, никогда не наносил физического насилия своим детям и не издевался над ними, он поощрял их и их друзей бить его по ягодицам той же лопаткой с гвоздями, которой он сам наносил себе наказания (маловероятно).
Примерно в 1919 году Фиш зарезал ножом умственно отсталого мальчика в Джорджтауне. Если ему верить, конечно – ибо никаких доказательств он не представил. Я не верю.
Фиш бездоказательно утверждал, что иногда платил мальчикам за то, чтобы те приводили к нему других детей. Он якобы пытал, калечил и убивал маленьких детей с помощью своих «инструментов ада»: мясного тесака, ножа мясника и небольшой ручной пилы. Сильно непохоже – психотип не тот совсем.
11 июля 1924 года Фиш обнаружил 8-летнюю Беатрис Кил, игравшую в одиночестве на ферме своих родителей на Статен-Айленде, Нью-Йорк. Он предложил ей деньги, чтобы она пошла с ним и помогла ему искать ревень.
Она уже собиралась покинуть ферму, когда ее мать прогнала Фиша. Фиш ушел, но позже вернулся в сарай Килов, где пытался заснуть, но был обнаружен отцом Беатрис и вынужден уйти.
В 1924 году 54-летний Фиш, страдавший психозом, услышал, что Бог якобы приказывает ему мучить и сексуально калечить детей. Слуховые галлюцинации обычное дело при психических расстройствах… однако гораздо более вероятно, что имела место неуклюжая попытка оправдать убийства. Если они были.
Несмотря на то, что Фиш уже был женат, 6 февраля 1930 года в Ватерлоо, штат Нью-Йорк, он женился на Эстелле Уилкокс; они развелись всего через неделю. В мае 1930 года Фиш был арестован за «отправку непристойного письма женщине, ответившей на объявление о поиске горничной». Текст письма дал достаточные основания для принудительной госпитализации – и Фиша в 1931 году отправили в психиатрическую больницу.
Однако ещё за два года до того, Фиш совершил убийство 10-летней Грейс Бадд… если это вообще было убийство. На что очень сильно непохоже, ибо педофилы-убийцы крайне редко радикально меняют тип жертвы по сравнению со своими фантазиями. Да и психотип у Фиша не тот совсем – мазохисты не убивают, они не по этой части совсем.
Фиш фантазировал исключительно об убийстве мальчиков… и вдруг убил девочку? Да ещё и расчленил, и съел?? В 58 лет… не поздновато ли для столь радикальной перемены? Да и либидо никакое… а без этого не убивают.
На следствии Фиш утверждал, что изначально хотел убить 18-летнего старшего брата Грейс Эдварда (тоже странно – у Фиша были фантазии педофила, а в 18 лет юноша уже взрослый вполне) … а потом вдруг переключил внимание на 10-летнюю девочку???
Он убедил её родителей, Делию Бриджит Фланаган и Альберта Фрэнсиса Бадда-старшего, позволить Грейс сопровождать его на вечеринку в тот вечер. И они вот так прямо сразу позволили странного вида дедушке, которого впервые увидели, повести их дочь непонятно куда??? Нет, тут что-то точно сильно не так…
По его словам, Фиш отвёл Грейс в заброшенный дом, который он заранее выбрал для совершения убийства. Там он задушил девочку руками, затем обезглавил и расчленил тело, а в течение следующих нескольких дней съел большую часть мяса останков.
Пятого сентября 1930 года полиция арестовала 66-летнего управляющего Чарльза Эдварда Поупа как подозреваемого в исчезновении Грейс по обвинению его бывшей жены. Поуп провёл 108 дней в тюрьме с момента ареста до суда 22 декабря 1930 года. Он был признан невиновным.
Что произошло на самом деле – покрыто мраком. Вероятнее всего, Грейс просто играла на улице… и поддалась на уговоры «дедушки» пойти с ним на интересную вечеринку. Дедушки не совсем неизвестного – до того он пытался познакомиться с её братом, ответив на его объявление в газете.
Я думаю, что к тому времени психика Фиша была в настолько плачевном состоянии, что он и себе-то не мог объяснить, что он собирался сделать с Грейс или её братом.
Что произошло между ними в заброшке, мы точно никогда не узнаем… я рискну предположить, что имел место либо несчастный случай, либо убийство по неосторожности. После чего Фиш запаниковал и избавился от тела.
Вряд ли расчленил – иначе бы быстро попался (ибо был бы весь в крови). Скорее всего, просто закопал… а потом прочно забыл, где именно (это называется защитная амнезия – ибо убийцей он и близко не был).
Так бы и осталось дело об исчезновении Грейс Бадд глухарём-висяком… если бы шесть лет спустя Фиша не потянуло на худлит в стиле Джека-Потрошителя... или Петера Кюртена. Только письмо он отправил не в газету, а… матери Грейс.
В письме он довольно точно описал «похищение» Грейс (ни разу не похищение – девочка пошла с ним по доброму согласию) … и утверждал, что он её убил, расчленил… и съел. Второе и третье точно враньё… да и первое почти наверняка то же самое.
Письмо было доставлено в конверте с небольшим шестиугольным эмблемой, на которой были выгравированы буквы «N.Y.P.C.B.A.», обозначающие «New York Private Chauffeur’s Benevolent Association» (Благотворительная ассоциация частных шоферов Нью-Йорка).
Один из шоферов компании сообщил полиции, что он брал с собой домой часть канцелярских принадлежностей, но оставил их в своей комнате в пансионе по адресу 200 East 52nd Street, когда съезжал оттуда.
Хозяйка пансиона сообщила, что некий Альберт Фиш выписался из этой комнаты несколькими днями ранее. Она рассказала, что сын Фиша прислал ему деньги, и он попросил её придержать для него следующий чек.
Детектив Уильям Кинг, ведущий следователь по делу, ждал у входа в комнату, пока Фиш не вернулся. Тот согласился пойти в управление на допрос, но затем выхватил лезвие бритвы.
Кинг обезоружил Фиша и доставил его в полицейское управление. Фиш не пытался отрицать убийство Грейс Бадд, заявив, что собирался пойти в тот дом, чтобы убить ее брата Эдварда.
Фиш сказал, что ему даже в голову не приходило изнасиловать девушку, но позже он заявил своему адвокату, что, стоя на коленях на груди Грейс и душа ее, он действительно дважды непроизвольно эякулировал.
Эта информация была использована на суде, чтобы утверждать, что похищение было мотивировано сексуально, тем самым избегая шокирующего упоминания о каннибализме. На следствии Фиш признался в ещё двух убийствах - оба признания подтвердили показания свидетелей… и вот тут начались у следствия начались проблемы. Серьёзные проблемы. Очень серьёзные проблемы.
Проблема номер один состояла в том, что письмо доказывало только то, что Фиш увёл с собой Грейс, которая впоследствии исчезла… чему могло быть не одно объяснение (причём вовсе не обязательно столь криминальное).
Многократно подтверждённая патологическая лживость Фиша и его серьёзнейшие проблемы с психикой позволяли ловкому адвокату посеять достаточно сомнений у присяжных для оправдательного приговора по обвинению в убийстве. Максимум, что можно было с уверенностью вменить Фишу – сокрытие тела девочки, погибшей от несчастного случая… и только если очень, очень постараться – убийство по неосторожности.
С двумя мальчиками ещё сложнее – никаких доказательств, что Фиш даже общался с ними, не было и в помине… а показания свидетелей запросто можно было объяснить предвзятостью (ибо даны они были уже после того, как СМИ уже признали Фиша виновным в убийстве Грейс Бадд).
Поэтому достаточно квалифицированный адвокат добился бы оправдательного приговора… только вот не было у Фиша такого адвоката. Его защита допустила фатальную (для подсудимого) ошибку: вместо того, чтобы добиваться признания невиновным по причине недостаточности улик (посеяв разумные сомнения у присяжных), адвокаты потребовали признания его невменяемым.
Результат оказался шокирующим даже для того времени, когда к закону относились не так серьёзно, как в наши дни. Ни один из присяжных не сомневался в том, что Фиш был невменяем, но они посчитали, что его… всё равно следует казнить. Наплевав на какие-то там законы (ничего не напоминает?).
Присяжные признали Альберта Фиша юридически вменяемым и виновным по всем пунктам предъявленных обвинений, после чего судья предсказуемо приговорил его к смертной казни на электрическом стуле.
Фиш был казнён 16 января 1936 года на электрическом стуле в тюрьме Синг-Синг. Он был похоронен на кладбище тюрьмы Синг-Синг. Говорят, что Фиш помог палачу разместить электроды на его теле.
По сообщениям, его последними словами были: «Я даже не знаю, почему я здесь» (что очень даже похоже на правду – ибо его преступления ну никак не тянули на «горячий стульчик»).
По словам одного из присутствовавших свидетелей, Фиш умер только после двух разрядов, что породило слухи о том, что аппарат закоротило из-за игл, которые Фиш вставил себе в тело. На самом деле, Фиш умер точно так же и за тот же промежуток времени, что и другие на электрическом стуле.
Как и чуть ли не почти все серийные убийцы, Фиш был законченным, неисправимым мифоманом… кроме того, имел настолько серьёзные проблемы с психикой, что постоянно путал свои фантазии с реальностью.
Обследовавшие его психиатры весьма обоснованно утверждали, что место ему не на электрическом стуле (куда он в конечном итоге попал), а пожизненно в дурке… тем более, что ему было уже немало лет (66). Но «суд общественного мнения» американских ширнармасс его уже приговорил, поэтому его казнили.
Альберт Фиш был казнён за одно убийство; на первый взгляд, достаточно убедительно доказаны три… правда, найдено было всего одно тело (причём не той девочки, за убийство которой его казнили). Подозревают его в десяти.
Фиш весьма необычный серийник… нет не потому, что он (якобы) был каннибалом. Ибо, во-первых, не он один… а, во-вторых, есть очень серьёзные сомнения в том, что он съел даже одну. Ибо жертва номер три была найдена в целости и сохранности (только мёртвой)… а каннибал если каннибал, то ест всех.
А потому, что начал убивать… в 58 лет; что просто невероятно поздно… и потому, что его мотив так и остался до конца не выясненным. Скорее всего, так и останется не выясненным, ибо к тому времени психика у Фиша была повреждена настолько, что функционировала вообще без какого-либо мотива. Если он вообще убивал…
Но обо всём по порядку. Гамильтон Говард “Альберт” Фиш родился 19 мая 1870 года в Вашингтоне, округ Колумбия (в столице США). Его отец был на сорок три года старше матери и на момент его рождения ему было 75 лет… что вызывает обоснованные сомнения в его отцовстве.
Фиш был самым младшим ребенком в семье – у него было два брата и сестра. Он хотел, чтобы его звали «Альберт» в честь умершего брата. Его семья была «психически неблагополучной»: его дядя страдал манией, один из братьев находился в психушке, сводный брат по отцу страдал шизофренией, а у его сестры Энни диагностировали неопределённое «психическое расстройство».
Еще у трех его родственников были диагностированы психические заболевания, а у его матери наблюдались слуховые и/или зрительные галлюцинации. Так что проблемы с психикой у Альберта были семейные (наследственные).
16 октября 1875 года отец Фиша скончался от сердечного приступа. После этого мать поместила его в приют Святого Иоанна в Вашингтоне, где он часто подвергался физическому насилию.
Сработал механизм психологической самозащиты - Фиш начал получать удовольствие от физической боли, причиняемой побоями. Стал мазохистом, иными словами, что делает его превращение в садиста в почти старости… маловероятным. Ибо если мазохисты и свитчуют, то гораздо раньше – в 58 лет либидо уже не то совсем.
К 1880 году мать Фиша устроилась на государственную работу и смогла забрать сына из приюта. В 1882 году, в возрасте 12 лет, Фиш завязал мазо-отношения с мальчиком-телеграфистом.
Этот юноша приучил Фиша к таким практикам, как питье мочи и поедание фекалий (не такая уж и редкость в БДСМ – «золотой дождь» и копро). Фиш начал посещать общественные бани, где мог наблюдать, как раздеваются другие мальчики, и проводил большую часть своих выходных на этих посещениях.
Однако не стал чистым гомосеком - на протяжении всей своей жизни он писал непристойные письма женщинам, имена которых он узнавал из объявлений в газетах и брачных агентств. И произвёл на свет аж шесть (!!) детей.
Иными словами, стал бисексуалом (к однополой любви его явно приучили в приюте). Вообще, если внимательно изучить историю каждого гомосека, то выяснится, что гомосексуализм – девиация не врождённая, а приобретённая; психология, а не биология. Вопреки безумным бредням либерастов-гомофилов.
К 1890 году, в возрасте 20 лет, Фиш переехал в Нью-Йорк. Там он (якобы) занимался мужской проституцией и (якобы) начал регулярно насиловать мальчиков, в основном младше шести лет.
Первое похоже на правду – ибо это характерно для пассивного гомосека-мазохиста… второе явно выдумка Фиша, ибо для этого нужен психотип активного гомосека-садиста, коим Фиш и близко не был. Впрочем, никаких доказательств ни первого, ни второго найдено не было.
В 1898 году мать Фиша устроила ему брак с Анной Мэри Хоффман, которая была на девять лет моложе его. У них было шестеро детей: Альберт, Анна, Гертруда, Юджин, Джон и Генри Фиш… что ставит под сомнение гомосексуализм Фиша – гомосеки столь плодовитыми обычно не бывают.
В 1903 году Фиш был арестован за хищение, осужден и заключен в тюрьму Синг-Синг. Позже Фиш рассказал об инциденте, когда его любовник-мужчина отвел его в музей восковых фигур, где он был очарован разрезом человеческого пениса и впоследствии стал одержим идеей сексуального увечья.
Скорее всего, никакого любовника не было (Фиш был патологическим лжецом) … впрочем, это неважно. Важно, что на следствии он заявил, что в 1910 году нанёс сексуальные увечья некоему Томасу Беддену… однако никаких доказательств этого (как обычно) найдено не было.
В январе 1917 года жена Фиша ушла от него к Джону Страубе, разнорабочему, который снимал комнату у семьи Фишей. Фиш был вынужден воспитывать детей в одиночку. После ареста Фиш рассказал газете, что, уходя от него, жена забрала с собой почти все, что принадлежало семье.
У Фиша начались слуховые галлюцинации; однажды он обернулся ковром, заявив, что следует указаниям апостола Иоанна. Примерно в это же время Фиш начал наносить себе увечья, втыкая иглы в пах и живот (весьма распространённая практика «самосада» у мазохистов).
После ареста рентген показал, что в области таза у Фиша застряли по меньшей мере двадцать девять игл (!!). Он также (якобы) неоднократно бил себя лопаткой, оббитой гвоздями, и вводил в анус шерсть, пропитанную жидкостью для зажигалок, после чего поджигал её (никаких следов этого найдено не было).
Хотя Фиш, как полагают, никогда не наносил физического насилия своим детям и не издевался над ними, он поощрял их и их друзей бить его по ягодицам той же лопаткой с гвоздями, которой он сам наносил себе наказания (маловероятно).
Примерно в 1919 году Фиш зарезал ножом умственно отсталого мальчика в Джорджтауне. Если ему верить, конечно – ибо никаких доказательств он не представил. Я не верю.
Фиш бездоказательно утверждал, что иногда платил мальчикам за то, чтобы те приводили к нему других детей. Он якобы пытал, калечил и убивал маленьких детей с помощью своих «инструментов ада»: мясного тесака, ножа мясника и небольшой ручной пилы. Сильно непохоже – психотип не тот совсем.
11 июля 1924 года Фиш обнаружил 8-летнюю Беатрис Кил, игравшую в одиночестве на ферме своих родителей на Статен-Айленде, Нью-Йорк. Он предложил ей деньги, чтобы она пошла с ним и помогла ему искать ревень.
Она уже собиралась покинуть ферму, когда ее мать прогнала Фиша. Фиш ушел, но позже вернулся в сарай Килов, где пытался заснуть, но был обнаружен отцом Беатрис и вынужден уйти.
В 1924 году 54-летний Фиш, страдавший психозом, услышал, что Бог якобы приказывает ему мучить и сексуально калечить детей. Слуховые галлюцинации обычное дело при психических расстройствах… однако гораздо более вероятно, что имела место неуклюжая попытка оправдать убийства. Если они были.
Несмотря на то, что Фиш уже был женат, 6 февраля 1930 года в Ватерлоо, штат Нью-Йорк, он женился на Эстелле Уилкокс; они развелись всего через неделю. В мае 1930 года Фиш был арестован за «отправку непристойного письма женщине, ответившей на объявление о поиске горничной». Текст письма дал достаточные основания для принудительной госпитализации – и Фиша в 1931 году отправили в психиатрическую больницу.
Однако ещё за два года до того, Фиш совершил убийство 10-летней Грейс Бадд… если это вообще было убийство. На что очень сильно непохоже, ибо педофилы-убийцы крайне редко радикально меняют тип жертвы по сравнению со своими фантазиями. Да и психотип у Фиша не тот совсем – мазохисты не убивают, они не по этой части совсем.
Фиш фантазировал исключительно об убийстве мальчиков… и вдруг убил девочку? Да ещё и расчленил, и съел?? В 58 лет… не поздновато ли для столь радикальной перемены? Да и либидо никакое… а без этого не убивают.
На следствии Фиш утверждал, что изначально хотел убить 18-летнего старшего брата Грейс Эдварда (тоже странно – у Фиша были фантазии педофила, а в 18 лет юноша уже взрослый вполне) … а потом вдруг переключил внимание на 10-летнюю девочку???
Он убедил её родителей, Делию Бриджит Фланаган и Альберта Фрэнсиса Бадда-старшего, позволить Грейс сопровождать его на вечеринку в тот вечер. И они вот так прямо сразу позволили странного вида дедушке, которого впервые увидели, повести их дочь непонятно куда??? Нет, тут что-то точно сильно не так…
По его словам, Фиш отвёл Грейс в заброшенный дом, который он заранее выбрал для совершения убийства. Там он задушил девочку руками, затем обезглавил и расчленил тело, а в течение следующих нескольких дней съел большую часть мяса останков.
Пятого сентября 1930 года полиция арестовала 66-летнего управляющего Чарльза Эдварда Поупа как подозреваемого в исчезновении Грейс по обвинению его бывшей жены. Поуп провёл 108 дней в тюрьме с момента ареста до суда 22 декабря 1930 года. Он был признан невиновным.
Что произошло на самом деле – покрыто мраком. Вероятнее всего, Грейс просто играла на улице… и поддалась на уговоры «дедушки» пойти с ним на интересную вечеринку. Дедушки не совсем неизвестного – до того он пытался познакомиться с её братом, ответив на его объявление в газете.
Я думаю, что к тому времени психика Фиша была в настолько плачевном состоянии, что он и себе-то не мог объяснить, что он собирался сделать с Грейс или её братом.
Что произошло между ними в заброшке, мы точно никогда не узнаем… я рискну предположить, что имел место либо несчастный случай, либо убийство по неосторожности. После чего Фиш запаниковал и избавился от тела.
Вряд ли расчленил – иначе бы быстро попался (ибо был бы весь в крови). Скорее всего, просто закопал… а потом прочно забыл, где именно (это называется защитная амнезия – ибо убийцей он и близко не был).
Так бы и осталось дело об исчезновении Грейс Бадд глухарём-висяком… если бы шесть лет спустя Фиша не потянуло на худлит в стиле Джека-Потрошителя... или Петера Кюртена. Только письмо он отправил не в газету, а… матери Грейс.
В письме он довольно точно описал «похищение» Грейс (ни разу не похищение – девочка пошла с ним по доброму согласию) … и утверждал, что он её убил, расчленил… и съел. Второе и третье точно враньё… да и первое почти наверняка то же самое.
Письмо было доставлено в конверте с небольшим шестиугольным эмблемой, на которой были выгравированы буквы «N.Y.P.C.B.A.», обозначающие «New York Private Chauffeur’s Benevolent Association» (Благотворительная ассоциация частных шоферов Нью-Йорка).
Один из шоферов компании сообщил полиции, что он брал с собой домой часть канцелярских принадлежностей, но оставил их в своей комнате в пансионе по адресу 200 East 52nd Street, когда съезжал оттуда.
Хозяйка пансиона сообщила, что некий Альберт Фиш выписался из этой комнаты несколькими днями ранее. Она рассказала, что сын Фиша прислал ему деньги, и он попросил её придержать для него следующий чек.
Детектив Уильям Кинг, ведущий следователь по делу, ждал у входа в комнату, пока Фиш не вернулся. Тот согласился пойти в управление на допрос, но затем выхватил лезвие бритвы.
Кинг обезоружил Фиша и доставил его в полицейское управление. Фиш не пытался отрицать убийство Грейс Бадд, заявив, что собирался пойти в тот дом, чтобы убить ее брата Эдварда.
Фиш сказал, что ему даже в голову не приходило изнасиловать девушку, но позже он заявил своему адвокату, что, стоя на коленях на груди Грейс и душа ее, он действительно дважды непроизвольно эякулировал.
Эта информация была использована на суде, чтобы утверждать, что похищение было мотивировано сексуально, тем самым избегая шокирующего упоминания о каннибализме. На следствии Фиш признался в ещё двух убийствах - оба признания подтвердили показания свидетелей… и вот тут начались у следствия начались проблемы. Серьёзные проблемы. Очень серьёзные проблемы.
Проблема номер один состояла в том, что письмо доказывало только то, что Фиш увёл с собой Грейс, которая впоследствии исчезла… чему могло быть не одно объяснение (причём вовсе не обязательно столь криминальное).
Многократно подтверждённая патологическая лживость Фиша и его серьёзнейшие проблемы с психикой позволяли ловкому адвокату посеять достаточно сомнений у присяжных для оправдательного приговора по обвинению в убийстве. Максимум, что можно было с уверенностью вменить Фишу – сокрытие тела девочки, погибшей от несчастного случая… и только если очень, очень постараться – убийство по неосторожности.
С двумя мальчиками ещё сложнее – никаких доказательств, что Фиш даже общался с ними, не было и в помине… а показания свидетелей запросто можно было объяснить предвзятостью (ибо даны они были уже после того, как СМИ уже признали Фиша виновным в убийстве Грейс Бадд).
Поэтому достаточно квалифицированный адвокат добился бы оправдательного приговора… только вот не было у Фиша такого адвоката. Его защита допустила фатальную (для подсудимого) ошибку: вместо того, чтобы добиваться признания невиновным по причине недостаточности улик (посеяв разумные сомнения у присяжных), адвокаты потребовали признания его невменяемым.
Результат оказался шокирующим даже для того времени, когда к закону относились не так серьёзно, как в наши дни. Ни один из присяжных не сомневался в том, что Фиш был невменяем, но они посчитали, что его… всё равно следует казнить. Наплевав на какие-то там законы (ничего не напоминает?).
Присяжные признали Альберта Фиша юридически вменяемым и виновным по всем пунктам предъявленных обвинений, после чего судья предсказуемо приговорил его к смертной казни на электрическом стуле.
Фиш был казнён 16 января 1936 года на электрическом стуле в тюрьме Синг-Синг. Он был похоронен на кладбище тюрьмы Синг-Синг. Говорят, что Фиш помог палачу разместить электроды на его теле.
По сообщениям, его последними словами были: «Я даже не знаю, почему я здесь» (что очень даже похоже на правду – ибо его преступления ну никак не тянули на «горячий стульчик»).
По словам одного из присутствовавших свидетелей, Фиш умер только после двух разрядов, что породило слухи о том, что аппарат закоротило из-за игл, которые Фиш вставил себе в тело. На самом деле, Фиш умер точно так же и за тот же промежуток времени, что и другие на электрическом стуле.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
Ещё 50 казнённых преступников. Адольф Зеефельд
Адольф Зеефельд является одним из самых загадочных серийных убийц. В первую очередь, потому что до сих пор так до конца и не удалось установить, каким образом он убивал свои жертвы.
Вероятнее всего, он использовал комбо-метод: яд собственного производства (в те годы такие ещё не умели обнаруживать) плюс «лёгкое» удушение. Этого было достаточно, чтобы погрузить ребёнка (его жертвами становились мальчики в возрасте от четырёх до 11 лет) в глубокий сон, после чего они умирали от холода.
Во-вторых потому, что он был, пожалуй, самым возрастным серийником – он начал убивать в 62 года (возможно, много раньше, но это не доказано). Даже позже, чем Альберт Фиш… впрочем, не факт, что последний совершил даже одно убийство. Не до конца ясен и мотив – на этот счёт существуют разные мнения.
Однако обо всём по порядку. Адольф Густав Зеефельд родился в Потсдаме, в Пруссии, в 1870 году, седьмым ребенком в семье. После развода родителей его воспитывал отец вместе с мачехой, обстановку в семье которой он позже охарактеризовал как лишенную любви (увы, обычное дело).
Зеефельд утверждал, что с 11 лет подвергался жестокому обращению (отец его сексуально насиловал, если быть более точным), хотя в доступных документах нет независимых подтверждений этих утверждений. На это очень похоже - как известно, жертва нередко сама (точнее, сам) становится насильником.
О его ближайших родственниках, образовании и воспитании почти ничего не известно. Известно лишь что он прошел обучение на слесаря и освоил навыки ремонта часов, которые впоследствии определили его временную профессию странствующего мастера-часовщика.
Он разъезжал по различным регионам Германии, зарабатывая на жизнь ремонтом часов, ведя кочевой образ жизни, который включал ночлег под открытым небом независимо от погодных условий.
Зеефельд проявлял сильный религиозный (протестантский) фанатизм, был способен цитировать по памяти длинные отрывки из Библии… однако иногда утверждал, что является колдуном, который способен наводить порчу на домашний скот.
Означает ли это, что у его убийств был оккультный мотив (типа принесения в жертву мальчиков неведомому языческому богу)? Полностью исключить это нельзя, хотя это маловероятно.
В 1908 году его впервые обвинили в убийстве мальчика. К этому времени его уже несколько раз судили за секс с мальчиками. Педофилию, короче говоря. Тем не менее, его вину доказать не удалось и его вынуждены были отпустить. Однако не совсем – два последующих года он провёл в психушке в Потсдаме.
Означает ли это, что он начал убивать не в 63 года, а в 38? Это гораздо больше похоже на правду… возможно даже, что он начал убивать ещё раньше – в этом случае он вполне может оказаться самым плодовитым убийцей-педофилом.
Он использовал свою профессию, чтобы привлекать мальчиков. Он показывал им разнообразные часы (ручные или карманные), заводил разговор… и постепенно увлекал в уединённые места, где и убивал.
Все его жертвы были одеты в модные тогда матросские костюмы – видимо, у него на это был фетиш. Когда мальчик терял сознание, он его насиловал, после чего оставлял умирать, располагая тела в спокойных позах в лесных заповедниках.
Он не расчленял тела и даже не закапывал… видимо, из эстетических соображений. Что даёт основание подозревать весьма необычный мотив (такой же, весьма возможно, был у убийцы Чёрной Георгины в 1947 году): каждое мёртвое тело было для него произведением искусства; скульптурой из плоти и крови. Все часовщики эстеты… поэтому очень даже возможно.
Не исключено, что он хотел, чтобы тела были найдены – ибо нуждался в зрителях его искусства… поэтому неудивительно, что тела быстро находили… к великому ужасу местной полиции. Ибо серийные убийства в то время были редкостью.
В начале 1930-х годов власти Потсдамского региона заподозрили наличие серийного преступника после того, как в сосновых заповедниках были обнаружены тела нескольких мальчиков, каждый из которых был одет в матросский костюм. На телах не было видимых следов травм или борьбы.
К 1935 году было обнаружено двенадцать тел, после чего стало ясно, что в регионе орудует серийный убийца – педофил. Которого можно было поймать только «частым бреднем» - поголовным опросом всего населения региона (что-то мне подсказывает, что в этом Крипо сильно помогло гестапо). Ибо дети – ценнейшее достоянии нации и потому их серийные убийства вполне тянуло на политику.
Тотальный опрос дал результат – свидетели показали, что в местах обнаружения тел неоднократно видели некоего Адольфа Зеефельда. Странствующего часовщика, по прозвищу «Дядя Тик-Так», который проявлял нездоровый интерес к мальчикам как раз такого возраста.
Когда подняли его дело, всё стало ясно: от серийной педофилии сабж перешёл к серийным убийствам. Была сформирована совместная группа Крипо и гестапо, которой удалось собрать достаточно доказательств для ордера на арест (мало кому известно, что Третий рейх был правовым государством – для ареста хоть по уголовке, хоть по политике должны быть достаточные основания).
Зеефельд был арестован в марте 1935 года. Он не оказал сопротивления, однако последовательно отрицал обвинения в убийстве. Уголовный суд в Германии того времени – не «тройки» НКВД; поэтому имперскому обвинению пришлось попотеть (признание под пытками судом не принималось).
Потение дало результат: присяжные (процесс ничем не отличался от аналогичного во Франции или в США) признали Зеефельда виновным в совершении двенадцати убийств. Судья вынес единственно возможный приговор: смертная казнь на гильотине.
После чего гестапо взялось за душегуба всерьёз – ибо необходимо было раскрыть все аналогичные дела в округе. Вряд ли Зеефельда пытали физически (вопреки распространённому заблуждению, в те годы гестапо так не работало) … но психологически явно надавили капитально.
В результате трёхмесячной обработки Зеефельд признался в тридцати убийствах и в более ста изнасилованиях малолетних, совершённых в течение сорока двух лет (!!!) – с 1893 по 1935 годы. По другим данным, в общей сложности в 172 преступлениях.
Смертный приговор Зеефельду был вынесен 21 января 1936 года, а 23 мая (когда следователи гестапо с ним закончили) он был гильотинирован в тюрьме Шверина. Вероятнее всего, его тело было сожжено в крематории или захоронено в безымянной могиле, как это было предусмотрено законом.
Вероятнее всего, он использовал комбо-метод: яд собственного производства (в те годы такие ещё не умели обнаруживать) плюс «лёгкое» удушение. Этого было достаточно, чтобы погрузить ребёнка (его жертвами становились мальчики в возрасте от четырёх до 11 лет) в глубокий сон, после чего они умирали от холода.
Во-вторых потому, что он был, пожалуй, самым возрастным серийником – он начал убивать в 62 года (возможно, много раньше, но это не доказано). Даже позже, чем Альберт Фиш… впрочем, не факт, что последний совершил даже одно убийство. Не до конца ясен и мотив – на этот счёт существуют разные мнения.
Однако обо всём по порядку. Адольф Густав Зеефельд родился в Потсдаме, в Пруссии, в 1870 году, седьмым ребенком в семье. После развода родителей его воспитывал отец вместе с мачехой, обстановку в семье которой он позже охарактеризовал как лишенную любви (увы, обычное дело).
Зеефельд утверждал, что с 11 лет подвергался жестокому обращению (отец его сексуально насиловал, если быть более точным), хотя в доступных документах нет независимых подтверждений этих утверждений. На это очень похоже - как известно, жертва нередко сама (точнее, сам) становится насильником.
О его ближайших родственниках, образовании и воспитании почти ничего не известно. Известно лишь что он прошел обучение на слесаря и освоил навыки ремонта часов, которые впоследствии определили его временную профессию странствующего мастера-часовщика.
Он разъезжал по различным регионам Германии, зарабатывая на жизнь ремонтом часов, ведя кочевой образ жизни, который включал ночлег под открытым небом независимо от погодных условий.
Зеефельд проявлял сильный религиозный (протестантский) фанатизм, был способен цитировать по памяти длинные отрывки из Библии… однако иногда утверждал, что является колдуном, который способен наводить порчу на домашний скот.
Означает ли это, что у его убийств был оккультный мотив (типа принесения в жертву мальчиков неведомому языческому богу)? Полностью исключить это нельзя, хотя это маловероятно.
В 1908 году его впервые обвинили в убийстве мальчика. К этому времени его уже несколько раз судили за секс с мальчиками. Педофилию, короче говоря. Тем не менее, его вину доказать не удалось и его вынуждены были отпустить. Однако не совсем – два последующих года он провёл в психушке в Потсдаме.
Означает ли это, что он начал убивать не в 63 года, а в 38? Это гораздо больше похоже на правду… возможно даже, что он начал убивать ещё раньше – в этом случае он вполне может оказаться самым плодовитым убийцей-педофилом.
Он использовал свою профессию, чтобы привлекать мальчиков. Он показывал им разнообразные часы (ручные или карманные), заводил разговор… и постепенно увлекал в уединённые места, где и убивал.
Все его жертвы были одеты в модные тогда матросские костюмы – видимо, у него на это был фетиш. Когда мальчик терял сознание, он его насиловал, после чего оставлял умирать, располагая тела в спокойных позах в лесных заповедниках.
Он не расчленял тела и даже не закапывал… видимо, из эстетических соображений. Что даёт основание подозревать весьма необычный мотив (такой же, весьма возможно, был у убийцы Чёрной Георгины в 1947 году): каждое мёртвое тело было для него произведением искусства; скульптурой из плоти и крови. Все часовщики эстеты… поэтому очень даже возможно.
Не исключено, что он хотел, чтобы тела были найдены – ибо нуждался в зрителях его искусства… поэтому неудивительно, что тела быстро находили… к великому ужасу местной полиции. Ибо серийные убийства в то время были редкостью.
В начале 1930-х годов власти Потсдамского региона заподозрили наличие серийного преступника после того, как в сосновых заповедниках были обнаружены тела нескольких мальчиков, каждый из которых был одет в матросский костюм. На телах не было видимых следов травм или борьбы.
К 1935 году было обнаружено двенадцать тел, после чего стало ясно, что в регионе орудует серийный убийца – педофил. Которого можно было поймать только «частым бреднем» - поголовным опросом всего населения региона (что-то мне подсказывает, что в этом Крипо сильно помогло гестапо). Ибо дети – ценнейшее достоянии нации и потому их серийные убийства вполне тянуло на политику.
Тотальный опрос дал результат – свидетели показали, что в местах обнаружения тел неоднократно видели некоего Адольфа Зеефельда. Странствующего часовщика, по прозвищу «Дядя Тик-Так», который проявлял нездоровый интерес к мальчикам как раз такого возраста.
Когда подняли его дело, всё стало ясно: от серийной педофилии сабж перешёл к серийным убийствам. Была сформирована совместная группа Крипо и гестапо, которой удалось собрать достаточно доказательств для ордера на арест (мало кому известно, что Третий рейх был правовым государством – для ареста хоть по уголовке, хоть по политике должны быть достаточные основания).
Зеефельд был арестован в марте 1935 года. Он не оказал сопротивления, однако последовательно отрицал обвинения в убийстве. Уголовный суд в Германии того времени – не «тройки» НКВД; поэтому имперскому обвинению пришлось попотеть (признание под пытками судом не принималось).
Потение дало результат: присяжные (процесс ничем не отличался от аналогичного во Франции или в США) признали Зеефельда виновным в совершении двенадцати убийств. Судья вынес единственно возможный приговор: смертная казнь на гильотине.
После чего гестапо взялось за душегуба всерьёз – ибо необходимо было раскрыть все аналогичные дела в округе. Вряд ли Зеефельда пытали физически (вопреки распространённому заблуждению, в те годы гестапо так не работало) … но психологически явно надавили капитально.
В результате трёхмесячной обработки Зеефельд признался в тридцати убийствах и в более ста изнасилованиях малолетних, совершённых в течение сорока двух лет (!!!) – с 1893 по 1935 годы. По другим данным, в общей сложности в 172 преступлениях.
Смертный приговор Зеефельду был вынесен 21 января 1936 года, а 23 мая (когда следователи гестапо с ним закончили) он был гильотинирован в тюрьме Шверина. Вероятнее всего, его тело было сожжено в крематории или захоронено в безымянной могиле, как это было предусмотрено законом.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
Ещё 50 казнённых преступников. Пауль Огорцов
Пауль Огорцов (нет, не Огурцов; более того, его настоящая фамилия Сага) интересен прежде всего тем, что его дело показывает, как работала уголовная полиция в Третьем рейхе (спойлер: да точно так же, как и во Франции, и в Великобритании, и в США). А также тем, что его мотив так и остался до конца не выясненным.
Пауль Огорцов родился 29 сентября 1912 года в деревне Мунтовен в Восточной Пруссии (ныне Мунтово, Польша), будучи внебрачным ребенком Марии Саги, сельскохозяйственной рабочей. Видимо, соответствующая стигма в раннем возрасте (в немецкой деревне того времени это было большое дело), нанесла юному Паулю серьёзную эмоциональную травму… с которой всё и началось.
В 1924 году 12-летнего Пауля усыновил Йоханн Огорцов, фермер из Хавелланда. Впоследствии Пауль взял фамилию своего приемного отца. Сначала Пауль работал поденщиком на ферме в деревне Науэн, затем — на сталелитейном заводе в Бранденбурге-на-Гавеле, а в конце концов поселился в Берлине.
В 1930 году, в возрасте 18 лет Огорцов вступил в НСДАП и в штурмовые отряды СА, в которых постепенно дослужился до шарфюрера (унтерфельдфебеля). Вся деятельность и идеология СА были насквозь пронизаны насилием, поэтому весьма вероятно, что служба в штурмовых отрядах внесла существенный вклад в превращение Пауля в серийного убийцу.
После Ночи длинных ножей лета 1934 года значимость и влияние СА резко упали и Паулю пришлось радикально сменить профессию (служба в СА стала для него чем-то вроде хобби).
В 1934 году он был принят в качестве путевого рабочего на национальную железную дорогу Deutsche Reichsbahn, которая управляла системой метрополитена S-Bahn в Берлине. Огорцов работал в депо Руммельсбург в восточных пригородах столицы, недалеко от Карлсхорста. Именно в этом районе он совершил большую часть своих преступлений.
В 1937 году Пауль женился на Гертруде Цигельманн, продавщице, которая была на два года старше его. У них было двое детей: сын и дочь. Сначала они жили с матерью Огорцова в рабочем районе Берлина с многочисленными приусадебными участками, многоквартирными домами и лачугами.
Позже семья переехала в другую квартиру в Карлсхорсте, недалеко от места работы Огорцова. Его часто видели играющим с детьми, проводящим много времени в саду и ухаживающим за небольшим вишневым садом на заднем дворе.
На суде жена Огорцова дала показания, согласно которым он часто становился агрессивным и грубым, навязчиво выдвигая необоснованные обвинения в ее неверности. Возможно, что он действительно в это поверил; решил, что «все бабы - шлюхи» … и начал им мстить. Такое в мире серийных убийств случается.
Серия его преступлений (изначально «лишь» изнасилования) началась сразу же после начала Второй Великой войны… возможно, это и стало стрессором, триггером его преступной деятельности. В это время Огорцов начал беспорядочно нападать и насиловать женщин в районе Фридрихсфельде и его окрестностях… причём счёт его жертв быстро пошёл на десятки.
В этом районе проживали в основном одинокие домохозяйки, чьи мужья были мобилизованы на Вторую мировую войну. Именно эти уязвимые женщины изначально стали основным источником жертв для Огорцова.
Полиция зафиксировала тридцать одно нападение, произошедшее в районе приусадебных участков и многоквартирных домов, все женщины стали жертвами Огорцова. И это лишь верхушка жуткого айсберга – далеко не все жертвы изнасилований заявляли в полицию в патриархальном рейхе.
Во время своих нападений он либо душил своих жертв до отключки, либо угрожал им ножом, либо избивал их; в своих показаниях все жертвы упоминали, что их нападавший был одет в форму железнодорожника (интеллектом сабж явно не отличался… или же просто не мог себя контролировать).
Первые попытки Огорцова совершить убийство оказались неудачными. В период с августа 1939 года по июль 1940 года он напал и ранил ножом трех женщин; все они выздоровели и впоследствии дали показания против него.
В августе 1940 года Огорцов избил до потери сознания еще одну женщину после того, как изнасиловал ее в вагоне S-Bahn. Она выжила только потому, что, когда она потеряла сознание, Огорцов по ошибке решил, что она умерла.
Еще одна неудачная попытка в сентябре привела к тому, что жертва не только пережила попытку удушения, но и выжила после того, как была выброшена Огорцовым из движущегося поезда.
Вскоре он потерпел очередную неудачу, когда попытался изнасиловать женщину на станции S-Bahn. Муж и шурин жертвы, которых насильник не заметил, бросились ей на помощь после того, как она закричала о помощи. Они жестоко избили нападавшего, но в полицию не сдали – иначе самим пришлось бы ответить за тяжкие телесные и самосуд.
Огорцов совершил свое первое убийство 4 октября 1940 года, придя под предлогом свидания в дом 20-летней Гертруды Диттер, чей муж Артур находился в армии. Он зарезал её ножом.
Два месяца спустя, вечером 4 декабря, он убил еще двух женщин: пассажирке S-Bahn Эльфриде Франке раздробил череп железным прутом, а затем ее труп выбросил из движущегося поезда. 19-летнюю Ирмгард Фризе он изнасиловал и забил до смерти, когда она шла домой.
22 декабря железнодорожники обнаружили тело четвертой жертвы, Элизабет Бунгенер, брошенное у железнодорожных путей. Медицинская экспертиза установила, что она умерла в результате травмы черепа.
Шесть дней спустя, 28 декабря 1940 года, берлинская полиция обнаружила Гертруду Зиверт утром после того, как она была изнасилована и выброшена из поезда Огорцовым.
Она была ещё жива, однако на следующий день скончалась в больнице от переохлаждения и несовместимых с жизнью травм. Пятого января 1941 года, рядом с линией S-Bahn было обнаружено без сознания тело Хедвиг Эбауэр, находившейся на пятом месяце беременности.
Огорцов пытался её задушить, но неудачно, и выбросил её из поезда ещё живой. Как и Зиверт, Эбауэр скончалась от полученных травм позже в тот же день в больнице, так и не придя в сознание.
11 февраля были найдены останки седьмой жертвы Огорцова, Йоханны Фойгт, беременной матери троих детей. Согласно протоколу вскрытия, она умерла в результате многократных ударов по голове и травм, полученных после того, как её выбросили из поезда. Учитывая очевидные сходства между преступлениями, все семь смертей были признаны делом рук одного и того же душегуба.
Двое жертв Огорцова, которые выжили после нападений, заявили полиции, что нападавший был железнодорожником в чёрной форме. Начальник убойного отдела берлинского Крипо СС-гауптштурмфюрер (редкость в уголовной полиции) Вильгельм Людтке направил своих лучших детективов для поимки злодея.
Полицейская операция была развернута к декабрю 1940 года: в частности, были опрошены пять тысяч из восьми тысяч берлинских железнодорожников, а количество полицейских патрулей на S-Bahn было удвоено.
Для защиты женщин, путешествующих без сопровождения через этот район, были выделены сотрудники полиции порядка в штатском. Полицейские, как женщины, так и переодетые в женскую одежду мужчины, использовались в качестве приманки в вагонах второго класса.
Другие детективы переодевались в железнодорожников, а пассажиров наблюдали на каждой станции. Узнав об этом, Огорцов вызвался сопровождать одиноких женщин в ночное время (ловил сам себя - такое случается).
Несмотря на эти усилия, Крипо поймала лишь горстку мелких преступников, не имевших отношения к делу. Повышенное внимание полиции заставило Огорцова затаиться на почти пять месяцев.
Третьего июля 1941 года, он убил свою восьмую и последнюю жертву, 35-летнюю Фриду Козиол. Она была изнасилована и забита до смерти в том же районе Фридрихсфельде, где Огорцов начал свою жуткую серию двумя годами ранее.
Огорцова выдал слишком длинный язык… и лень. Он слишком часто позволял себе публичные выпады в адрес женщин и слишком часто заявлял о своём интересе к уголовным делам об убийствах. И потому привлёк внимание полиции.
Людтке лично осмотрел форму Огорцова… и обнаружил на ней многочисленные пятна, похожие на кровь. Этого оказалось достаточно для ордера на арест. 12 июля 1941 года Пауль Огорцов был арестован криминальной полицией.
Его не пытали – Крипо никогда не использовало физические методы воздействия – давление было исключительно психологическим. Арестованного поместили в маленькую комнату, в которой при свете единственной лампочки угрожающего вида полицейские предъявили ему одну из его тяжело раненных выживших жертв и поднос с черепами нескольких его жертв (которые не выжили).
Душегуб предсказуемо поплыл… и признался во всех убийствах и покушениях на убийство (восьми и шести соответственно), а также во всех предыдущих изнасилованиях (31 эпизод).
После чего понёс чепуху насчёт алкоголизма; гонореи, которую якобы не вылечил врач-еврей (куда ж без юдофобии) … однако это уже никого не интересовало. Дело было раскрыто и передано в суд.
24 июля Берлинский городской уголовный суд приговорил Огорцова к смертной казни. В духе того времени его исключили из НСДАП и СА… и объявили врагом народа. 26 июля 1941 года, через два дня после вынесения приговора, Огорцов был казнен на гильотине в берлинской тюрьме Плётцензее.
В условиях военной цензуры в берлинской печати не было практически никаких упоминаний о серии изнасилований и убийств. На самом деле, это никак не связано ни с войной, ни с цензурой, ни даже с Третьим рейхом – подобная практика засекречивания в то время была едва ли не повсеместной в мире.
Некоторые считают, что это могло бы спасти чью-то жизнь… однако, на самом деле, нет никакой корреляции между паблисити и числом жертв серийных убийц.
Вопреки утверждениям агитпропа, рекомендации «сверху» искать убийцу прежде всего среди иностранных рабочих, пригнанных из Восточной Европы, были совершенно разумными – ибо это был несопоставимо более криминальный контингент (в том числе, и в области изнасилований и убийств), чем берлинцы.
Однако нет никаких свидетельств того, что Людтке и его люди следовали этим рекомендациям – они честно и профессионально делали свою работу без каких-либо стереотипов и предупреждений. Как и положено убойному отделу.
Пауль Огорцов родился 29 сентября 1912 года в деревне Мунтовен в Восточной Пруссии (ныне Мунтово, Польша), будучи внебрачным ребенком Марии Саги, сельскохозяйственной рабочей. Видимо, соответствующая стигма в раннем возрасте (в немецкой деревне того времени это было большое дело), нанесла юному Паулю серьёзную эмоциональную травму… с которой всё и началось.
В 1924 году 12-летнего Пауля усыновил Йоханн Огорцов, фермер из Хавелланда. Впоследствии Пауль взял фамилию своего приемного отца. Сначала Пауль работал поденщиком на ферме в деревне Науэн, затем — на сталелитейном заводе в Бранденбурге-на-Гавеле, а в конце концов поселился в Берлине.
В 1930 году, в возрасте 18 лет Огорцов вступил в НСДАП и в штурмовые отряды СА, в которых постепенно дослужился до шарфюрера (унтерфельдфебеля). Вся деятельность и идеология СА были насквозь пронизаны насилием, поэтому весьма вероятно, что служба в штурмовых отрядах внесла существенный вклад в превращение Пауля в серийного убийцу.
После Ночи длинных ножей лета 1934 года значимость и влияние СА резко упали и Паулю пришлось радикально сменить профессию (служба в СА стала для него чем-то вроде хобби).
В 1934 году он был принят в качестве путевого рабочего на национальную железную дорогу Deutsche Reichsbahn, которая управляла системой метрополитена S-Bahn в Берлине. Огорцов работал в депо Руммельсбург в восточных пригородах столицы, недалеко от Карлсхорста. Именно в этом районе он совершил большую часть своих преступлений.
В 1937 году Пауль женился на Гертруде Цигельманн, продавщице, которая была на два года старше его. У них было двое детей: сын и дочь. Сначала они жили с матерью Огорцова в рабочем районе Берлина с многочисленными приусадебными участками, многоквартирными домами и лачугами.
Позже семья переехала в другую квартиру в Карлсхорсте, недалеко от места работы Огорцова. Его часто видели играющим с детьми, проводящим много времени в саду и ухаживающим за небольшим вишневым садом на заднем дворе.
На суде жена Огорцова дала показания, согласно которым он часто становился агрессивным и грубым, навязчиво выдвигая необоснованные обвинения в ее неверности. Возможно, что он действительно в это поверил; решил, что «все бабы - шлюхи» … и начал им мстить. Такое в мире серийных убийств случается.
Серия его преступлений (изначально «лишь» изнасилования) началась сразу же после начала Второй Великой войны… возможно, это и стало стрессором, триггером его преступной деятельности. В это время Огорцов начал беспорядочно нападать и насиловать женщин в районе Фридрихсфельде и его окрестностях… причём счёт его жертв быстро пошёл на десятки.
В этом районе проживали в основном одинокие домохозяйки, чьи мужья были мобилизованы на Вторую мировую войну. Именно эти уязвимые женщины изначально стали основным источником жертв для Огорцова.
Полиция зафиксировала тридцать одно нападение, произошедшее в районе приусадебных участков и многоквартирных домов, все женщины стали жертвами Огорцова. И это лишь верхушка жуткого айсберга – далеко не все жертвы изнасилований заявляли в полицию в патриархальном рейхе.
Во время своих нападений он либо душил своих жертв до отключки, либо угрожал им ножом, либо избивал их; в своих показаниях все жертвы упоминали, что их нападавший был одет в форму железнодорожника (интеллектом сабж явно не отличался… или же просто не мог себя контролировать).
Первые попытки Огорцова совершить убийство оказались неудачными. В период с августа 1939 года по июль 1940 года он напал и ранил ножом трех женщин; все они выздоровели и впоследствии дали показания против него.
В августе 1940 года Огорцов избил до потери сознания еще одну женщину после того, как изнасиловал ее в вагоне S-Bahn. Она выжила только потому, что, когда она потеряла сознание, Огорцов по ошибке решил, что она умерла.
Еще одна неудачная попытка в сентябре привела к тому, что жертва не только пережила попытку удушения, но и выжила после того, как была выброшена Огорцовым из движущегося поезда.
Вскоре он потерпел очередную неудачу, когда попытался изнасиловать женщину на станции S-Bahn. Муж и шурин жертвы, которых насильник не заметил, бросились ей на помощь после того, как она закричала о помощи. Они жестоко избили нападавшего, но в полицию не сдали – иначе самим пришлось бы ответить за тяжкие телесные и самосуд.
Огорцов совершил свое первое убийство 4 октября 1940 года, придя под предлогом свидания в дом 20-летней Гертруды Диттер, чей муж Артур находился в армии. Он зарезал её ножом.
Два месяца спустя, вечером 4 декабря, он убил еще двух женщин: пассажирке S-Bahn Эльфриде Франке раздробил череп железным прутом, а затем ее труп выбросил из движущегося поезда. 19-летнюю Ирмгард Фризе он изнасиловал и забил до смерти, когда она шла домой.
22 декабря железнодорожники обнаружили тело четвертой жертвы, Элизабет Бунгенер, брошенное у железнодорожных путей. Медицинская экспертиза установила, что она умерла в результате травмы черепа.
Шесть дней спустя, 28 декабря 1940 года, берлинская полиция обнаружила Гертруду Зиверт утром после того, как она была изнасилована и выброшена из поезда Огорцовым.
Она была ещё жива, однако на следующий день скончалась в больнице от переохлаждения и несовместимых с жизнью травм. Пятого января 1941 года, рядом с линией S-Bahn было обнаружено без сознания тело Хедвиг Эбауэр, находившейся на пятом месяце беременности.
Огорцов пытался её задушить, но неудачно, и выбросил её из поезда ещё живой. Как и Зиверт, Эбауэр скончалась от полученных травм позже в тот же день в больнице, так и не придя в сознание.
11 февраля были найдены останки седьмой жертвы Огорцова, Йоханны Фойгт, беременной матери троих детей. Согласно протоколу вскрытия, она умерла в результате многократных ударов по голове и травм, полученных после того, как её выбросили из поезда. Учитывая очевидные сходства между преступлениями, все семь смертей были признаны делом рук одного и того же душегуба.
Двое жертв Огорцова, которые выжили после нападений, заявили полиции, что нападавший был железнодорожником в чёрной форме. Начальник убойного отдела берлинского Крипо СС-гауптштурмфюрер (редкость в уголовной полиции) Вильгельм Людтке направил своих лучших детективов для поимки злодея.
Полицейская операция была развернута к декабрю 1940 года: в частности, были опрошены пять тысяч из восьми тысяч берлинских железнодорожников, а количество полицейских патрулей на S-Bahn было удвоено.
Для защиты женщин, путешествующих без сопровождения через этот район, были выделены сотрудники полиции порядка в штатском. Полицейские, как женщины, так и переодетые в женскую одежду мужчины, использовались в качестве приманки в вагонах второго класса.
Другие детективы переодевались в железнодорожников, а пассажиров наблюдали на каждой станции. Узнав об этом, Огорцов вызвался сопровождать одиноких женщин в ночное время (ловил сам себя - такое случается).
Несмотря на эти усилия, Крипо поймала лишь горстку мелких преступников, не имевших отношения к делу. Повышенное внимание полиции заставило Огорцова затаиться на почти пять месяцев.
Третьего июля 1941 года, он убил свою восьмую и последнюю жертву, 35-летнюю Фриду Козиол. Она была изнасилована и забита до смерти в том же районе Фридрихсфельде, где Огорцов начал свою жуткую серию двумя годами ранее.
Огорцова выдал слишком длинный язык… и лень. Он слишком часто позволял себе публичные выпады в адрес женщин и слишком часто заявлял о своём интересе к уголовным делам об убийствах. И потому привлёк внимание полиции.
Людтке лично осмотрел форму Огорцова… и обнаружил на ней многочисленные пятна, похожие на кровь. Этого оказалось достаточно для ордера на арест. 12 июля 1941 года Пауль Огорцов был арестован криминальной полицией.
Его не пытали – Крипо никогда не использовало физические методы воздействия – давление было исключительно психологическим. Арестованного поместили в маленькую комнату, в которой при свете единственной лампочки угрожающего вида полицейские предъявили ему одну из его тяжело раненных выживших жертв и поднос с черепами нескольких его жертв (которые не выжили).
Душегуб предсказуемо поплыл… и признался во всех убийствах и покушениях на убийство (восьми и шести соответственно), а также во всех предыдущих изнасилованиях (31 эпизод).
После чего понёс чепуху насчёт алкоголизма; гонореи, которую якобы не вылечил врач-еврей (куда ж без юдофобии) … однако это уже никого не интересовало. Дело было раскрыто и передано в суд.
24 июля Берлинский городской уголовный суд приговорил Огорцова к смертной казни. В духе того времени его исключили из НСДАП и СА… и объявили врагом народа. 26 июля 1941 года, через два дня после вынесения приговора, Огорцов был казнен на гильотине в берлинской тюрьме Плётцензее.
В условиях военной цензуры в берлинской печати не было практически никаких упоминаний о серии изнасилований и убийств. На самом деле, это никак не связано ни с войной, ни с цензурой, ни даже с Третьим рейхом – подобная практика засекречивания в то время была едва ли не повсеместной в мире.
Некоторые считают, что это могло бы спасти чью-то жизнь… однако, на самом деле, нет никакой корреляции между паблисити и числом жертв серийных убийц.
Вопреки утверждениям агитпропа, рекомендации «сверху» искать убийцу прежде всего среди иностранных рабочих, пригнанных из Восточной Европы, были совершенно разумными – ибо это был несопоставимо более криминальный контингент (в том числе, и в области изнасилований и убийств), чем берлинцы.
Однако нет никаких свидетельств того, что Людтке и его люди следовали этим рекомендациям – они честно и профессионально делали свою работу без каких-либо стереотипов и предупреждений. Как и положено убойному отделу.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 39216
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 662 times
- Been thanked: 11455 times
Ещё 50 казнённых преступников. Бруно Людке
Если бы история Бруно Людке (не путать с Вильгельмом Людтке, раскрывшим дело Пауля Огорцова), произошла в СССР того времени; Франции; Англии или Техасе (не говоря уже об Италии), можно было бы почти железобетонно утверждать, что он оговорил себя, признавшись под давлением полиции аж в 86 убийствах (доказанными сочли 53).
Ибо даже на Чикатило навесили с десяток эпизодов, к которым он не имел никакого отношения, не говоря уже о кошмарных делах Михасевича и Стороженко. Однако Третий рейх так не работал: его чиновники (в том числе, и полицейские) гордились уникальной этикой, уходящей вглубь веков… поэтому я склонен считать, что Людке скорее говорил правду.
Но обо всём по порядку. Бруно Людке родился в 1908 году в немецком городе Кепеник, в бедной семье владельца небольшой прачечной. Он был четвертым из шести детей и с детства жил в нужде.
Как будто этого было мало, он сильно отставал в умственном развитии. Бруно учился в спецклассе для детей с нарушениями, а после окончания школы не имел шансов получить достойную профессию.
Кое-как научившись писать и читать, 16-летний Бруно устроился кучером. Денег ему катастрофически не хватало, и парень начал воровать. Несколько раз его задерживали, но из-за диагноза «врожденное слабоумие» его не могли осудить. Но с ним произошло кое-что похуже тюремного срока.
В 1940 году Бруно Людке в очередной раз попался на мелкой краже. Но в этот раз его не отпустили, выяснив личность и диагноз. Он попал под действие «Закона о предупреждении наследственных заболеваний», принятого в 1933 году, и его принудительно стерилизовали.
31 января 1943 года в лесу возле Кепеника нашли тело убитой женщины. Преступник избил ее, изнасиловал, а затем задушил ее же шалью. С собой убийца прихватил сумочку жертвы.
Комиссар уголовной полиции Генрих Франц, расследовавший убийство, заметил вроде бы безобидного местного дурачка Бруно, который околачивался рядом с местом преступления в лесу.
Никто даже не мог подумать, что стерилизованный слабоумный мужчина совершил это чудовищное убийство. Его хорошо знали в городе и считали абсолютно безобидным. Но Франц все же решил допросить Бруно, в надежде, что тот что-то слышал или видел. 18 марта 1943 года Людке задержали и доставили в полицейское управление.
Комиссару Францу слабоумный мужчина ничего интересного не сообщил. Но у следователя с тридцатилетним опытом было особое предчувствие. Он был добр с Бруно — накормил его обедом и сводил в баню. Такого обращения Людке раньше не знал и решил, что полицейский стал его лучшим другом. И поплыл.
Внезапно он признался в убийстве, да не в одном, а в нескольких десятках. Он рассказывал о своих «подвигах» несколько дней. Оказалось, убивать он начал сразу после школы, еще в 1924 году, в 16-летнем возрасте.
Людке рассказал о 86 убийствах, совершенных им за двадцать лет в Кепенике и соседних городах. Его показания проверили, и полиция смогла подтвердить 53 убийства и еще три покушения на убийство.
После чего перед судебной системой Третьего рейха встал экзистенциальный вопрос: что, собственно, с этим упырём делать? Ибо негатива и без того хватало – одна только Сталинградская катастрофа чего стоила. А тут такой лютый ужас…
Поэтому его превратили… в подопытного кролика. После окончания следствия Людке не был предан суду, а был переведён в криминально-медицинский институт в Вене, созданный по инициативе Генриха Гиммлера.
Как предполагаемый показательный пример «врождённого преступника», Людке подвергался множеству биологических и антропологических исследований; осуществлялись аудиозаписи и киносъёмка. Например, он должен был принимать алкоголь; а затем ему выполняли спинномозговую пункцию.
8 апреля 1944 Бруно Людке умер при невыясненных обстоятельствах. Считается, что он погиб, вероятнее всего, во время очередного эксперимента; по другой версии — был убит смертельной инъекцией ввиду назревавшего скандала с разоблачением фальсификаций «дела» (второе сильно вряд ли – какие скандалы в Третьем рейхе 1944 года???). Его скелет был передан в судебно-медицинскую коллекцию, из которой пропал в 1960-е годы.
Был ли он виновен? Я думаю, что таки был – по ряду причин. Во-первых, у него был мотив – отомстить обществу за то, что оно сделало его изгоем – а потом вообще стерилизовало.
Во-вторых, столь сложное признание навязать и весьма неглупому человеку не просто… а уж слабоумному и вовсе нереально. И, самое главное, нафига это вообще делать? В 1944 году до «висяков» 10-20-летней давности в рейхе никому не было никакого дела – поэтому никакого профита комиссару не было.
Скорее наоборот – работать мешает, вороша давно забытые дела, когда новых невпроворот (стараниями беженцев и остарбайтеров ситуация с преступностью в Берлине была просто катастрофической).
Гораздо более похоже на правду, что Людке впервые почувствовал просто человеческое отношение, расслабился… и у него началось недержание речи (такое бывает). И потому признался, рассказав подробности, известные лишь убийце.
Ибо даже на Чикатило навесили с десяток эпизодов, к которым он не имел никакого отношения, не говоря уже о кошмарных делах Михасевича и Стороженко. Однако Третий рейх так не работал: его чиновники (в том числе, и полицейские) гордились уникальной этикой, уходящей вглубь веков… поэтому я склонен считать, что Людке скорее говорил правду.
Но обо всём по порядку. Бруно Людке родился в 1908 году в немецком городе Кепеник, в бедной семье владельца небольшой прачечной. Он был четвертым из шести детей и с детства жил в нужде.
Как будто этого было мало, он сильно отставал в умственном развитии. Бруно учился в спецклассе для детей с нарушениями, а после окончания школы не имел шансов получить достойную профессию.
Кое-как научившись писать и читать, 16-летний Бруно устроился кучером. Денег ему катастрофически не хватало, и парень начал воровать. Несколько раз его задерживали, но из-за диагноза «врожденное слабоумие» его не могли осудить. Но с ним произошло кое-что похуже тюремного срока.
В 1940 году Бруно Людке в очередной раз попался на мелкой краже. Но в этот раз его не отпустили, выяснив личность и диагноз. Он попал под действие «Закона о предупреждении наследственных заболеваний», принятого в 1933 году, и его принудительно стерилизовали.
31 января 1943 года в лесу возле Кепеника нашли тело убитой женщины. Преступник избил ее, изнасиловал, а затем задушил ее же шалью. С собой убийца прихватил сумочку жертвы.
Комиссар уголовной полиции Генрих Франц, расследовавший убийство, заметил вроде бы безобидного местного дурачка Бруно, который околачивался рядом с местом преступления в лесу.
Никто даже не мог подумать, что стерилизованный слабоумный мужчина совершил это чудовищное убийство. Его хорошо знали в городе и считали абсолютно безобидным. Но Франц все же решил допросить Бруно, в надежде, что тот что-то слышал или видел. 18 марта 1943 года Людке задержали и доставили в полицейское управление.
Комиссару Францу слабоумный мужчина ничего интересного не сообщил. Но у следователя с тридцатилетним опытом было особое предчувствие. Он был добр с Бруно — накормил его обедом и сводил в баню. Такого обращения Людке раньше не знал и решил, что полицейский стал его лучшим другом. И поплыл.
Внезапно он признался в убийстве, да не в одном, а в нескольких десятках. Он рассказывал о своих «подвигах» несколько дней. Оказалось, убивать он начал сразу после школы, еще в 1924 году, в 16-летнем возрасте.
Людке рассказал о 86 убийствах, совершенных им за двадцать лет в Кепенике и соседних городах. Его показания проверили, и полиция смогла подтвердить 53 убийства и еще три покушения на убийство.
После чего перед судебной системой Третьего рейха встал экзистенциальный вопрос: что, собственно, с этим упырём делать? Ибо негатива и без того хватало – одна только Сталинградская катастрофа чего стоила. А тут такой лютый ужас…
Поэтому его превратили… в подопытного кролика. После окончания следствия Людке не был предан суду, а был переведён в криминально-медицинский институт в Вене, созданный по инициативе Генриха Гиммлера.
Как предполагаемый показательный пример «врождённого преступника», Людке подвергался множеству биологических и антропологических исследований; осуществлялись аудиозаписи и киносъёмка. Например, он должен был принимать алкоголь; а затем ему выполняли спинномозговую пункцию.
8 апреля 1944 Бруно Людке умер при невыясненных обстоятельствах. Считается, что он погиб, вероятнее всего, во время очередного эксперимента; по другой версии — был убит смертельной инъекцией ввиду назревавшего скандала с разоблачением фальсификаций «дела» (второе сильно вряд ли – какие скандалы в Третьем рейхе 1944 года???). Его скелет был передан в судебно-медицинскую коллекцию, из которой пропал в 1960-е годы.
Был ли он виновен? Я думаю, что таки был – по ряду причин. Во-первых, у него был мотив – отомстить обществу за то, что оно сделало его изгоем – а потом вообще стерилизовало.
Во-вторых, столь сложное признание навязать и весьма неглупому человеку не просто… а уж слабоумному и вовсе нереально. И, самое главное, нафига это вообще делать? В 1944 году до «висяков» 10-20-летней давности в рейхе никому не было никакого дела – поэтому никакого профита комиссару не было.
Скорее наоборот – работать мешает, вороша давно забытые дела, когда новых невпроворот (стараниями беженцев и остарбайтеров ситуация с преступностью в Берлине была просто катастрофической).
Гораздо более похоже на правду, что Людке впервые почувствовал просто человеческое отношение, расслабился… и у него началось недержание речи (такое бывает). И потому признался, рассказав подробности, известные лишь убийце.
Scribo, ergo sum