Смертная казнь усекновением головы (обезглавливание) появилась, похоже, еще в бронзовом веке одновременно с появлением холодного оружия (топора или меча). Один из дошедших до нас барельефов свидетельствует, что в Египте этот вид казни применялся уже при Рамзесе II (это XIII век до нашей эры).
Появилась по очевидной причине – быстро, просто, эффективно и зрелищно (что немало способствует сдерживанию уголовной и политической преступности). Кстати, этот вид казни существует и поныне – он является основным, например, в Саудовской Аравии, где так казнят, например, за убийство.
В течение тысячелетий использовались только два инструмента – топор (аналогичный инструменту для разделки мясных туш) и меч (как правило, длинный и двуручный). При казни топором осуждённый обнажал шею, после чего клал голову на плаху – большую деревянную колоду в метр высотой... и в идеале отправлялся в мир иной после одного точного и сильного удара палача.
Что, увы, происходило не всегда, ибо квалификация палача была, мягко говоря, сильно разной. Поэтому иногда для отделения головы от тела требовалось с полдюжины ударов, что делало казнь весьма и весьма мучительной (зачастую намеренно, как при казни Томаса Кромвеля в старой недоброй Англии).
При казни мечом осуждённого или осуждённую (так была казнена Анна Болейн – незадачливая супруга английского короля Генриха VIII) ставили на колени с завязанными глазами и связанными за спиной руками, после чего... аналогично.
Только в XVIII веке появилась... точнее, была официально узаконена гильотина – машина для отсечения головы, которая, наконец-то, решила проблему точности удара. Впрочем, о ней я поговорю чуть ниже – как и о родственных обезглавливанию казнях (четвертовании и перерезании горла).
Обезглавливание фигурирует в просто огромном количестве церковных сказок для взрослых... то есть, извините, в «Житиях христианских святых». Написанных... правильно, многие столетия спустя гонений на христиан, масштабы которых изрядно преувеличены церковными псевдоисториками.
Ибо тщательные исследования (расследования) показали, что за триста лет общее число убитых и казнённых христиан (и то, в основном, евреями, которые считали их опасными еретиками) составило не более пяти тысяч человек.
Впоследствии эти гонения предсказуемо вышли боком уже евреям – ибо христиане отомстили им по-Кейтельски (в соотношении 100:1 как минимум). Как и предусматривал преступный «Закон о заложниках», подписанный генерал-фельдмаршалом Кейтелем. Получившим за это и другие «художества» вполне заслуженную петлю в Нюрнберге.
Вот несколько таких «церковных сказочек» (как и все прочие, написанных сабжами с явными признаками танатофилии). Святая Цецилия (прославленная Лесковым в «Тупейном художнике»), и ее муж Валерий были родом из знатных патрицианских семей, и потому им (в соответствии с декретом императора Деция) отрубили головы. Стандартная казнь в те времена для всех римских граждан, не только знатных.
Неумелый ликтор не смог с трех раз отрубить голову Цецилии. По закону запрещалось наносить больше трех ударов, поэтому палач оставил её истекать кровью. Молодая женщина умирала три дня (понятно, что это точно сказка, ибо от такой кровопотери по любому больше часа не живут).
Римская патрицианка святая Фелиция (абсолютно сказочный персонаж, изобретённый на основе известного римского приветствия «Постоянного счастья вам!») якобы воспитала семерых сыновей в христианской вере. На нее донесли, она отказалась отречься и была приговорена к смерти вместе со всеми своими детьми: троих, как и ее саму, обезглавили.
Ещё одна сказка - история святых мучеников братьев Иоанна и Павла, которые служили в охране при дворе Констанции, дочери императора Константина. Когда Юлиан Отступник взошел на трон, они вышли в отставку.
Их осудили на смерть за христианскую веру (что есть бред сивой кобылы в лунную ночь, ибо никаких гонений при Юлиане не было от слова совсем), но они были римскими гражданами и потребовали, чтобы суд состоялся в Риме.
Обоих быстро приговорили к смерти и обезглавили ночью: император боялся, что публичная казнь вызовет беспорядки в Риме. В реальности, если бы их хотели убить, то по-тихому удушили бы в тюремной камере.
Когда христианство стало официальной религией Римской империи, обезглавливание... стало применяться намного чаще. Ибо им заменили распятие, использовать которое в христианской стране было бы святотатством.
Отсечение головы было стандартным видом казни за воинские преступления; причём перед казнью приговорённых жестоко секли. Правда (как ни странно), розгами, а не римским флагрумом.
Обезглавливание менее приспособлено для массовых казней, ибо палач очень быстро устаёт, да и пси-нагрузка посильнее, чем при повешении, от чего сильно страдает точность удара... впрочем, это средневековым правителям (и мусульманским, и христианским) не мешало ничуть.
«Пророк» и военачальник (великий военачальник и государственный деятель, надо отдать ему должное) Мухаммед приказал обезглавить 600 мужчин из еврейского племени Бану Курайз (в целях устрашения своих противников). Женщин и детей обратили в рабство (это к вопросу о гуманизме мусульман).
Карл Великий (основатель современной западной цивилизации) обезглавил в Вердене более четырех тысяч человек, отказавшихся обратиться в христианство. Ричард Львиное Сердце в Святой Земле лишил голов две с половиной тысячи мусульман - ибо счёл, что выкуп за них заплатили недостаточно быстро.
В 1698 году Петр тогда ещё не Великий приказал обезглавить несколько сот взбунтовавшихся стрельцов. Он и его приближенные собственноручно казнили десятки человек. Причём казнили (что неудивительно) неумело, превратив казнь в мучительное истязание.
Как обычно, изобретательные обитатели Азии и Ближнего Востока превратили банальное отсечение головы в нечто совершенно инфернальное. Человеку сначала наносили довольно глубокие раны или «надрубали» шею, а затем умерщвляли, медленно отпиливая голову мечом.
Острое лезвие совершало бесчисленное множество возвратно-поступательных движений, постепенно погружаясь в плоть под тяжестью собственного веса. Мясники-с, если называть вещи своими именами.
В Англии, России и многочисленных немецких княжествах головы рубили топором; во Франции, Италии, Испании – мечом. Арабы предпочитали саблю (тот же меч, по сути, только изогнутый). В общем, можно сказать, что северные страны предпочитали топор, латинские – меч.
В Англии, в правление Генриха VIII, происходило более семисот казней в год, две трети совершались топором, треть мечом (ибо французское влияние-с). Сам монарх, не колеблясь, отправил на плаху двух из шести своих жен – Анну Болейн и Катерину Говард (последнюю казнили топором).
В 1554 году по приказу Марии Тюдор топором отрубили головы семнадцатилетней принцессе Джейн Грей, ее мужу и отцу. В 1587 году топор лишил жизни Марию Стюарт, королеву Шотландии, обезглавленную в тюрьме... нет, не по приказу своей кузины Елизаветы I.
Это была самодеятельность одного из сановников английской королевы, за которую он сам чуть не поплатился головой. И опять-таки топором в 1649 году на площади перед Уайтхоллом казнили английского короля Карла I Стюарта.
Одними из последних казней топором были казни баронессы Бениты фон Фалькенхайн и ее подруги Ренаты фон Натцмер. Подруги были приговорены к смерти Народным судом за шпионаж (они работали на польскую разведку) и были обезглавлены 18 февраля 1935 года в берлинской тюрьме Плётцензее.
Впрочем, ходят упорные слухи, что на самом деле последней была боец французского Сопротивления еврейка Ольга Бантшик. 21 февраля 1944 года она и ещё 22 подпольщика (все - мужчины) были приговорены к смертной казни.
Все, кроме Ольги, в тот же день были расстреляны в форте Мон-Валерен (именно там приводились в исполнение смертные приговоры, которые выносил французский суд – именно этот суд их и приговорил).
Ольга была казнена топором потому, что по французским законам женщину нельзя было приговорить к смерти за политические преступления (только за уголовные) … поэтому Ольгу пришлось депортировать в собственно рейх.
В Штутгарте (вот бы ещё понять, почему именно там), её судила Народная судебная палата, приговорила к смерти – в полном соответствии с законами рейха – после чего она была обезглавлена во дворе местной тюрьмы в шесть утра в день своего 32-летия и похоронена в тот же день.
То ли в позднем детстве, то ли в ранней юности – уже не помню – я прочитал книгу немецкого писателя Эриха Церена Библейские холмы. Книга очень неплохая – non-fiction о возникновении и развитии библейской археологии.
За исключением одной истории, которая (ИМХО) пострашнее любого ужастика будет – хоть книги, хоть кинофильма. По уверениям автора, эту историю до сих пор рассказывают и у костров бедуинов, и в сералях (дворцах мусульманских правителей), и в безмолвных (и не очень) гаремах.
Это история гробницы основателя ислама пророка Мохаммеда в священном городе Медине (где, собственно, пророк и скончался в 632 году нашей эры). Том самом замечательном месте, где не-мусульманам гарантирована смертная казнь просто за то, что они посмели посетить этот город. С Меккой – другим священным мусульманским городом – та же история. Милая религия, в общем.
Ну так вот, с течением времени могила пришла… в общем, в ненадлежащее состояние. Требующее серьёзного ремонта. Загвоздка была в том, что по законам Медины того времени, каждого, кто осмелится войти в склеп, надлежало казнить немедленно. Закон, понятное дело, никто отменять не собирался.
И даже сделать исключение для ремонтников. Поэтому всех мастеровых, изъявивших желание произвести нужный ремонт, честно предупредили, что в награду за выполненную работу им сразу по окончании ремонта... отрубят голову.
Как ни странно, один «мусульманский камикадзе» таки нашёлся. Неизвестно, что им двигало (последнего слова ему никто не предоставил, да он, собственно, и не просил), но он согласился на эти условия. Он отремонтировал склеп, поднялся и добровольно и спокойно отдал свою голову на отсечение. Молча склонил он голову, и так же молча ему отрубили ее.
Причем никто – ни власти, ни сам ремонтник, ни даже рассказчики этой жуткой истории – ни на секунду не сомневались в том, что всё было сделано правильно и праведно. И в смысле ремонта, и в смысле «вознаграждения».
Краткая энциклопедия пыток и казней
-
RolandVT
- Posts: 38848
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 656 times
- Been thanked: 11411 times
-
RolandVT
- Posts: 38848
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 656 times
- Been thanked: 11411 times
Энциклопедия пыток и казней. Гильотина
Ошибки палача при обезглавливании в конце концов надоели... да всем практически, в результате чего смертная казнь обезглавливанием была либо вовсе упразднена (её заменило куда более надёжное повешение), либо стала осуществляться с помощью специальной машины. Гильотины.
Которая к моменту её официального принятия в качестве орудия казни в 1792 году в республиканской Франции, активно (хоть и не так чтобы широко) использовалась по всему миру уже несколько столетий. Не только в Европе, но даже... в Индонезии.
Да и сам доктор Гильотен (на самом деле, Гийотен), который 10 октября 1789 года предложил использовать гильотину как более гуманное орудие казни – ибо это машина, впервые увидел этот жуткий дивайс… на гравюре Альбрехта Дюрера.
На гравюре был изображен... римский диктатор Тит Манлий Торкват, обезглавливающий собственного сына с помощью аппарата для отрезания голов. В 235 году до нашей эры...
В Риме гильотина (изначально сконструированная для обезглавливания быков) не прижилась – ибо в империи головы рубили солдаты, которые не промахивались, ибо боевая подготовка была на уровне.
Однако прижилась в Италии, где её начали использовать ещё в XVI веке (этим дивайсом была казнена знаменитая отцеубийца Беатриче Ченчи и её подельницы). Что занятно, в Риме…
Итальянская предшественница гильотины получила название мандайя. Тесак, если в переводе на русский. В отличие от французского потомка, мандайя имела смешанную конструкцию - полукруглый тесак (во Франции лезвие было косое) крепился к тяжёлому деревянному брусу и падал с несколько меньшей высоты.
Кроме того, приговорённый клал голову на обычную плаху для обезглавливания, а не продевал в деревянный (позднее металлический) ошейник.
В одном из старых подвалов Италии хранится гильотина, которая более чем на два столетия предшествовала Французской революции. В деревне Караваджо есть святилище, посвящённое Санта-Марии-дель-Фонте (Святой Марии Весенней). Согласно легенде, она явилась пастушке 26 мая 1432 года именно в этом месте. Святилище состоит из монументальной церкви, окружённой ландшафтными садами и четырьмя симметричными портиками.
Под этим огромным сооружением находится коридор, проходящий по всей ширине церкви. Коридор разделён на пять секций (келий). Если подойти к нему с юго-западной стороны, то в первой ячейке находится фонтан, соединённый с так называемым Священным источником.
Источником, вода которого считается благословенной. Вторая ячейка ничем не примечательна и просто соединяет первую с третьей, в которой находятся две мозаики. Четвёртая секция также является соединительной.
А в последней на северо-восточной стороне святилища находится ниша с примитивной гильотиной образца XVI века. Печально знаменитую отцеубийцу Беатриче Ченчи и её подельников обезглавили в 1599 году именно на такой.
Легенда гласит, что в 1520 году был схвачен разбойник, которого приговорили к высшей мере наказания. На пороге смерти этот человек раскаялся и попросил у Марии прощения.
В результате гильотина «отказалась» обезглавить его, сохранив жизнь. Это одно из нескольких предполагаемых чудес, связанных со Святой Марией, и с того дня это орудие смерти хранится в святилище как реликвия.
На самом деле, Богородица, скорее всего, не при делах совсем - ибо мандайя, скажем так, особой надёжностью не отличалось (в отличие от своих сестёр в Британии и Германии и Луизетты во Франции).
По сравнению со своим французским аналогом, эта гильотина маленькая и примитивная... но работу свою делала, как правило, исправно (хотя и не без периодических сбоев).
Лезвие мандайи закреплено под тяжёлым бревном, которое держалось над головой приговорённого с помощью двух металлических колец. Когда бревно отпускали, под его весом лезвие скользило по направляющим, и удар обезглавливал приговорённого... или приговорённой (женщинам рубили головы наравне с мужчинами - никакой гендерной дискриминации).
Слева от гильотины есть надпись: «Над головой раскаявшегося бандита, ожидающего смерти по человеческому правосудию». Справа другая надпись: «Материнская благосклонность Девы Марии останавливает смертоносный топор 26 мая 1520 года».
Да не при чём тут Дева Мария, успокойтесь. Просто сбойнул дивайс... бывает. А разбойник, не будь дурак, поднял такой шум и так громко благодарил Богородицу, что власти его решили помиловать. А то мало ли что учудят местные религиозные фанатики (кровавый бунт вспыхивал и по менее существенным поводам).
Что с ним произошло потом, неясно... скорее всего, отправился в тюрьму или на каторгу... на какое-то время. С бандой Ченчи была похожая история - младшему брату Беатриче, Бернардо, которому было 15 лет на момент совершения и в самом преступлении он не участвовал - только в подготовке - смертная казнь была заменена на пожизненное заключение (через год покаяния он был отпущен).
Однако наиболее известной предшественницей гильотины была так называемая «галифакская Дева» (почему-то все эти дивайсы были женского рода – неужели потому, что самка богомола откусывает голову самцу?).
Предположительно галифакская машина появилась в английском городе Галифаксе (отсюда и название) в XIV веке - в правление короля Эдуарда III. В соответствии с приходской книгой записи смертей с марта 1541 года по апрель 1650 года эта машина отправила на тот свет... всего-то полсотни преступников.
В былые времена в городе Галифаксе был такой закон или скорей обычай, что если кто-то совершил преступление и взят с поличным или признался в совершении кражи и если четыре констебля оценивали стоимость украденного в 13 с половиной пенсов, то в один из ближайших базарных дней (обычно они падали на вторники, четверги и субботы) ему прилюдно отрубали голову.
Насколько эффективным этот реально драконовский закон, о том история умалчивает. Судя по тому, что за сто лет так казнили всего полсотни преступников, то очень даже эффективным.
Машина, с помощью которой производилась казнь, имела деревянную прямоугольную колоду, которая двигалась вверх и вниз в пазах между двух брусов длиной в пять метров, установленных вертикально.
В нижней части колоды находился нож, прикрепленный к ней болтами. Колоду поднимали до самого верха и закрепляли в таком положении с помощью деревянного штифта. К штифту был привязан конец длинной веревки, другой конец которой кидали в толпу.
Когда преступник, исповедавшись и получив отпущение грехов, клал голову на плаху, каждый присутствовавший мог взять конец веревки и выдернуть штифт. Колода с ножом падала вниз с такой силой, что, даже если бы шея преступника была такой же толстой, как у быка, его голова все равно бы оказалась отрубленной одним ударом. Собственно, именно для быка сей дивайс изначально и изобрели.
Если украдены были бык или лошадь, или корова, то животное приводили к месту казни и привязывали к нему свободный конец веревки; когда наступало время совершить казнь, по сигналу судебного пристава животное стегали кнутом, оно шло вперед, выдергивало штифт и тем самым отсекало преступнику голову.
Кстати, занятно, что название города Галифакса происходит от древнеанглийских слов holy (святой) и face (лицо), так как, по здешней легенде, после казни Иоанна Крестителя в этой местности была захоронена… его голова.
По сравнению со своими предшественницами, гильотина имела три ключевых преимущества. Во-первых, в немецких, английских и итальянских аппаратах осужденный должен был стоять на коленях, а голову наклонять вперед. Во время казни на гильотине осужденный ложился на живот, после чего его (или её) привязывали к доске. Что обеспечивало гораздо более надёжную работу.
Во-вторых, голова казнимого (или казнимой, ибо «равенство») фиксировалась деревянным ошейником, что обеспечивало полную неподвижность приговорённого и точное попадание лезвие куда надо.
И, наконец, сравнительная неэффективность предшествующих «головорубок» была обусловлена применением прямых или вогнутых лезвий, которые скорее разрывали и раздавливали плоть, нежели разрезали ее.
В гильотине эту проблему решил нож со скошенным краем (по слухам, это было предложение... короля Людовика XVI, которому было суждено проверить эффективность оного на собственной шее).
Более сорока тысяч (!!) отрезанных голов станут доказательством невиданной эффективности сей «дочери эпохи Просвещения». За три года. Для сравнения – примерно таково общее число ведьм, казнённых властями за ТРИ ВЕКА...
10 октября 1789 года на заседании Учредительного собрания Гильотен предложил использовать для обезглавливания механизм, который, как он считал, не будет причинять боли – ибо будет убивать мгновенно и без сбоев.
Поскольку сам Гильотен конструировать орудие убийства отказался (он вообще был убеждённым противником смертной казни), Национальное собрание обратилось к постоянному секретарю Хирургической академии доктору Антуану Луи (отсюда Луизетта), известному своими научными трудами по хирургии.
Предполагалось, что если он умеет «резать» человека с целью сохранить ему жизнь, то, весьма вероятно, сможет придумать и нечто, быстро её отнимающее. Профессор Луи обратился к немецкому механику и фортепьянному (!!!) мастеру Тобиасу Шмидту, который по его чертежам построил гильотину. Принимал участие в создании гильотины и парижский палач Шарль Анри Сансон.
В 1791 году во Франции было официально узаконено применение гильотины для казни. 17 апреля 1792 года в 10 часов утра произвели первое испытание машины… а уже 25 апреля на Гревской площади гильотина была впервые использована по назначению: был казнён обыкновенный вор Николя Пеллетье.
Палачом был знаменитый Шарль-Анри Сансон (Сансон Великий). Толпа зевак, приученная со времён средневековья к зрелищным казням, была разочарована быстротой казни на гильотине.
Существует распространённое представление, что Гильотен был гильотинирован. Это не так… однако он действительно едва не пал жертвой собственного детища - в начале июня 1794 года он был арестован по приказу Робеспьера. Его спас переворот - после казни Робеспьера 28 июля 1794 года Гильотен был освобождён.
Доктор Гильотен умер естественной смертью 26 марта 1814 года (в возрасте 75 лет) в Париже от естественных причин и был похоронен на кладбище Пер-Лашез. После его смерти члены его семьи просили правительство изменить название гильотины, но им было отказано. Тогда семья изменила собственное имя.
Гильотина применялась в качестве орудия смертной казни в основном в трёх странах – во Франции, Германии и Италии. В Германии гильотина (Fallbeil) использовалась с XVII века (т.е. задолго до французской).
Параллельно в некоторых землях Германии практиковалось и обезглавливание при помощи топора, окончательно отменённое лишь в 1936 году (по другим данным – в 1944-м).
В отличие от французской «сестры», немецкая гильотина была гораздо ниже и имела металлические вертикальные стойки и лебёдку для подъёма более тяжёлого ножа.
После модификации палачом Райхартом, Fallbeil получила фиксированную скамью (а не поворотную, как во Франции), к которой смертника не привязывали – его или её помощники палача удерживали руками, что сокращало время казни.
В Третьем рейхе гильотинирование применялось к уголовным преступникам. В Германии и Австрии между 1933 и 1945 годами было обезглавлено около 40 тысяч человек (столько же якобинцы казнили за ОДИН ГОД).
Поскольку бойцы Сопротивления не принадлежали к регулярной армии, они считались обычными преступниками (в полном соответствии с Гаагской конвенцией) и иногда отвозились в Германию и гильотинировались. Как правило, это были женщины-француженки, казнить которых запрещал французский закон, который оккупанты соблюдали.
Во Франции последняя казнь на гильотине состоялась в 1977 году (в 1981 году смертная казнь была отменена); в ФРГ смертная казнь была отменена в 1949 году... ну а в «народной» ГДР гильотинировали до 1966 года (затем гильотину заменили существенно менее кровавым расстрелом выстрелом в затылок).
В отличие от французской и немецкой сестёр, римская гильотина образца XIX столетия имела прямое лезвие и угловатые «тиски», зажимавшие тело осужденного. Последняя казнь гильотиной в Риме (в то время входившем в состав Папской области) состоялась 9 июля 1870 года.
После объединения Италии гильотина была отменена наравне с «папским» правом. Большую часть казней провёл римский палач Джованни Баттиста Бугатти, ушедший в отставку в 1865 году в возрасте 85 лет (!!). За более, чем шесть десятилетий (!!!) он собственноручно отправил на тот свет (верёвкой, мечом и гильотиной) 516 человек…
Которая к моменту её официального принятия в качестве орудия казни в 1792 году в республиканской Франции, активно (хоть и не так чтобы широко) использовалась по всему миру уже несколько столетий. Не только в Европе, но даже... в Индонезии.
Да и сам доктор Гильотен (на самом деле, Гийотен), который 10 октября 1789 года предложил использовать гильотину как более гуманное орудие казни – ибо это машина, впервые увидел этот жуткий дивайс… на гравюре Альбрехта Дюрера.
На гравюре был изображен... римский диктатор Тит Манлий Торкват, обезглавливающий собственного сына с помощью аппарата для отрезания голов. В 235 году до нашей эры...
В Риме гильотина (изначально сконструированная для обезглавливания быков) не прижилась – ибо в империи головы рубили солдаты, которые не промахивались, ибо боевая подготовка была на уровне.
Однако прижилась в Италии, где её начали использовать ещё в XVI веке (этим дивайсом была казнена знаменитая отцеубийца Беатриче Ченчи и её подельницы). Что занятно, в Риме…
Итальянская предшественница гильотины получила название мандайя. Тесак, если в переводе на русский. В отличие от французского потомка, мандайя имела смешанную конструкцию - полукруглый тесак (во Франции лезвие было косое) крепился к тяжёлому деревянному брусу и падал с несколько меньшей высоты.
Кроме того, приговорённый клал голову на обычную плаху для обезглавливания, а не продевал в деревянный (позднее металлический) ошейник.
В одном из старых подвалов Италии хранится гильотина, которая более чем на два столетия предшествовала Французской революции. В деревне Караваджо есть святилище, посвящённое Санта-Марии-дель-Фонте (Святой Марии Весенней). Согласно легенде, она явилась пастушке 26 мая 1432 года именно в этом месте. Святилище состоит из монументальной церкви, окружённой ландшафтными садами и четырьмя симметричными портиками.
Под этим огромным сооружением находится коридор, проходящий по всей ширине церкви. Коридор разделён на пять секций (келий). Если подойти к нему с юго-западной стороны, то в первой ячейке находится фонтан, соединённый с так называемым Священным источником.
Источником, вода которого считается благословенной. Вторая ячейка ничем не примечательна и просто соединяет первую с третьей, в которой находятся две мозаики. Четвёртая секция также является соединительной.
А в последней на северо-восточной стороне святилища находится ниша с примитивной гильотиной образца XVI века. Печально знаменитую отцеубийцу Беатриче Ченчи и её подельников обезглавили в 1599 году именно на такой.
Легенда гласит, что в 1520 году был схвачен разбойник, которого приговорили к высшей мере наказания. На пороге смерти этот человек раскаялся и попросил у Марии прощения.
В результате гильотина «отказалась» обезглавить его, сохранив жизнь. Это одно из нескольких предполагаемых чудес, связанных со Святой Марией, и с того дня это орудие смерти хранится в святилище как реликвия.
На самом деле, Богородица, скорее всего, не при делах совсем - ибо мандайя, скажем так, особой надёжностью не отличалось (в отличие от своих сестёр в Британии и Германии и Луизетты во Франции).
По сравнению со своим французским аналогом, эта гильотина маленькая и примитивная... но работу свою делала, как правило, исправно (хотя и не без периодических сбоев).
Лезвие мандайи закреплено под тяжёлым бревном, которое держалось над головой приговорённого с помощью двух металлических колец. Когда бревно отпускали, под его весом лезвие скользило по направляющим, и удар обезглавливал приговорённого... или приговорённой (женщинам рубили головы наравне с мужчинами - никакой гендерной дискриминации).
Слева от гильотины есть надпись: «Над головой раскаявшегося бандита, ожидающего смерти по человеческому правосудию». Справа другая надпись: «Материнская благосклонность Девы Марии останавливает смертоносный топор 26 мая 1520 года».
Да не при чём тут Дева Мария, успокойтесь. Просто сбойнул дивайс... бывает. А разбойник, не будь дурак, поднял такой шум и так громко благодарил Богородицу, что власти его решили помиловать. А то мало ли что учудят местные религиозные фанатики (кровавый бунт вспыхивал и по менее существенным поводам).
Что с ним произошло потом, неясно... скорее всего, отправился в тюрьму или на каторгу... на какое-то время. С бандой Ченчи была похожая история - младшему брату Беатриче, Бернардо, которому было 15 лет на момент совершения и в самом преступлении он не участвовал - только в подготовке - смертная казнь была заменена на пожизненное заключение (через год покаяния он был отпущен).
Однако наиболее известной предшественницей гильотины была так называемая «галифакская Дева» (почему-то все эти дивайсы были женского рода – неужели потому, что самка богомола откусывает голову самцу?).
Предположительно галифакская машина появилась в английском городе Галифаксе (отсюда и название) в XIV веке - в правление короля Эдуарда III. В соответствии с приходской книгой записи смертей с марта 1541 года по апрель 1650 года эта машина отправила на тот свет... всего-то полсотни преступников.
В былые времена в городе Галифаксе был такой закон или скорей обычай, что если кто-то совершил преступление и взят с поличным или признался в совершении кражи и если четыре констебля оценивали стоимость украденного в 13 с половиной пенсов, то в один из ближайших базарных дней (обычно они падали на вторники, четверги и субботы) ему прилюдно отрубали голову.
Насколько эффективным этот реально драконовский закон, о том история умалчивает. Судя по тому, что за сто лет так казнили всего полсотни преступников, то очень даже эффективным.
Машина, с помощью которой производилась казнь, имела деревянную прямоугольную колоду, которая двигалась вверх и вниз в пазах между двух брусов длиной в пять метров, установленных вертикально.
В нижней части колоды находился нож, прикрепленный к ней болтами. Колоду поднимали до самого верха и закрепляли в таком положении с помощью деревянного штифта. К штифту был привязан конец длинной веревки, другой конец которой кидали в толпу.
Когда преступник, исповедавшись и получив отпущение грехов, клал голову на плаху, каждый присутствовавший мог взять конец веревки и выдернуть штифт. Колода с ножом падала вниз с такой силой, что, даже если бы шея преступника была такой же толстой, как у быка, его голова все равно бы оказалась отрубленной одним ударом. Собственно, именно для быка сей дивайс изначально и изобрели.
Если украдены были бык или лошадь, или корова, то животное приводили к месту казни и привязывали к нему свободный конец веревки; когда наступало время совершить казнь, по сигналу судебного пристава животное стегали кнутом, оно шло вперед, выдергивало штифт и тем самым отсекало преступнику голову.
Кстати, занятно, что название города Галифакса происходит от древнеанглийских слов holy (святой) и face (лицо), так как, по здешней легенде, после казни Иоанна Крестителя в этой местности была захоронена… его голова.
По сравнению со своими предшественницами, гильотина имела три ключевых преимущества. Во-первых, в немецких, английских и итальянских аппаратах осужденный должен был стоять на коленях, а голову наклонять вперед. Во время казни на гильотине осужденный ложился на живот, после чего его (или её) привязывали к доске. Что обеспечивало гораздо более надёжную работу.
Во-вторых, голова казнимого (или казнимой, ибо «равенство») фиксировалась деревянным ошейником, что обеспечивало полную неподвижность приговорённого и точное попадание лезвие куда надо.
И, наконец, сравнительная неэффективность предшествующих «головорубок» была обусловлена применением прямых или вогнутых лезвий, которые скорее разрывали и раздавливали плоть, нежели разрезали ее.
В гильотине эту проблему решил нож со скошенным краем (по слухам, это было предложение... короля Людовика XVI, которому было суждено проверить эффективность оного на собственной шее).
Более сорока тысяч (!!) отрезанных голов станут доказательством невиданной эффективности сей «дочери эпохи Просвещения». За три года. Для сравнения – примерно таково общее число ведьм, казнённых властями за ТРИ ВЕКА...
10 октября 1789 года на заседании Учредительного собрания Гильотен предложил использовать для обезглавливания механизм, который, как он считал, не будет причинять боли – ибо будет убивать мгновенно и без сбоев.
Поскольку сам Гильотен конструировать орудие убийства отказался (он вообще был убеждённым противником смертной казни), Национальное собрание обратилось к постоянному секретарю Хирургической академии доктору Антуану Луи (отсюда Луизетта), известному своими научными трудами по хирургии.
Предполагалось, что если он умеет «резать» человека с целью сохранить ему жизнь, то, весьма вероятно, сможет придумать и нечто, быстро её отнимающее. Профессор Луи обратился к немецкому механику и фортепьянному (!!!) мастеру Тобиасу Шмидту, который по его чертежам построил гильотину. Принимал участие в создании гильотины и парижский палач Шарль Анри Сансон.
В 1791 году во Франции было официально узаконено применение гильотины для казни. 17 апреля 1792 года в 10 часов утра произвели первое испытание машины… а уже 25 апреля на Гревской площади гильотина была впервые использована по назначению: был казнён обыкновенный вор Николя Пеллетье.
Палачом был знаменитый Шарль-Анри Сансон (Сансон Великий). Толпа зевак, приученная со времён средневековья к зрелищным казням, была разочарована быстротой казни на гильотине.
Существует распространённое представление, что Гильотен был гильотинирован. Это не так… однако он действительно едва не пал жертвой собственного детища - в начале июня 1794 года он был арестован по приказу Робеспьера. Его спас переворот - после казни Робеспьера 28 июля 1794 года Гильотен был освобождён.
Доктор Гильотен умер естественной смертью 26 марта 1814 года (в возрасте 75 лет) в Париже от естественных причин и был похоронен на кладбище Пер-Лашез. После его смерти члены его семьи просили правительство изменить название гильотины, но им было отказано. Тогда семья изменила собственное имя.
Гильотина применялась в качестве орудия смертной казни в основном в трёх странах – во Франции, Германии и Италии. В Германии гильотина (Fallbeil) использовалась с XVII века (т.е. задолго до французской).
Параллельно в некоторых землях Германии практиковалось и обезглавливание при помощи топора, окончательно отменённое лишь в 1936 году (по другим данным – в 1944-м).
В отличие от французской «сестры», немецкая гильотина была гораздо ниже и имела металлические вертикальные стойки и лебёдку для подъёма более тяжёлого ножа.
После модификации палачом Райхартом, Fallbeil получила фиксированную скамью (а не поворотную, как во Франции), к которой смертника не привязывали – его или её помощники палача удерживали руками, что сокращало время казни.
В Третьем рейхе гильотинирование применялось к уголовным преступникам. В Германии и Австрии между 1933 и 1945 годами было обезглавлено около 40 тысяч человек (столько же якобинцы казнили за ОДИН ГОД).
Поскольку бойцы Сопротивления не принадлежали к регулярной армии, они считались обычными преступниками (в полном соответствии с Гаагской конвенцией) и иногда отвозились в Германию и гильотинировались. Как правило, это были женщины-француженки, казнить которых запрещал французский закон, который оккупанты соблюдали.
Во Франции последняя казнь на гильотине состоялась в 1977 году (в 1981 году смертная казнь была отменена); в ФРГ смертная казнь была отменена в 1949 году... ну а в «народной» ГДР гильотинировали до 1966 года (затем гильотину заменили существенно менее кровавым расстрелом выстрелом в затылок).
В отличие от французской и немецкой сестёр, римская гильотина образца XIX столетия имела прямое лезвие и угловатые «тиски», зажимавшие тело осужденного. Последняя казнь гильотиной в Риме (в то время входившем в состав Папской области) состоялась 9 июля 1870 года.
После объединения Италии гильотина была отменена наравне с «папским» правом. Большую часть казней провёл римский палач Джованни Баттиста Бугатти, ушедший в отставку в 1865 году в возрасте 85 лет (!!). За более, чем шесть десятилетий (!!!) он собственноручно отправил на тот свет (верёвкой, мечом и гильотиной) 516 человек…
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38848
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 656 times
- Been thanked: 11411 times
Энциклопедия пыток и казней. Расстреляние стрелами
До примерно XIX столетия, расстрел был весьма экзотическим видом смертной казни, очень редко применявшимся на практике. Единственный документально установленный случай в древней Европе – казнь одного из полководцев Александра Македонского, Филота, обвиненного в заговоре.
Традиционным наказанием за такие преступления для ВИП-персон в те годы было обезглавливание… но, видимо, в тот день Александр Великий по каким-то причинам счёл эту казнь слишком кровавой. И отдал приказ Филота расстрелять из луков.
Всемирно известная история святого Себастьяна, конечно же, лютый фейк. Церковная сказка для взрослых. Которая, тем не менее, стала одним из излюбленных сюжетов европейской живописи на многие столетия.
Фейк сразу по двум причинам. Во-первых, обращение в христианство профессионального военного, преторианца личной охраны императора Диоклетиана, было бы воинским преступлением и потому Себастиана казнили бы отсечением головы (с предварительной поркой розгами или без таковой).
Ибо так гласил закон, нарушать который не мог даже император (тем более, что в те годы власть оного была далека от абсолютной). Во-вторых, в то время луки в римской армии практически не использовались – метательным оружием служили дротики. Весьма эффективным, надо отметить (Будика не даст соврать).
Фейком является и история и некоей 11-летней (!!) Кристины, которую якобы арестовали и казнили по приказу собственного отца - правителя города Урбана (убийство дочери-христианки отцом вообще очень популярный сюжет в церковных сказках, что явно намекает на педофильские наклонности их авторов).
Во-первых, потому, что аристократкам рубили головы; а, во-вторых, потому, что детей римских граждан в империи не казнили вообще – за такое самоуправство можно было лишиться не только должности, но и головы.
К тому же для правителя города переход в христианство его дочки был бы таким позором (и таким подарком для его недругов, которых всегда в избытке), что он просто отправил бы её куда подальше... с надёжной охраной.
Расстрел из луков некоей Ирины Константинопольской в те же времена, тоже фейк. Ибо её либо обезглавили бы, либо сожгли на костре. Эта история, как и сотни других, является прекрасным свидетельством незнания «церковными сказочниками» реалий Римской империи.
В которой существовал очень чёткий уголовный кодекс, в котором каждому преступлению соответствовали один-два вида смертной казни. Решение о которой принималось... правильно, на основе высокоразвитой системы римского права. Которая делала императорский произвол практически невозможным.
Ещё одной мифической христианской мученицей, которую якобы расстреляли стрелами, является святая Урсула. Легенда о которой такая дичь в полоску (11 тысяч дев на 11 кораблях только для начала это что-то с чем-то), что хочется задать сказочникам только один вопрос: «Где такую забористую травку берёте... или грибочки?»
Зато восточные народы – парфяне, египтяне и прочие, равно как азиаты, и в том числе гунны, питали к луку особую страсть и широко практиковали такие казни. Массовые расстрелы стрелами случались и на Руси... в правление великого и ужасного Вани Грозного.
Говорят, он любил так казнить обнаженных женщин... впрочем, и рвать собаками тоже. Хотя, если честно, Иван свет наш Васильевич так сильно насолил настолько многим, что многие истории о его якобы чудовищной жестокости запросто могут оказаться всего лишь мелкой местью в виде «чёрного пиара».
А вот что за воинские преступления в его эпоху могли так казнить, я охотно верю. Ибо на Руси того времени, много позаимствовавшей у татар с монголами, лук юзали много и часто.
Юзали его и конкистадоры, ибо порох и пули стоили дорого и было их не так чтобы уж много. И потому нередко расстреливали из луков индейских вождей и старейшин... а также их жён.
В основном, в целях устрашения, ибо делали это на плотах, которые потом пускали по реке... в сторону повстанцев. Впрочем, и жгли, и вешали дьяволопоклонников тоже энергично весьма.
С широким распространением огнестрельного оружия расстрел из луков и арбалетов предсказуемо и необратимо канул в Лету. Его заменило (выражаясь языком воинского артикула Петра Великого) расстреляние пулями.
Традиционным наказанием за такие преступления для ВИП-персон в те годы было обезглавливание… но, видимо, в тот день Александр Великий по каким-то причинам счёл эту казнь слишком кровавой. И отдал приказ Филота расстрелять из луков.
Всемирно известная история святого Себастьяна, конечно же, лютый фейк. Церковная сказка для взрослых. Которая, тем не менее, стала одним из излюбленных сюжетов европейской живописи на многие столетия.
Фейк сразу по двум причинам. Во-первых, обращение в христианство профессионального военного, преторианца личной охраны императора Диоклетиана, было бы воинским преступлением и потому Себастиана казнили бы отсечением головы (с предварительной поркой розгами или без таковой).
Ибо так гласил закон, нарушать который не мог даже император (тем более, что в те годы власть оного была далека от абсолютной). Во-вторых, в то время луки в римской армии практически не использовались – метательным оружием служили дротики. Весьма эффективным, надо отметить (Будика не даст соврать).
Фейком является и история и некоей 11-летней (!!) Кристины, которую якобы арестовали и казнили по приказу собственного отца - правителя города Урбана (убийство дочери-христианки отцом вообще очень популярный сюжет в церковных сказках, что явно намекает на педофильские наклонности их авторов).
Во-первых, потому, что аристократкам рубили головы; а, во-вторых, потому, что детей римских граждан в империи не казнили вообще – за такое самоуправство можно было лишиться не только должности, но и головы.
К тому же для правителя города переход в христианство его дочки был бы таким позором (и таким подарком для его недругов, которых всегда в избытке), что он просто отправил бы её куда подальше... с надёжной охраной.
Расстрел из луков некоей Ирины Константинопольской в те же времена, тоже фейк. Ибо её либо обезглавили бы, либо сожгли на костре. Эта история, как и сотни других, является прекрасным свидетельством незнания «церковными сказочниками» реалий Римской империи.
В которой существовал очень чёткий уголовный кодекс, в котором каждому преступлению соответствовали один-два вида смертной казни. Решение о которой принималось... правильно, на основе высокоразвитой системы римского права. Которая делала императорский произвол практически невозможным.
Ещё одной мифической христианской мученицей, которую якобы расстреляли стрелами, является святая Урсула. Легенда о которой такая дичь в полоску (11 тысяч дев на 11 кораблях только для начала это что-то с чем-то), что хочется задать сказочникам только один вопрос: «Где такую забористую травку берёте... или грибочки?»
Зато восточные народы – парфяне, египтяне и прочие, равно как азиаты, и в том числе гунны, питали к луку особую страсть и широко практиковали такие казни. Массовые расстрелы стрелами случались и на Руси... в правление великого и ужасного Вани Грозного.
Говорят, он любил так казнить обнаженных женщин... впрочем, и рвать собаками тоже. Хотя, если честно, Иван свет наш Васильевич так сильно насолил настолько многим, что многие истории о его якобы чудовищной жестокости запросто могут оказаться всего лишь мелкой местью в виде «чёрного пиара».
А вот что за воинские преступления в его эпоху могли так казнить, я охотно верю. Ибо на Руси того времени, много позаимствовавшей у татар с монголами, лук юзали много и часто.
Юзали его и конкистадоры, ибо порох и пули стоили дорого и было их не так чтобы уж много. И потому нередко расстреливали из луков индейских вождей и старейшин... а также их жён.
В основном, в целях устрашения, ибо делали это на плотах, которые потом пускали по реке... в сторону повстанцев. Впрочем, и жгли, и вешали дьяволопоклонников тоже энергично весьма.
С широким распространением огнестрельного оружия расстрел из луков и арбалетов предсказуемо и необратимо канул в Лету. Его заменило (выражаясь языком воинского артикула Петра Великого) расстреляние пулями.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38848
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 656 times
- Been thanked: 11411 times
Энциклопедия пыток и казней. Расстреляние пулями
Изобретение огнестрельного оружия привело к появлению нового способа казни, которое получило название «аркебузирования». Ибо расстреливали из аркебуз — огнестрельного оружия на переносном треножнике, стрелявшего аж стограммовыми (!) свинцовыми пулями.
Нафига это было надо, учитывая крайнюю дороговизну пороха и пуль и чудовищно низкую точность оных (известны случаи, когда залп из полусотни аркебуз лишь легко ранил приговорённого), объяснил бы мне кто-нибудь.
Первым актом расстрела, имевшим сколько-нибудь заметное историческое значение, следует считать расстрел в Англии по приговору суда, организованного Оливером Кромвелем, солдата-«уравнителя» Арнольда как зачинщика солдатского бунта 15 ноября 1647 года.
Изначально к расстрелам приговаривали солдат и только в исключительных случаях - гражданских лиц. Такой способ казни считался благородным и даже почетным, тогда как повешение несло на себе печать бесчестия... возможно, только поэтому его и ввели, хотя отсечение головы вроде тоже было «почётным» видом казни. В общем, непонятно.
Этот метод обычно применялся в качестве смертной казни военными судами за такие преступления, как трусость, дезертирство, шпионаж, убийство, мятеж или государственная измена.
Характер преимущественно воинской казни расстрел сохранял еще в XIX веке, тогда как по приговорам гражданских судов применялось повешение или гильотинирование или отсечение головы топором или мечом. Первой страной, которая в XIX веке ввела расстрел как основной вид казни и для гражданских, была, как ни странно, Сербия.
В России первый случай «аркебузирования» отмечен в 1679 году, но официально этот вид казни был введен в 1715 году «Артикулом воинским», составленным на основе саксонского военного устава.
Сегодня в восьмидесяти шести странах из ста двух, где по военному или гражданскому уголовному кодексу де-юре существует смертная казнь за уголовные преступления (де-факто мало где), используют расстрел.
Техника проведения расстрела в разных странах разная. В СССР (где стараниями Сталина сотоварищи расстреляли в общей сложности точно больше МИЛЛИОНА человек) обычно стреляли в затылок из пистолета или револьвера.
В других странах палачей несколько (от шести до двенадцати), а расстреливали из винтовок, в одну из которых обязательно помещается холостой заряд. Так что никто из стрелков не знает наверняка, что это его пуля убила приговорённого.
В некоторых странах казнят, ставя осужденного лицом к строю. Он стоит (или сидит на стуле) с завязанными глазами, но с открытым лицом. В других - на голову казнимому надевают капюшон, В третьих осужденному, как правило стоящему во весь рост, стреляют из винтовок в спину (так расстреливал вермахт на оккупированных территориях Восточной Европы).
Вопреки распространённому заблуждению, с расстояния в несколько метров убить выстрелом в сердце много легче, чем в голову, поэтому стрелкам обычно дают указание целиться в сердце, иногда с помощью бумажной или тканевой мишени.
Заключенному обычно завязывают глаза или надевают на голову тканевый мешок, а также связывают руки за спиной... или надёжно привязывают к столбу или к стулу. После залпа (для надёжности) палач нередко стреляет в голову. В некоторых странах существует традиция расстреливать с первыми лучами солнца или на рассвете, откуда и произошло выражение «расстрелян на рассвете».
Вопреки распространённому заблуждению, ни из пулемётов, ни из автоматов (пистолет-пулемётов), ни из автоматических винтовок не расстреливали – ибо слишком большой расход боеприпасов.
К стенке ставили далеко не всегда – при расстреле в подвале ставили на колени или просто стреляли в затылок. «На природе» ставили на край вырытой могилы. Если и ставили к стенке, то предварительно обкладывали оную мешками с песком – иначе рикошет запросто может отправить палачей вслед за казнённым.
В настоящее время расстрел является единственным видом смертной казни в Беларуси, Индонезии и Таиланде, а также (наряду со смертельной инъекцией) в Китае (в этой стране родственникам казнённого выставляют счёт на оплату расходов на проведение казни) и в некоторых штатах США (Айдахо, Оклахома, Южная Каролина, Юта, и Миссисипи. В этих штатах приговорённый может выбирать способ казни.
Благодаря фильму «Капитан Немо» советским и российским ширнармассам стал известен способ расстрела, получивший поэтическое название «Дьявольский ветер». Я об этом способе узнал из другого источника – картины Василия Верещагина «Подавление индийского восстания англичанами».
Данный тип казни был разработан британцами во время т.н. Восстания сипаев (1857-58) и активно применялся ими для умерщвления мятежников... впрочем, скорее в целях устрашения.
Это экзотический (ибо более никогда и нигде не применялся) способ заключался в привязывании приговорённого к жерлу пушки и последующем выстреле из неё сквозь тело жертвы (обычно холостым зарядом пороха, энергии которого вполне хватало, чтобы разорвать тело приговорённого).
Нафига это было надо, учитывая крайнюю дороговизну пороха и пуль и чудовищно низкую точность оных (известны случаи, когда залп из полусотни аркебуз лишь легко ранил приговорённого), объяснил бы мне кто-нибудь.
Первым актом расстрела, имевшим сколько-нибудь заметное историческое значение, следует считать расстрел в Англии по приговору суда, организованного Оливером Кромвелем, солдата-«уравнителя» Арнольда как зачинщика солдатского бунта 15 ноября 1647 года.
Изначально к расстрелам приговаривали солдат и только в исключительных случаях - гражданских лиц. Такой способ казни считался благородным и даже почетным, тогда как повешение несло на себе печать бесчестия... возможно, только поэтому его и ввели, хотя отсечение головы вроде тоже было «почётным» видом казни. В общем, непонятно.
Этот метод обычно применялся в качестве смертной казни военными судами за такие преступления, как трусость, дезертирство, шпионаж, убийство, мятеж или государственная измена.
Характер преимущественно воинской казни расстрел сохранял еще в XIX веке, тогда как по приговорам гражданских судов применялось повешение или гильотинирование или отсечение головы топором или мечом. Первой страной, которая в XIX веке ввела расстрел как основной вид казни и для гражданских, была, как ни странно, Сербия.
В России первый случай «аркебузирования» отмечен в 1679 году, но официально этот вид казни был введен в 1715 году «Артикулом воинским», составленным на основе саксонского военного устава.
Сегодня в восьмидесяти шести странах из ста двух, где по военному или гражданскому уголовному кодексу де-юре существует смертная казнь за уголовные преступления (де-факто мало где), используют расстрел.
Техника проведения расстрела в разных странах разная. В СССР (где стараниями Сталина сотоварищи расстреляли в общей сложности точно больше МИЛЛИОНА человек) обычно стреляли в затылок из пистолета или револьвера.
В других странах палачей несколько (от шести до двенадцати), а расстреливали из винтовок, в одну из которых обязательно помещается холостой заряд. Так что никто из стрелков не знает наверняка, что это его пуля убила приговорённого.
В некоторых странах казнят, ставя осужденного лицом к строю. Он стоит (или сидит на стуле) с завязанными глазами, но с открытым лицом. В других - на голову казнимому надевают капюшон, В третьих осужденному, как правило стоящему во весь рост, стреляют из винтовок в спину (так расстреливал вермахт на оккупированных территориях Восточной Европы).
Вопреки распространённому заблуждению, с расстояния в несколько метров убить выстрелом в сердце много легче, чем в голову, поэтому стрелкам обычно дают указание целиться в сердце, иногда с помощью бумажной или тканевой мишени.
Заключенному обычно завязывают глаза или надевают на голову тканевый мешок, а также связывают руки за спиной... или надёжно привязывают к столбу или к стулу. После залпа (для надёжности) палач нередко стреляет в голову. В некоторых странах существует традиция расстреливать с первыми лучами солнца или на рассвете, откуда и произошло выражение «расстрелян на рассвете».
Вопреки распространённому заблуждению, ни из пулемётов, ни из автоматов (пистолет-пулемётов), ни из автоматических винтовок не расстреливали – ибо слишком большой расход боеприпасов.
К стенке ставили далеко не всегда – при расстреле в подвале ставили на колени или просто стреляли в затылок. «На природе» ставили на край вырытой могилы. Если и ставили к стенке, то предварительно обкладывали оную мешками с песком – иначе рикошет запросто может отправить палачей вслед за казнённым.
В настоящее время расстрел является единственным видом смертной казни в Беларуси, Индонезии и Таиланде, а также (наряду со смертельной инъекцией) в Китае (в этой стране родственникам казнённого выставляют счёт на оплату расходов на проведение казни) и в некоторых штатах США (Айдахо, Оклахома, Южная Каролина, Юта, и Миссисипи. В этих штатах приговорённый может выбирать способ казни.
Благодаря фильму «Капитан Немо» советским и российским ширнармассам стал известен способ расстрела, получивший поэтическое название «Дьявольский ветер». Я об этом способе узнал из другого источника – картины Василия Верещагина «Подавление индийского восстания англичанами».
Данный тип казни был разработан британцами во время т.н. Восстания сипаев (1857-58) и активно применялся ими для умерщвления мятежников... впрочем, скорее в целях устрашения.
Это экзотический (ибо более никогда и нигде не применялся) способ заключался в привязывании приговорённого к жерлу пушки и последующем выстреле из неё сквозь тело жертвы (обычно холостым зарядом пороха, энергии которого вполне хватало, чтобы разорвать тело приговорённого).
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38848
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 656 times
- Been thanked: 11411 times
Энциклопедия пыток и казней. Посажение на кол
Этот вид смертной казни был особенно популярен на Ближнем Востоке. Что совершенно неудивительно, ибо (вопреки некоторым художественным произведениям на эту тему), кол всегда вводился в задний проход. А именно в этом регионе анальный секс был наиболее распространён... как и гомосексуальные отношения.
Впрочем, на кол сажали едва ли не повсеместно, хотя и во много меньших масштабах, чем в вышеупомянутом регионе. И в Азии, и в Африке, и в Центральной Америке (!!) и в Европе, которая, судя по всему, позаимствовала этот вид смертной казни у мусульман. В Германии таким образом казнили матерей, виновных в детоубийстве.
В России сажали на кол вплоть до середины XVIII века (в основном, при Иване Грозном и Петре Великом). В XIX веке посажение на кол по-прежнему практиковали в Сиаме, Персии и в Османской империи, где в 30-х годах такого рода казни совершались публично.
Вот лишь одно из свидетельств очевидца «османских практик»:
«В варварских государствах, особенно в Алжире, Тунисе, Триполи и Сали, где обитает множество пиратов, если человека обвиняют в большом количестве преступлений, то его [или её – женщин тоже казнили таким способом] сажают на кол.
Ему в задний проход вставляют заостренный кол, затем с силой пронзают им его тело, иногда до головы, иногда сквозь глотку. Затем кол устанавливают и закрепляют в земле, так что корчащуюся жертву, в невообразимой агонии, могут видеть все. Муки продолжаются несколько дней…»
Посажение на кол широко применялось ещё в Древнем Египте и ... правильно, в не менее глубокой древности на Ближнем Востоке. Первые упоминания об этом способе казни относятся к началу II тысячелетия до н. э.
Самым первым из известных ныне является статья свода законов Хаммурапи (примерно 1700 г. до н.э.), в которой говорится, что такой казни подлежит женщина, убившая мужа, чтобы выйти замуж за любовника.
Известна эта казнь была и римлянам, хотя особого распространения в Древнем Риме не получила. Ибо там прижился другой жуткий способ казни – распятие, а римляне не любили вариативность в таких вопросах.
Широкое распространение казнь получила в древней Ассирии, где посажение на кол было обычным наказанием для жителей взбунтовавшихся городов. Применялась эта казнь и в качестве наказания женщин за аборт.
Который совершенно справедливо считался детоубийством, ибо уже тогда было известно, что человеческая жизнь начинается с момента зачатия, а также за ряд особо тяжких преступлений (бандитизм и всё такое прочее).
В так называемом Законе Ману, древнем своде религиозных и гражданских законов индийского общества, среди семи видов смертной казни сажание на кол занимало первое место.
В Европе эта казнь была впервые применена по приказу... женщины. Фредегонды, королевы франков, сначала наложницы, а затем жены Хильперика I, меровингского короля Нейстрии (франкского государства, столицей которого был Париж). Что характерно, умертвив предыдущую супругу, вестготку Галесвинту.
Поэтому совершенно неудивительно, что по приказу Фредегонды на кол посадили молодую и очень красивую знатную девушку (правда, говорят, что очень даже было за что). Фредегонда вообще отличалась какой-то совершенно патологической жестокостью, особенно по отношению к женщинам. Одних сажала на кол, других колесовала, третьих разрубала на куски, четвёртых вообще живьём на костре сжигала...
Как и при распятии, приговоренного заставляли отнести кол к месту казни. Затем опуститься на колени в удобную для палача позу, после чего фиксировали так, что он не мог даже пошевельнуться, и (опять же для удобства палача) надрезали ножом задний проход.
Затем огромной деревянной колотушкой вбивали в казнимого кол (фактически «нанизывая» на этот жуткий дивайс), после чего устанавливали кол вертикально, позволяя силе тяжести, судорогам и тщетным попыткам казнимого освободиться, загонять кол все глубже в тело жертвы.
Посажение на кол применялось на территории Речи Посполитой (пока в XVIII веке его не отменили «российские оккупанты»), особенно во время войн с казаками. Те, впрочем, отвечали ровно той же монетой.
Испанские конкистадоры сажали на кол пленных и (особенно) лидеров индейцев во время конкисты, так, например, по некоторым данным, был казнён вождь арауканов Кауполикана. Впрочем, сожжение живьём было в тех краях в то время существенно более популярно. На Востоке часто женщине перед казнью набивали солью и перцем влагалище, чтобы усилить ее страдания.
Ещё в XIX веке эта казнь на удивление широко использовалось во вроде бы просвещённой Европе. Во время войны в Испании наполеоновские войска (официально армия самой просвещённой нации на планете) сажали на кол испанских патриотов. Те предсказуемо платили им тем же.
Техника сажания на кол во всем мире была практически идентична, за исключением нескольких деталей. Приговоренного клали на живот на землю, разводили ноги и либо закрепляли их неподвижно, либо их держали палачи, а руки связывали за спиной.
В некоторых случаях в зависимости от диаметра кола анус предварительно смазывали маслом или надрезали ножом. Палач обеими руками вводил кол так глубоко, как мог, а потом загонял его внутрь с помощью огромной деревянной колотушки (киянки). Или даже кувалды.
Кол, введенный в тело на пятьдесят – шестьдесят сантиметров, затем ставили вертикально в заранее подготовленную лунку. Смерть наступала чрезвычайно медленно, и потому казнимый испытывал неописуемые мучения.
Посажение на кол было удобно тем, что казнь совершалась, по сути, сама собой и после посажения более не требовала участия палача. Кол все глубже проникал в жертву под действием ее веса, пока наконец не вылезал из подмышки, груди, спины или живота в зависимости от заданного направления.
Нередко смерть наступала спустя несколько дней. Один боярин, посаженный на кол по приказу Ивана IV, промучился целых два дня. Позднее в 1614 году в Москве на кол был посажен атаман донских казаков, один из виднейших предводителей казачества в эпоху Смуты Иван Заруцкий.
Персы, китайцы, бирманцы и жители Сиама (ныне Таиланда) заостренному колу предпочитали тонкий с закругленным концом, наносивший минимальные повреждения внутренним органам.
Кол не протыкал и не разрывал их, а раздвигал и оттеснял, проникая вглубь. Смерть всё равно наступала, разумеется, но казнь могла продлиться несколько дней, что с точки зрения назидательности считалось весьма полезным.
На колу с закругленным наконечником казнили 23-летнего студента медресе Сулеймана Хаби в 1800 году за то, что он зарезал кинжалом генерала Клебера, главнокомандующего французскими войсками в Египте после отплытия Бонапарта во Францию. Просвещённые французы явно испытывали просто болезненное влечение к этому виду казни...
Что происходит внутри человека при посажении на кол? Всё начинается с того, что кол разрывает промежность и проходит через таз. Затем повреждает нижний отдел мочевой системы (мочевой пузырь), а у женщин - ещё и детородные органы.
Двигаясь всё выше и выше внутри человеческого тела, дьявольский дивайс разрывает брыжейку тонкой кишки, пробиваясь сквозь кишки и накопления пищи в брюшной полости.
Пройдя через кишечник, кол отклоняется к передней части позвоночника в области поясницы, и скользит по его поверхности, постепенно достигая верхней части брюшной полости и поражая желудок, печень и поджелудочную железу).
Поднимаясь всё выше и выше, кол прорывает диафрагму и проникает в грудную клетку, повреждая сердце и центральные кровеносные сосуды, а затем легкие, бронхи и трахею. В конце концов выходит через горло… если нет горизонтальной планки, на которую смертник в самом прямом смысле садится.
Самой известной такой казнью в России была казнь Степана Глебова – любовника первой жены Петра Великого Евдокии Лопухиной (уже сосланной к тому времени в Суздальско-Покровский монастырь - традиционное место ссылки цариц).
Связь открылась во время следствия по делу царевича Алексея. По сфабрикованному обвинению в заговоре против Петра Глебов был арестован и подвергнут жутким пыткам по личному приказу чудовищно ревнивого царя (не исключено, что Пётр лично пытал его – за ним такое водилось).
Австрийский дипломат Плейер писал: «Майор Глебов, пытанный в Москве страшно кнутом, раскалённым железом, горящими угольями, трое суток привязанный к столбу на доске с деревянными гвоздями, ни в чём не сознался».
15 марта 1718 года в двадцатиградусный мороз измученного пытками Глебова привезли на Красную площадь, заполненную толпами народа (по свидетельству очевидца событий 200-300 тысяч человек).
Пётр I приехал в отапливаемой карете и остановился неподалёку от места казни. Рядом стояла телега, на которой сидела опальная Евдокия. Её охраняли два солдата: они должны были держать бывшую государыню за голову и не давать ей закрывать глаза.
Посреди помоста торчал кол, на который и усадили раздетого донага Глебова. Пётр приказал надеть на казнимого тулуп и шапку, чтобы тот раньше времени не умер от холода. Глебов прежде, чем умереть, мучился 14 часов. После смерти голова его была отрублена, а тело было снято с кола и брошено среди тел других казнённых по этому делу.
Ну, а за кордоном вне конкуренции был господарь Валахии Влад III Цепеш по прозвищу Дракула (что можно перевести как Дракон… или как Дьявол).
По многим свидетельствам, Дракула проявлял в сажании на кол удивительную даже для того жуткого времени изобретательность. Он использовал колы разной высоты, цвета и формы в зависимости от статуса жертвы.
Расставлял их в виде геометрических фигур, на которые любовался сверху, с вершины холма или башни. Требовал втыкать кол в разные точки тела — в живот, грудь, промежность…
Женщинам иногда «из милости» кол вводили во влагалище, и они быстро умирали от кровопотери в страшных мучениях. Проводились коллективные казни, когда сажали на кол целыми семьями, и несчастные испытывали дополнительные страдания, видя муки своих родных.
Методы Цепеша (что значит Пронзатель) тоже были разными: иногда кол забивали в задний проход деревянной кувалдой, а иногда палачи или лошади тянули лежащего человека за ноги, постепенно насаживая его на острие.
Из страшных историй о Дракуле можно заключить, что он хватал и сажал на кол чуть ли не всех подряд. На самом деле его жертвами становились в основном три категории людей: 1) политические противники, 2) иностранцы и иноверцы, 3) те, кто, по его мнению, нарушал закон и нормы поведения.
В вину Владу можно поставить прежде всего то, что нарушение закона он понимал чересчур широко и карал за него чересчур свирепо, проявляя при этом чернейший юмор — русская повесть недаром называет его «зломудрым», то есть изобретательным во зле (тот же эпитет нередко применялся к дьяволу).
Вот отрывок из немецкого памфлета: «Увидев работника в короткой рубашке, он спросил его: «Есть ли у тебя жена?» Тот ответил: «Да». И Дракула сказал: «Приведи ее сюда ко мне». Потом он спросил ее: «Что ты делаешь дома?» Она сказала: «Я стираю, готовлю, пряду шерсть и прочее».
Он же велел посадить ее на кол за то, что она не сделала мужу рубаху подлиннее, чтобы не был виден его срам. Дракула тотчас дал работнику другую жену, приказав ей сшить ему длинную рубаху, иначе она тоже будет посажена на кол.
Вот ещё одна история. Однажды ко двору Дракулы пришли двое странствующих монахов из ордена святого Бернарда и начали просить подаяние. Спросив их, хотят ли они быстрее попасть из сей юдоли на небо, он получил утвердительный ответ и тут же распорядился посадить обоих на кол.
С монахами был осел, везший их поклажу, который вдруг начал реветь, и тогда Дракула приказал и его посадить на кол рядом с его хозяевами. На сей раз жестокость воеводы представляется особенно дикой: ни монахи, ни тем более их осел не нарушили никаких законов и моральных норм.
Их вина (если, конечно, история не выдумана — всегдашняя оговорка, когда дело касается Дракулы) могла заключаться только в том, что они были немцами, которых господарь особенно не любил и вполне мог казнить просто так, без всякой причины.
Можно вспомнить и историю о том, как он приказал обезглавить нескольких бояр, а в их черепах велел посадить капусту. Впоследствии, он пригласил к себе друзей казненных и угостил их этой капустой, сказав после этого: «Вы только что съели мозг ваших друзей». И тут же велел посадить их на кол.
Как-то обедал Дракула среди трупов, посаженных на кол, много их было вокруг стола его. Он же ел среди них и в том находил удовольствие. Но слуга его, подававший ему яства, не мог терпеть смрада и заткнул нос и отвернулся.
«Что ты делаешь?» — спросил его Дракула. Тот отвечал: «Государь, не могу вынести этого смрада». Дракула тотчас же велел посадить его на кол, говоря: «Там ты будешь сидеть высоко, и смраду до тебя будет далеко!»
Пришел однажды к Дракуле посол от венгерского короля Матияша, знатный боярин, родом поляк. И сел Дракула с ним обедать среди трупов. И лежал перед Дракулой толстый и длинный позолоченный кол, и спросил Дракула посла: «Скажи мне: для чего я приготовил такой кол?»
Испугался посол тот немало и сказал: «Думается мне, государь, что провинился перед тобой кто-либо из знатных людей и хочешь предать его смерти более почетной, чем других». Дракула же отвечал: «Верно говоришь. Вот ты — великого государя посол, посол королевский, для тебя и приготовил этот кол».
Отвечал тот: «Государь, если совершил я что-либо, достойное смерти, — делай как хочешь. Ты судья справедливый — не ты будешь в смерти моей повинен, но я сам». Рассмеялся Дракула и сказал: «Если бы ты не так ответил, быть бы тебе на этом коле прямо сейчас».
Был такой обычай у Дракулы: когда приходил к нему неопытный посол от царя или от короля и не мог ответить на коварные вопросы Дракулы, то сажал он посла на кол, говоря:
«Не я виноват в твоей смерти, а либо государь твой, либо ты сам. Если государь твой, зная, что неумен ты и неопытен, послал тебя ко мне, многомудрому государю, то твой же государь и убил тебя. Если же ты сам решился идти, неученый, то сам же себя и убил».
И так готовил для посла высокий позолоченный кол и сажал его на кол, а государю его посылал грамоту с кем-либо, чтобы впредь не отправлял послом к многомудрому государю глупого и неученого мужа.
Нечто подобное вытворял и Ваня Грозный (на самом деле, Ужасный) - сажание на кол при нём применялось весьма широко. Как и Дракула, он сажал на кол бояр и простолюдинов; татар и немцев; не только живых, но и мертвых (так были казнены посмертно ливонцы из Вендена, упорно защищавшие свой город от русских войск).
Однако Иван IV научился этому способу расправы с врагами не у валахов, а у монголо-татар, которые так казнили врагов и преступников еще во времена приснопамятного хана Батыя.
Впрочем, на кол сажали едва ли не повсеместно, хотя и во много меньших масштабах, чем в вышеупомянутом регионе. И в Азии, и в Африке, и в Центральной Америке (!!) и в Европе, которая, судя по всему, позаимствовала этот вид смертной казни у мусульман. В Германии таким образом казнили матерей, виновных в детоубийстве.
В России сажали на кол вплоть до середины XVIII века (в основном, при Иване Грозном и Петре Великом). В XIX веке посажение на кол по-прежнему практиковали в Сиаме, Персии и в Османской империи, где в 30-х годах такого рода казни совершались публично.
Вот лишь одно из свидетельств очевидца «османских практик»:
«В варварских государствах, особенно в Алжире, Тунисе, Триполи и Сали, где обитает множество пиратов, если человека обвиняют в большом количестве преступлений, то его [или её – женщин тоже казнили таким способом] сажают на кол.
Ему в задний проход вставляют заостренный кол, затем с силой пронзают им его тело, иногда до головы, иногда сквозь глотку. Затем кол устанавливают и закрепляют в земле, так что корчащуюся жертву, в невообразимой агонии, могут видеть все. Муки продолжаются несколько дней…»
Посажение на кол широко применялось ещё в Древнем Египте и ... правильно, в не менее глубокой древности на Ближнем Востоке. Первые упоминания об этом способе казни относятся к началу II тысячелетия до н. э.
Самым первым из известных ныне является статья свода законов Хаммурапи (примерно 1700 г. до н.э.), в которой говорится, что такой казни подлежит женщина, убившая мужа, чтобы выйти замуж за любовника.
Известна эта казнь была и римлянам, хотя особого распространения в Древнем Риме не получила. Ибо там прижился другой жуткий способ казни – распятие, а римляне не любили вариативность в таких вопросах.
Широкое распространение казнь получила в древней Ассирии, где посажение на кол было обычным наказанием для жителей взбунтовавшихся городов. Применялась эта казнь и в качестве наказания женщин за аборт.
Который совершенно справедливо считался детоубийством, ибо уже тогда было известно, что человеческая жизнь начинается с момента зачатия, а также за ряд особо тяжких преступлений (бандитизм и всё такое прочее).
В так называемом Законе Ману, древнем своде религиозных и гражданских законов индийского общества, среди семи видов смертной казни сажание на кол занимало первое место.
В Европе эта казнь была впервые применена по приказу... женщины. Фредегонды, королевы франков, сначала наложницы, а затем жены Хильперика I, меровингского короля Нейстрии (франкского государства, столицей которого был Париж). Что характерно, умертвив предыдущую супругу, вестготку Галесвинту.
Поэтому совершенно неудивительно, что по приказу Фредегонды на кол посадили молодую и очень красивую знатную девушку (правда, говорят, что очень даже было за что). Фредегонда вообще отличалась какой-то совершенно патологической жестокостью, особенно по отношению к женщинам. Одних сажала на кол, других колесовала, третьих разрубала на куски, четвёртых вообще живьём на костре сжигала...
Как и при распятии, приговоренного заставляли отнести кол к месту казни. Затем опуститься на колени в удобную для палача позу, после чего фиксировали так, что он не мог даже пошевельнуться, и (опять же для удобства палача) надрезали ножом задний проход.
Затем огромной деревянной колотушкой вбивали в казнимого кол (фактически «нанизывая» на этот жуткий дивайс), после чего устанавливали кол вертикально, позволяя силе тяжести, судорогам и тщетным попыткам казнимого освободиться, загонять кол все глубже в тело жертвы.
Посажение на кол применялось на территории Речи Посполитой (пока в XVIII веке его не отменили «российские оккупанты»), особенно во время войн с казаками. Те, впрочем, отвечали ровно той же монетой.
Испанские конкистадоры сажали на кол пленных и (особенно) лидеров индейцев во время конкисты, так, например, по некоторым данным, был казнён вождь арауканов Кауполикана. Впрочем, сожжение живьём было в тех краях в то время существенно более популярно. На Востоке часто женщине перед казнью набивали солью и перцем влагалище, чтобы усилить ее страдания.
Ещё в XIX веке эта казнь на удивление широко использовалось во вроде бы просвещённой Европе. Во время войны в Испании наполеоновские войска (официально армия самой просвещённой нации на планете) сажали на кол испанских патриотов. Те предсказуемо платили им тем же.
Техника сажания на кол во всем мире была практически идентична, за исключением нескольких деталей. Приговоренного клали на живот на землю, разводили ноги и либо закрепляли их неподвижно, либо их держали палачи, а руки связывали за спиной.
В некоторых случаях в зависимости от диаметра кола анус предварительно смазывали маслом или надрезали ножом. Палач обеими руками вводил кол так глубоко, как мог, а потом загонял его внутрь с помощью огромной деревянной колотушки (киянки). Или даже кувалды.
Кол, введенный в тело на пятьдесят – шестьдесят сантиметров, затем ставили вертикально в заранее подготовленную лунку. Смерть наступала чрезвычайно медленно, и потому казнимый испытывал неописуемые мучения.
Посажение на кол было удобно тем, что казнь совершалась, по сути, сама собой и после посажения более не требовала участия палача. Кол все глубже проникал в жертву под действием ее веса, пока наконец не вылезал из подмышки, груди, спины или живота в зависимости от заданного направления.
Нередко смерть наступала спустя несколько дней. Один боярин, посаженный на кол по приказу Ивана IV, промучился целых два дня. Позднее в 1614 году в Москве на кол был посажен атаман донских казаков, один из виднейших предводителей казачества в эпоху Смуты Иван Заруцкий.
Персы, китайцы, бирманцы и жители Сиама (ныне Таиланда) заостренному колу предпочитали тонкий с закругленным концом, наносивший минимальные повреждения внутренним органам.
Кол не протыкал и не разрывал их, а раздвигал и оттеснял, проникая вглубь. Смерть всё равно наступала, разумеется, но казнь могла продлиться несколько дней, что с точки зрения назидательности считалось весьма полезным.
На колу с закругленным наконечником казнили 23-летнего студента медресе Сулеймана Хаби в 1800 году за то, что он зарезал кинжалом генерала Клебера, главнокомандующего французскими войсками в Египте после отплытия Бонапарта во Францию. Просвещённые французы явно испытывали просто болезненное влечение к этому виду казни...
Что происходит внутри человека при посажении на кол? Всё начинается с того, что кол разрывает промежность и проходит через таз. Затем повреждает нижний отдел мочевой системы (мочевой пузырь), а у женщин - ещё и детородные органы.
Двигаясь всё выше и выше внутри человеческого тела, дьявольский дивайс разрывает брыжейку тонкой кишки, пробиваясь сквозь кишки и накопления пищи в брюшной полости.
Пройдя через кишечник, кол отклоняется к передней части позвоночника в области поясницы, и скользит по его поверхности, постепенно достигая верхней части брюшной полости и поражая желудок, печень и поджелудочную железу).
Поднимаясь всё выше и выше, кол прорывает диафрагму и проникает в грудную клетку, повреждая сердце и центральные кровеносные сосуды, а затем легкие, бронхи и трахею. В конце концов выходит через горло… если нет горизонтальной планки, на которую смертник в самом прямом смысле садится.
Самой известной такой казнью в России была казнь Степана Глебова – любовника первой жены Петра Великого Евдокии Лопухиной (уже сосланной к тому времени в Суздальско-Покровский монастырь - традиционное место ссылки цариц).
Связь открылась во время следствия по делу царевича Алексея. По сфабрикованному обвинению в заговоре против Петра Глебов был арестован и подвергнут жутким пыткам по личному приказу чудовищно ревнивого царя (не исключено, что Пётр лично пытал его – за ним такое водилось).
Австрийский дипломат Плейер писал: «Майор Глебов, пытанный в Москве страшно кнутом, раскалённым железом, горящими угольями, трое суток привязанный к столбу на доске с деревянными гвоздями, ни в чём не сознался».
15 марта 1718 года в двадцатиградусный мороз измученного пытками Глебова привезли на Красную площадь, заполненную толпами народа (по свидетельству очевидца событий 200-300 тысяч человек).
Пётр I приехал в отапливаемой карете и остановился неподалёку от места казни. Рядом стояла телега, на которой сидела опальная Евдокия. Её охраняли два солдата: они должны были держать бывшую государыню за голову и не давать ей закрывать глаза.
Посреди помоста торчал кол, на который и усадили раздетого донага Глебова. Пётр приказал надеть на казнимого тулуп и шапку, чтобы тот раньше времени не умер от холода. Глебов прежде, чем умереть, мучился 14 часов. После смерти голова его была отрублена, а тело было снято с кола и брошено среди тел других казнённых по этому делу.
Ну, а за кордоном вне конкуренции был господарь Валахии Влад III Цепеш по прозвищу Дракула (что можно перевести как Дракон… или как Дьявол).
По многим свидетельствам, Дракула проявлял в сажании на кол удивительную даже для того жуткого времени изобретательность. Он использовал колы разной высоты, цвета и формы в зависимости от статуса жертвы.
Расставлял их в виде геометрических фигур, на которые любовался сверху, с вершины холма или башни. Требовал втыкать кол в разные точки тела — в живот, грудь, промежность…
Женщинам иногда «из милости» кол вводили во влагалище, и они быстро умирали от кровопотери в страшных мучениях. Проводились коллективные казни, когда сажали на кол целыми семьями, и несчастные испытывали дополнительные страдания, видя муки своих родных.
Методы Цепеша (что значит Пронзатель) тоже были разными: иногда кол забивали в задний проход деревянной кувалдой, а иногда палачи или лошади тянули лежащего человека за ноги, постепенно насаживая его на острие.
Из страшных историй о Дракуле можно заключить, что он хватал и сажал на кол чуть ли не всех подряд. На самом деле его жертвами становились в основном три категории людей: 1) политические противники, 2) иностранцы и иноверцы, 3) те, кто, по его мнению, нарушал закон и нормы поведения.
В вину Владу можно поставить прежде всего то, что нарушение закона он понимал чересчур широко и карал за него чересчур свирепо, проявляя при этом чернейший юмор — русская повесть недаром называет его «зломудрым», то есть изобретательным во зле (тот же эпитет нередко применялся к дьяволу).
Вот отрывок из немецкого памфлета: «Увидев работника в короткой рубашке, он спросил его: «Есть ли у тебя жена?» Тот ответил: «Да». И Дракула сказал: «Приведи ее сюда ко мне». Потом он спросил ее: «Что ты делаешь дома?» Она сказала: «Я стираю, готовлю, пряду шерсть и прочее».
Он же велел посадить ее на кол за то, что она не сделала мужу рубаху подлиннее, чтобы не был виден его срам. Дракула тотчас дал работнику другую жену, приказав ей сшить ему длинную рубаху, иначе она тоже будет посажена на кол.
Вот ещё одна история. Однажды ко двору Дракулы пришли двое странствующих монахов из ордена святого Бернарда и начали просить подаяние. Спросив их, хотят ли они быстрее попасть из сей юдоли на небо, он получил утвердительный ответ и тут же распорядился посадить обоих на кол.
С монахами был осел, везший их поклажу, который вдруг начал реветь, и тогда Дракула приказал и его посадить на кол рядом с его хозяевами. На сей раз жестокость воеводы представляется особенно дикой: ни монахи, ни тем более их осел не нарушили никаких законов и моральных норм.
Их вина (если, конечно, история не выдумана — всегдашняя оговорка, когда дело касается Дракулы) могла заключаться только в том, что они были немцами, которых господарь особенно не любил и вполне мог казнить просто так, без всякой причины.
Можно вспомнить и историю о том, как он приказал обезглавить нескольких бояр, а в их черепах велел посадить капусту. Впоследствии, он пригласил к себе друзей казненных и угостил их этой капустой, сказав после этого: «Вы только что съели мозг ваших друзей». И тут же велел посадить их на кол.
Как-то обедал Дракула среди трупов, посаженных на кол, много их было вокруг стола его. Он же ел среди них и в том находил удовольствие. Но слуга его, подававший ему яства, не мог терпеть смрада и заткнул нос и отвернулся.
«Что ты делаешь?» — спросил его Дракула. Тот отвечал: «Государь, не могу вынести этого смрада». Дракула тотчас же велел посадить его на кол, говоря: «Там ты будешь сидеть высоко, и смраду до тебя будет далеко!»
Пришел однажды к Дракуле посол от венгерского короля Матияша, знатный боярин, родом поляк. И сел Дракула с ним обедать среди трупов. И лежал перед Дракулой толстый и длинный позолоченный кол, и спросил Дракула посла: «Скажи мне: для чего я приготовил такой кол?»
Испугался посол тот немало и сказал: «Думается мне, государь, что провинился перед тобой кто-либо из знатных людей и хочешь предать его смерти более почетной, чем других». Дракула же отвечал: «Верно говоришь. Вот ты — великого государя посол, посол королевский, для тебя и приготовил этот кол».
Отвечал тот: «Государь, если совершил я что-либо, достойное смерти, — делай как хочешь. Ты судья справедливый — не ты будешь в смерти моей повинен, но я сам». Рассмеялся Дракула и сказал: «Если бы ты не так ответил, быть бы тебе на этом коле прямо сейчас».
Был такой обычай у Дракулы: когда приходил к нему неопытный посол от царя или от короля и не мог ответить на коварные вопросы Дракулы, то сажал он посла на кол, говоря:
«Не я виноват в твоей смерти, а либо государь твой, либо ты сам. Если государь твой, зная, что неумен ты и неопытен, послал тебя ко мне, многомудрому государю, то твой же государь и убил тебя. Если же ты сам решился идти, неученый, то сам же себя и убил».
И так готовил для посла высокий позолоченный кол и сажал его на кол, а государю его посылал грамоту с кем-либо, чтобы впредь не отправлял послом к многомудрому государю глупого и неученого мужа.
Нечто подобное вытворял и Ваня Грозный (на самом деле, Ужасный) - сажание на кол при нём применялось весьма широко. Как и Дракула, он сажал на кол бояр и простолюдинов; татар и немцев; не только живых, но и мертвых (так были казнены посмертно ливонцы из Вендена, упорно защищавшие свой город от русских войск).
Однако Иван IV научился этому способу расправы с врагами не у валахов, а у монголо-татар, которые так казнили врагов и преступников еще во времена приснопамятного хана Батыя.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38848
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 656 times
- Been thanked: 11411 times
Энциклопедия пыток и казней. Потрошение и четвертование
Хотя казнь повешением, потрошением и четвертованием (к которой впоследствии добавилось предварительное волочение лошадьми к месту казни), применялась едва ли не по всей Европе, наибольшее распространение она получила в старой (и совсем недоброй) Англии – в которой этот вид казни и изобрели.
Изобрели в середине ХIII века при короле Генрихе III; сделали де-факто официальным видом смертной казни при его преемнике Эдуарде I Длинноногом (хотя лично я дал бы ему прозвище Великий – ибо очень даже есть за что).
Именно в его правление (в 1305 году) таким жутким способом был казнён знаменитый лидер шотландцев Уильям Уоллес – в реальности тот ещё бандит и вообще отморозок, каких поискать (фильм Мела Гибсона Храброе сердце – бред сивой кобылы в лунную ночь).
Однако де-юре этот вид казни стал официальным наказанием за государственную измену (которой при определённом желании можно было признать практически что угодно – закон это право монарха никак не ограничивал) лишь при внуке Длинноного – Эдуарде Третьем Виндзорском.
Несмотря на то, что действие закона теоретически распространялось также на жителей английских колоний обеих Америк, по обвинению в государственной измене было казнено лишь несколько человек в североамериканских провинциях Мэриленд и Виргиния; при этом традиционной казни через повешение, потрошение и четвертование подверглись всего два колониста.
Власти в колониях оказались не в пример гуманнее метрополии, поэтому за госизмену просто вешали… хотя, скорее всего, им было просто банально лень возиться со столь сложной «квалифицированной» казнью.
Приговорённых к ВППЧ привязывали к деревянным салазкам, напоминавшим кусок плетёной изгороди, и приволакивали лошадьми к месту казни, где последовательно подвешивали за шею (однако не давая задохнуться до смерти), кастрировали, потрошили, четвертовали и обезглавливали.
Останки казнённых выставлялись напоказ в наиболее известных публичных местах королевства и столицы, в том числе на Лондонском мосту. Теоретически к этому виду наказания могли приговорить и женщину, однако на практике представительниц прекрасного пола (из соображений общественного приличия) сжигали на костре – нередко после предварительного милосердного удушения.
Другими исключениями были особы королевской крови (обоего пола) и высшие чиновники королевства – им, в знак уважения к их особому статусу, отрубали голову – в основном банальным мясницким топором, хотя иногда и мечом.
Этот вид казни вышел из употребления (его заменили универсальным повешением – тело расчленяли уже после смерти) в конце XVIII века, однако официально была отменена лишь в 1870 году… а смертную казнь за государственную измену отменили лишь в 1998-м (!!!), хотя де-факто к тому времени за госизмену не казнили уже более полувека – с 1945 года.
Следствие по делам о госизмене в старой недоброй Англии в течение многих лет проходило… да примерно, как многие столетия спустя в сталинском СССР по печально знаменитой 58-й статье УК.
Для обвинения английского подданного в государственной измене было достаточно свидетельских показаний одного лица (с 1552 года — двух лиц). Подозреваемые последовательно подвергались конфиденциальному допросу в Тайном совете и публичному суду.
Подсудимым не полагалось ни свидетелей защиты, ни адвоката; в их отношении действовала презумпция вины, немедленно переводившая их в категорию поражённых в правах.
Пытки по закону были запрещены, однако монарх своим решением мог дать такое разрешение (оно было дано, например Иаковом I при расследовании т.н. «порохового заговора»).
Положение подсудимых улучшилось лишь в конце XVII века, когда многочисленные обвинения в «предательстве», в течение нескольких лет выдвигавшиеся против представителей партии вигов их политическими оппонентами, сделали необходимым принятие нового, пересмотренного и дополненного Акта об измене, что и было сделано в 1695 году.
Согласно новому закону, лицам, обвинявшимся в государственной измене, предоставлялось право на адвоката, свидетелей защиты, присяжных и копию обвинительного акта. Для преступлений, прямо не угрожавших жизни монарха, устанавливался трёхлетний срок давности (судьи вздохнули с облегчением).
Между оглашением и исполнением приговора обычно проходило несколько дней, в течение которых осуждённые содержались по месту заключения. Первое время после принятия этого вида казни, преступника волокли на казнь, просто привязав его сзади к лошади.
Учитывая состояние тогдашних дорог, результат был предсказуем – палачу гораздо чаще доставляли уже мёртвое тело (в лучшем случае, в безнадёжно бессознательном состоянии).
Пришлось модифицировать процесс доставки на казнь – осуждённого уже не волокли, а везли, привязав к запряжённым лошадью деревянным салазкам, напоминавшим створку ворот плетёной изгороди, дабы предоставить в распоряжение палача живого приговорённого.
Публика относилась к осуждённым… по-разному. Сильно по-разному. В некоторых случаях (например, когда «Кровавая Мэри» казнила протестантов), публика, наблюдавшая за казнью, открыто подбадривала осуждённых.
В большинстве случаев, однако, преступники, ведомые к эшафоту, подвергались жестокому обращению от зрителей. Идущего на казнь Уильяма Уоллеса хлестали плетьми, пинали, забрасывали гнильём и отбросами.
Католический священник Томас Причард, казнённый в 1587 году (то есть, уже при Елизавете Великой), с трудом добрался до виселицы, до полусмерти избитый бесновавшейся толпой.
Доставленных на эшафот осуждённых — в одной рубашке, со связанными впереди руками — сначала вешали (точнее, подвешивали за шею), по знаку шерифа сталкивая с приставной лестницы или телеги.
Зачем вешали – неясно; очень злые языки утверждали, что ППЧ в качестве смертной казни за государственную измену пролоббировали английские палачи. Что очень похоже на правду, ибо это способ открывал возможность для просто грандиозного обогащения заплечных дел мастеров.
Настолько мастеров, что умелым движением палач мог умертвить осуждённого уже во время повешения, избавив от жутких мучений во время потрошения. А поскольку госизмену совершали почти исключительно люди небедные весьма (у бедных просто не было такой возможности), то неудивительно, что изменник был готов расстаться с немалой по тем временам суммой, чтобы умереть очень быстро и практически безболезненно.
Рулившие колониями пуритане (и вообще колониальные чиновники) оказались намного проницательнее своих коллег в метрополии – и потому де-факто заменили ППЧ банальной виселицей.
Где палачу уже не заработать… да и осуждённому не обмануть суд – одному из лидеров «порохового заговора» Гаю Фоксу удалось перехитрить палача, спрыгнув с виселицы и сломав себе шею – что вызвало мгновенную смерть, к великому негодованию короля Иакова I (чуть не взорванного мистером Фоксом).
Однако такой финт мало кому удавался – как правило, казнимого опускали на грешную землю и вынимали из петли ещё весьма живым и очень даже в сознании, после чего укладывали на пятиконечный крест, к которому надёжно привязывали тело и конечности арестованного (для каждой свой брус плюс один для головы смертника).
Следующим этапом казни была кастрация (оскопление), после которой палач плавно – или не очень – переходил к потрошению. Аккуратно и очень профессионально вскрывал живот, после чего извлекал кишечник, который затем сжигал в специальной жаровне на глазах у казнимого. Впрочем, в особых случаях внутренности не сжигали – их прибивали к лондонским городским воротам.
Казнь потрошением (чисто потрошением) известна ещё с римских времён – согласно Житиям Святых (которым в данном случае вполне можно доверять), так был казнён Эразм Формийский (Святой Эльм) во время Великого гонения императоров Диоклетиана и Максимиана.
Если удалить только кишечный тракт, смерть наступает через несколько часов ужасной боли. Если жизненно важные органы не повреждены, сильный и крепкий мужчина, возможно, даже не потеряет сознание и (теоретически) сможет увидеть, как его кишечник сначала извлекают, а затем сжигают.
Сложно сказать, как всё это было в действительности – особенно после повешения (обычно до полубессознательного состояния) и кастрации; лично мне представляется, что казнимый отключался ещё во время вырезания кишечника.
После того, как внутренности казнимого сгорели, палач переходил к следующему этапу казни. Как правило, это было ещё не четвертование, а в некотором роде продолжение потрошения – ибо палач вырезал у казнимого сердце, которое тоже сжигалось в жаровне. Тем самым, убивая жертв - и совершая акт милосердия.
И только после этого палач рассекал уже мёртвое тело – причём не на четыре части, а на шесть, последовательно отрубая покойнику руки, ноги и голову. С которыми поступали… по-разному (хотя голову обычно насаживали на шест в Лондоне – за госизмену казнили, понятное дело, в столице). Головы казнённых обычно выставлялись на Лондонском мосту, в течение нескольких столетий служившем южным въездом в город.
Так, например, останки принца Уэльского Даффида III (последнего до завоевания Уэльса Англией – он отказался присягнуть королю Эдуарду I), были распределены следующим образом: правую руку с отправили в Йорк; левую руку — в Бристоль; правую ногу — в Нортгемптон; левую ногу — в Херефорд.
Голову казнённого принца сковали железом, дабы не распалась на куски от гниения, насадили на длинное древко и выставили на видном месте — на посмешище Лондону.
Однако иногда казнимого действительно четвертовали, последовательно отрубая у ещё живой жертвы сначала правую руку, затем левую ногу и только потом голову (сердце оставляли на положенном месте).
Изобрели в середине ХIII века при короле Генрихе III; сделали де-факто официальным видом смертной казни при его преемнике Эдуарде I Длинноногом (хотя лично я дал бы ему прозвище Великий – ибо очень даже есть за что).
Именно в его правление (в 1305 году) таким жутким способом был казнён знаменитый лидер шотландцев Уильям Уоллес – в реальности тот ещё бандит и вообще отморозок, каких поискать (фильм Мела Гибсона Храброе сердце – бред сивой кобылы в лунную ночь).
Однако де-юре этот вид казни стал официальным наказанием за государственную измену (которой при определённом желании можно было признать практически что угодно – закон это право монарха никак не ограничивал) лишь при внуке Длинноного – Эдуарде Третьем Виндзорском.
Несмотря на то, что действие закона теоретически распространялось также на жителей английских колоний обеих Америк, по обвинению в государственной измене было казнено лишь несколько человек в североамериканских провинциях Мэриленд и Виргиния; при этом традиционной казни через повешение, потрошение и четвертование подверглись всего два колониста.
Власти в колониях оказались не в пример гуманнее метрополии, поэтому за госизмену просто вешали… хотя, скорее всего, им было просто банально лень возиться со столь сложной «квалифицированной» казнью.
Приговорённых к ВППЧ привязывали к деревянным салазкам, напоминавшим кусок плетёной изгороди, и приволакивали лошадьми к месту казни, где последовательно подвешивали за шею (однако не давая задохнуться до смерти), кастрировали, потрошили, четвертовали и обезглавливали.
Останки казнённых выставлялись напоказ в наиболее известных публичных местах королевства и столицы, в том числе на Лондонском мосту. Теоретически к этому виду наказания могли приговорить и женщину, однако на практике представительниц прекрасного пола (из соображений общественного приличия) сжигали на костре – нередко после предварительного милосердного удушения.
Другими исключениями были особы королевской крови (обоего пола) и высшие чиновники королевства – им, в знак уважения к их особому статусу, отрубали голову – в основном банальным мясницким топором, хотя иногда и мечом.
Этот вид казни вышел из употребления (его заменили универсальным повешением – тело расчленяли уже после смерти) в конце XVIII века, однако официально была отменена лишь в 1870 году… а смертную казнь за государственную измену отменили лишь в 1998-м (!!!), хотя де-факто к тому времени за госизмену не казнили уже более полувека – с 1945 года.
Следствие по делам о госизмене в старой недоброй Англии в течение многих лет проходило… да примерно, как многие столетия спустя в сталинском СССР по печально знаменитой 58-й статье УК.
Для обвинения английского подданного в государственной измене было достаточно свидетельских показаний одного лица (с 1552 года — двух лиц). Подозреваемые последовательно подвергались конфиденциальному допросу в Тайном совете и публичному суду.
Подсудимым не полагалось ни свидетелей защиты, ни адвоката; в их отношении действовала презумпция вины, немедленно переводившая их в категорию поражённых в правах.
Пытки по закону были запрещены, однако монарх своим решением мог дать такое разрешение (оно было дано, например Иаковом I при расследовании т.н. «порохового заговора»).
Положение подсудимых улучшилось лишь в конце XVII века, когда многочисленные обвинения в «предательстве», в течение нескольких лет выдвигавшиеся против представителей партии вигов их политическими оппонентами, сделали необходимым принятие нового, пересмотренного и дополненного Акта об измене, что и было сделано в 1695 году.
Согласно новому закону, лицам, обвинявшимся в государственной измене, предоставлялось право на адвоката, свидетелей защиты, присяжных и копию обвинительного акта. Для преступлений, прямо не угрожавших жизни монарха, устанавливался трёхлетний срок давности (судьи вздохнули с облегчением).
Между оглашением и исполнением приговора обычно проходило несколько дней, в течение которых осуждённые содержались по месту заключения. Первое время после принятия этого вида казни, преступника волокли на казнь, просто привязав его сзади к лошади.
Учитывая состояние тогдашних дорог, результат был предсказуем – палачу гораздо чаще доставляли уже мёртвое тело (в лучшем случае, в безнадёжно бессознательном состоянии).
Пришлось модифицировать процесс доставки на казнь – осуждённого уже не волокли, а везли, привязав к запряжённым лошадью деревянным салазкам, напоминавшим створку ворот плетёной изгороди, дабы предоставить в распоряжение палача живого приговорённого.
Публика относилась к осуждённым… по-разному. Сильно по-разному. В некоторых случаях (например, когда «Кровавая Мэри» казнила протестантов), публика, наблюдавшая за казнью, открыто подбадривала осуждённых.
В большинстве случаев, однако, преступники, ведомые к эшафоту, подвергались жестокому обращению от зрителей. Идущего на казнь Уильяма Уоллеса хлестали плетьми, пинали, забрасывали гнильём и отбросами.
Католический священник Томас Причард, казнённый в 1587 году (то есть, уже при Елизавете Великой), с трудом добрался до виселицы, до полусмерти избитый бесновавшейся толпой.
Доставленных на эшафот осуждённых — в одной рубашке, со связанными впереди руками — сначала вешали (точнее, подвешивали за шею), по знаку шерифа сталкивая с приставной лестницы или телеги.
Зачем вешали – неясно; очень злые языки утверждали, что ППЧ в качестве смертной казни за государственную измену пролоббировали английские палачи. Что очень похоже на правду, ибо это способ открывал возможность для просто грандиозного обогащения заплечных дел мастеров.
Настолько мастеров, что умелым движением палач мог умертвить осуждённого уже во время повешения, избавив от жутких мучений во время потрошения. А поскольку госизмену совершали почти исключительно люди небедные весьма (у бедных просто не было такой возможности), то неудивительно, что изменник был готов расстаться с немалой по тем временам суммой, чтобы умереть очень быстро и практически безболезненно.
Рулившие колониями пуритане (и вообще колониальные чиновники) оказались намного проницательнее своих коллег в метрополии – и потому де-факто заменили ППЧ банальной виселицей.
Где палачу уже не заработать… да и осуждённому не обмануть суд – одному из лидеров «порохового заговора» Гаю Фоксу удалось перехитрить палача, спрыгнув с виселицы и сломав себе шею – что вызвало мгновенную смерть, к великому негодованию короля Иакова I (чуть не взорванного мистером Фоксом).
Однако такой финт мало кому удавался – как правило, казнимого опускали на грешную землю и вынимали из петли ещё весьма живым и очень даже в сознании, после чего укладывали на пятиконечный крест, к которому надёжно привязывали тело и конечности арестованного (для каждой свой брус плюс один для головы смертника).
Следующим этапом казни была кастрация (оскопление), после которой палач плавно – или не очень – переходил к потрошению. Аккуратно и очень профессионально вскрывал живот, после чего извлекал кишечник, который затем сжигал в специальной жаровне на глазах у казнимого. Впрочем, в особых случаях внутренности не сжигали – их прибивали к лондонским городским воротам.
Казнь потрошением (чисто потрошением) известна ещё с римских времён – согласно Житиям Святых (которым в данном случае вполне можно доверять), так был казнён Эразм Формийский (Святой Эльм) во время Великого гонения императоров Диоклетиана и Максимиана.
Если удалить только кишечный тракт, смерть наступает через несколько часов ужасной боли. Если жизненно важные органы не повреждены, сильный и крепкий мужчина, возможно, даже не потеряет сознание и (теоретически) сможет увидеть, как его кишечник сначала извлекают, а затем сжигают.
Сложно сказать, как всё это было в действительности – особенно после повешения (обычно до полубессознательного состояния) и кастрации; лично мне представляется, что казнимый отключался ещё во время вырезания кишечника.
После того, как внутренности казнимого сгорели, палач переходил к следующему этапу казни. Как правило, это было ещё не четвертование, а в некотором роде продолжение потрошения – ибо палач вырезал у казнимого сердце, которое тоже сжигалось в жаровне. Тем самым, убивая жертв - и совершая акт милосердия.
И только после этого палач рассекал уже мёртвое тело – причём не на четыре части, а на шесть, последовательно отрубая покойнику руки, ноги и голову. С которыми поступали… по-разному (хотя голову обычно насаживали на шест в Лондоне – за госизмену казнили, понятное дело, в столице). Головы казнённых обычно выставлялись на Лондонском мосту, в течение нескольких столетий служившем южным въездом в город.
Так, например, останки принца Уэльского Даффида III (последнего до завоевания Уэльса Англией – он отказался присягнуть королю Эдуарду I), были распределены следующим образом: правую руку с отправили в Йорк; левую руку — в Бристоль; правую ногу — в Нортгемптон; левую ногу — в Херефорд.
Голову казнённого принца сковали железом, дабы не распалась на куски от гниения, насадили на длинное древко и выставили на видном месте — на посмешище Лондону.
Однако иногда казнимого действительно четвертовали, последовательно отрубая у ещё живой жертвы сначала правую руку, затем левую ногу и только потом голову (сердце оставляли на положенном месте).
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38848
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 656 times
- Been thanked: 11411 times
Энциклопедия пыток и казней. Четвертование
Строго говоря, это не совсем корректное название казни – обычно тело приговорённого публично расчленяли топором не на четыре, а на пять частей, последовательно отрубая топором руки, ноги и лишь потом голову.
Последнее, впрочем, было чисто внешним эффектом – отсечение конечностей приводило к почти мгновенной потере сознания и к смерти в считанные минуты в результате обильной кровопотери.
Известны три вида четвертования: лошадьми (этот «французский» способ будет описан чуть ниже); четвертование как часть «квалифицированной» казни в Англии (об этом в следующем разделе) … и собственно четвертование, которое применялось почти исключительно в России. Иногда это было действительно четвертование: приговорённому последовательно отсекали правую руку, левую ногу, а затем и голову.
На Руси это было основным наказанием за государственную измену: именно таким способом были казнены Тимофей Анкудинов (самозванец), Степан Разин (бунтовщик), Семён Воробьёв (самозванец), Иван Долгоруков (подделал императорскую подпись на подложном завещании Петра II).
В 1775 году Емельян Пугачёв был приговорён к четвертованию, однако по приказу императрицы (которая вообще была против смертной казни – особенно столь жестокой) палач сразу отрубил самозванцу голову и лишь затем рассёк тело на четыре части.
В 1826 году пятеро декабристов были приговорены к четвертованию, однако Верховный уголовный суд (сиречь император Николай I) заменил его повешением. Это был последний приговор к четвертованию в России.
По иронии Судьбы «пугачёвский» вариант был бы более милосердным, ибо повешение было мучительным, а два смертника вообще сорвались с виселицы. Сорвавшихся обычно миловали… но в этот раз решили повесить вторично.
В романе «Пётр I» Алексей Толстой так описывает казнь через четвертование (думного дворянина Ивана Елисеевича Циклера, обвинённого в заговоре с целью убийства Петра I):
«Циклера втащили за волосы по крутой лесенке на помост. Сорвали одежду, голого опрокинули на плаху. Палач с резким выдохом топором отрубил ему правую руку и левую, — слышно было, как они упали на доски.
Циклер забил ногами, — навалились, вытянули их, отсекли обе ноги по пах. Он закричал. Палачи подняли над помостом обрубок его тела с всклокоченной бородой, бросили на плаху, отрубили голову»
Последнее, впрочем, было чисто внешним эффектом – отсечение конечностей приводило к почти мгновенной потере сознания и к смерти в считанные минуты в результате обильной кровопотери.
Известны три вида четвертования: лошадьми (этот «французский» способ будет описан чуть ниже); четвертование как часть «квалифицированной» казни в Англии (об этом в следующем разделе) … и собственно четвертование, которое применялось почти исключительно в России. Иногда это было действительно четвертование: приговорённому последовательно отсекали правую руку, левую ногу, а затем и голову.
На Руси это было основным наказанием за государственную измену: именно таким способом были казнены Тимофей Анкудинов (самозванец), Степан Разин (бунтовщик), Семён Воробьёв (самозванец), Иван Долгоруков (подделал императорскую подпись на подложном завещании Петра II).
В 1775 году Емельян Пугачёв был приговорён к четвертованию, однако по приказу императрицы (которая вообще была против смертной казни – особенно столь жестокой) палач сразу отрубил самозванцу голову и лишь затем рассёк тело на четыре части.
В 1826 году пятеро декабристов были приговорены к четвертованию, однако Верховный уголовный суд (сиречь император Николай I) заменил его повешением. Это был последний приговор к четвертованию в России.
По иронии Судьбы «пугачёвский» вариант был бы более милосердным, ибо повешение было мучительным, а два смертника вообще сорвались с виселицы. Сорвавшихся обычно миловали… но в этот раз решили повесить вторично.
В романе «Пётр I» Алексей Толстой так описывает казнь через четвертование (думного дворянина Ивана Елисеевича Циклера, обвинённого в заговоре с целью убийства Петра I):
«Циклера втащили за волосы по крутой лесенке на помост. Сорвали одежду, голого опрокинули на плаху. Палач с резким выдохом топором отрубил ему правую руку и левую, — слышно было, как они упали на доски.
Циклер забил ногами, — навалились, вытянули их, отсекли обе ноги по пах. Он закричал. Палачи подняли над помостом обрубок его тела с всклокоченной бородой, бросили на плаху, отрубили голову»
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38848
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 656 times
- Been thanked: 11411 times
Энциклопедия пыток и казней. Пронзание мечом
Пронзание (закалывание) мечом или кинжалом применялось намного реже, чем обезглавливание, ибо в Римской империи было в некотором роде "исключительной мерой наказания".
Исключительно почётной, если быть более точным - ибо считалось почти эквивалентом гибели в бою (в римской армии меч был оружием, почти исключительно колющим - рубящим был топор или секира).
Почётной не в силу праведности (это в Риме было огромной редкостью) а в силу социального статуса. Типичный пример - казнь запятнавшей себя чудовищным развратом (что было великим достижением - мораль в Риме пала на дно Марианской впадины) Валерии Мессалины, третьей жены императора Клавдия.
Услышав смертный приговор, она предсказуемо впала в глубокое отчаяние. Вот как описывал её последние минуты историк Тацит:
"Не было конца её слезам и бесплодным жалобам, как вдруг распахнулись ворота, и пред нею предстали безмолвный трибун и осыпавший её площадными ругательствами вольноотпущенник.
Лишь тогда впервые осознала она неотвратимость своего конца и схватила кинжал; прикладывая его дрожащей рукой то к горлу, то к груди, она не решалась себя поразить [такую возможность людям её круга предоставлял закон], поэтому трибуну пришлось пронзить её ударом меча"
В отличие от неё бывшая жена императора, Агриппина (Младшая), отравившая перед тем своего супруга, встретила палачей с несгибаемым мужеством: «…когда центурион стал обнажать меч, чтобы её умертвить, она, подставив ему живот, воскликнула: “Поражай чрево!”, — и тот прикончил её, нанеся ей множество ран».
Любопытно, что бессудное убийство Гая Юлия Цезаря группой заговорщиков впоследствии было признано смертной казнью, осуществлённой максимально почётным способом (его зарезали кинжалами). Понятно, что это было лютое враньё, но, как говорится, "пергамент всё стерпит".
Использование этого вида казни было обусловлено ещё одной причиной. Как я уже упомянул, меч был колющим, а не рубящим оружием римской пехоты, поэтому обучали солдат (которые и выполняли функции палачей) именно колющим ударам.
Были и конники, конечно, которые мечом рубили – но пехотинцев было не в пример более… да и уговорить элитных военнослужащих на не особо почётную роль палача было намного сложнее.
Исключительно почётной, если быть более точным - ибо считалось почти эквивалентом гибели в бою (в римской армии меч был оружием, почти исключительно колющим - рубящим был топор или секира).
Почётной не в силу праведности (это в Риме было огромной редкостью) а в силу социального статуса. Типичный пример - казнь запятнавшей себя чудовищным развратом (что было великим достижением - мораль в Риме пала на дно Марианской впадины) Валерии Мессалины, третьей жены императора Клавдия.
Услышав смертный приговор, она предсказуемо впала в глубокое отчаяние. Вот как описывал её последние минуты историк Тацит:
"Не было конца её слезам и бесплодным жалобам, как вдруг распахнулись ворота, и пред нею предстали безмолвный трибун и осыпавший её площадными ругательствами вольноотпущенник.
Лишь тогда впервые осознала она неотвратимость своего конца и схватила кинжал; прикладывая его дрожащей рукой то к горлу, то к груди, она не решалась себя поразить [такую возможность людям её круга предоставлял закон], поэтому трибуну пришлось пронзить её ударом меча"
В отличие от неё бывшая жена императора, Агриппина (Младшая), отравившая перед тем своего супруга, встретила палачей с несгибаемым мужеством: «…когда центурион стал обнажать меч, чтобы её умертвить, она, подставив ему живот, воскликнула: “Поражай чрево!”, — и тот прикончил её, нанеся ей множество ран».
Любопытно, что бессудное убийство Гая Юлия Цезаря группой заговорщиков впоследствии было признано смертной казнью, осуществлённой максимально почётным способом (его зарезали кинжалами). Понятно, что это было лютое враньё, но, как говорится, "пергамент всё стерпит".
Использование этого вида казни было обусловлено ещё одной причиной. Как я уже упомянул, меч был колющим, а не рубящим оружием римской пехоты, поэтому обучали солдат (которые и выполняли функции палачей) именно колющим ударам.
Были и конники, конечно, которые мечом рубили – но пехотинцев было не в пример более… да и уговорить элитных военнослужащих на не особо почётную роль палача было намного сложнее.
Scribo, ergo sum
-
RolandVT
- Posts: 38848
- Joined: Fri Feb 09, 2024 10:42 am
- Has thanked: 656 times
- Been thanked: 11411 times
Энциклопедия пыток и казней. Нюрнбергская дева
Как и многие (даже очень многие) орудия пыток, казней и телесных наказаний, описаниями которых буквально забит соответствующий сегмент Интернета, Нюрнбергская Дева (она же Железная Дева) — это чистейший фейк.
Фейк потому, что никаких документов, подтверждающих существование этого пыточно-убийственного дивайса, нет. У серьёзных историков по поводу этой совсем не прекрасной представительницы женского пола мнение однозначное – информация об оной фальшивка, сфабрикованная в эпоху так называемого Просвещения (во многом совершенно безудержного вранья).
Согласно канонической легенде (а это именно легенда), Дева представляла собой контейнер с дверьми, выполненный в форме человеческой фигуры. Внутри контейнер был якобы усеян острыми шипами, пронзающими привязанную внутри жертву, когда двери закрывали.
По другой версии, шипы были очень короткими и потому дивайс использовался в виде орудия пытки – аналога «ведьминого кресла» (существование которого тоже, мягко говоря, сомнительно). Пытки в первую очередь женщин, ибо острые шипы были уж очень удобным инструментом воздействия на женскую грудь.
Почему это фейк? А потому, что, во-первых, это слишком сложное и дорогое орудие (а палачи, как и прочие люди, ленивы весьма – а власти скупы); и, во-вторых, такая казнь не имела важнейших атрибутов – публичности и зрелищности (последнее было необходимо в качестве «фактора устрашения»).
Почему же у Нюрнбергской Девы такая шумная слава? Да потому, что это эффектное «устройство страшных мук» возлюбили писатели, музыканты и (самое главное) кинематографисты.
Этот фейк использовали во многих фильмах-ужастиках и эротике (один из них – итальянский 1963 года, так и назывался - «Нюрнбергская дева»), книг, в компьютерных играх, не говоря уж о хэви-метал-группе Iron Maiden. Что в переводе с английского означает как раз «Железная Дева» ...
В некотором роде «Дева» повторила судьбу родственного фейка (там тоже фигурировало пронзание человеческого тела острыми предметами). Казнь святого Себастьяна, которого в реальности не существовало от слова совсем... что не помешало появлению многих тысяч (!!) произведений изобразительного искусства на эту тему.
Любопытно, что это был не первый фейк на тему казни протыканием. По рассказам (сказкам) древнегреческих якобы историков, подобный способ казни был якобы изобретён спартанским тираном Набисом во II веке до нашей эры.
Вероятнее всего, именно эта легенда и навела фальсификаторов эпохи Просвещения на мысль создать легенду о Железной Деве.
Якобы придуманный Набисом аппарат якобы имел вид женщины, сидящей на стуле, и назывался Апегой, по имени жены тирана; с приближением осуждённого Апега вставала и закидывала ему на спину обе свои руки, усеянные, как и грудь, острыми гвоздями, которые разрывали тело приговорённого на части.
Фальсификация имела колоссальный успех - к началу XIX века железные девы создавались и выставлялись не только в Нюрнберге (по другой версии легенды, Дева впервые появилась в Бранденбурге), но и в других европейских городах.
Более того, в 1893 году, Железная Дева была выставлена… на Всемирной выставке в Чикаго. Железные девы, созданные в это время, были фактически собраны из различных средневековых артефактов и запасных частей и демонстрировались публике за плату.
До наших дней не дожил ни один из этих фейков - в 1944 году крепость, в подвале которой находилась якобы настоящая Нюрнбергская дева, была весьма кстати разрушена в результате авианалёта бравых англо-американцев.
Справедливости ради, надо отметить, что подобные Деве орудия казни действительно использовались – причём ещё столетие назад (так красные упыри расправлялись с военно-морскими офицерами в Крыму – и не только с ними).
Они запихивали несчастных в бочку с вбитыми в стенки длинными гвоздями остриями внутрь… и пускали вниз по склону горы или высокого холма. Поэтому другая история древних историков – о казни дьяволопоклонниками из Карфагена пленного римского полководца Марка Атилия Регула - весьма похожа на правду.
Пленника заперли в ящике, обитом изнутри гвоздями, которые безжалостно пронзали его тело. Через несколько дней он умер – вероятнее всего, от потери крови, сепсиса и обезвоживания.
Тем не менее, я не могу исключить версию, согласно которой Железная Дева действительно была изготовлена – и действительно использовалась… но только и исключительно в качестве инструмента психологического давления (что особенно любили отцы-инквизиторы).
Как и аналогичные фальшь-дивайсы для пыток, о которых я расскажу чуть ниже: фаллос Сатаны, груша страданий, гридирон, разрыватель грудей и т.д.
Фейк потому, что никаких документов, подтверждающих существование этого пыточно-убийственного дивайса, нет. У серьёзных историков по поводу этой совсем не прекрасной представительницы женского пола мнение однозначное – информация об оной фальшивка, сфабрикованная в эпоху так называемого Просвещения (во многом совершенно безудержного вранья).
Согласно канонической легенде (а это именно легенда), Дева представляла собой контейнер с дверьми, выполненный в форме человеческой фигуры. Внутри контейнер был якобы усеян острыми шипами, пронзающими привязанную внутри жертву, когда двери закрывали.
По другой версии, шипы были очень короткими и потому дивайс использовался в виде орудия пытки – аналога «ведьминого кресла» (существование которого тоже, мягко говоря, сомнительно). Пытки в первую очередь женщин, ибо острые шипы были уж очень удобным инструментом воздействия на женскую грудь.
Почему это фейк? А потому, что, во-первых, это слишком сложное и дорогое орудие (а палачи, как и прочие люди, ленивы весьма – а власти скупы); и, во-вторых, такая казнь не имела важнейших атрибутов – публичности и зрелищности (последнее было необходимо в качестве «фактора устрашения»).
Почему же у Нюрнбергской Девы такая шумная слава? Да потому, что это эффектное «устройство страшных мук» возлюбили писатели, музыканты и (самое главное) кинематографисты.
Этот фейк использовали во многих фильмах-ужастиках и эротике (один из них – итальянский 1963 года, так и назывался - «Нюрнбергская дева»), книг, в компьютерных играх, не говоря уж о хэви-метал-группе Iron Maiden. Что в переводе с английского означает как раз «Железная Дева» ...
В некотором роде «Дева» повторила судьбу родственного фейка (там тоже фигурировало пронзание человеческого тела острыми предметами). Казнь святого Себастьяна, которого в реальности не существовало от слова совсем... что не помешало появлению многих тысяч (!!) произведений изобразительного искусства на эту тему.
Любопытно, что это был не первый фейк на тему казни протыканием. По рассказам (сказкам) древнегреческих якобы историков, подобный способ казни был якобы изобретён спартанским тираном Набисом во II веке до нашей эры.
Вероятнее всего, именно эта легенда и навела фальсификаторов эпохи Просвещения на мысль создать легенду о Железной Деве.
Якобы придуманный Набисом аппарат якобы имел вид женщины, сидящей на стуле, и назывался Апегой, по имени жены тирана; с приближением осуждённого Апега вставала и закидывала ему на спину обе свои руки, усеянные, как и грудь, острыми гвоздями, которые разрывали тело приговорённого на части.
Фальсификация имела колоссальный успех - к началу XIX века железные девы создавались и выставлялись не только в Нюрнберге (по другой версии легенды, Дева впервые появилась в Бранденбурге), но и в других европейских городах.
Более того, в 1893 году, Железная Дева была выставлена… на Всемирной выставке в Чикаго. Железные девы, созданные в это время, были фактически собраны из различных средневековых артефактов и запасных частей и демонстрировались публике за плату.
До наших дней не дожил ни один из этих фейков - в 1944 году крепость, в подвале которой находилась якобы настоящая Нюрнбергская дева, была весьма кстати разрушена в результате авианалёта бравых англо-американцев.
Справедливости ради, надо отметить, что подобные Деве орудия казни действительно использовались – причём ещё столетие назад (так красные упыри расправлялись с военно-морскими офицерами в Крыму – и не только с ними).
Они запихивали несчастных в бочку с вбитыми в стенки длинными гвоздями остриями внутрь… и пускали вниз по склону горы или высокого холма. Поэтому другая история древних историков – о казни дьяволопоклонниками из Карфагена пленного римского полководца Марка Атилия Регула - весьма похожа на правду.
Пленника заперли в ящике, обитом изнутри гвоздями, которые безжалостно пронзали его тело. Через несколько дней он умер – вероятнее всего, от потери крови, сепсиса и обезвоживания.
Тем не менее, я не могу исключить версию, согласно которой Железная Дева действительно была изготовлена – и действительно использовалась… но только и исключительно в качестве инструмента психологического давления (что особенно любили отцы-инквизиторы).
Как и аналогичные фальшь-дивайсы для пыток, о которых я расскажу чуть ниже: фаллос Сатаны, груша страданий, гридирон, разрыватель грудей и т.д.
Scribo, ergo sum